Судья Лихобабина Я.П. Дело №22-476/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ростов-на-Дону 20 февраля 2024 года

Судья Ростовского областного суда Сорокин А.М.,

при секретаре Тринц И.А., 

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Ростовской области Шаталова М.В., 

осужденного ФИО1, 

защитника адвоката Шарипова З.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Шарипова З.М. на приговор Красносулинского районного суда Ростовской области от 9 ноября 2023 года, которым

ФИО1, ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА не судимый, 

осужден по ч. 3 ст. 327 УК РФ к 10 месяцам ограничения свободы, с установлением указанных в приговоре ограничений, 

мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке оставлена без изменения,

приговором разрешена судьба вещественных доказательств, 

УСТАНОВИЛ:

Приговором Красносулинского районного суда Ростовской области от 9 ноября 2023 года ФИО1 признан виновным и осужден за использование заведомо поддельного удостоверения сотрудника ФСБ РФ. 

Преступление совершено 08.11.2022 на 993 км. автодороги М-4 «Дон», при изложенных в приговоре обстоятельствах. 

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 вину не признал. 

В апелляционной жалобе, поданной в интересах осужденного, адвокат Шарипов З.М. просит приговор отменить, ФИО1 оправдать. По мнению защитника, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании. Свидетели Т и К, показания которых положены судом в основу выводов о виновности ФИО1, неоднократно меняли свои показания, какие права давало сувенирное удостоверение, от каких обязанностей освобождало, пояснить не смогли. Свидетель Т в рапорте указал заведомо ложные сведения о наличии в действиях ФИО1, помимо признаков состава преступления предусмотренного ст.327 УК РФ, на признаки состава преступления предусмотренного ст.222 УК РФ. Показания ФИО1 последовательны и логичны, подтверждены показаниями свидетелей К и В, из которых следует, что сотрудник ГИБДД сам попросил ФИО1 предъявить удостоверение, ФИО1 пояснял, что удостоверение является сувениром, никаких требований к сотруднику полиции он не предъявлял, просьб не высказывал. Оба указанных свидетеля поясняли, что с ФИО1 общался только один сотрудник ГИБДД, а второй находился в стороне. Защитник так же обращает внимание на то, что никаких правонарушений водитель К, который является действующим сотрудником МВД, не совершал, в связи с чем необходимость предъявлять сотрудникам ДПС какое-либо удостоверение у осужденного отсутствовала. Изъятое у ФИО1 удостоверение имеет записи, свидетельствующие о том, что оно является сувениром. Не увидеть данные записи сотрудники ГИБДД не могли. Данные сувенирные удостоверения не являются документами, находятся в свободной продаже, о чем свидетельствуют приобщенные стороной защиты скриншоты. Органом дознания не были истребованы и приобщены к материалам уголовного дела записи камер наружного наблюдения стационарного поста ГИБДД, а так же записывающих устройств «Дозор», которые могли бы подтвердить достоверность показаний ФИО1 В удовлетворении ходатайства о вызове для допроса в качестве свидетеля дознавателя Е суд отказал. По мнению защитника, сотрудники ГИБДД оговорили осужденного, с целью улучшения своих показателей; имевшиеся в показаниях осужденного и свидетелей противоречия суд не устранил; доводы стороны защиты об отсутствии у осужденного оснований для предъявления сотрудникам ДПС удостоверения необоснованно отклонил. Автор жалобы так же обращает внимание на разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2020 № 43 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324 - 327.1 Уголовного кодекса Российской Федерации», согласно которым, суд должен установить, какие именно права мог предоставить поддельный документ, либо от каких обязанностей мог освободить; ссылается на необоснованное отклонение судом ряда ходатайств стороны защиты, не раскрывая каких именно, вследствие чего защите не удалось предоставить суду существенные доказательств невиновности ФИО1, что повлекло нарушение принципа состязательности; а так же на получение ряда доказательств, не указывая каких, с нарушением уголовно-процессуального закона, что влечет признание их недопустимыми.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Кавалеристова А.И. считывает приговор законным и обоснованным, подлежащим оставлению без изменения, а апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и его защитник Шарипов З.М. доводы апелляционной жалобы поддержали, прокурор полагал приговор подлежащим оставлению без изменения, а апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению. 

Проверив материалы дела, выслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Из материалов дела усматривается, что суд, непосредственно в судебном заседании, соблюдая права сторон, исследовал все представленные по делу доказательства, проверил их в установленном ст.87 УПК РФ порядке, оценил с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для постановления обвинительного приговора. 

Выводы суда о виновности ФИО1, вопреки доводам защитника, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, основаны на приведенных в приговоре доказательствах.

Из материалов дела следует, и не оспаривается стороной защиты, что сотрудником ФСБ РФ осужденный никогда не являлся и не является. 

Из показаний свидетелей К и Т - инспекторов ДПС ДОБ ДПС ГИБДД №2 ГУ МВД России по Ростовской области, следует, что 08.11.2022, во время несения службы на посту Аютинский, свидетелем К был остановлен автомобиль, из которого вышел осужденный и предъявил в развернутом виде удостоверение сотрудника ФСБ, представился капитаном ФСБ и поинтересовался причиной остановки. Подлинность удостоверения вызвала сомнения, в связи с чем была вызвана следственно-оперативная группа. В ходе досмотра автомобиля, на котором передвигался осужденный, в багажнике были обнаружены патроны. 

Согласно заключению эксперта, представленный на экспертизу бланк служебного удостоверения сотрудника ФСБ РФ на имя ФИО1 имеет признаки полной подделки. 

В соответствии со ст.17 Федерального закона от 03.04.1995 №40-ФЗ «О федеральной службе безопасности», при исполнении сотрудником органов федеральной службы безопасности служебных обязанностей не допускаются его задержание, личный досмотр и досмотр его вещей, а также досмотр личного и используемого им транспорта без официального представителя органов федеральной службы безопасности или решения суда.

С учетом изложенного, доводы стороны защиты о том, что удостоверение сотрудника ФСБ России не предоставляло никакие права и не освобождало от каких-либо обязанностей, суд апелляционной инстанции признает несостоятельными. 

Суд с достаточной полнотой и объективностью проверил версию стороны защиты и показания осужденного о том, что сотрудникам полиции он, изъятое у него удостоверение не предъявлял, сотрудником ФСБ не представлялся, и обоснованно отверг их, как недостоверные. Данные выводы суд апелляционной инстанции находит правильными. 

Основания сомневаться в достоверности показаний свидетелей К и Т отсутствуют, поскольку они ранее с осужденным в каких-либо отношениях не состояли, знакомы не были, существенных противоречий, которые ставили бы под сомнение объективность и достоверность показаний указанных свидетелей, вопреки доводам стороны защиты, не имеется. Оснований, позволяющих предположить, что указанные свидетели оговаривают осужденного, не установил суд первой инстанции, не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции. 

Доводы защитника о том, что сотрудники ДПС изъяли у осужденного удостоверение и оговорили его с целью улучшения своих показателей по раскрываемости преступлений, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными. В соответствии с Положением о Государственной инспекции безопасности дорожного движения МВД РФ, утвержденным Указом Президента РФ от 15.06.1998 №711, задачей Госавтоинспекции является осуществление федерального государственного надзора и специальных разрешительных функций в области безопасности дорожного движения, обеспечение соблюдения юридическими и должностными лицами, организациями и гражданами законодательства РФ, иных нормативных правовых актов, по вопросам обеспечения безопасности дорожного движения, проведение мероприятий по предупреждению дорожно-транспортных происшествий и снижению тяжести их последствий в целях охраны жизни, здоровья и имущества граждан, защиты их прав и законных интересов, а также интересов общества и государства. В соответствии с Административным регламентом исполнения МВД РФ государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства РФ в области безопасности дорожного движения, утвержденного приказом МВД России от 23.08.2017 №664, регламентирующим деятельность подразделений Госавтоинспекции на момент совершения ФИО1 преступления, предметом федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований в области безопасности дорожного движения являлось соблюдение лицами, принимающими непосредственное участие в процессе дорожного движения в качестве водителя транспортного средства, пешехода, пассажира транспортного средства требований законодательства РФ в области безопасности дорожного движения в процессе перемещения людей и грузов с помощью транспортных средств или без таковых в пределах дорог. Задачи выявления и раскрытия преступлений на сотрудников подразделений Госавтоинспекции указанными нормативными актами не возлагались. 

Показаниям свидетелей К и В, на которые ссылается сторона защиты, суд дал надлежащую оценку, основания не согласиться с которой отсутствуют. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что из показаний указанных свидетелей так же следует, что осужденный, после остановки сотрудником ГИБДД принадлежащего ему автомобиля, которым управлял свидетель К, по собственной инициативе покинул автомобиль, стал общаться с сотрудником ДПС, показывал имевшееся у него удостоверение. Из показаний свидетеля К так же следует, что осужденный выяснял у инспектора ДПС причину остановки автомобиля, а о том, что удостоверение является сувениром, сообщил лишь после того, как сотрудник ДПС забрал у него данное удостоверение. С учетом изложенного, показаниям указанных свидетелей не опровергают, а, напротив, подтверждают выводы суда о виновности осужденного и опровергают версию стороны защиты об отсутствии у него умысла на использование заведомо поддельного удостоверения сотрудника ФСБ РФ.

Сообщение сотрудникам полиции о том, что удостоверение подлинным не является, после того, как оно было предъявлено и у инспектора ДПС возникли сомнения в его подлинности, об отсутствии в действиях осужденного состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.327 УК РФ не свидетельствует, поскольку, согласно разъяснениям, содержащимися в п.11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2020 №43 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324 - 327.1 Уголовного кодекса Российской Федерации» использование заведомо поддельного (подложного) документа, указанного в ч.3 и ч.5 ст.327 УК РФ, квалифицируется как оконченное преступление с момента его представления с целью получения прав или освобождения от обязанностей, независимо от достижения данной цели. 

Ссылки защитника на разъяснения, содержащиеся в п.9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2020 №43 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324 - 327.1 УК РФ», указывающие на необходимость установления прав, которые мог представить, либо обязанностей, от которых мог освободить поддельный документ, на законность и обоснованность приговора не влияют, поскольку суд, в полном соответствии с данными разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда РФ, установил и указал в приговоре, что поддельное удостоверение сотрудника ФСБ РФ предоставляло осужденному статус, права и полномочия, предусмотренные Федеральным законом от 03.04.1995 №40-ФЗ «О федеральной службе безопасности», в том числе в виде особой процедуры личного досмотра, досмотра вещей и используемого им транспорта, которые могли производиться лишь с участием официального представителя органов ФСБ, либо на основании судебного решения. Таким образом, вопреки доводам защитника, суд установил, какие именно права, после остановки автомобиля осужденного сотрудниками ДПС, могло предоставить поддельное удостоверение сотрудника ФСБ. 

Ссылки стороны защиты на то, что изъятое у ФИО1 удостоверение сотрудника ФСБ РФ он приобрел легально и данное удостоверение является сувениром, на правильность выводов суда о виновности осужденного так же не влияют. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2020 №43 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324 - 327.1 Уголовного кодекса Российской Федерации» подделкой официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, и подделкой паспорта гражданина или удостоверения, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, признаются как незаконное изменение отдельных частей подлинного официального документа путем подчистки, дописки, замены элементов и др., искажающее его действительное содержание, так и изготовление нового официального документа, содержащего заведомо ложные сведения. Указанные в ст.327 УК РФ документы признаются поддельными (в том числе подложными), если установлено наличие в них перечисленных признаков. 

Наличие данных признаков в удостоверении сотрудника ФСБ, предъявленном осужденным сотруднику ДПС, установлено на основании заключения эксперта. 

Ссылки стороны защиты на то, что должность подписавшего удостоверение лица указана, как «Заместитель руководителя Службы организации сувенирной работы», а так же на наличие в удостоверении рукописной надписи «Сувенир», на правильность выводов суда так же не влияют. 

Из протокола осмотра, заключения эксперта, а так же путем непосредственного осмотра в судебном заседании удостоверения сотрудника ФСБ на имя ФИО1, установлено, что реквизиты подписывающего лица «Заместитель руководителя Службы организации сувенирной работы», указанные в нижней части удостоверения, выполнены крайне мелким шрифтом, труднодоступным для прочтения в обычных условиях, а рукописная запись «Сувенир» выполнена в виде подписи лица, подписавшего удостоверение. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что экспертом, при визуальном осмотре удостоверения, рукописная запись «Сувенир» выявлена не была. 

Из заключения эксперта следует, что, при визуальном осмотре вкладышей удостоверения, помимо несоответствия реквизитов подписывающего лица, экспертом установлено лишь наличие грамматической ошибки, в виде неправильного склонения слова «закон». Иных несоответствий вкладышей исследуемого удостоверения подлинному бланку, доступных для выявления при визуальном осмотре, экспертом выявлено не было.

В соответствии с правовой позицией, неоднократно изложенной в определениях Конституционного Суда РФ от 19.05.2009 №534-О-О и №575-О-О, от 16.12.2010 №1671-О-О, от 22.03.2012 №417-О-О, от 22.11.2012 №2039-О, от 27.09.2019 №2357-О, от 29.10.2020 №2552-О, статья 327 УК РФ устанавливает уголовную ответственность за приобретение, хранение, перевозку в целях использования или сбыта либо использование заведомо поддельных паспорта гражданина, удостоверения или иного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, штампов, печатей или бланков, а также за использование заведомо подложного документа. Предусмотрев такую ответственность, федеральный законодатель исходил из того, что эти нормы направлены на обеспечение порядка управления (гл.32 УК РФ), в том числе в части, касающейся надлежащего оборота документов. При этом законодатель наделил правоприменителя правом в каждом конкретном случае оценивать свойства документа и признавать его либо предоставляющим права (освобождающим от обязанностей), либо нет и в зависимости от этого привлекать или не привлекать к ответственности за использование документа как подложного. Ответственность за данное преступление наступает при использовании лишь заведомо для виновного подложного документа, что предполагает наличие прямого умысла, когда лицо осознает, что документ, который оно использует, является подложным, и желает использовать именно такой документ.

С учетом изложенного суд пришел к обоснованным выводам о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого деяния, поскольку в судебном заседании было установлено, что он, после остановки принадлежащего ему автомобиля на стационарном посту ГИБДД, предъявил сотруднику ДПС поддельное удостоверение сотрудника ФСБ РФ, которое наделяло осужденного полномочиями и правами, предусмотренными Федеральным законом от 03.04.1995 №40-ФЗ «О федеральной службе безопасности», в том числе ограничивающими права сотрудников ДПС на производство его личного досмотра, а так же досмотра его вещей и используемого им транспорта. 

Таким образом, правильно установив фактические обстоятельства дела, суд дал правильную юридическую оценку действиям осужденного, с которой суд апелляционной инстанции соглашается. 

Несогласие стороны защиты с судебной оценкой исследованных доказательств основанием к отмене либо изменению приговора не является.

Отсутствие видеозаписей события преступления, с учетом совокупности иных представленных суду, и исследованных в судебном заседании доказательств, под сомнение выводы суда о доказанности вины осужденного не ставит. 

С доводами защитника об отсутствии у осужденного мотива для совершения инкриминируемого деяния суд апелляционной инстанции согласиться не может, поскольку статус сотрудника ФСБ РФ, в исследуемых событиях, предоставлял осужденному возможность избежать осуществления сотрудниками ДПС в отношении него и используемого им автомобиля административных процедур, предусмотренных Административным регламентом, утвержденным приказом МВД России от 23.08.2017 N 664.

Оснований для признания доказательств недопустимыми не усмотрел суд первой инстанции, не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции. Протоколы осмотра, постановление о признании и приобщении к уголовному делу вещественного доказательства – изъятого у осужденного удостоверения, выполнены надлежащими должностными лицами, в соответствии с требованиями УПК РФ. Доводы защитника о том, что удостоверение на имя ФИО1, изъятое при осмотре места происшествия, впоследствии осмотренное и приобщенное к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства, является не служебным удостоверением сотрудника ФСБ РФ, как указано в оспариваемых документах, а сувениром, никаким образом на допустимость указанных доказательств не влияют. 

Назначая осужденному наказание, суд также руководствовался требованиями закона, в том числе ст.ст. 6 и 60 УК РФ. При назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, обстоятельства смягчающие наказание, в качестве которых признал наличие на иждивении осужденного малолетних детей и беременной супруги. Наказание назначено в пределах санкции ч.3 ст.327 УК РФ, соответствует содеянному, а потому признается судом апелляционной инстанции справедливым. 

Из протокола судебного заседания усматривается, что вопреки доводам защитника, уголовное дело было рассмотрено судом в соответствии с принципами равенства и состязательности сторон, нарушений, влекущих в силу требований ст.389.17 УПК РФ отмену приговора, допущено не было. Суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Заявленные сторонами отводы и ходатайства, в том числе о вызове для допроса дознавателя Е, были рассмотрены и разрешены в соответствии с требованиями УПК РФ. Обоснование отклонение ходатайств участников процесса о нарушении принципа равенства и состязательности сторон, как и о нарушении права на защиту, не свидетельствует. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Красносулинского районного суда Ростовской области от 9 ноября 2023 года в отношении ФИО1 оставить без измеенния, а апелляционную жалобу адвоката Шарипова З.М. оставить без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев с момента его вынесения. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья