Дело № 4а-14/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

06 марта 2018 года 

г. Горно-Алтайск 

Председатель Верховного Суда Республики Алтай Алексина М.В., рассмотрев жалобу ФИО1 в лице защитника Харина В.И. на вступившие в законную силу постановление мирового судьи судебного участка Турочакского района Республики Алтай от 14 ноября 2017 года, которым 

ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ, ей назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей, с лишением права управления транспортными средствами сроком на один год и шесть месяцев,

решение судьи Турочакского районного суда Республики Алтай от 27 декабря 2017 года, которым 

оставлено без изменения постановление мирового судьи судебного участка Турочакского района от 14 ноября 2017 года,

установил:

постановлением мирового судьи судебного участка Турочакского района от 14 ноября 2017 года, оставленным без изменения решением судьи Горно-Алтайского районного суда Республики Алтай от 27 декабря 2017 года, ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ.

В жалобе, поданной в Верховный Суд Республики Алтай, защитник ФИО1 – Харин В.И. выражает несогласие с принятыми по делу судебными актами, просит их отменить, производство по делу прекратить, указывает на нарушение процедуры направления ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения; отсутствие подписи должностного лица ГИБДД в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения; наличие в протоколе об отстранении от управления транспортным средством не согласованных с ФИО1 изменений; неверное указание места совершения правонарушения, а также обращает внимание, что мотивированное постановление мирового судьи датировано 14 ноября 2017 года.

Изучив материалы дела об административном правонарушении, проверив доводы жалобы, прихожу к следующим выводам.

Согласно пункту 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 г. N 1090 (далее – Правила дорожного движения), водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

В соответствии с частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния, влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Из материалов дела следует, что 10 сентября 2017 года в 02 часа 06 минут, ФИО1 управляла транспортным средством 

<

данные изъяты>, с признаками алкогольного опьянения: запах алкоголя изо рта, нарушение речи, поведение не соответствующее обстановке.

В нарушение пункта 2.3.2 Правил дорожного движения 10 сентября 2017 года, в 03 часа 00 минут, в районе дома 

<

адрес> в с. Турочак Турочакского района, ФИО1 не выполнила законное требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Приведенные обстоятельства и вина ФИО1 в совершении вменяемого правонарушения подтверждаются собранными доказательствами: протоколом об административном правонарушении, протоколом об отстранении от управления транспортным средством, протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, которым в совокупности иными материалами дела дана надлежащая оценка на предмет их допустимости, достоверности и достаточности по правилам статьи 26.11 КоАП РФ.

В соответствии с требованиями статьи 24.1 КоАП РФ при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств судебные инстанции установили все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, предусмотренные статьей 26.1 данного Кодекса, пришли к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ.

Вопреки доводам жалобы, порядок направления ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения должностным лицом ГИБДД не нарушен.

Основанием для такого требования должностного лица ГИБДД послужило наличие у водителя ФИО1 признаков опьянения, зафиксированных в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, а также её отказ пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, что соответствует положениям части 1.1 статьи 27.12 КоАП РФ, подпункта «а» пункта 10 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов и правил определения наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека при проведении медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством, утв. Постановление Правительства РФ от 26.06.2008 N 475 (далее – Правила освидетельствования).

В соответствии с частью 2 статьи 27.12 КоАП РФ, в ходе применения мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении обеспечено ведение видеозаписи.

Довод жалобы об отсутствии подписи должностного лица ГИБДД в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование был предметом исследования судьи второй инстанции, получил надлежащую оценку, с которой следует согласиться.

По обстоятельствам составления данного процессуального документа был опрошен инспектор ДПС ОГИБДД ММО МВД России «Турочакский» "П.....", который подтвердил факт отказа ФИО1 пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, при составлении документов он исходил из того, что подписал протокол, поскольку проставил там три своих подписи (л.д. 4).

Относительно довода жалобы об отсутствии у ФИО1 реальных признаков опьянения на момент отстранения от управления транспортным средством, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 2 Правил освидетельствования, определение наличия или отсутствия оснований полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения отнесено к компетенции должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения.

Видеозапись мер обеспечения производства по делу, на которую ссылается заявитель, а также письменные доказательства – протоколы процессуальных действий, по объективным причинам не могут быть в полной мере достоверными доказательствами, подтверждающими наличие у водителя транспортного средства признаков опьянения, поскольку не могут нести в себе сами следы опьянения, а лишь отражают субъективное мнение уполномоченного должностного лица, сформированное при оценке поведения конкретного водителя. Особенно это относится к такому признаку опьянения как запах алкоголя изо рта, который не способны зафиксировать видеозапись и письменные доказательства.

Однако, то обстоятельство, что выявление признаков опьянения должностным лицом ГИБДД всегда носит субъективный характер, не означает безусловную неправомерность требования о прохождении лицом, управляющим транспортным средством, медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Законность требования должностного лица ГИБДД правильно оценивать не с точки зрения наличия или отсутствия у водителя признаков опьянения, а в первую очередь, с точки зрения соблюдения порядка направления лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, соблюдения стадий освидетельствования, предусмотренных вышеупомянутыми Правилами освидетельствования.

Именно соблюдение процедуры, заложенной в Правилах освидетельствования, является гарантией от необоснованного привлечения к административной ответственности лиц, управляющих транспортными средствами в трезвом состоянии, то есть не нарушающих запрета, установленного пунктом 2.7 Правил дорожного движения.

Логично думать, что законопослушным водителям нет оснований избегать прохождение процедуры медицинского освидетельствования на состояние опьянения, в то время как лицо, находящееся в состоянии опьянения, заинтересовано уклониться от такой процедуры в целях избежать установленной законом ответственности.

В данной ситуации, единственным допустимым доказательством, устраняющим все субъективные оценки относительно наличия или отсутствия у ФИО1 признаков опьянения, могли быть результаты освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, либо медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Однако ФИО1 отказалась от прохождения данных процедур, при этом каких-либо объективных препятствий для их прохождения у неё не имелось.

При таких обстоятельствах, вывод судебных инстанций об отсутствии оснований для признания протокола о направлении на медицинское освидетельствование недопустимым доказательством следует признать правомерным.

Также не имеется оснований для признания недопустимым доказательством протокола об отстранении ФИО1 от управления транспортным средством.

Протокол об отстранении от управления транспортным средством составлен в соответствии с требованиями статьи 27.12 КоАП РФ, уполномоченным должностным лицом ГИБДД, при наличии оснований указанных в части 1 статьи 27.12 настоящего Кодекса, с применением видеозаписи.

Имеющаяся в протоколе об отстранении от управления транспортным средством запись «управление передано "З....."», отсутствующая в копии протокола, выданной ФИО1 не влечет недопустимость данного доказательства, подтверждающего факт отстранения водителя ФИО1 от управления транспортным средством, поскольку данная запись не относится к событию правонарушения.

Таким образом, судебные инстанции обоснованно использовали данный протокол как доказательство вины ФИО1 в совершении вменяемого правонарушения.

Относительно довода жалобы, подвергающего сомнению место совершения правонарушения, суд приходит к следующим выводам.

По смыслу части 1 статьи 12.26 КоАП РФ состав данного правонарушения образует противоправное бездействие, которое совершается водителем транспортного средства в месте отказа выполнить требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

При этом для квалификации деяния по части 1 статьи 12.26 КоАП РФ не имеет правового значения место остановки транспортного средства, управляемого водителем, при наличии у него признаков опьянения.

В соответствии со статьями 24.1, 26.1 КоАП РФ место совершения правонарушения является обстоятельством, относящимся к событию правонарушения, подлежащим установлению по делу об административном правонарушении на основании исследования и оценки совокупности собранных доказательств.

Из представленных материалов следует, что место совершения правонарушения судебными инстанциями установлено, ФИО1 выполнила объективную сторону правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ, находясь в районе дома 

<

адрес> в с. Турочак Турочакского района Республики Алтай.

Такой же адрес указан в качестве места составления протокола об административном правонарушении, что свидетельствует о соблюдении требований к его содержанию, установленных частью 2 статьи 28.2 КоАП РФ.

Таким образом, следует прийти к выводу, что обоснованных правовых аргументов для отмены обжалуемых судебных актов и освобождения ФИО1 от административной ответственности, надзорная жалоба не содержит.

Срок давности привлечения ФИО1 к административной ответственности и правила назначения административного наказания соблюдены.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что имеются основания для внесения изменений в постановление мирового судьи судебного участка Турочакского района в части даты вынесения мотивированного постановления.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 29.10 КоАП РФ в постановлении по делу об административном правонарушении должны быть указаны дата и место рассмотрения дела, при этом в силу части 1 статьи 29.11 КоАП РФ день изготовления постановления в полном объеме является днем его вынесения.

Из материалов дела следует, что постановление в отношении ФИО1 в окончательной форме вынесено мировым судьей 16 ноября 2017 года, однако во вводной части мотивированное постановление датировано 14 ноября 2017 года (л.д. 61).

Это противоречит требованиям административного законодательства, не было исправлено судьей второй инстанции при пересмотре дела, в связи с чем, постановление мирового судьи подлежит изменению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 30.13, 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

постановил:

постановление мирового судьи судебного участка Турочакского района Республики Алтай от 14 ноября 2017 года, вынесенное в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ, изменить, указав дату вынесения постановления 16 ноября 2017 года.

В остальной части указанное постановление, решение судьи Турочакского районного суда Республики Алтай от 27 декабря 2017 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, жалобу защитника Харина В.И. - без удовлетворения.

Председатель Верховного Суда Республики Алтай 

ФИО2