Решение

 принято в окончательной форме 21 ноября 2018 г.

Дело № 2-2471/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

22 октября 2018 г. г. Ярославль

Дзержинский районный суд г. Ярославля в составе председательствующего судьи Фоминой Т.Ю., при секретаре Рогозиной П.А.. с участием прокурора Сергеевой Е.О., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Автодизель» (ЯМЗ) о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ПАО «Автодизель» (ЯМЗ) о восстановлении на работе в должности оператора 02 участка цеха коробок передач и сцепления ПАО «Автодизель» (ЯМЗ) с 12 июля 2018 г., взыскании заработка за время вынужденного прогула за вычетом выплаченного выходного пособия по день восстановления на работе, взыскании компенсации морального вреда – 50 000 руб., мотивируя тем, что трудовой договор прекращен на основании пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с сокращением численности работников предприятия. При расторжении трудового договора ответчиком нарушена процедура увольнения, не были учтены такие показатели, как производительность и квалификация работников, не учтено, что истец является одинокой матерью, не были предложены все соответствующие квалификации истца вакантные должности, увольнение произведено в отсутствие согласия профсоюзного органа.

В судебном заседании ФИО1, ее представитель по ордеру адвокат Казанцева К.Е., представитель третьего лица, Первичной профсоюзной организации ПАО «Автодизель» по доверенности ФИО2 исковые требования поддержали по изложенным выше основаниям.

Представители ПАО «Автодизель» (ЯМЗ) по доверенности ФИО3, ФИО4 исковые требования не признали, ссылаясь на их необоснованность.

Заслушав объяснения участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что требования ФИО1 о восстановлении на работе подлежат удовлетворению, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

В пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора с работником по пункту 2 части 1 статьи 81 Кодекса возможно при условии, что он не имел преимущественного права на оставление на работе (статья 179 Трудового кодекса Российской Федерации), был предупрежден персонально и под роспись не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении (часть 2 статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что с 2004 г. ФИО1 работала в ПАО «Автодизель» (ЯМЗ), с 01 января 2014 г. – в должности главного специалиста цеха коробок передач и сцепления, производственно-диспетчерская группа, с 01 февраля 2017 г. – переведена на должность оператора цеха коробок передач и сцепления на основании приказа от 25 января 2017 г. № 67. Трудовой договор прекращен (расторгнут) 11 июля 2018 г. на основании пункта 2 части 1 статьи 81 ТК РФ в связи с сокращением численности или штата работников организации на основании приказа от 11 июля 2018 г. № 190.

Из дела видно, что 26 февраля 2015 г. генеральным директором ПАО «Автодизель» (ЯМЗ) издан приказ № 95 об объединении цеха коробок передач и сцепления и термического цеха в цех деталей трансмиссий с 01 мая 2015 г., в соответствии с которым были внесены изменения в организационную структуру ПАО «Автодизель» (ЯМЗ), утверждены структура нового цеха, штатное расписание. Таким образом, с 01 мая 2015 г. цех коробок передач и сцепления фактически прекратил существование в результате объединения с термическим цехом в цех деталей трансмиссий.

На момент издания данного приказа истец находилась в отпуске по уходу за ребенком. На основании приказа от 21 июня 2016 г. № 192к-а ФИО1 был предоставлен отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет с 21 июня 2016 г. по 23 апреля 2018 г. Фактически истец находилась в отпуске по уходу за ребенком до трех лет до 31 января 2017 г. 01 февраля 2017 г. ответчиком издан приказ № 23к о досрочном выходе ФИО1 из отпуска по уходу за ребенком.

17 апреля 2018 г. был издан приказ о сокращении с 10 апреля 2018 г. штатных единиц ПАО «Автодизель» (ЯМЗ), в том числе занимаемой истцом должности оператора цеха коробок передач и сцепления, производственно-диспетчерская группа. (л.л. 41, 113). Как следует из содержания приказа, сокращение было обусловлено устойчивым снижением спроса на выпускаемую продукцию ПАО «Автодизель» (ЯМЗ), произведено с целью безубыточной работы предприятия, оптимизации структуры численности персонала.

08 мая 2018 г. ФИО1 было вручено уведомление о предстоящем увольнении в связи с сокращением численности или штата работников (л.д. 42). Согласно отметке на уведомлении о предстоящем увольнении, оно было получено ФИО1 08 мая 2018 г., то есть более чем за два месяца до увольнения, что соответствует положениям части 2 статьи 180 ТК РФ.

Из содержания положений п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ следует, что основанием для увольнения является сокращение численности или штата работников организации, то есть работодатель обязан доказать действительность (реальность) сокращения, что подтверждается совокупностью двух обстоятельств – изданием приказа о сокращении и новым штатным расписанием, в котором отсутствует должность увольняемого работника.

В данном случае сокращение должности истца действительно имело место, в соответствии с приказом от 17 апреля 2018 г. занимаемая истцом должность подлежала упразднению. Кроме того, в соответствии с приказом от 26 февраля 2015 г. № 95 с 01 мая 2015 г. цех коробок передач и сцепления прекратил существование в результате объединения с термическим цехом в цех деталей трансмиссий.

На основании объяснений сторон судом установлено, что фактически после выхода из отпуска по уходу за ребенком, то есть с 01 февраля 2017 г., истец исполняла обязанности оператора в цехе деталей трансмиссий ПАО «Автодизель» (ЯМЗ).

В материалы дела ответчиком представлен протокол от 23 апреля 2018 г. № 1 заседания комиссии по сокращению штата цеха деталей трансмиссий ПАО «Автодизель» (ЯМЗ), из содержания которого следует, что занимаемая истцом должность оператора 02 участка цеха коробок передач и сцепления, производственно-диспетчерская группа (ЦКП иС ПДГ), была включена в штатное расписание образованного с 01 мая 2015 г. цеха деталей трансмиссий. По результатам заседания комиссии было принято решение о сокращении занимаемого ФИО1 рабочего места оператора 02 участка цеха коробок передач и сцепления, производственно-диспетчерская группа (л.д. 43).

Согласно ч. 3 ст. 81 ТК РФ увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или 3 части первой настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. 

При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Согласно ч. 1 ст. 180 ТК РФ при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью третьей статьи 81 настоящего Кодекса. 

Из дела видно, что ответчик предлагал истцу имевшиеся вакантные должности по состоянию на 15 мая 2018 г., 10 июля 2018 г. От перевода на эти должности истец отказалась. Данные обстоятельства подтверждены актами от 08 мая 2018 г. об отсутствии вакантных должностей в ПАО «Автодизель» (ЯМЗ) от 08 мая 2018 г. (л.д. 44-45), актом об отсутствии вакантных должностей в цехе коробок передач и сцепления (л.д. 46-47), списком вакансий с 15 мая 2018 г., на котором имеется запись ФИО1 от должности, указанной в списке (л.д. 87), перечнем вакантных должностей по состоянию на 10 июля 2018 г., актом от 11 июля 2018 г. об ознакомлении истца с данным перечнем (л.д. 38, 39). 

Утверждение истца о наличии в ПАО «Автодизель» (ЯМЗ) других вакантных должностей является голословным, доказательствами не подтверждено. По материалам дела таких доказательств суд не усматривает. Представители ответчика в судебном заседании указывали на то, что все вакантные должности исключаются из штатного расписания с момента их возникновения на основании приказа от 08 мая 2009 г. № 267, который был издан с целью оптимизации организационной структуры управления и затрат на персонал. Копия данного приказа представлена ответчиком в материалы дела. (л.д. 88).

В соответствии с частями 1, 2 статьи 179 ТК РФ при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией. При равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным – при наличии двух или более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком; работникам, получившим в период работы у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание; инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий по защите Отечества; работникам, повышающим свою квалификацию по направлению работодателя без отрыва от работы.

Частью 4 статьи 261 ТК РФ предусмотрено, что расторжение трудового договора с женщиной, имеющей ребенка в возрасте до трех лет, с одинокой матерью, воспитывающей ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет или малолетнего ребенка - ребенка в возрасте до четырнадцати лет, с другим лицом, воспитывающим указанных детей без матери, с родителем (иным законным представителем ребенка), являющимся единственным кормильцем ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет либо единственным кормильцем ребенка в возрасте до трех лет в семье, воспитывающей трех и более малолетних детей, если другой родитель (иной законный представитель ребенка) не состоит в трудовых отношениях, по инициативе работодателя не допускается (за исключением увольнения по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 5 - 8, 10 или 11 части первой статьи 81 или пунктом 2 статьи 336 настоящего Кодекса).

Согласно абз. 2 п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 января 2014 г. № 1 «О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних», при разрешении споров о незаконности увольнения без учета гарантии, предусмотренной частью четвертой статьи 261 ТК РФ, судам следует исходить из того, что к одиноким матерям по смыслу данной нормы может быть отнесена женщина, являющаяся единственным лицом, фактически осуществляющим родительские обязанности по воспитанию и развитию своих детей (родных или усыновленных) в соответствии с семейным и иным законодательством, то есть воспитывающая их без отца, в частности, в случаях, когда отец ребенка умер, лишен родительских прав, ограничен в родительских правах, признан безвестно отсутствующим, недееспособным (ограниченно дееспособным), по состоянию здоровья не может лично воспитывать и содержать ребенка, отбывает наказание в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы, уклоняется от воспитания детей или от защиты их прав и интересов, в иных ситуациях.

На иждивении ФИО1 находятся двое несовершеннолетних детей: ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельствами о рождении детей (л.д. 20, 21). Однако каких-либо доказательств, достоверно свидетельствующих о том, что истец является единственным лицом, осуществляющим родительские обязанности по воспитанию и развитию в отношении данных детей, оставшихся без отца, суду представлено не было. При указанных обстоятельствах оснований для распространения на ФИО1 гарантии, предусмотренной ч. 4 ст. 261 ТК РФ, у суда не имеется.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 179 ТК РФ при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией. При равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным – при наличии двух или более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком; работникам, получившим в период работы у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание; инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий по защите Отечества; работникам, повышающим свою квалификацию по направлению работодателя без отрыва от работы.

Суд полагает необходимым учесть то обстоятельство, что после выхода из отпуска по уходу за ребенком, то есть с 01 февраля 2017 г., истец хотя и была переведена на должность оператора в несуществующий цех коробок передач и сцепления, однако фактически работала в должности оператора в цехе деталей трансмиссий. При увольнении истца в нарушение требований ст. 179 ТК РФ сравнение производительности труда, квалификации, семейного положения с другими операторами цеха деталей трансмиссий ответчиком не производилось. Доказательств, свидетельствующих о том, что истец имела более низкую производительность труда и квалификацию по сравнению с другими работниками, занимающими должность операторов ПДГ цеха деталей трансмиссий, которые продолжили работу, со стороны ответчика суду не представлено. Таким образом, со стороны ПАО «Автодизель» (ЯМЗ) не было учтено наличие у истца преимущественного права на оставление на работе, наличие у нее высшего экономического образования, опыта работы с 2014 г. в вышестоящей должности – главного специалиста цеха коробок передач и сцепления.

При равной производительности труда и квалификации, как следует из положения части 2 статьи 179 ТК РФ, предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным - при наличии двух и более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию).

Как установлено судом, на иждивении ФИО1 находятся двое несовершеннолетних детей. 

Кроме того, в силу ч. 2 ст. 82 ТК РФ увольнение работников, являющихся членами профсоюза, по основаниям, предусмотренным пунктами 2, 3 и 5 части первой статьи 81 настоящего Кодекса, производится с учетом мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в соответствии со статьей 373 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 1 ст. 374 ТК РФ увольнение по основаниям, предусмотренным пунктом 2 или 3 части первой статьи 81 настоящего Кодекса, руководителей (их заместителей) выборных коллегиальных органов первичных профсоюзных организаций, выборных коллегиальных органов профсоюзных организаций структурных подразделений организаций (не ниже цеховых и приравненных к ним), не освобожденных от основной работы, допускается помимо общего порядка увольнения только с предварительного согласия соответствующего вышестоящего выборного профсоюзного органа.

На основании ч. 3 ст. 374 ТК РФ работодатель вправе произвести увольнение без учета решения соответствующего вышестоящего выборного профсоюзного органа в случае, если такое решение не представлено в установленный срок или если решение соответствующего вышестоящего выборного профсоюзного органа о несогласии с данным увольнением признано судом необоснованным на основании заявления работодателя.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в подпункте «в» пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», увольнение работников, являющихся членами профсоюза, по основаниям, предусмотренным пунктами 2, 3 или 5 части первой статьи 81 Кодекса, производится с соблюдением процедуры учета мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в соответствии со статьей 373 Кодекса (часть вторая статьи 82 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом исходя из содержания части второй статьи 373 Кодекса увольнение по указанным основаниям может быть произведено без учета мнения выборного органа первичной профсоюзной организации, если он не представит такое мнение в течение семи рабочих дней со дня получения от работодателя проекта приказа и копий документов, а также в случае, если он представит свое мнение в установленный срок, но не мотивирует его, т.е. не обоснует свою позицию по вопросу увольнения данного работника.

Из дела видно, что решением профсоюзного собрания ЦКПиС и СЦ-3 от 21 августа 2014 г. ФИО1 была избрана в состав цехового комитета (л.д. 53-54). Решением цехового комитета ЦКПиС и СЦ-3 от 22 августа 2014 г. (протокол № 2) на истца были возложены обязанности председателя организационно-массовой комиссии, заместителя председателя цехового комитета. (л.д. 57).

В связи с объединением с 01 мая 2015 г. цеха коробок передач и сцепления с термическим цехом в цех деталей трансмиссий, решением заседания цеховых комитетов указанных цехов от 10 августа 2015 г. (протокол № 14) был утвержден состав цехового комитета цеха деталей трансмиссий, на основании которого ФИО1 вошла в состав объединенного цехового комитета с возложением на нее обязанностей председателя организационно-массовой комиссии, заместителя председателя цехового комитета (л.д. 58).

Таким образом, материалами дела с достоверностью подтверждается, что с 2014 г. истец являлась заместителем руководителя цехового комитета Первичной профсоюзной организации ПАО «Автодизель». Данное обстоятельство ответчиком не опровергнуто.

То обстоятельство, что на момент принятия решения от 10 августа 2015 г. об утверждении состава объединенного цехового комитета истец находилась в отпуске по уходу за ребенком, само по себе значение для разрешения спора не имеет. Из письменных материалов дела, объяснений представителя Первичной профсоюзной организации ПАО «Автодизель» по доверенности ФИО2, показаний свидетеля ФИО7, являющегося председателем цехового комитета цеха деталей трансмиссий и сервисного центра цеха деталей трансмиссий, в судебном заседании 09 октября 2018 г., следует, что до момента увольнения ФИО1 состояла в цеховом комитете и исполняла обязанности заместителя председателя цехового комитета.

Из дела видно, что 26 июня 2018 г. ответчик обратился в Первичную профсоюзную организацию ПАО «Автодизель» с целью получения предварительного согласия на расторжение с ФИО1 трудового договора (л.д. 47). Данный запрос был рассмотреть профсоюзом. 02 июля 2018 г. ответчику выдан мотивированный отказ (постановление профкома) в даче согласия на расторжение трудового договора с ФИО1 (л.д. 48).

Основанием отказа профсоюзного органа явилось, в частности, то, что в нарушение ст. 179 ТК РФ не было учтено преимущественное право на оставление на работе по сравнению с другими работниками, занимающими аналогичные должности, а именно – операторами ПДГ, не было учтено, что ФИО1 имеет высшее экономическое образование, закончила Международный институт экономики и права в 2006 г. по специальности «Финансы и кредит»), с 2014 г. занимала должность главного специалиста – руководителя группы ПДГ. В постановлении профкома указано на то, что в нарушение ч. 4 ст. 256 ТК РФ, предусматривающей, что на период отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет за работником сохраняется место работы и должность, на момент досрочного выхода ФИО1 из отпуска по уходу за ребенком в феврале 2017 г. ее должность в была занята другим работником. 

Как следует из объяснений истца, представителя профсоюзной организации, именно по этой причине истец была вынуждена согласиться на перевод на должность оператора цеха коробок передач и сцепления.

03 июля 2018 г. состоялись дополнительные консультации между выборным органом первичной профсоюзной организации и представителем работодателя, но общего согласия достигнуто не было.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о том, что ответчиком был нарушен порядок увольнения ФИО1, не была соблюдена процедура увольнения истца с работы с точки зрения выполнения положений, определенных частями 1, 2 статьи 179, частью 3 статьи 374 Трудового кодекса Российской Федерации.

В связи с этим, увольнение истца не может быть признано законным и истец подлежит восстановлению на работе в должности оператора 02 участка цеха коробок передач и сцепления ПАО «Автодизель» (ЯМЗ) с 12 июля 2018 г.

В силу ст. 211 ГПК РФ решение суда о восстановлении на работе подлежит немедленному исполнению.

В соответствии с ч. 2 ст. 394 ТК РФ орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Поскольку увольнение ФИО1 является незаконным, истец имеет право на получение заработка за время вынужденного прогула с 12 июля 2018 г. по 22 октября 2018 г. за вычетом выплаченного выходного пособия.

Согласно справке ПАО «Автодизель» (ЯМЗ) (л.д. 136), средний дневной заработок истца определен в размере 2 498 руб. 74 коп. Данный расчет судом проверен, представляется правильным, произведен в соответствии со ст. 139 ТК РФ и п. 4 Положения об особенностях порядка исчисления вредней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 г. № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы».

Как следует из указанной справки, а также объяснений истца в судебном заседании, за период по 11 октября 2018 г. истцу было выплачено выходное пособие по сокращению численности исходя из среднедневного заработка в размере 2 498 руб. 74 коп.

С учетом изложенного, с ответчика в пользу истца следует взыскать заработок за время вынужденного прогула за период с 12 по 22 октября 2018 г. (7 рабочих дней) в сумме 17 491 руб. 18 коп. (2 498 руб. 74 коп. х 7 дней).

Статьей 237 ТК РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку ответчиком было допущено нарушение трудовых прав истца, ФИО1 была уволена незаконно, на основании ст. 237 ТК РФ подлежит возмещению причиненный истцу указанными действиями (бездействием) ответчика моральный вред. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает степень вины ответчика, характер и степень нравственных страданий истца, которая вследствие незаконного увольнения нервничала и переживала. С учетом изложенного, а также принципа разумности и справедливости суд полагает необходимым взыскать с ПАО «Автодизель» (ЯМЗ) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб. В остальной части суд оставляет требования истца без удовлетворения.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Восстановить ФИО1 на работе в должности оператора 02 участка цеха коробок передач и сцепления ПАО «Автодизель» (ЯМЗ) с 12 июля 2018 г.

Взыскать с ПАО «Автодизель» (ЯМЗ) в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула в размере 17 491 руб. 18 коп., компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб., всего – 32 491 руб. 18 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Решение суда в части восстановления ФИО1 на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ярославский областной суд с подачей жалобы через Дзержинский районный суд г. Ярославля в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Судья Т.Ю. Фомина