САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-26053/2025 Судья: Карпова О.В.

УИД: 78RS0006-01-2023-008161-38

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судья Санкт-Петербургского городского суда Бородулина Т.С., при секретаре Ондар А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании 11 декабря 2025 года гражданское дело №2-1825/2024 по частной жалобе ФИО1 на определение Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 25 марта 2025 г. об отказе в процессуальном правопреемстве по иску ООО «Комплект-Строй» к ФИО2 о взыскании задолженности по договору аренды,

У С Т А Н О В И Л:

Решением Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 19.02.2024 удовлетворены исковые требования ООО «Комплект Строй» к ФИО2, с ФИО2 в пользу ООО «Комплект Строй» взыскана задолженность по договору аренды №КС-22 от 10.01.2013 в размере 4 200 000 руб.

18.02.2025 в суд поступило заявление ФИО1 о замене взыскателя с ООО «Комплект Строй» на ФИО1, с указанием на то, что между ООО «Комплект Строй» в лице арбитражного управляющего ФИО3 и ФИО1 27.01.2025 был заключен договор уступки прав требования №Д-3, в соответствии с которым права требования к ФИО2 перешли к ФИО1

Определением Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 25.03.2025 в удовлетворении заявления ФИО1 о процессуальном правопреемстве отказано.

Не согласившись с определением суда, ФИО1 подала частную жалобу, в которой просила определение суда отменить, разрешить вопрос по существу.

В обоснование частной жалобы ФИО1 указала, что приобрела право требования, подтвержденные решением Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 19.02.2024 года к ФИО2 на торгах, в связи с чем считает, что отказ в процессуальном правопреемстве является необоснованным.

Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 01 июля 2025 года определение Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 25.03.2025 оставлено без изменения, частная жалоба – без удовлетворения.

Определением Третьего кассационного суда общей Юрисдикции от 30 октября 2025 года апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 01 июля 2025 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

В порядке частей 3, 4 статьи 333 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации частная жалоба рассматривается судьей единолично, без извещения лиц, участвующих в деле.

Суд, изучив доводы частной жалобы, исследовав материалы дела, приходит к следующему

Суд первой инстанции, разрешая заявление о процессуальном правопреемстве и отказывая в его удовлетворении, руководствуясь положениями статей статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, нормами статей 20.3, 64 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснениями, изложенными в постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 г. № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30 декабря 2008 г. № 296-ФЗ

«О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления и осуществления правопреемства.

Отказывая в процессуальном правопреемстве, суд первой инстанции исходил из того, что заключение договора уступки прав требование допускается только при наличии согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме.

Также суд первой инстанции указал на необходимость добросовестного исполнения арбитражным управляющим своих прав в деле о банкротстве.

Отменяя апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 01 июля 2025 года, суд кассационной инстанции указал, что для правильного разрешения вопроса о процессуальном правопреемстве, следовало проверить соответствие процедуры распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица, к которому относятся также требования ликвидированного юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), к третьим лицам, чего судом первой инстанции не было сделано.

В нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд не предложил заявителю представить доказательства в подтверждение факта проведения торгов и их результата, а также факта оплаты стоимости уступаемого права.

Выполняя указания суда кассационной инстанции, при новом апелляционном рассмотрении заявителю было предложено представить вышеуказанные сведения, вместе с тем, какие-либо пояснения представлены не были.

В то же время, суд апелляционной инстанции, полагает, что указанные обстоятельства, не могут являться основанием для отказа в удовлетворении заявления ФИО1 о процессуальном правопреемстве, а выводы суда первой инстанции об отказе в удовлетворении заявления не могут быть признаны обоснованными по следующим основаниям

Из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08 сентября 2023 года по делу А56-35612/52023 в отношении ликвидированного общества с ограниченной ответственностью «Комплект Строй» назначена процедура распределения обнаруженного имущества.

В целях распределения обнаруженного имущества ООО «Комплект Строй» назначен арбитражный управляющий ФИО3

В силу положений статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам. Юридическое лицо ликвидируется по решению его учредителей (участников) или органа юридического лица, уполномоченного на то учредительным документом, в том числе в связи с истечением срока, на который создано юридическое лицо, с достижением цели, ради которой оно создано.

Согласно пункту 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае обнаружения имущества ликвидированного юридического лица, исключенного из единого государственного реестра юридических лиц, в том числе в результате признания такого юридического лица несостоятельным (банкротом), заинтересованное лицо или уполномоченный государственный орган вправе обратиться в суд с заявлением о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества среди лиц, имеющих на это право. К указанному имуществу относятся также требования ликвидированного юридического лица к третьим лицам, в том числе возникшие из-за нарушения очередности удовлетворения требований кредиторов, вследствие которого заинтересованное лицо не получило исполнение в полном объеме. В этом случае суд назначает арбитражного управляющего, на которого возлагается обязанность распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица.

Процедура распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица осуществляется по правилам настоящего Кодекса о ликвидации юридических лиц.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 20.12.2017 N 301-ЭС17-18621 по делу N А38-7498/2016 назначение процедуры распределения обнаруженного имущества юридического лица не влечет за собой восстановление ликвидированного лица в ЕГРЮЛ и не сопровождается совершением иных действий, кроме распределения обнаруженного имущества такой организации между лицами, имеющими на это документально подтвержденное право.

Из материалов дела следует, что 27.01.2025 между ООО «Комплект Строй» в лице арбитражного управляющего ФИО3 и ФИО1 заключен договор уступки права требования №Д-3, в силу которого ООО «Комплект Строй» передал ФИО1 права требования к ФИО2 по решению Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 13.06.2024 по делу №2-1245/2024, по решению Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 19.02.2024 по делу №2-1825/2024, по решению Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 18.03.2024 по делу №2-1773/2024.

Из указанного договора следует, что размер уступаемого требования составляет 10 999, 00 руб.

Согласно п. 1.3 договора, право требования переходит к цессионарию с момента передачи цедентом необходимых документов в полном объеме, в то числе право требования процентов, пеней, неустоек, предусмотренных законом.

Как следует из заявления арбитражного управляющего ФИО3 (л.д. 178 том 2), последний подтвердил факт продажи задолженности с публичных торгов и получение денежных средств, заявление о процессуальном правопреемстве поддержал.

В соответствии с частью 1 статьи 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.

Согласно пункту 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.Пунктом 1 статьи 388 этого же кодекса предусмотрено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Из п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" следует, что по общему правилу, требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, например договора продажи имущественного права (пункт 2 статьи 389.1 ГК РФ). Однако законом или таким договором может быть установлен более поздний момент перехода требования. Стороны вправе установить, что переход требования произойдет по истечении определенного срока или при наступлении согласованного сторонами отлагательного условия. Например, стороны договора продажи имущественного права вправе установить, что право переходит к покупателю после его полной оплаты без необходимости иных соглашений об этом (пункт 4 статьи 454, статья 491 ГК РФ).

В данном случае, сторонами договора согласован момент перехода прав требования – с момента передачи документов в полном объеме.

Согласно акту от 27.01.2025 года, документы, в частности копия решения Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 19 февраля 2024 года переданы ФИО1

При применении процедуры распределения имущества ликвидированной организации по пункту 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса, чтобы удовлетворить интересы кредиторов ликвидированной организации по правилам, применимым к случаям ликвидации (пункт 4 статьи 63 ГК РФ), данное требование этой организации к дебитору арбитражный управляющий должен либо заявить к взысканию, либо продавать с торгов третьим лицам. В рамках процедуры распределения это взыскание или продажа с торгов будут осуществляться от имени сообщества лиц, имеющих право на распределение между ними обнаруженного имущества ликвидированной организации и вступивших в права сокредиторов по такому обязательству.

Таким образом, в отличие от обычной процедуры банкротства, в рамках которой арбитражный управляющий действует от имени организации-должника, при осуществлении процедуры распределения имущества по пункту 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса управляющий действует от имени кредиторов.

В данном случае работает модель представительства, исключающего возможность для представляемых осуществлять свои права самостоятельно (похожая на модель представительства, заложенную в статус управляющего залогом по п. 1 ст. 356 Гражданского кодекса Российской Федерации). Участие арбитражного управляющего направлено на справедливое удовлетворение требований всех кредиторов пропорционально их непогашенным требованиям к ликвидированной организации в соответствии с предусмотренной законом очередностью их удовлетворения.

Пунктом 4 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если имеющиеся у ликвидируемого юридического лица (кроме учреждений) денежные средства недостаточны для удовлетворения требований кредиторов, ликвидационная комиссия осуществляет продажу имущества юридического лица, на которое в соответствии с законом допускается обращение взыскания, с торгов, за исключением объектов стоимостью не более ста тысяч рублей (согласно утвержденному промежуточному ликвидационному балансу), для продажи которых проведение торгов не требуется.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в Постановлении от 16.11.2018 N 43-П, правопреемство как институт гражданского процессуального права неразрывно связано с правопреемством как институтом гражданского права, поскольку необходимость привести процессуальное положение лиц, участвующих в деле, в соответствии с их юридическим интересом обусловливается изменениями в материально-правовых отношениях, то есть переход субъективного права или обязанности в гражданском правоотношении, по поводу которого производится судебное разбирательство, к другому лицу служит основанием для гражданского процессуального правопреемства.

К числу таких оснований федеральный законодатель, как это следует из ст. 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, относит как юридические факты, связанные с выбытием участвующего в деле лица из процесса в результате прекращения его процессуальной правоспособности, когда речь идет об универсальном правопреемстве (смерть гражданина, бывшего стороной либо третьим лицом, - п. 2 ст. 17 Гражданского кодекса Российской Федерации; реорганизация юридического лица - ст. ст. 57 и 58 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и юридические факты, связанные с выбытием участвующего в деле лица из конкретного материального правоотношения (спорного или установленного судом), то есть ситуации сингулярного правопреемства (перевод долга, уступка требования и другие случаи перемены лиц в обязательстве).

На основании п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 3 статьи 447 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, указанных в настоящем Кодексе или ином законе, договоры о продаже вещи или имущественного права могут быть заключены только путем проведения торгов.

Статьей 449 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что торги, проведенные нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица. Признание торгов недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги.

В силу указанной нормы закона публичные торги, проведенные в порядке, установленном для исполнения судебных актов, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица в случае нарушения правил, установленных законом.

В данном случае, договор №Д-3, заключенный 27.01.2025 между ООО «Комплект Строй» в лице арбитражного управляющего ФИО3 наделенного полномочиями по распределению имущества ликвидированного должника, и ФИО1, в установленном законом порядке не оспорен, недействительным не признан, в связи с чем оснований для отказа в удовлетворении заявления у суда первой инстанции не имелось.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 ФЗ РФ от 26.10.2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

При этом согласно п. 4 ст. 20.4 ФЗ РФ от 26.10.2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

В п. 12 ст. 20 ФЗ РФ от 26.10.2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" предусмотрено, что споры, связанные с профессиональной деятельностью арбитражного управляющего разрешаются арбитражным судом.

При таких обстоятельствах разумность и добросовестность действий арбитражного управляющего при разрешении вопроса о процессуальном правопреемстве не является предметом рассмотрения, равно как и проверка действительности заключенного договора уступки права требования, сведения об оспаривании указанной сделки ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции не представлены.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" разъяснено, что возможность уступки требования не ставится в зависимость от того, является ли уступаемое требование бесспорным, обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником.

Учитывая изложенное, определение Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 25 марта 2025 г. не может быть признано законным и обоснованным, как вынесенное с нарушением норм процессуального права, в связи с чем подлежит отмене, с принятием нового определения об удовлетворении заявления ФИО1 о процессуальном правопреемстве.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 334 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

О П Р Е Д Е Л И Л :

Определение Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 25 марта 2025 г. отменить.

Произвести замену истца ООО "Комплект Строй" в гражданском деле № 2-1825/2024 по иску ООО "Комплект Строй" к ФИО2 о взыскании задолженности по договору аренды правопреемником ФИО1.

Судья