Дело № 1-1/2019 г.

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

п.г.т. Богатые Сабы 29 января 2019 года

Сабинский районный суд Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Шафигуллина Р.Я.,

с участием государственного обвинителя – заместителя прокурора Сабинского района Республики Татарстан Ахунова Р.И.,

подсудимой ФИО6,

ее защитников – адвоката Рыкова О.О., представившего удостоверение № и ордер №, и адвоката филиала «Правовой центр «ФЕМИДА» Коллегии адвокатов Республики Татарстан, ФИО7, представившей удостоверение № и ордер №,

представителя гражданского ответчика ФИО4, действующего на основании доверенности,

потерпевшего ФИО3,

потерпевшей и гражданского истца ФИО2,

ее представителя – адвоката филиала Коллегии адвокатов Республики Татарстан – адвокатская консультация № Муратовой Н.Г., представившей удостоверение № и ордер №,

при секретаре Маулиной Г.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании ходатайство подсудимой ФИО6, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ст. 109 ч. 2 Уголовного кодекса Российской Федерации, о прекращении в отношении нее уголовного дела в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности, 

У С Т А Н О В И Л :

Органом предварительного расследования ФИО6 обвиняется в том, что она, имея высшее медицинское образование и действующий сертификат специалиста ГБОУ ДПО КГМА Минздрава России №, регистрационный номер № по специальности «

<

данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, являясь 

<

данные изъяты> ненадлежаще исполнила свои профессиональные обязанности, что привело к смерти ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ в 07 часов 40 минут врач акушер-гинеколог ФИО6, согласно графику, утвержденному главным врачом 

<

данные изъяты>», заступила на дежурство в 

<

данные изъяты>», расположенное по адресу: 

<

адрес> до 14 часов 52 минут ДД.ММ.ГГГГ, приняв, таким образом, на себя обязательства по оказанию квалифицированной медицинской помощи по своей специальности, предусмотренные действующим законодательством Российской Федерации и её должностной инструкцией. 

Согласно медицинской документации ДД.ММ.ГГГГ в 10 час 40 минут в родильное отделение 

<

данные изъяты>» с жалобами 

<

данные изъяты> в ГАУЗ «

<

данные изъяты>» поступила ФИО2

В нарушение должностной инструкции, в соответствии с которой 

<

данные изъяты> осматривает беременных и рожениц, поступающих на госпитализацию в родильное отделение, обеспечивает проведение необходимых исследований, проводит сбор анализа с отметкой в истории родов, осуществляет наблюдение за состоянием роженицы в предродовой палате, решает вопрос о переводе её в родовую палату, оказывает квалифицированную медицинскую помощь роженицам при различных формах акушерской патологии, оценивает общее состояние родильницы, выполняет и ведет историю родов с внесением в них необходимых данных, имеющих значение для диагностики оценки состояния, ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 07 часов 40 минут до 14 часов 52 минут 

<

данные изъяты> ФИО6, находясь на рабочем месте в 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес>, действуя небрежно, не применив в полном объеме свои специальные познания и навыки в области медицины, не учитывая рекомендации протокола Министерства здравоохранения Российской Федерации от 26 ноября 2002 года № 2510/11869-02-32 «Ведение беременности и родов у женщин с анатомически узким тазом», в соответствии с которым с целью прогнозирования клинически узкого таза целесообразно в комплексной оценке использовать итоги моделирования родов и полученные в результате прогностические коэффициенты отношения плоскостей малого таза и головки плода, так как при заниженных значениях риск осложнений родов резко возрастает, не провела в полном объеме диагностику оценки состояния роженицы ФИО2, не оценила степень имеющейся акушерской патологии «

<

данные изъяты>» и приняла необоснованное решение о консервативном родоразрешении через естественные родовые пути, тем самым неверно определив тактику ведения родов роженицы ФИО2 с 

<

данные изъяты> и нарушив маршрутизацию беременной, родоразрешение которой, согласно стандартам оказания медицинской помощи, должно проходить в акушерском стационаре не 1, а 2 уровня. 

ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 06 часов 55 минут до 14 часов 52 минут врач 

<

данные изъяты> ФИО6, находясь на рабочем месте в 

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес>, действуя небрежно, в нарушение вышеназванных положений должностной инструкции, не учитывая рекомендации протокола Министерства здравоохранения Российской Федерации от 26 ноября 2002 года № 2510/11869-02-32 «Ведение беременности и родов у женщин с анатомически узким тазом», в соответствии с которым с целью прогнозирования клинически узкого таза целесообразно в комплексной оценке использовать итоги моделирования родов и полученные в результате прогностические коэффициенты отношения плоскостей малого таза и головки плода, так как при заниженных значениях риск осложнений родов резко возрастает, при диагностировании слабости родовой деятельности следует до назначения уретонических средств провести дифференциальную диагностику с клинически узким тазом, не применив в полном объеме свои специальные познания и навыки в области медицины, в нарушение клинических рекомендаций (протокола лечения) Министерства здравоохранения Российской Федерации от 06 мая 2014 года № 15-4/10/2-3185 «Оказание медицинской помощи при одноплодных родах в затылочном предлежании (без осложнений) и в послеродовом периоде», не прибегнула к использованию в полном объеме имеющегося в наличии 

<

данные изъяты>» диагностического оборудования (КТГ) при наблюдении за роженицей ФИО2 и состоянием плода в первом и втором периоде родов, вследствие неверно определённой тактики ведения родов ФИО2 не установила при появлении первых признаков несоответствия головки плода тазу матери во втором периоде родов (отсутствии продвижения головки плода в родах, ложных потугах, при высоко стоящей головке) диагноз – «

<

данные изъяты>» и степень имеющейся акушерской патологии, вследствие чего приняла запоздалое решение оперативного родоразрешения путем операции «Кесарево сечение».

Вследствие ненадлежащего исполнения ФИО6 своих профессиональных обязанностей, выразившихся в неоказании квалифицированной медицинской помощи при родах ФИО2 и длительном стоянии головки плода в одной плоскости при клинически узком тазе, привели к нарушению макро- и микрогемодинамики головного мозга плода, с развитием в дальнейшем острой гипоксии. ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 00 минут у ФИО2 путем операции «Кесарево сечение» родилась дочь ФИО5 с диагнозом: «

<

данные изъяты>?». Кроме того, в после родовом периоде у новорожденной ФИО5 возник 

<

данные изъяты>, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> в реанимацию 

<

данные изъяты>», расположенное по адресу: 

<

адрес>, где вследствие наличия признаков тяжелых последствий 

<

данные изъяты>, влияющих на прогрессирующее ухудшение состояния новорожденной, в совокупности с постепенным развитием 

<

данные изъяты>, приведших к нарушению 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ в 10 часов 00 минут новорожденная ФИО5 скончалась.

Согласно заключению комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, смерть ФИО5 наступила от 

<

данные изъяты>), развившейся вследствие 

<

данные изъяты>. 

Между выявленными нарушениями при оказании медицинской помощи ФИО2 и ее новорожденному ребенку – ФИО5 на этапе родильного отделения 

<

данные изъяты> и развитием 

<

данные изъяты> и последующим наступившим неблагоприятными исходом в виде смерти ребенка имеется причинно-следственная связь.

Не проведя в полном объеме диагностические мероприятия роженице ФИО2 и, соответственно, неадекватно составив план родов, ненадлежаще исполнив свои должностные обязанности, ФИО6 действовала небрежно, не предвидела возможности наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействий), выразившихся в невозможности предотвращения специалистами 

<

данные изъяты>» неблагоприятного исхода в виде смерти ФИО5, несмотря на проведенный ими полный комплекс лечебных мероприятий, направленных на восстановление жизненно важных функций организма, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть эти последствия. 

Действия подсудимой ФИО6 органом предварительного расследования квалифицированы по ст. 109 ч. 2 Уголовного кодекса Российской Федерации, как причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей.

В ходе судебного заседания подсудимой ФИО6 заявлено ходатайство, поддержанное ее защитниками, о прекращении в отношении нее уголовного дела по не реабилитирующим основаниям в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Государственный обвинитель Ахунов Р.И., потерпевший ФИО3, потерпевшая и гражданский истец ФИО2, ее представитель – адвокат Муратова Н.Г. в суде возражали против ходатайства о прекращении уголовного дела, ссылаясь на положения ч. 8 ст. 302 Уголовно-процесссуального кодекса Российской Федерации, согласно которым, если основания прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования, указанные в пунктах 1 – 3 части первой статьи 24 и пунктах 1 и 3 части первой статьи 27 настоящего Кодекса, обнаруживаются в ходе судебного разбирательства, то суд продолжает рассмотрение уголовного дела в обычном порядке до его разрешения по существу.

Представитель гражданского ответчика ФИО1 согласен с ходатайством подсудимой.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процесссуального кодекса Российской Федерации уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

На основании ст. 254 Уголовного кодекса Российской Федерации суд прекращает уголовное дело в судебном заседании в случаях, если во время судебного разбирательства будут установлены обстоятельства, указанные в пунктах 3 - 6 части первой, в части второй статьи 24 и пунктах 3 – 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

Согласно положениям ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации преступление, предусмотренное ст. 109 ч. 2 Уголовного кодекса Российской Федерации, в совершении которого обвиняется ФИО6 относится к категории преступлений небольшой тяжести.

В силу п. «а» ч. 1 ст. 78 Уголовного кодекса Российской Федерации, ч. 2 ст. 78 Уголовного кодекса Российской Федерации лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло два года. Сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора суда в законную силу. 

На основании ч. 3 ст. 78 Уголовного кодекса Российской Федерации течение сроков давности приостанавливается только в случае, если лицо, совершившее преступление, уклоняется от следствия или суда. Однако таких данных в материалах уголовного дела не имеется.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 3.1 Постановлении от 02 марта 2017 года № 4-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 3 части первой статьи 24, пункта 1 статьи 254 и части восьмой статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан ФИО8 и ФИО9», осуществляя правовое регулирование института освобождения от уголовной ответственности ввиду истечения сроков давности, федеральный законодатель, будучи связанным конституционными требованиями о судебной защите прав и свобод человека и гражданина и одновременно наделенный дискреционными полномочиями по определению ее способов и процедур, исходил из того, что положения части восьмой статьи 302 УПК Российской Федерации распространяются исключительно на случаи, когда прекращение уголовного дела в связи с истечением сроков давности в порядке статьи 254 данного Кодекса невозможно в силу части второй его статьи 27, не допускающей прекращение уголовного преследования по данному основанию, если обвиняемый (подсудимый) против этого возражает; применение части восьмой статьи 302 УПК Российской Федерации может иметь место, если обвиняемый (подсудимый) настаивает на продолжении производства по уголовному делу, что предполагает проведение полноценного судебного разбирательства, завершающегося постановлением приговора как акта правосудия. Что касается потерпевшего, то его согласие на прекращение уголовного преследования в связи с истечением сроков давности не является необходимым условием при принятии соответствующего решения.

Основанная на взаимосвязанных положениях пункта 3 части первой статьи 24, пункта 1 статьи 254 и части восьмой статьи 302 УПК Российской Федерации судебная практика также исходит из того, что при установлении в ходе судебного разбирательства обстоятельства, указанного в пункте 3 части первой статьи 24 УПК Российской Федерации, суд прекращает уголовное дело и (или) уголовное преследование только при условии согласия на это обвиняемого (подсудимого). При этом, как следует из постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», не имеет значения, в какой момент производства по делу истекли сроки давности уголовного преследования, если в результате продолженного судебного разбирательства в связи с возражением подсудимого против прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования по указанному основанию будет установлена его виновность, суд постановляет обвинительный приговор с освобождением осужденного от наказания (пункт 25); кроме того, в соответствии с пунктом 1 части второй статьи 389.17 УПК Российской Федерации налицо существенное нарушение уголовно-процессуального закона, влекущее безусловную отмену приговора, если суд первой инстанции при наличии оснований, предусмотренных пунктом 3 части первой статьи 24 УПК Российской Федерации, не прекратил уголовное дело и (или) уголовное преследование (пункт 27).

Установлено, что преступление, предусмотренное ст. 109 ч. 2 Уголовного кодекса Российской Федерации, в совершении которого обвиняется ФИО6, датировано ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ. В настоящее время предусмотренный ст. 78 ч. 1 п. «а» Уголовного кодекса Российской Федерации двухлетний срок давности истек. 

При таких обстоятельствах ходатайство подсудимой ФИО6 о прекращении в отношении нее уголовного дела по ст. 109 ч. 2 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности подлежит удовлетворению.

В связи с прекращением уголовного дела мера процессуального принуждения в отношении ФИО6 в виде обязательства о явке подлежит отмене, а гражданский иск ФИО2 (т. 1 л.д. 52) – должен быть оставлен без рассмотрения. Оставление судом гражданского иска без рассмотрения не препятствует последующему его предъявлению и рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства.

Руководствуясь ст.ст. 15 ч. 2 и 78 ч. 1 п. «а» Уголовного кодекса Российской Федерации, ст.ст. 24 ч. 1 п. 3, 27 ч. 1 п. 2, ч. 2, 254, 256, 271 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л :

Ходатайство подсудимой ФИО6, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ст. 109 ч. 2 Уголовного кодекса Российской Федерации, о прекращении в отношении нее уголовного дела в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности удовлетворить.

Уголовное дело в отношении ФИО6, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ст. 109 ч. 2 Уголовного кодекса Российской Федерации, прекратить в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности

Меру процессуального принуждения в отношении ФИО6 в виде обязательства о явке отменить.

Гражданский иск ФИО2 оставить без рассмотрения.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение 10 суток со дня его вынесения через Сабинский районный суд Республики Татарстан. 

Судья Р.Я. Шафигуллин