Дело № 2-936/17

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Таштагол 21 сентября 2017 года

Таштагольский городской суд Кемеровской области в составе

председательствующего Масловой И. И. 

с участием прокурора Пермяковой Е. П. 

при секретаре Игнатовой О. Г.

рассмотрев в открытом судебном заседании, с извещением участвующих в деле лиц, гражданское дело по иску П. В. В. к АО «Евразруда» о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве,

У С Т А Н О В И Л:

П. В. В. обратился в суд с иском к АО «Евразруда» о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве, мотивируя свои требования тем, что он работал у ответчика АО «Евразруда» Казский филиал машинистом электровоза. 05.10.2016г. при выполнении работы в смену №1 при доставке груженного состава на ДОФ, был остановлен машинистом электровоза ФИО1, так как у нее над составом был обрыв контактной сети. При выходе из электровоза и наступив на почву свободного прохода он почувствовал острую боль в левом коленном суставе. Сообщил о случившемся горному мастеру и зам начальника участка №6 ФИО2 Устранив обрыв контактного провода он продолжил движение на фабрику для разгрузки состава. По прибытию на шахту не смог идти, и в сопровождении зам. начальника участка №6 ФИО2 проследовал в здравпункт АБК шахты. Недоработав смену, он был отправлен домой. Утром 06.10.2016 г. он обратился в больницу, где ему хирург ФИО10 установила диагноз: застарелое 

<

данные изъяты>. На рентгеннограмме левого коленного сустава установили: 

<

данные изъяты> 

12.10.2016 г. года он поехал в г. Новокузнецк в отделение магнитно-резонансной томографии и после обследования ему сделали заключение: 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты>. Его направили на консультацию в АНО «Медицинский центр «АлМед», где ему подтвердили заключение: 

<

данные изъяты> и предложили сделать операцию. 

10 ноября 2016 года ему была проведена операция, артроскопия левого коленного сустава, резекция поврежденной части мениска. 

24 октября 2016 года он обратился с письменным заявлением на имя директора Казской шахты о расследовании его несчастного случая.

28 октября 2016 года комиссией под руководством главного инженера шахты ФИО3 был составлен акт № 1 о том, что данный случай не может быть отнесен к производственному, так как причиной временной нетрудоспособности является заболеванием.

На основании постановления следователя следственного отдела по г. Таштаголу ФИО4 от 07.12.2016г. он был направлен на обследование в Таштагольское судебно-медицинское отделение Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Кемеровской области. По заключению эксперта 

<

данные изъяты> от 27 декабря 2016 года, данное повреждение квалифицируется как средний вред здоровью, по признаку длительного расстройства здоровья (временная нетрудоспособность продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня).

По результатам проведенной проверки Государственной инспекции труда в Кемеровской области ему было выдано письменное предписание 

<

данные изъяты> от 31 марта 2017г. - провести расследование несчастного случая на производстве и выдать пострадавшему П. В. В. Акт формы Н-1.

На основании медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве без номера от 27.01.2017г., выданного ГБУЗ ФИО5: Застарелое повреждение внутреннего мениска левого коленного сустава, М 23.2.Указанное повреждение относится к категории легких. 

Акт № 

<

данные изъяты> о несчастном случае на производстве в отношении него, был утвержден генеральным директором АО «Евразруда» ФИО6 20 апреля 2017 года и после этого выдан ему на руки.

От полученной травмы и от бездействия работодателя по расследованию несчастного случая на производстве произошедшего 05 октября 2016 года он претерпел большие физические и нравственные страдания. Он испытал длительные, мучительные боли во время прохождения лечения. Страх за свое здоровье в момент получения травмы, а также наступившие последствия после травмы он испытывал и испытывает на протяжении всего времени прошедшего после производственной травмы. Он обращался с устными заявлениями к руководству АО «Евразруда» о компенсации морального вреда, но ему не ответили.

Просит суд взыскать с АО «Евразруда» в его пользу компенсацию морального вреда в сумме 50 000 рублей за отказ от расследования его несчастного случая на производстве и своевременной выдачи акта формы Н-1. Взыскать с АО «Евразруда» в его пользу компенсацию морального вреда за полученную на производстве травму в сумме 500 000 рублей.

Истец П. В. В. и его представитель ФИО7, действующий на основании доверенности от 04.04.2017 года № 

<

данные изъяты>, выданной сроком на 3 года, в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО8, действующий на основании доверенности № 1Д-798 от 22.08.2016 года, выданной сроком по 13.05.2018 года, в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что происшествие с П. В. В. произошло 05.10.2016 года, 06.10.2016 года работодателю была предоставлена медицинская справка о том, что у него имеется застарелое повреждение мениска. Никаких иных документов у работодателя не было. 

28.10.2016 года комиссия АО «Евразруда» провела проверку происшествия и случай с П. В. В. не был отнесен к производственной травме. 

27.01.2017 года в АО Евразруда поступило информационное письмо от главного врача Темиртаусской участковой больницы ФИО9 о том, что справка, выданная врачом ФИО10 Казскомо филиалу АО «Евразруда» по поводу пострадавшего П. В. В. является недействительной. Никакого медицинского документа, подтверждающего, что у П. В. В. имелась производственная травма работодателю не было направлено.

Затем, 31.03.2017 года в Евразруду поступило предписание 

<

данные изъяты> Государственной инспекции труда по Кемеровской области о необходимости проведения расследования несчастного случая в отношении П. В. В. и составлении акта форму Н-1. Были представлены медицинские документы.

После получения предписания был составлен акт формы Н-1 и вручен П. В. В.. Никакой волокиты со стороны АО «Евразруда» не было. Если бы у работодателя были раньше медицинские документы, подтверждающие получение П. В. В. производственной травмы, то и расследование несчастного случая и составление акта формы Н-1 было бы проведено ранее, но у АО «Евразруда» отсутствовали основания для признания случая с П. В. В. производственной травмой.

Просит в иске П. В. В. о взыскании морального вреда за волокиту отказать. Также просит отказать в иске о взыскании морального вреда по производственной травме. П. В. В. получил оплату по больничному в полном объеме в размере 100%, лечение ему проведено в полном объеме, никакие материальные затраты не понес.

Выслушав стороны, заключение прокурора Пермяковой Е. П., считавшей, что исковые требования подлежат удовлетворению частично, исследовав письменные материалы дела, оценив доказательства в их совокупности, суд считает исковые требования П. В. В. подлежащими удовлетворению частично.

Как следует из представленных документов (трудовой книжки 

<

данные изъяты> П. В. В. состоит в трудовых отношениях с АО «Евразруда».

Согласно сведений трудовой книжки, 01.07.2004 года П. В. В. принят в ОАО «Евразруда» Казский филиал, шахта, участок внутришахтного транспорта № 6 электрогазосварщиком 4 разряда, занятый на производственном участке шахтной поверхности в порядке перевода. 

В настоящее время он продолжает работать в АО «Евразруда» Горно- Шорский филиал, Казская шахта на участке внутришахтного транспорта № 6 машинистом электровоза 4 разряда, занятый полный рабочий день на подземных работах.

В судебном заседании установлено, что согласно акту от 20 апреля 2017 года 

<

данные изъяты> о несчастном случае на производстве, 05.10.2016 г. в смену № 1 при доставке груженого состава на ДОФ, был остановлен машинистом электровоза ФИО1, так как у нее над составом был обрыв контактной сети. При выходе из электровоза и, наступив на почву свободного прохода, он почувствовал острую боль в левом коленном суставе. Сообщил о случившемся горному мастеру и зам. начальника участка № 6 ФИО2 Устранив обрыв контактного провода, он продолжил движение на фабрику для разгрузки состава. По прибытию на шахту, не смог идти и в сопровождении зам. начальника участка № 6 ФИО2 проследовал в здравпункт АБК шахты. Не доработав смену, он был отправлен домой. Утром 06.10.2016 г. он обратился в больницу, где ему хирург ФИО10 установила диагноз: 

<

данные изъяты>

На основании медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве от 27.01.2017 года, выданного ГБУЗ ТЦРБ, П. В. В. установлен диагноз: застарелое повреждение внутреннего мениска левого коленного сустава М 23.2. Указанное повреждение относится к категории легких.

Согласно справке о заключительном диагнозе от 27.01.2017 года, выданного ГБУЗ ТЦРБ, П. В. В. установлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Указанное повреждение относится к категории легких.

Причиной несчастного случая, согласно данного акта, является личная неосторожность пострадавшего, п. 8.1 Инструкции по охране труда «Общие правила безопасности для работников в шахте».

Комиссией не установлен факт грубой неосторожности в действиях пострадавшего. Степень вины П. В. В. 0%.

Как считает суд, в связи с установленным несчастным случае на производстве, нарушено неимущественное право истца, поскольку, осуществляя трудовую деятельность в АО «Евразруда», истец утратил здоровье. 

Ответственность работодателя наступает при наличии общих оснований наступления ответственности:

наличие ущерба (вреда здоровью); подтверждение факта трудового увечья;

причинно-следственная связь между повреждением здоровья и трудовым увечьем;

наличие вины (кроме случаев причинения вреда здоровью источником повышенной опасности).

В то же время, исходя из приведенных выше обстоятельств, установлено, что на основании акта о несчастном случае на производстве, наличия вины работника не установлено.

В соответствии с ФЗ от 24.07.1998г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» ст. 8 п. 3 ч. 2 - возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В порядке ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право на возмещение вреда, причинённого ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

Согласно ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации, усматривается, что работодатель обязан возмещать вред, причинённый работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Никакому иному органу, кроме суда общей юрисдикции, не предоставлено право определять факт причинения морального вреда и определять размеры возмещения этого вреда при возникновении спора (ст. 237 ТК РФ).

Из п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. (в ред. от 24.11.2015 г.) следует: учитывая, что ТК РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда, в силу ст.ст. 21, 237 ТК РФ суд вправе удовлетворить требования работника о компенсации морального вреда, причинённого ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами ст. 151 ГК РФ, которая предусматривает, что если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причин вред.

Суд, с учетом вышеуказанных обстоятельств, считает, что истец действительно перенес физические страдания, испытал физическую боль в результате несчастного случая на производстве, произошедшего 05.10.2016 года, испытал страх за свое здоровье и жизнь и продолжает его испытывать, испытывает ощущение своей неполноценности в обществе, переносит физическую боль.

В то же время суд считает, что требования истца и его представителя о взыскании компенсации морального вреда в размере 500000 рублей слишком завышены.

Актом о несчастном случае на производстве от 20.04.2017 года установлено, что застарелое повреждение внутреннего мениска левого коленного сустава относится к категории легких.

Согласно заключения эксперта № 531 от 27.12.2016 года, разрыв внутреннего мениска левого коленного сустава квалифицируется как средний вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья (временная нетрудоспособность продолжительностью свыше трех недель).

Суд учитывает, что в настоящее время П. В. В. продолжает работать в АО «Евразруда» по прежней специальности.

С учетом указанных выше физических и нравственных страданий, а также принципа разумности, справедливости, суд оценивает моральный вред в результате несчастного случая на производстве в сумме 100 000 рублей, и считает, что эта сумма соответствует характеру травмы, полученной истцом в результате несчастного случая, степени его страданий.

Суд находит не подлежащими удовлетворению исковые требования П. В. В. о взыскании компенсации морального вреда с АО «Евразруда» за волокиту и отказ в расследовании несчастного случая на производстве.

Судом установлено, что изначально в АО «Евразруда» поступила медицинская справка о том, что причиной случившегося с П. В. В. стало застарелое заболевание, которое не является травмой.

Никаких иных медицинских документов в АО «Евразруда» представлено не было.

28.10.2016 года комиссия Казского филиала АО «Евразруда» пришла к выводу, что причиной временное нетрудоспособности П. В. В. является заболевание. Так как отсутствует воздействие вредных травмирующих производственных факторов, случай с П. В. В. не может быть отнесен к производственному случаю и не может быть расследован, как производственная травма.

31.03.2017 года АО «Евразруда» получило предписание Государственной инспекции труда в Кемеровской области о проведении расследования несчастного случая с П. В. В. и составлении акта формы Н-1.

К предписанию были приложены медицинские документы, из которых следовало, что П. В. В. выставлен диагноз: разрыв внутреннего мениска, блокировка, гонартроз левого коленного сустава.

После получения предписания, АО «Евразруда» провело расследование несчастного случая, и был составлен акт 

<

данные изъяты> о несчастном случае на производстве. 

Суд приходит к выводу, что никакой волокиты, тем более отказа в расследовании несчастного случая, в отношении П. В. В., со стороны АО «Евразруда» не было. Работодатель действовал строго в рамках закона, руководствуясь теми медицинскими документами, какие были ему представлены медицинским учреждением. 

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку истец при подаче искового заявления был освобожден от уплаты государственной пошлины в связи с тем, что истцы по искам о возмещении вреда, причиненного здоровью, освобождаются от уплаты государственной пошлины, его исковые требования удовлетворены частично, ответчик от уплаты судебных расходов не освобожден, следовательно, государственная пошлина в сумме 300 рублей подлежит взысканию с ответчика.

В соответствии с ч.2 ст.61.1 Бюджетного Кодекса РФ в бюджеты муниципальных районов подлежат зачислению налоговые доходы от следующих федеральных налогов и сборов, в том числе налогов, предусмотренных специальными налоговыми режимами: по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, мировыми судьями (за исключением Верховного Суда Российской Федерации).

С ответчика подлежит взысканию в доход муниципального района госпошлина в сумме 300 рублей (ст.333.19 НК РФ).

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

Исковые требования П. В. В. удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Евразруда» в пользу П. В. В. возмещение морального вреда здоровью в сумме 100 000 (сто тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований П. В. В. отказать.

Взыскать с АО «Евразруда» в доход бюджета Таштагольского муниципального района госпошлину в сумме 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение одного месяца со дня вынесения судом мотивированного решения.

Председательствующий И. И. Маслова

Мотивированное решение изготовлено 26.09.2017 года