№24RS0056-01-2019-007525-97

Дело № 2-1197/2020 (2-7291/2019;) ~ М-5638/2019

КОПИЯ

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 октября 2020 года г. Красноярск

Центральный районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Бобылевой Е.В.,

при секретаре А.Е. Теленченко,

при участии помощника прокурора Центрального района г. Красноярска Карелиной О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, материального ущерба и упущенной выгоды, в связи с причинением вреда жизни и здоровью,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о компенсации морального вреда, материального ущерба и упущенной выгоды, в связи с причинением вреда жизни и здоровью. Требования мотивированы тем, что 12 июня 2019 года в 21 час. 30 мин. ФИО2 нанес истцу телесные повреждения путем удара с силой в лицо правой рукой, после чего она упала на асфальт и получила многочисленные повреждения. Кроме того, при падении истец разбила свои телефон и очки. Считает, что совершенным в отношении нее административным правонарушением ей причинены нравственные и физические страдания, а также материальный ущерб. На основании изложенного, с учетом уточнений просит взыскать с ФИО2 в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., упущенную выгоду в размере 176 000 рублей, стоимость очков в размере 7 120 руб., стоимость телефона в размере 8 490 руб., расходы на лекарства в размере 850 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала заявленные требования в полном объеме, настаивала на их удовлетворении.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, просил в иске отказать.

Исследовав материалы дела, выслушав доводы сторон, заключение прокурора, полагавшего требования удовлетворить частично, суд пришел к следующему выводу.

Как следует из положений ст. 2 и 7, ч. 1 ст. 20, ст. 41 Конституции РФ право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите. Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека.

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу части 2 указанной статьи лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

На основании ч. 1 ст. 150 ГК РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу п. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья.

В соответствии с пунктом 8 названного Постановления Пленума Верховного Суда РФ при определении компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (ст. 56 ГПК РФ).

В силу статьи 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательства в их совокупности.

Судом установлено, что 12 июня 2019 года около 21 час. 30 мин., находясь в районе дома 78 А расположенном по адресу: 

<

...> на почве личных неприязненных отношений к ФИО1, ФИО2 подошел к последней и ударил ее правой рукой один раз по лицу, от чего она потеряла равновесие и упала, ударившись головой и туловищем об асфальт.

Согласно Заключению судебно-медицинского эксперта ФИО3 на основании проведенного ею медицинского обследования гр. ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, у ФИО1 обнаружены кровоподтеки на волосистой части головы, правой ягодицы; кровоподтек и ссадина на правой руке, которые не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и, согласно пункта 9 раздела II Приказа М3 и СР РФ №194н от 24.04.2008г, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека, могли возникнуть от воздействий тупого твердого предмета (предметов), принимая во внимание морфологические свойства указанных повреждений, давностью до одних суток ко времени, проведения обследования.

Указанные обстоятельства причинения побоев установлены постановлением мирового судьи судебного участка № 92 в Центральном районе г. Красноярка ФИО4 от 29.08.2019, которым ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и подвергнут наказанию в виде штрафа в размере 5 000 руб. Указанное постановление не обжаловано и вступило в законную силу.

При этом, в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении, ФИО2 приводились аналогичные доводы о том, что ФИО1 провоцировала его, в частности незадолго до конфликта измазала клеем двери, стекла и замочные скважины автомобиля, обливала ответчика водой с балкона своей квартиры, что последняя не отрицает (протокол судебного заседания от 27.02.2020), а также то, что он только замахнулся рукой, но не ударял. Доводы о том, что ответчик только замахнулся на истца подвергались проверке мировым судьей, и в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела, однако своего подтверждения не нашли.

Истец суду пояснила, что выливала воду на ответчика и измазала клеем двери и замки автомобиля в связи с тем, что ФИО2 мыл и ремонтировал свой автомобиль под окнами истца.

Согласно абзацу четвертому пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» на основании части 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по аналогии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует также определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение).

Положения указанных норм закона во взаимосвязи с частью 2 статьи 61 ГПК РФ предусматривают, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, в том числе постановлением судьи, обязательны для суда, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Поскольку нанесение ответчиком истцу телесных повреждений достоверно подтверждено, а право на охрану здоровья, производным от которого является право на компенсацию морального вреда, относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых нематериальных прав человека, подлежащих государственной защите, причинение истцу побоев означает претерпевание ею физической боли и нравственных страданий, в связи с этим наступление у ФИО1 морального вреда предполагается.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание характер и тяжесть причиненных истцу ответчиком телесных повреждений, обстоятельства их причинения, наличие между сторонами конфликтных отношений, степень вины ответчика в совершенном деянии, а также провоцирующее поведение самого истица по отношению к ответчику и оценивает данную компенсацию с учетом принципа разумности и справедливости в размере 5 000 рублей.

Определенный в такой сумме размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Разрешая требование истца о взыскании с ответчика упущенной выгоды, суд приходит к следующему.

В обоснование заявленных требований о взыскании с ответчика упущенной выгоды в размере 176 000 рублей, из расчета: 22 000 рублей - заработная плата истца х 8 месяцев, истица указала, что полученная травма не позволила ей работать в связи с чем, она была вынуждена длительное время лечиться, а потом не смогла работать по состоянию здоровья.

Согласно листкам нетрудоспособности № 332391974714, 342458388840, 342458389078, 332495786195, 342556638020, 342556833115, 342557190132 ФИО1 находилась на листе нетрудоспособности с 26.02.2019 по 08.03.2019, с 19.03.2019 по 04.06.2019, 24.06.2019 по 05.07.2019, 15.07.2019 по 27.09.2019.

В соответствии с выписным эпикризом КГБУЗ КМБ № 3 находилась в неврологическом отделении 8523 с 18.04.2019 по 30.04.2019 с диагнозом другие уточненные поражения сосудов мозга. Характер заболевания - хроническое, известное ранее. Согласно заключению у ФИО1 остеохондроз шейного отдела позвоночника: начальные R-признаки.

Как указано в справке МСЭ-2017 № 1290603 ФИО1 05.09.2019 впервые установлена инвалидность третьей группы по общему заболеванию.

Согласно выписному эпикризу КГБУЗ ККБ №2 ФИО1 находилась в неврологическом отделении с 20.08.2019 по 06.09.2019 (17 дней) с диагнозом другие уточненные поражения сосудов мозга. Отмечала жалобы на головные боли, головокружение, пошатывание при ходьбе, эмоционально лабильна, снижена память, беспокоят боли в шейном отделе позвоночника, скованность дискомфорт. Как указано в анамнезе заболевания церебральные жалобы больше 10 лет, с 25 лет; имеется родовая травма, длительно беспокоят головные боли; ЛН с 15 июля; лечилась амбулаторно, но улучшения не отмечала. Поступила в неврологическое отделение для лечения, обследования. 

Вместе с тем, суд критически относится к доводам истца о том, что указанные диагнозы вызваны причинением истцу телесных повреждений со стороны ответчика, поскольку причинно-следственной связи между действиями ответчика и описанными повреждениями не имеется. Более того, согласно заключению судебно-медицинского эксперта, зафиксированные 13.06.2019 травмы, не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности.

В связи с изложенным, доказательства того, что истец в связи с действиями ответчика утратила трудоспособность и не могла осуществлять трудовую деятельность объективными доказательствами не подтверждается.

На основании изложенного, суд не усматривает оснований для удовлетворения требования о взыскании упущенной выгоды в размере 176 000 рублей.

Разрешая требования истца о взыскании материального ущерба в виде затрат на ремонт (покупку) очков в размере 7 120 руб., телефона в размере 8 490 руб., 2280 рублей на приобретение лекарств, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении данных требований, поскольку истцом не представлено доказательств несения данных расходов в связи с причинением побоев ответчиком. Представленные в материалы дела чеки и квитанции, свидетельствуют только о факте приобретения указанных вещей и лекарств; не подтверждены расходы истца по ремонту телефона и очков или о наличии такой необходимости, которая возникла непосредственно после рассматриваемого события, либо факт несения расходов по приобретению нового товара после 12.07.2019. В чеках на очки не указано даты их приобретения, а в отношении телефона истец пояснила, что пользуется им до настоящего времени, за ремонтом не обращалась. 

Кроме того, согласно заявлению истца от 12.06.2019, данного в ОУР МУ МВД России «Красноярское», ФИО1 обратилась в полицию для привлечения ФИО2 к ответственности за причинение ей телесных повреждений, о материальном ущербе в рамках материалов проверки КУСП № 13687 не заявляла. Данные пояснения истец начала давать спустя месяц после заявленного события. 

Таким образом, довод истца о том, что истец только на следующий день узнала о том, что ее телефон и очки разбиты, суд не принимает во внимание, поскольку никакими относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждается, кроме слов самого истца. 

Суд также не усматривает оснований для удовлетворения требований истца о взыскании материального ущерба в виде затрат на лекарства в размере 2280,30 руб..

В обоснование данных расходов истцом представлены: чек и кассовый чек от 18.07.2019 на приобретение магнезии на сумму 39,49 рублей (задвоены, приобретен один товар), кассовые чеки от 18.08.2019 на 140 рублей о приобретении фурадонина и на 71,98 рублей на приобретение эрвы шерстяной, от 07.09.2019 на 57,88 рублей на приобретение ацикловира-акри, чек и кассовый чек от 10.09.2019 на сумму 223,10 рублей на приобретение ринонорм и ацикловир (задвоены, приобретен один товар), чек и кассовый чек от 08.10.2019 на сумму 115,11 рублей на приобретение бальзама для губ «Мое солнышко» (задвоены, приобретен один товар), кассовый чек от 10.09.2019 на сумму 619,98 рублей на приобретение мексидола, чек и кассовый чек от 25.06.2019 на приобретение ринонорм спрей на сумму 158,52 рублей (задвоены, приобретен один товар), чек и кассовый чек от 18.07.2019 на приобретение тауфон, эмоксипин на сумму 678,28 рублей (задвоены, приобретен один товар), кассовый чек от 24.07.2019 на сумму 158,16 рублей на приобретение ринонорм спрей, ), кассовый чек от 17.08.2019 на сумму 157,80 рублей на приобретение ринонорс спрей.

Указанные истцом препараты – Мексидол, эмоксипин и тауфон назначены врачами не вследствие полученных ею ушибов 12.06.2019, а в связи с хроническими болезнями имеющимися на момент причинения ей телесных повреждений; остальные лекарства приобретены по инициативе истца, не связаны с причиненными ей побоями. Доказательства обратного в материалы дела не представлены.

В соответствии с п. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Как указано в п. 2 ст. 103 ГПК РФ при отказе в иске издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, взыскиваются с истца, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены.

Таким образом, поскольку требования истца удовлетворены частично, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 300 руб. (за требование неимущественного характера).

За требование о взыскании материального ущерба, в удовлетворении которого отказано, с истца подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 624,40 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1:

5000 рублей компенсации морального вреда. 

Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Взыскать с ФИО1 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 624,40 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Центральный районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 30.11.2020.

Председательствующий судья: Е.В. Бобылева

Копия верна. Подписано судьей.