Дело № 2-275/2017

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 июня 2017 года 

<

адрес>

Анивский районный суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего судьи Невидимовой Н.Д.

с участием помощника прокурора ФИО3

при секретаре ФИО4 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Теплосинтез», акционерному обществу «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства», обособленному подразделению «Южно-Сахалинское» акционерного общества «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» о внесении записи в трудовую книжку, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

17 апреля 2017 года ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением, из которого следует, что 12 октября 2016 года он был принят на работу в общество с ограниченной ответственностью «Теплосинтез» машинистом (кочегаром) котельной № 

<

адрес>. Позже выяснилось, что запись в трудовую книжку не занесена. 

31 октября 2016 года в связи с реструктуризацией общества с ограниченной ответственностью «Теплосинтез» истец с 01 ноября 2016 года принят на работу в обособленное подразделение «Южно-Сахалинское» акционерного общества «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства». 01 января 2017 года уволен по истечении срока трудового договора по пункту 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации. 

02 января 2017 года принят в котельную № 

<

адрес> акционерного общества «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства». 31 марта 2017 года без уведомления о прекращении срочного трудового договора, находясь на стационарном лечении, истец уволен приказом от 31 марта 2017 года по пункту 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса. Истец считает увольнение незаконным. 

Изложив в исковом заявлении указанные обстоятельства, ФИО2 просит восстановить запись в трудовой книжке с начала работы с 12 октября 2016 года, взыскать с акционерного общества «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» материальный ущерб в размере 

<

данные изъяты> и компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>

Определением от 05 мая 2017 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено акционерное общество «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства».

12 мая 2017 года истцом представлено заявление о дополнении исковых требований, в котором он просит восстановить его на работу в акционерное общество «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» в должности машиниста (кочегара).

24 мая 2017 года ФИО2 представлено заявление об уточнении исковых требований, согласно которому он просит:

- внести в трудовую книжку сведения о работе в обществе с ограниченной ответственностью «Теплосинтез» машинистом (кочегаром) котельной № 

<

адрес> с 12 октября 2016 года по 31 октября 2016 года, 

- восстановить его на работу в акционерное общество «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» в должности машиниста (кочегара) котельной № теплового хозяйства эксплуатационного участка № «Анивский» с 31 марта 2017 года, 

- взыскать с акционерного общества «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» заработную плату за время вынужденного прогула в размере 

<

данные изъяты>

- компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>

Истец ФИО2 в судебном заседании настаивал на исковых требованиях по изложенным в исковом заявлении основаниям с учетом внесенных дополнений и уточнений.

Представитель ответчиков акционерного общества «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» и обособленного подразделения «Южно-Сахалинское» акционерного общества «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» ФИО5, действующий по доверенности, исковые требования ФИО2 не признал.

Из представленного письменного отзыва следует, что 01 ноября 2016 года с ФИО2 заключен срочный трудовой договор. Уведомлением о расторжении срочного трудового договора от 12 декабря 2016 года ФИО2 извещен, что последним днем работы по договору является 01 января 2017 года. Приказом от 23 декабря 2016 года №-к прекращено действие трудового договора.

30 декабря 2016 года с истцом заключен трудовой договор, ФИО2 принят на работу в обособленное подразделение «Южно-Сахалинское» на эксплуатационный участок № «Анивский», котельная №. Уведомлением от 09 марта 2017 года ФИО2 извещен о том, что последним днем работы является 31 марта 2017 года. Приказом от 15 марта 2017 года №-к прекращено действие трудового договора.

В трудовых договорах № и № в пункте 2.2 указан срок окончания трудового договора, следовательно, ФИО2 знал о дате прекращения трудовых отношений уже при заключении и подписании трудового договора.

Заработная плата за март 2017 года ФИО2 выплачена в полном объеме.

Изложив в отзыве указанные обстоятельства, представитель ответчиков ФИО5 просит в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать.

Представитель ответчика общества с ограниченной ответственностью «Теплосинтез» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен.

В соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью «Теплосинтез».

Выслушав истца ФИО2, представителя ответчиков ФИО5, заслушав заключение помощника прокурора ФИО3, полагавшей требования истца подлежащими удовлетворению частично, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Разрешая требования ФИО2, заявленные к обществу с ограниченной ответственностью «Теплосинтез», суд находит их подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 66 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

Работодатель (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями) ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной.

В трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе. 

В судебном заседании установлено, что ФИО2 работал в обществе с ограниченной ответственностью «Теплосинтез» с 01 октября 2016 года по 31 октября 2016 года машинистом-кочегаром котельной № 

<

адрес>, что подтверждается заявлением истца от 01 октября 2016 года, справкой работодателя № от 18 мая 2017 года, расчетным листком за октябрь 2016 года, справкой о доходах физического лица за 2016 год, представленными обществом с ограниченной ответственностью «Теплосинтез», и информацией № от 15 мая 2017 года государственного учреждения – отделения Пенсионного фонда России по 

<

адрес>, из которого видно, что обществом с ограниченной ответственностью «Теплосинтез» производилась уплата страховых взносов на обязательное пенсионное и медицинское страхование на застрахованное лицо ФИО2 за период его работы с 01 октября 2016 года по 31 октября 2016 года.

Из трудовой книжки истца видно, что запись о работе в обществе с ограниченной ответственностью «Теплосинтез» в должности машиниста-кочегара котельной № 

<

адрес> за период с 01 октября 2016 года по 31 октября 2016 года в трудовую книжку работодателем не внесена.

Таким образом, учитывая, что трудовым законодательством обязанность по ведению трудовых книжек работников возложена на работодателя, трудовая книжка является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника, суд полагает необходимым возложить на общество с ограниченной ответственностью «Теплосинтез» обязанность внести в трудовую книжку ФИО2 сведения о работе истца в обществе с ограниченной ответственностью «Теплосинтез» в должности машиниста-кочегара котельной № 

<

адрес> с 01 октября 2016 года по 31 октября 2016 года.

Предоставленное истцом заявление от 12 октября 2016 года на имя генерального директора общества с ограниченной ответственностью «Теплосинтез», согласно которому он просит принять его на работу с 12 октября 2016 года, суд не принимает во внимание, поскольку оно имеет незаверенные надлежащим образом исправления, в заявлении отсутствует отметка о принятии его работодателем, в связи с чем суд лишен возможности достоверно установить, что ФИО2 принимался на работу в общество с ограниченной ответственностью «Теплосинтез» на основании данного заявления. Кроме того, самим работодателем обществом с ограниченной ответственностью «Теплосинтез» представлены документы, подтверждающие работу истца с 01 октября 2016 года по 31 октября 2016 года.

При разрешении исковых требований ФИО2 к акционерному обществу «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» и обособленному подразделению «Южно-Сахалинское» акционерного общества «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации основаниями прекращения трудового договора является истечение срока трудового договора (статья 79 настоящего Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения.

Согласно части 1 статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации, срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

В силу части 4 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации в случае, когда ни одна из сторон не потребовала расторжения срочного трудового договора в связи с истечением срока его действия и работник продолжает работу после истечения срока действия трудового договора, условие о срочном характере трудового договора утрачивает силу и трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок.

В судебном заседании установлено, что 30 декабря 2016 года между ФИО2 и акционерным обществом «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» заключен трудовой договор №, согласно которому истец принят на работу в должности машиниста (кочегара) котельной группы теплового хозяйства эксплуатационного участка № «Анивский»; трудовой договор является срочным и действует со 02 января 2017 года по 31 марта 2017 года; трудовой договор подписан сторонами, что не оспаривалось истцом в судебном заседании.

Ответчиком акционерным обществом «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» представлено уведомление от 09 марта 2017 года о расторжении срочного трудового договора № от 30 декабря 2016 года, заключенного с ФИО2, в связи с истечением срока его действия.

Согласно заключению эксперта № от 13 июня 2017 года, подпись от имени ФИО2, расположенная в уведомлении после слов «С настоящим уведомление ознакомлен (а), один экземпляр уведомления получил (а)», выполнена не ФИО2, а другим лицом с подражанием его подлинной подписи; рукописная цифровая запись «15.03.17», расположенная в уведомлении после слов «С настоящим уведомление ознакомлен (а), один экземпляр уведомления получил (а)» выполнена не ФИО2, а другим лицом; запись «не согласен» в уведомлении выполнена не ФИО2, а другим лицом с подражанием его почерку.

Таким образом, судом установлено, что ФИО2 работодателем не уведомлялся о расторжении срочного трудового договора.

Вместе с тем, установлено, что акционерным обществом «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» 15 марта 2017 года издан приказ №-к о прекращении действия трудового договора № от 30 декабря 2016 года и увольнении ФИО2 с 31 марта 2017 года. С приказом истец ознакомлен 31 марта 2017 года, о чем имеется его собственноручная запись в приказе. 

В судебном заседании установлено и следует из подписанного ФИО2 срочного трудового договора, что при заключении срочного трудового договора он знал о том, что договор заключен до 31 марта 2017 года, ознакомился с приказом о прекращении трудового договора и увольнении в последний день работы 31 марта 2017 года, после чего трудовую деятельность в акционерном обществе «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» не продолжал.

Из положений статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что истечение установленного срока действия трудового договора влечет прекращение трудового договора, это обстоятельство не связано с инициативой работодателя и наступает независимо от его воли.

Трудовой кодекс Российской Федерации не регламентирует вопрос о последствиях несвоевременного извещения работника о предстоящем расторжении срочного трудового договора, а лишь в части 1 части 79 указывает на то, что работник должен быть предупрежден не менее чем за 3 дня до увольнения.

Суд полагает, что увольнение ФИО2 по пункту 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации является правомерным, несмотря на нарушение работодателем срока предупреждения о прекращении срочного трудового договора, поскольку несоблюдение требований статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации о необходимости в письменной форме не менее чем за три календарных дня уведомить работника о расторжении трудового договора в связи с истечением срока его действия, не может являться самостоятельным основанием для признания увольнения незаконным.

Судом установлено, что при заключении трудового договора истец знал об истечении срока действия договора 31 марта 2017 года, предупрежден о расторжении срочного трудового договора в последний рабочий день – 31 марта 2017 года и работу с 01 апреля 2017 года не продолжил.

Доводы истца о том, что он неправомерно уволен в период нахождения на больничном листе, суд находит несостоятельными по следующим основаниям.

Судом установлено, что действительно ФИО2 с 20 февраля 2017 года по 07 апреля 2017 года находился на листках нетрудоспособности.

Согласно статье 81 Трудового кодекса Российской Федерации, не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

Учитывая, что увольнение ФИО2 произошло не по инициативе работодателя, а в связи с наступлением предусмотренного законом события – окончания срока действия срочного трудового договора, установленный законом запрет на увольнение работника в период временной нетрудоспособности на данный случай не распространяется, суд приходит к выводу, что увольнение истца в период нетрудоспособности о незаконности увольнения не свидетельствует.

Таким образом, срочный трудовой договор с ФИО2 расторгнут в соответствии с требованиями действующего законодательства, в связи с чем оснований для восстановления его на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда не имеется.

Учитывая, что истец ФИО2 в силу пункта 1 части 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины, с общества с ограниченной ответственностью «Теплосинтез» в бюджет муниципального образования «Анивский городской округ» в соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит взысканию государственная пошлина в размере 

<

данные изъяты>

Судебные расходы в виде государственной пошлины с акционерного общества «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства», обособленного подразделения «Южно-Сахалинское» акционерного общества «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» взысканию не подлежат, поскольку в удовлетворении исковых требований к этим ответчикам отказано в полном объеме.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Обязать общество с ограниченной ответственностью «Теплосинтез» внести в трудовую книжку ФИО2 сведения о его работе в обществе с ограниченной ответственностью «Теплосинтез» в должности машиниста-кочегара котельной № 

<

адрес> с 01 октября 2016 года по 31 октября 2016 года.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к акционерному обществу «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства», обособленному подразделению «Южно-Сахалинское» акционерного общества «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Теплосинтез» в доход бюджета муниципального образования «Анивский городской округ» государственную пошлину в размере 

<

данные изъяты>

Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Анивский районный суд в течение месяца со дня вынесения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 05 июля 2017 года.

Председательствующий: судья Н.Д. Невидимова