Дело № 2-1410/2024

УИД 61RS0023-01-2023-007511-57

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 мая 2024г. г. Шахты

Шахтинский городской суд Ростовской области в составе председательствующего судьи Курбатова В.А., при секретаре Рыбниковой Ю.О., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГБУ 

<

адрес> «Городская поликлиника №», третье лицо Министерство здравоохранения 

<

адрес> о взыскании денежной компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении работника,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском, в котором указала, что с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. она работала в лечебном учреждении, которое с ДД.ММ.ГГГГ. имеет наименование — Государственное бюджетное учреждение 

<

адрес> «Городская поликлиника №» в 

<

адрес> (ГБУ РО ГП №). Приказом №-лс от ДД.ММ.ГГГГ. истец был уволен. В связи с тем, что истец был занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, ему полагался ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск в количестве 14 дней в год, которые включались в ежегодные графики отпусков вместе с основным отпуском в количестве 28 календарных дней в год. При увольнении ответчиком не выплачена в полном объеме денежная компенсация за все дни неиспользованного отпуска, задолженность, составляет 149 433,46 руб. В 2022 году истец запросил в отделе кадров ГБУ РО ГП № справку с расчетом дней неиспользованного основного и дополнительного отпуска за весь период работы. Согласно справке на ДД.ММ.ГГГГ истцом не использовано 14 дней отпуска за период работы до ДД.ММ.ГГГГ., а также 181 день отпуска из 378 положенных за период работы с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. Итого 195 дней основного и дополнительного отпуска не использовано истцом за период работы до ДД.ММ.ГГГГ. Также стоит учитывать, что за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. истцу положено 42 дня отпуска. А за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. положен 1 день отпуска. 42 дня отпуска истец использовал в 2022 году. Таким образом, количество дней основного и дополнительного неиспользованного отпуска за все время работы составляет: 14 дней (за период до ДД.ММ.ГГГГ.) + 181 дня (за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.) + 1 день (за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ.)= 196 дней. При увольнении истцу выплачена компенсация за 83 дня неиспользованного отпуска. Остаток дней неиспользованного отпуска, за которые положена компенсация, составил 196 — 83 = 113 дней. Средний заработок согласно записке-расчету №-лс от ДД.ММ.ГГГГ. составляет 412 474,94/311,91= 1 322,42 руб. Таким образом, сумма не выплаченной компенсации составит: 1 322,42 руб. х 113 дней = 149 433,46 руб. Так же, ответчик обязан выплатить компенсацию за задержку выплат при увольнении в размере 31 122,02 руб. На основании изложенного, истец просил взыскать с ответчика вышеуказанные суммы.

В ходе рассмотрения дела истец изменил исковые требования, и в новой редакции иска указал, что ДД.ММ.ГГГГ. в связи с реорганизацией МБУЗ ГП № в форме слияния с МБУЗ ГП № образовано МБУЗ ГП №. До реорганизации истец работал в МБУЗ ГП №. При этом должность истца, как и рабочее место при реорганизации не менялись. С ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. истец занимала должность заместителя главного врача по экспертизе временной нетрудоспособности. Далее ДД.ММ.ГГГГ. переведена на должность заведующей поликлиническим отделением №. Рабочее место истца оставалось неизменным с ДД.ММ.ГГГГ. (дата реорганизации) по ДД.ММ.ГГГГ. (дата увольнения). В связи с тем, что в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. истец была занята на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, ей полагался ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск в количестве 14 дней в год, которые включались в ежегодные графики отпусков вместе с основным ежегодным оплачиваемым отпуском (28 календарных дней в год). За период работы десять лет с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. истцу положено: 28 дней х 10 лет - 280 дней основного ежегодного оплачиваемого отпуска; 14 дней х 10 лет =140 дней дополнительного ежегодного оплачиваемого отпуска. Итого: 280 + 140 = 420 дней отпуска. Также, за период работы с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. истец отработал - 20 дней, за что полагается 2 дня отпуска, а всего: 420 + 2 = 422 дня основного и дополнительного ежегодного оплачиваемого отпуска положено истцу за период работы с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. Истец считает, что отсутствие карты аттестации рабочего места, занимаемого истцом, не исключает право истца на дополнительный отпуск, так как согласно расчетного листка за июль 2018г., истцу предоставлялся дополнительный отпуск 14 дней, что свидетельствует о том, что ответчик предоставлял истцу дополнительный отпуск. В свою очередь наличие карт аттестации рабочего места представленные ответчиком не относятся к истцу, так как истец не занимал должности указанные в данных картах. Истец указывает, что согласно подлинникам приказов (распоряжений) о предоставлении отпуска работнику, истец использовал следующее количество дней отпуска за период работы с ДД.ММ.ГГГГ (дата реорганизации) по ДД.ММ.ГГГГ (дата увольнения):

- 14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

- 14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ); 

- 28 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

- 14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

- 14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

- 4 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

-14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

-14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

-14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

-14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

- 14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

-14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ). Итого: 182 календарных дня отпуска, которые согласно вышеуказанным приказам использовал истец за период работы с ДД.ММ.ГГГГ. (дата реорганизации) по ДД.ММ.ГГГГ (дата увольнения). 

Истец не согласен с включением в спорный период дней отпуска указанных в приказах:

-14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

-5 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

-10 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

-28 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ). Итого: 57 календарных дней отпуска, так как данные дни предоставлялись за период до ДД.ММ.ГГГГ. (дата реорганизации).

Так же истец не согласен с приказом № от ДД.ММ.ГГГГ. где предоставлено 28 календарных дней отпуска за период работы со ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ, так как, фактически истец пребывал в отпуске с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ., согласно данному приказу. Однако Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ указывает на то, что, прибывая фактически в отпуске с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ (в то же время, что и по приказу № от ДД.ММ.ГГГГ), истец использовал данный отпуск за период со ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, ответчиком представлены приказы № от ДД.ММ.ГГГГ. и № от ДД.ММ.ГГГГ. дублирующие количество дней и даты фактического пребывания в отпуске, но за разные периоды трудовой деятельности. Компенсации, выплаченные истцу согласно приказам № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, компенсировали часть неиспользованного отпуска за период работы до ДД.ММ.ГГГГ. (даты реорганизации). Что также подтверждено справкой о количестве неиспользованных дней отпуска сотрудника, выданной в 2022 году ФИО1 специалистом по кадрам. Согласно: Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ., Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ., Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ., Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ., приказ № от ДД.ММ.ГГГГ., Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ, Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ., Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ., Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ, Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ., Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ., Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ., Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ., Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ., Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ., Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ., Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ., за период работы с ДД.ММ.ГГГГ. (дата реорганизации) по ДД.ММ.ГГГГ. (дата увольнения) истец использовал 182 дня отпуска. За период работы с ДД.ММ.ГГГГ. (дата реорганизации) по ДД.ММ.ГГГГ (дата увольнения) истцу полагается 422 дня отпуска. 422 дня - 182 дня = 240 дней отпуска истец не использовал за этот период. 83 дня - количество дней отпуска, за которые истцу выплачена компенсация при увольнении. 240 дней - 83 дня = 157 дней - остаток дней неиспользованного отпуска, за которые истцу положена, но не выплачена компенсация за период работы ДД.ММ.ГГГГ. (дата реорганизации) по ДД.ММ.ГГГГ (дата увольнения) при увольнении. Средний заработок согласно записке-расчёту №-лс от ДД.ММ.ГГГГ. составляет 412 474,94/311,91=1 322,42 руб. в день. Таким образом, сумма не выплаченной компенсации составит: 1 322,42 руб. х 157 дней = 207 619,94 руб. 94 коп. Согласно ст. 236 ТК РФ, истцу положена компенсации за задержку выплат при увольнении на 20.12.2023г. составил 43 136,51 руб. Таким образом, общая задолженность ГБУ РО ГП № перед истцом за неиспользованный отпуск за период работы с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. составила: 207 619,94 + 43 136,51 = 250 756,45 руб. 

На основании изложенного с учетом измененных исковых требований, истец просил взыскать с ответчика 250 756,45 руб.

Истец в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 поддержала измененные исковые требования, и просила их удовлетворить по основаниям, изложенным в иске. Так же пояснила, что измененные исковые требования заявлены без учета 14 дней неиспользованного отпуска указанного в справке от ДД.ММ.ГГГГ. Данную справку истец не учитывает и заявляет требования только за дни неиспользованного отпуска за период работы с ДД.ММ.ГГГГ. (дата реорганизации) по ДД.ММ.ГГГГ (дата увольнения). Не поддерживает ранее заявленные требования по неиспользованным дням отпуска до ДД.ММ.ГГГГ

В судебном заседании представитель ответчика ГБУ 

<

адрес> «Городская поликлиника №» - ФИО3 просила в иске ФИО1 отказать, согласно доводов указанных в письменных возражениях, пояснила, что ответчиком полностью компенсированы все дни неиспользованного отпуска истца при увольнении. Расчет истца необоснован, так как истец учитывает дополнительный отпуск с ДД.ММ.ГГГГ (дата реорганизации) по ДД.ММ.ГГГГ (дата увольнения), однако право у истца на дополнительный отпуск появилось только с 2019 года. Указание в приказах о предоставлении отпуска № от ДД.ММ.ГГГГ., приказ № от ДД.ММ.ГГГГ., приказ № от ДД.ММ.ГГГГ., приказ № от ДД.ММ.ГГГГ. периодов работы истца до реорганизации в 2013г. сделано специалистом по кадрам ошибочно, так как за данные периоды истцу ранее до 2013 года предоставлялись отпуска за эти периоды, что подтверждается личными заявлениями ФИО1, на которых имеются реквизиты соответствующих приказов и резолюция руководителя. Просила применить срок исковой давности.

Представитель третьего лица Министерство здравоохранения 

<

адрес> в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы гражданского дела, считает, что в удовлетворении исковых требований ФИО1 следует отказать по следующим основаниям.

В силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Разрешая настоящий спор, суд учитывает положения ст.56 ГПК РФ, согласно которой, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, нормативными правовыми актами органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления (абзацы первый и второй части 1 статьи 5).

Судом рассматривается период трудовой деятельности ФИО1 с даты реорганизации работодателя с ДД.ММ.ГГГГ. по момент увольнения ДД.ММ.ГГГГ. с учетом измененных исковых требований.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ. в связи с реорганизацией МБУЗ ГП № в форме слияния с МБУЗ ГП № образовано МБУЗ ГП №. 

ДД.ММ.ГГГГ. МБУЗ ГП № реорганизована в форме слияния с МБУЗ ГП № в МБУЗ ГП № на основании приказа Администрации 

<

адрес> №.

Согласно личного заявления ФИО1 и приказа № от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 переведена с должности «заместитель главного врача по экспертизе временной нетрудоспособности» на должность «заместителя главного врача по медицинским вопросам». Наличие должности «заместителя главного врача по медицинским вопросам» подтверждается утвержденным штатным расписанием на 2013г. и графиком отпусков на 2013г. В свою очередь должность «заместитель главного врача по экспертизе временной нетрудоспособности» данное штатное расписание и график отпусков не содержат. 

Как видно из сводной таблицы классов условий труда, установленных по результатам аттестации рабочих мест, проведенной в сентябре 2013 году, должность «заместителя главного врача по медицинским вопросам» переименована в должность «заместитель главного врача по медицинской части.

Следовательно, ФИО1 занимала должность «заместителя главного врача по медицинской части», что подтверждается должностной инструкцией заместителя главного врача по медицинской части с которой она была ознакомлена, а так же ее личными заявлениями от ДД.ММ.ГГГГ. и от ДД.ММ.ГГГГ., в которых она просила предоставить персональный повышающий коэффициент к должностному окладу заместителя главного врача по медицинской части, а так же надбавку к должностному окладу заместителя главного врача по медицинской части за качество выполняемой работы.

ДД.ММ.ГГГГ. приказом № МБУЗ «ГП №» ФИО1 была переведена с должности «заместителя главного врача по медицинской части» на должность «заведующей поликлиническим отделением №», который был составлен на основании ее заявления от ДД.ММ.ГГГГ

Отсутствие в трудовой книжке ФИО1 записей о работе в должности «заместителя главного врача по медицинским вопросам» и «заместителя главного врача по медицинской части» не свидетельствует о том, что истец не работал в данных должностях.

Расчетные листки о начислении заработной платы ФИО1 в свою очередь не подтверждают и не опровергают выводов суда о занимаемых должностях истца, так как в спорный период в листках указаны разные названия должности.

Таким образом, утверждение истца о том, что она с января 2009 года по ДД.ММ.ГГГГ. занимала только должность «заместитель главного врача по экспертизе временной нетрудоспособности не подтверждены материалами дела.

Следовательно, можно сделать вывод, что с 2013 года по 2017 год ФИО1 находилась в должности «заместителя главного врача по медицинской части», а с 2017г. в должности «заведующей поликлиническим отделением №».

ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 уволена по инициативе работника (пр. № от ДД.ММ.ГГГГ.) При увольнении истице выплачена компенсация за неиспользованный отпуск за 83 календарных дня.

Согласно статьи 114 и 115 ТК РФ, продолжительность ежегодного основного оплачиваемого отпуска составляет 28 календарных дней, а для отдельных категорий работников - более 28 календарных дней (удлиненный основной отпуск).

В соответствии с частью 1, 2 и 4 статьи 122, части 1 и 2 статьи 123 ТК РФ, оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно. Право на его использование за первый год работы возникает у работника по истечении шести месяцев непрерывной работы у данного работодателя, а отпуск за второй и последующие годы работы может предоставляться в любое время рабочего года в соответствии с очередностью предоставления ежегодных оплачиваемых отпусков, определяемой графиком отпусков, который утверждается работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации и является обязательным как для работодателя, так и для работника; перенесение отпуска на следующий рабочий год допускается в исключительных случаях, когда предоставление отпуска работнику в текущем рабочем году может неблагоприятно отразиться на нормальном ходе работы организации, индивидуального предпринимателя, и при соблюдении определенных условий, в частности с согласия работника. Отпуск должен быть использован не позднее 12 месяцев после окончания того рабочего года, за который он предоставляется. 

Часть ежегодного оплачиваемого отпуска, превышающая 28 календарных дней, может быть заменена денежной компенсацией, но только по письменному заявлению работника и только в отношении части соответствующего отпуска, а при суммировании ежегодных оплачиваемых отпусков или перенесении ежегодного оплачиваемого отпуска на следующий рабочий год - в отношении части каждого ежегодного оплачиваемого отпуска, превышающей 28 календарных дней, или любого количества дней из этой части (части первая и вторая статьи 126 ТК РФ).

Согласно ч. 3 ст. 350 ТК Российской Федерации отдельным категориям медицинских работников может быть предоставлен ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск. Продолжительность дополнительного отпуска устанавливается Правительством Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 116 ТК Российской Федерации ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска предоставляются работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, работникам, имеющим особый характер работы, работникам с ненормированным рабочим днем, работникам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Статья 117 ТК Российской Федерации в первоначальной редакции, гарантировавшая право работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, на ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, предусматривала, что перечни производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на дополнительный оплачиваемый отпуск за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, а также минимальная продолжительность этого отпуска и условия его предоставления утверждаются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Поскольку Правительством Российской Федерации соответствующее правовое регулирование установлено не было, в силу ч. 2 ст. 423 ТК Российской Федерации продолжало применяться постановление Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от ДД.ММ.ГГГГ № "Об утверждении Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день" (далее - Список), в соответствии с которым по некоторым профессиям медицинских работников учреждений здравоохранения (врач участковый-терапевт; врач-педиатр; врач учреждения здравоохранения, средний и младший медицинский персонал детских стационаров (отделений, палат) учреждений здравоохранения; младший и средний медицинский персонал учреждений здравоохранения) предусматривалось предоставление дополнительного оплачиваемого отпуска в количестве 12 рабочих дней.

При этом основанием предоставления работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска являлось выполнение ими работы по профессии или должности, которая предусмотрена в соответствующих разделах Списка, относящихся к определенным производствам и цехам.

Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № "О внесении изменений в ТК Российской Федерации, признании не действующими на территории Российской Федерации некоторых нормативных правовых актов СССР и утратившими силу некоторых законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации" ст. 117 ТК Российской Федерации была изложена в новой редакции, которая отражала изменение законодательного подхода к регулированию порядка предоставления работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, - отказ от централизованного утверждения перечней производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на дополнительный оплачиваемый отпуск в связи с вредными и (или) опасными условиями труда.

Статья 117 ТК Российской Федерации в этой редакции, действовавшей до ДД.ММ.ГГГГ, предусматривала, что ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда: на подземных горных работах и открытых горных работах в разрезах и карьерах, в зонах радиоактивного заражения, на других работах, связанных с неблагоприятным воздействием на здоровье человека вредных физических, химических, биологических и иных факторов. Минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, и условия его предоставления устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Данная норма подлежала применению во взаимосвязи с принятым в ее развитие постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "Об установлении сокращенной продолжительности рабочего времени, ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, повышенной оплаты труда работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда" (далее - постановление Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №), действовавшим с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, п. 1 которого определял в качестве компенсаций, предоставляемых работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда, по результатам аттестации рабочих мест сокращенную продолжительность рабочего времени - не более 36 часов в неделю в соответствии со ст. 92 ТК Российской Федерации, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск - не менее 7 календарных дней и повышение оплаты труда - не менее 4 процентов тарифной ставки (оклада), установленной для различных видов работ с нормальными условиями труда.

По смыслу приведенной редакции ст. 117 ТК Российской Федерации, равно как действующей в настоящее время редакции указанной нормы трудового права, основанием для предоставления ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска и, соответственно, компенсации за неиспользованный дополнительный отпуск работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, признаются конкретные условия труда, определяемые по результатам аттестации рабочих мест (в настоящее время специальной оценки условий труда), а не включение профессии, должности в какой-либо список или перечень производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на соответствующие компенсации.

Такое правовое регулирование, предполагающее предоставление ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска на основании оценки объективно существующих условий труда на каждом рабочем месте.

Кроме того, как указано в п. 3 ст. 15 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № при реализации в соответствии с положениями ТК Российской Федерации (в редакции названного Федерального закона) в отношении работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на их здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса (сокращенная продолжительность рабочего времени, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск либо денежная компенсация за них, а также повышенная оплата труда), порядок и условия осуществления таких мер не могут быть ухудшены, а размеры снижены по сравнению с порядком, условиями и размерами фактически реализуемых в отношении указанных работников компенсационных мер по состоянию на день вступления в силу названного Федерального закона при условии сохранения соответствующих условий труда на рабочем месте, явившихся основанием для назначения реализуемых компенсационных мер.

Для реализации в отношении конкретного работника положений указанной нормы (запрет на ухудшение порядка и условий осуществления компенсационных мер, запрет на снижение размеров компенсационных мер) необходимо наличие совокупности следующих юридически значимых обстоятельств: 1) занятость работника на работах с вредными и (или) опасными условиями труда; 2) фактическая реализация работодателем в отношении работника по состоянию на день вступления в силу названного Федерального закона (ДД.ММ.ГГГГ) компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на их здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса (сокращенная продолжительность рабочего времени, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск либо денежная компенсация за них, а также повышенная оплата труда); 3) сохранение соответствующих условий труда на рабочем месте, явившихся основанием для назначения реализуемых компенсационных мер.

Предусмотренные ч. 1 ст. 117 ТК Российской Федерации ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, относится к числу компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса, которые на основе результатов специальной оценки условий труда устанавливаются для лиц, осуществляющих трудовую деятельность во вредных и (или) опасных условиях, в качестве дополнительных гарантий.

Согласно, карте аттестации рабочего места по условиям труда №, от ДД.ММ.ГГГГ. занимаемая истцом должность «заместителя главного врача по медицинской части» соответствуют 2 классу условий труда по вредным (опасным) факторам, является допустимыми условиями труда, при которых уровни воздействия производственных факторов не превышают установленные нормативами (гигиеническими нормативами) пределы. По результатам оценки условий труда оснований для установления ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска нет.

Так же, согласно сводной таблицы классов условий труда, установленных по результатам аттестации рабочих мест, проведенной в 2013 году, должность «заместитель главного врача по медицинской части не предусматривала предоставление дополнительных отпусков. 

Согласно, карте специальной оценки труда №, от ДД.ММ.ГГГГ занимаемая истцом должность «заведующий поликлиническим отделением» соответствуют 3.2 классу условий труда по вредным (опасным) факторам. По результатам оценки условий труда установлены оснований для установления ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска.

Иных сведений об аттестации рабочего места по условиям труда или специальной оценки труда, которые имели бы отношение к истцу, сторонами не представлено, а из пояснений представителя ответчика следует, что они не проводилось.

В соответствии с ч. 4 ст. 219 ТК Российской Федерации в случае обеспечения на рабочих местах безопасных условий труда, подтвержденных результатами аттестации рабочих мест по условиям труда или заключением государственной экспертизы условий труда, компенсации работникам не устанавливаются.

В соответствии со ст. 22 ТК Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, необходимые для осуществления трудовой деятельности.

Согласно абз. 10 ч. 2 ст. 212 ТК Российской Федерации работодатель обязан обеспечить проведение специальной оценки условий труда в соответствии с законодательством о специальной оценке условий труда.

В силу ч. 12 ст. 209 ТК Российской Федерации в редакции, действовавшей до ДД.ММ.ГГГГ, аттестацией рабочих мест по условиям труда являлась оценка условий труда на рабочих местах в целях выявления вредных и (или) опасных производственных факторов и осуществления мероприятий по приведению условий труда в соответствие с государственными нормативными требованиями охраны труда. Аттестация рабочих мест по условиям труда проводилась в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда.

Статья 212 ТК Российской Федерации в редакции, действующей на момент проведения аттестации, предусматривала обязанность работодателя по проведению аттестации рабочих мест по условиям труда.

Порядок проведения аттестации рабочих мест по условиям труда, действующий на момент возникновения спорных отношений, был утвержден приказом Министерства здравоохранения и социального развития России от ДД.ММ.ГГГГ № (далее - Порядок) и устанавливал требования к проведению аттестации рабочих мест по условиям труда, оформлению и использованию результатов аттестации.

Согласно абз. 2 п. 15 Порядка перечень факторов производственной среды и трудового процесса, подлежащих оценке, формируется исходя из государственных нормативных требований охраны труда, характеристик технологического процесса и производственного оборудования, применяемых сырья и материалов, результатов ранее проводившихся измерений показателей вредных и (или) опасных производственных факторов, а также предложений работников.

Вступившими в законную силу с ДД.ММ.ГГГГ Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № "О специальной оценке условий труда" (далее - Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ №) и Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "О специальной оценке условий труда" (далее - Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ №) установлены правовые и организационные основы и порядок проведения специальной оценки условий труда, определены правовое положение, права, обязанности и ответственность участников специальной оценки условий труда, а также внесены изменения в ТК Российской Федерации, устанавливающие дифференцированный подход к определению вида и объема гарантий и компенсаций, предоставляемых работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (ст. ст. 92, 117, 147 ТК Российской Федерации).

Итоги специальной оценки условий труда применяются, в частности, для предоставления работникам гарантий и компенсаций, предусмотренных ТК Российской Федерации.

В силу ч. 1 ст. 3, ч. 2 ст. 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № обязанность по обеспечению проведения специальной оценки условий труда возложена на работодателя, при том, что специальная оценка условий труда является единым комплексом последовательно осуществляемых мероприятий по идентификации вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса (далее также - вредные и (или) опасные производственные факторы) и оценке уровня их воздействия на работника с учетом отклонения их фактических значений от установленных уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти нормативов (гигиенических нормативов) условий труда и применения средств индивидуальной и коллективной защиты работников.

Таким образом, ответчиком, как работодателем допущены нарушения, которые заключаются в отсутствии действий по проведению специальной оценки труда, однако данные нарушения не подтверждают требования истца о том, что он работал в условиях являющихся основанием для дополнительных гарантий.

Каких – либо сведений, достоверно указывающих о том, что в периоды времени, когда не проводилась аттестация рабочего места по условиям труда или специальной оценки труда, истец работал в условиях и должностях дающих основания для установления ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска не имеется, так доказательств наличия биологического фактора на рабочих местах истца за заявленный период не предоставлено, как и в период проведения аттестации рабочих мест, не представлено таких доказательств и в ходе рассмотрения дела.

При таких обстоятельствах, у истца отсутствуют основания для ежегодного дополнительного отпуска за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. (дата составления карты специальной оценки условий труда №).

Проверяя расчет истца о количестве неиспользованных дней отпуска, суд приходит к следующему.

В связи с тем, что в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ истец была занята на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, ей полагался ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск в количестве 14 дней в год, которые включались в ежегодные графики отпусков вместе с основным ежегодным оплачиваемым отпуском (28 календарных дней в год).

Так истец имел право за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 282 (280+2) дня основного ежегодного оплачиваемого отпуска. 

За период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. – 53 (42+11) дня дополнительного ежегодного оплачиваемого отпуска. 

А всего: 282+53 = 335 дней основного и дополнительного ежегодного оплачиваемого отпуска положено истцу за период работы с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ

Истец использовал следующее количество дней отпуска за период работы с ДД.ММ.ГГГГ (дата реорганизации) по ДД.ММ.ГГГГ (дата увольнения):

- 14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

- 14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ); 

- 28 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

- 14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

- 14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

- 4 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

-14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

-14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

-14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

-14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

- 14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

-14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ).

Итого: 182 календарных дня отпуска, которые согласно вышеуказанным приказам использовал истец за период работы с ДД.ММ.ГГГГ (дата реорганизации) по ДД.ММ.ГГГГ (дата увольнения).

Данные обстоятельства не оспаривались истцом.

Что же касается доводов истца о том, что количество дней отпуска за период работы согласно данным приказам: 

-14 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

-5 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

-10 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ);

-28 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ), в количестве 57 дней невозможно отнести к спорному периоду, а необходим их исключить, в связи с тем, что отпуск предоставлен за периоды до ДД.ММ.ГГГГ (дата реорганизации), не обоснован.

Так, из пояснений представителя ответчика следует, что указание в данных приказах периодов работы истца до реорганизации в 2013г. сделано специалистом по кадрам ошибочно, так как за данные периоды истцу ранее до 2013 года предоставлялись отпуска за эти периоды. 

Доводы представителя ответчика заслуживают внимания, так как подтверждаются материалами дела.

Так, согласно личного заявления ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ. согласно приказа № параграф 2 от ДД.ММ.ГГГГ. ей предоставлен очередной трудовой отпуск за период работы 1987-1988г.г. продолжительностью 24 дня (24 дня согласно "Кодекс законов о труде Российской Федерации" (утв. ВС РСФСР ДД.ММ.ГГГГ); согласно личного заявления ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ., согласно приказа № параграф 4 от ДД.ММ.ГГГГ. ей предоставлено очередной трудовой отпуск за период работы 1988-1989г.г. продолжительностью 24 дня (24 дня согласно "Кодекс законов о труде Российской Федерации" (утв. ВС РСФСР ДД.ММ.ГГГГ); согласно личного заявления ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ. согласно приказа № параграф 9 от ДД.ММ.ГГГГ. ей предоставлен очередной трудовой отпуск за 1986-1987г.г. продолжительностью 18 дней.

Несогласие истца с приказом о предоставлении отпуска работнику № от ДД.ММ.ГГГГ. в количестве 28 календарных дней за период работы со ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. не принимается судом, так как в установленном порядке приказ не оспорен и требования относительного его незаконности истцом не заявлялось. 

Таким образом, дни предоставленных отпусков указанные в данных приказах надлежит учесть в спорном периоде 182 +57 +28 =267 дней предоставленного отпуска.

Как установлено выше, ФИО1 при увольнении выплачена компенсация за неиспользованный отпуск за 83 дня.

Следовательно, количество использованных и компенсированных дней ежегодного и дополнительного отпуска составляет 267+83= 350 дней, что превышает количество предусмотренных истцу дней отпуска за спорный период.

Более того, согласно расчетным листкам, ответчиком была выплачена компенсация отпуска в июле 2013г. за 28 дней, в мае 2015г. за 14 дней, в апреле 2016г. 

Суд так же учитывает объяснительные работников ГБУ РО ГП № в 

<

адрес>, а именно начальника отдела кадров Н.М.Г. и ведущего бухгалтера Ю.Л.Б. из которого следует, что в 2018 году дополнительные отпуска ФИО1 не предоставлялись, а при расчете отпускных бухгалтером был неверно проставлен код отпуска и вместо «основного отпуска» проставлен «дополнительный», а так же пояснения главного врача ГБУ РО ГП № о том, что справка о количестве не использованных дней отпуска, выдана ФИО1 в 2022г. сотрудником, не имеющим соответствующих полномочий.

Из ответа прокуратуры от ДД.ММ.ГГГГ. следует, что в ходе проверки сведения о неиспользованных днях отпуска не подтвердились.

При таких обстоятельствах ответчиком обязанность как работодателя при увольнении ФИО1 исполнена в полном объеме.

Что же касается заявления ответчика о применении срока исковой давности суд приходит к следующему.

Согласно ст. 392 ТК РФ, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы. За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Таким образом, требования истца сводятся к не выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

С учетом того, что год с момента увольнения истца на дату подачи иска не истек, то ходатайство ответчика удовлетворению не подлежит.

Между тем, поскольку нарушение ответчиком трудовых прав истца в ходе судебного разбирательства не установлено, в удовлетворении требований ФИО1 необходимо отказать.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ГБУ 

<

адрес> «Городская поликлиника №», третье лицо Министерство здравоохранения 

<

адрес> о взыскании денежной компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении работника, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Шахтинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 15.05.2024г.

Судья В.А. Курбатов