ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ САХА (ЯКУТИЯ)

№ 22-2121/ 2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Якутск 03 октября 2023 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Посельского И.Е.,

с участием: 

прокурора Шевелёвой Л.Н.,

подсудимого Д.,

защитника Васильева А.А., представившего удостоверение адвоката № ... и ордер № ... от 03 октября 2023 года,

переводчика ФИО1,

при секретаре судебного заседания Слепцовой М.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Анисимова И.А. и апелляционной жалобе потерпевшего С. на постановление Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 05 июля 2023 года, которым 

в отношении Д., родившегося _______ года в .........., гражданина .........., 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 321 УК РФ,

постановлено: 

возвратить прокурору г. Якутска уголовное дело для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Меру пресечения в виде заключения под стражу изменить на домашний арест сроком на 2 месяца, то есть по 04.09.2023 включительно. Местом исполнения домашнего ареста определить квартиру по адресу: .........., установив определённые запреты.

Освободить обвиняемого Д. из-под стражи в зале суда.

Осуществление надзора за соблюдением ограничений возложить на уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства обвиняемого.

Заслушав доклад председательствующего судьи, изложившего обстоятельства дела, доводы сторон, мнение прокурора Шевелёвой Л.Н., не возражавшей против доводов апелляционной жалобы потерпевшего, поддержавшей апелляционное представление, по доводам которого полагавшей постановление суда подлежащим отмене, выступления подсудимого Д. и его защитника Васильева А.А., возражавших против апелляционных жалобы и представления стороны обвинения, просивших постановление суда в части возврата дела прокурору оставить без изменения, а в части меры пресечения избрать более мягкую меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного следствия Д. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 321 УК РФ.

Постановлением суда первой инстанции уголовное дело в отношении Д. возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Стороной обвинения ставится вопрос об отмене судебного решения. При этом:

- в апелляционной жалобе потерпевший С. указывает, что не согласен с постановление суда, которое считает незаконным, необоснованным, немотивированным, не соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

Ссылается на положения ч. 4 ст. 7, ст. ст. 237, 389.15, 389.17 УПК РФ, п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству» от 22.12.2009 № 28, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 27.02.2018 г. N 274-О.

Полагает, что ссылаясь на положения ст. ст. 18, 47 УПК РФ, суд привёл неубедительные выводы о том, что: «Д. имел право при ознакомлении с материалами уголовного дела изъясняться на ******** языке, а ведение уголовного судопроизводства на русском языке должно было быть обеспечено посредством представления обвиняемому переводчика с этого языка».

Считает, что суд с уголовным дело в отношении Д. совершенно не ознакомлен, иначе бы при прочтении многочисленных постановлений по мерам пресечениям и протокола судебного заседания, где судья Е. вернула дело прокурору, судья Г. увидел бы, что Д. постоянно заявлял, что не владеет русским языком, даже пытался делать вид, что вовсе его не понимает, изъяснялся на ******** языке, однако, ему отказывали в назначении переводчика. Все судьи во всех судебных заседаниях, где участвовал Д., установили и неоднократно указывали, что Д. родился и является гражданином РФ, обучался в училище ******** на территории РФ, программа велась на русском языке, что подтвердили свидетели (протоколы допросов есть в деле, если его изучить), свободно владеет языком, на котором ведётся судопроизводство. Д. активно участвует в следственных и судебных действиях по исследованию доказательств и, учитывая его поведение в судебных заседаниях, суды правильно указывали, что подсудимый владеет русским языком и не нуждается в переводчике. 

Уверенное владение Д. русским языком подтвердили идопрошенные на следствии свидетели.

Как неоднократно разъяснял Конституционный Суд Российской Федерации, в том числе в определении от 20 июня 2006 г. N 243-О, необходимость обеспечения обвиняемому права на пользование родным языком в условиях ведения уголовного судопроизводства на русском языке не исключает того, что законодатель вправе устанавливать такие условия и порядок реализации данного права, чтобы они не препятствовали разбирательству дела и решению задач правосудия в разумные сроки, а также защите прав и свобод других участников уголовного судопроизводства. В свою очередь, органы предварительного расследования, прокурор и суд своими мотивированными решениями вправе отклонить ходатайство об обеспечении тому или иному участнику судопроизводства помощи переводчика, если материалами дела будет подтверждаться, что такое ходатайство явилось результатом злоупотребления правом. Заявление Д. ходатайства о предоставлении переводчика при выполнении требований ст. 217 УПК РФ является ничем иным, какзлоупотреблением Д. своими правами, предоставленными ему уголовно-процессуальным законом.

Решение суда о возвращении уголовного дела явно и нарушает его (потерпевшего) конституционное право на доступ к правосудию в разумный срок.

Также считает, что судья незаконно изменил Д. меру пресечения на домашний арест, оснований для этого не имелось. Суд указал, что не может продлить Д. срок содержания под стражей свыше 12 месяцев, поскольку это ему не позволяет сделать требования ст. 109 УПК РФ. Однако, суд не учёл положения ст. 255 УПК РФ.

Просит постановление суда отменить, дело направить в суд для рассмотрения, изменить Д. меру пресечения на основании ст. 255 УПК РФ на заключение под стражу и вынести в отношении судьи Г. частное постановление;

- в апелляционном представлении государственный обвинитель Анисимов И.А. постановление суда считает не соответствующим требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ. Полагает, что суд первой инстанции посчитал не разъяснением прав, предусмотренных ч. 5 ст. 217 УПК РФ, то, что Д. не был предоставлен переводчик. Указывает, что Д. имеет ******** образование, учился в школе № ... г. Якутска, получил аттестат об основном общем образовании (после ******** классов), а затем с _______ по _______ годы учился в ГБПОУ Республики Саха (Якутия) «********», по окончании которого сдавал ЕГЭ с обязательным предметом «русский язык» и получил аттестат. Судом признано, что продолжение рассмотрения дела без переводчика не нарушает его прав на защиту.

Постановлением Якутского городского суда (т. 3, л.д. 95-99) уголовное дело возвращено прокурору, в части предоставления переводчика вновь отказано.

Постановлением Верховного Суда Республики Саха (Якутия) (т. 3, л.д. 187- 190) вновь указано, что Д. в услугах переводчика не нуждается, он в полной мере владеет языком судопроизводства в необходимом объёме.

В соответствии с ч. 3 ст. 389.19 УПК РФ указания суда апелляционной инстанции обязательны для суда первой инстанции. Между тем, Якутский городской суд, вопреки установленным судом апелляционной инстанции Верховного Суда Республики Саха (Якутия) обстоятельствам, необоснованно посчитал, что Д. нуждается в переводчике, тогда как обратное было неоднократно установлено, в том числе судом вышестоящей инстанции. При таких обстоятельствах нет оснований полагать, что право Д. на язык судопроизводства был нарушен, а потому постановление суда в данной части является необоснованным и подлежит безусловной отмене.

Постановление суда подлежит отмене и в части изменения меры пресечения с заключения под стражу на домашний арест.

Основанием к изменению меры пресечения на домашний арест послужило то, что, по мнению суда, на основании ст. 109 УПК РФ срок содержания под стражей свыше 12 месяцев может быть продлён только судом общей юрисдикции субъекта Российской Федерации, что выходит за рамки полномочий Якутского городского суда.

Между тем, суд первой инстанции упустил из виду, что согласно ст. 228 УПК РФ вопрос о мере пресечения может быть решён на стадии предварительного слушания, что и было сделано. Уголовное дело поступило в Якутский городской суд для рассмотрения по существу, а потому суд должен был руководствоваться требованиями ст. 255 УПК РФ, которая позволяет суду срок содержания под стражей продлить на 6 месяцев с момента поступления уголовного дела в суд вне зависимости от срока содержания под стражей на стадии предварительного следствия.

Оснований для изменения меры пресечения с заключения под стражу на домашний арест не имеется.

Так, Д. обвиняется в совершении преступления, отнесённого к категории особо тяжких. На территории г. Якутска у Д. постоянной регистрации и постоянного места жительства не имеется. Адрес, избранный судом в качестве исполнения домашнего ареста - .........., является временным жилищем.

Д., являясь уроженцем .......... - субъекта России, отдалённого от места производства предварительного расследования, может предпринять меры к сокрытию от органов следствия и суда

Полагает, что нахождение Д. на иной, не связанной с жёсткой изоляцией от общества, мере пресечения не будет способствовать его надлежащему поведению как в ходе следствия, так и судебного разбирательства.

Просит постановление суда отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе, избрать в отношении Д. меру пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, взяв его под стражу в зале суда.

В возражениях на апелляционное представление государственного обвинителя и на апелляционную жалобу потерпевшего С. подсудимый Д. и в его интересах адвокат Васильев А.А. просят постановление суда оставить без изменения, а апелляционные представление и жалобу – без удовлетворения. 

Проверив представленные материалы уголовного дела, доводы, изложенные в апелляционных жалобе и представлении, а также возражениях к ним, заслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу. 

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным, вынесенным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основанным на правильном применении уголовного закона.

Данное требование закона судом первой инстанции при вынесении постановления по уголовному делу не выполнено.

В соответствии со ст. 389.15 УПК РФ основанием для отмены судебного решения в апелляционном порядке является, в том числе, несоответствие выводов суда, изложенных в судебном решении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции.

В силу ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

В обоснование своего решения суд первой инстанции указал в постановлении о том, что: «отсутствие переводчика при ознакомлении Д. с материалами уголовного дела при условии выражения обвиняемым своих мыслей на ******** языке нарушало право обвиняемого на защиту и не позволило следователю определить наличие у него ходатайств и заявлений, разъяснить положения, предусмотренные ч. 5 ст. 217 УПК РФ. Таким образом, следователем уголовное дело подлежит возвращению прокурору на основании п. 5 ч. 1 ст. 237 УПК РФ» (т. 6, л.д. 28).

Между тем, суд апелляционной инстанции не может согласиться с такими выводами суда, поскольку судом фактически не приведены основания для возвращения уголовного дела прокурору, свидетельствующие о нарушениях требований уголовно-процессуального закона, которые служат препятствием для рассмотрения судом уголовного дела по существу и принятия законного, обоснованного и справедливого решения.

Согласно ст. 18 УПК РФ уголовное судопроизводство ведётся на русском языке, а также на государственных языках, входящих в Российскую Федерацию республик. В Верховном Суде Российской Федерации, военных судах производство по уголовным делам ведется на русском языке. Участникам уголовного судопроизводства, не владеющим или недостаточно владеющим языком, на котором ведётся производство по уголовному делу, должно быть разъяснено и обеспечено право делать заявления, давать объяснения и показания, заявлять ходатайства, приносить жалобы, знакомиться с материалами уголовного дела, выступать в суде на родном языке или другом языке, которым они владеют, а также бесплатно пользоваться помощью переводчика в порядке, установленном УПК РФ.

Вместе с тем по смыслу закона факт предоставления подсудимому на более поздних этапах производства по делу в связи с заявленным стороной защиты ходатайством в качестве дополнительной гарантии его прав помощи переводчика не может сам по себе расцениваться как безусловное свидетельство необходимости признания незаконности ранее совершённых в отсутствие переводчика процессуальных действий.

К тому же, как усматривается из материалов дела, Д. имеет ******** образование, учился в школе № ... г. .........., где и получил аттестат об основном общем образовании (после ******** классов), а затем с _______ по ******** годы учился в ГБПОУ Республики Саха (Якутия) «********», сдавал ЕГЭ с обязательным предметом: «русский язык» и получил аттестат. 

Кроме того, вступившим в законную силу постановлением того же Якутского городского суда от 09 сентября 2022 года, когда судом принималось решение о возвращении настоящего же уголовного дела прокурору, с достоверностью установлено о том, что в части разрешения ходатайства обвиняемого и его защитника Кононова В.Г. о допуске переводчика в уголовном деле каких-либо нарушений не допущено со ссылкой на постановление следователя от 01 июля 2022 года (т. 2, л.д. 168-169), которым в части предоставления переводчика Д. было отказано, поскольку в ходе судебного разбирательства также было установлено, что подсудимый Д. в достаточной мере владеет русским языком и в услугах переводчика не нуждается, а поданное им ходатайство о допуске переводчика расценено судом, как результат злоупотребления правом, о чём судом вынесено постановление от 16 августа 2022 года (т. 3 л.д. 95-99).

Более того, постановлением Верховного Суда Республики Саха (Якутия) от 26 октября 2022 года вновь указано, что Д. в услугах переводчика не нуждается, он в полной мере владеет языком судопроизводства в необходимом объёме (т. 3, л.д. 187- 190).

Кроме того, вопреки содержащемуся в оспариваемом стороной обвинения постановлении суда первой инстанции суждению, суд не был лишён возможности при возникновении сомнений в допустимости полученных на предварительном следствии доказательств по мотивам неучастия в следственных действиях переводчика самостоятельно проверить достаточность владения Д. русским языком для осуществления в ходе уголовного судопроизводства без помощи переводчика предоставленных ему прав.

При всех вышеприведённых обстоятельствах, необоснованное возвращение судом уголовного дела прокурору является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку влечёт за собой ограничение права граждан на доступ к правосудию и на рассмотрение дела в разумные сроки, в этой именно связи суд апелляционной инстанции считает, что постановление о возвращении уголовного дела прокурору нельзя признать законным и обоснованным, а по тому оно в силу ст. 389.22 УПК РФ подлежит безусловной отмене по доводам апелляционных представления и жалобы потерпевшего с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство в тот же суд первой инстанции, но иным составом судей.

При новом судебном разбирательстве суду необходимо принять во внимание остальные доводы апелляционного представления, жалобы, с соблюдением всех требований уголовно-процессуального закона рассмотреть уголовное дело и вынести законное, обоснованное и мотивированное решение.

Принимая во внимание тяжесть преступления, в совершении которого обвиняется Д., данные о его личности, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об оставлении без изменения меры пресечения в виде домашнего ареста.

На основании изложенного, руководствуясь п. 4 ч.1 ст. 389.20, ст. ст. 389.13, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционное представление государственного обвинителя Д. и апелляционную жалобу потерпевшего С. удовлетворить частично.

Постановление Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 08 июня 2023 года о возвращении уголовного дела в отношении Д. отменить, уголовное дело возвратить на новое судебное разбирательство со стадии судебного разбирательства в тот же суд первой инстанции, но иным составом судей.

Меру пресечения в виде домашнего ареста в отношении Д. оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Подсудимый вправе ходатайствовать об участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий И.Е. Посельский