Судья Козырева М.А. дело № 33-328/2026 (№ 33-7054/2025)

(1 инст. № 2-3974/2025)

86RS0002-01-2024-009438-18

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

20 января 2026 года г. Ханты-Мансийск

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе:

председательствующего судьи Гавриленко Е.В.

судей Баранцевой Н.В., Кузнецова М.В.

при секретаре Вторушиной К.П.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску акционерного общества «СОГАЗ» к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о взыскании ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Нижневартовского городского суда от 03 сентября 2025 года, которым постановлено:

«Исковые требования акционерного общества «СОГАЗ» к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о взыскании ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 (ОГРНИП (номер)) в пользу акционерного общества «СОГАЗ» (ИНН (номер)) в счет возмещения ущерба 616 490,60 рублей, расходы по уплате государственной пошлины 9 364,91 рубль, всего взыскать 625 855 (шестьсот двадцать пять тысяч восемьсот пятьдесят пять) рублей 51 копейку.

В удовлетворении исковых требований акционерного общества «СОГАЗ» к ФИО1, ФИО2 отказать».

Заслушав доклад судьи Баранцевой Н.В., судебная коллегия

установила:

АО «СОГАЗ» обратилось с требованиями к ФИО3 о взыскании с надлежащего ответчика ущерба в размере 616 490,60 рублей, расходов по уплате государственной пошлины в размере 9 364,91 рубль (т. 1 л.д. 6-8).

Требования мотивированы тем, что между ООО «АльфаВЭСК» и истцом заключен договор страхования «КАСКО» автомобиля Lexus NX 200 государственный регистрационный знак (номер), полис № (номер). 16.02.2023 произошло дорожно-транспортное происшествие (далее по тексту – ДТП) с участием автомобиля 2818-0000010-02, государственный регистрационный знак (номер) под управлением ФИО4, принадлежащего на праве собственности ФИО3 и автомобиля Lexus NX 200, государственный регистрационный знак (номер), под управлением ФИО5, принадлежащим ООО «АльфаВэск», в результате которого автомобилю Lexus NX 200 причинены механические повреждения. ДТП произошло в результате нарушения требований ПДД РФ ФИО4 По обращению потерпевшего истец признал данный случай страховым и выдал направление на ремонт, стоимость которого составила 1 016 490,60 рублей и перечислена СТО. В связи с тем, что гражданская ответственность виновника ДТП застрахована в АО «ГСК «Югория», страховая компания покрывает 400 000 рублей, в остальной части ущерб подлежит возмещению виновником. ФИО4 скончался 23.07.2023.

07.10.2024, 15.04.2025 определениями суда к участию в деле в качестве ответчиков привлечены Помпа Т.Р., ФИО2, в качестве третьих лиц привлечены ФИО6, ООО «АльфаВеск», ФИО5, АО ГСК «Югория», ООО «Самотлор-Хлеб» (т. 1 л.д. 141, 206-207).

Ответчик Помпа Т.Р., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО2, представитель ответчика ФИО7 в судебном заседании заявленные требования не признали.

Дело рассмотрено судом в отсутствие представителя истца АО «Согаз», ответчика ФИО3, третьих лиц ФИО6, ООО «АльфаВеск», АО ГСК «Югория», ООО «Самотлор-Хлеб», ФИО5 на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Судом принято указанное решение (т. 3 л.д. 105, 106-114), которое ФИО3 просит отменить принять новое об отказе в удовлетворении исковых требований. В обоснование доводов жалобы выражает несогласие с выводом суда о том, что на момент ДТП между ИП ФИО3 и ФИО4 существовали трудовые отношения, полагает, что данный вывод суда основан на неправильной оценке доказательств и ошибочном толковании закона. Судом не дана надлежащая оценка договору аренды транспортного средства и акту приема-передачи транспортного средства от 06.02.2023, которые однозначно подтверждают, что в момент ДТП (16.02.2023) ФИО4 владел автомобилем на законном основании, а именно на основании гражданско-правового договора. Вывод суда о фактическом допуске ФИО4 к работе на основании товарно-транспортных накладных является предположительным, ФИО4 был принят на работу только 28.02.2023, то есть уже после ДТП, вывод о возникновении трудовых отношений до этой даты, лишь на основании накладных противоречит нормам Трудового кодекса РФ и фактическим обстоятельствам дела. Считает, что бремя доказывания наличия трудовых отношений в момент ДТП лежало на истце, поскольку именно он ссылался на это обстоятельство как на основание для возложения ответственности на ФИО3, однако суд возложил на него обязанность по доказыванию отсутствия трудовых отношений, что противоречит принципу состязательности и распределению бремени доказывания.

В возражениях на апелляционную жалобу истец просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции участвующие в деле лица не явились, о времени и месте судебного заседания извещены в установленном законом порядке, в том числе посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в сети «Интернет».

С учетом изложенного, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с тем, что лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом и за срок, достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебному заседанию, не сообщили суду о причинах неявки, судебная коллегия определила о рассмотрении дела в отсутствие участвующих в деле лиц.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, возражений, как установлено частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и обсудив их, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены решения суда, поскольку оно постановлено в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями закона.

Причинение имущественного вреда порождает обязательство между причинителем вреда и потерпевшим, вследствие которого на основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу положений статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности - автомобилем, возлагается на юридическое лицо или гражданина, владеющего им на момент совершения дорожно-транспортного происшествия на законном основании.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях, то есть на основании ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу пункта 1 которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу пункта 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении страхового случая выплатить страховое возмещение страхователю или выгодоприобретателю в пределах определенной договором страховой суммы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования (суброгация).

В силу статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации суброгация предполагает переход к страховщику, в данном случае к истцу, прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая.

Согласно пункту 2 статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

Судом первой инстанции установлено и подтверждено материалами дела, что 16.02.2023 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля 2818-0000010-02, государственный регистрационный знак (номер), под управлением ФИО4, принадлежащим на праве собственности ФИО3 и автомобиля Lexus NX 200, государственный регистрационный знак (номер), под управлением ФИО5, принадлежащим на праве собственности ООО «АльфаВэск», в результате которого автомобилю Lexus NX 200 причинены механические повреждения (т. 1 л.д. 92-96, 147, 223, т. 2 л.д. 36, 77).

Обстоятельства произошедшего дорожно-транспортного происшествия были установлены административным органом и нашли свое отражение в определении об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 16.02.2023, которым установлено, что водитель ФИО4, управлявший автомобилем 2818-0000010-02 государственный регистрационный знак (номер), допустил столкновение с автомобилем Lexus NX 200, государственный регистрационный знак (номер), что повлекло механические повреждения последнего (т. 1 л.д. 31, 93-96).

05.08.2022 между ООО «АльфаВэск» и АО «СОГАЗ» был заключен договор добровольного страхования транспортного средства Lexus NX 200 государственный регистрационный знак 

<

***>, № SGZA0000253350, по рискам «Ущерб», «Хищение, угон», срок действия с 06.08.2022 по 05.08.2023. Страховая сумма установлена в размере 3 325 700 руб. (т. 1 л.д. 25-29).

Гражданская ответственность владельца автомобиля 2818-0000010-02 государственный регистрационный знак (номер) ФИО3 застрахована по договору ОСАГО в АО «ГСК «Югория» от 14.07.2022, договор заключен в отношении неограниченного круга лиц, допущенных к управлению транспортным средством (т. 2 л.д. 231).

В качестве основания владения и пользования автомобилем в момент дорожно-транспортного происшествия ФИО3 представил договор аренды транспортного средства, заключенный с ФИО4 06.02.2023, и акт приемки-передачи транспортного средства от этой же даты (т. 2 л.д. 203, 204).

Из товарно-транспортных накладных (т. 3 л.д. 67-80) следует, что водитель ФИО4 получал товар в качестве представителя ИП ФИО3, в том числе, 16.02.2023.

При этом согласно материалам дела, ФИО4 принят на работу к ИП ФИО3 28.02.2023 на должность водителя – экспедитора, уволен 04.05.2023 (т. 2 л.д. 103-124, 201-202, 206-207).

Из выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей следует, что ФИО3 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, основным видом деятельности которого является производство хлеба и хлебобулочных изделий недлительного хранения (т. 2 л.д. 220-225).

23.07.2023 ФИО4 умер (т. 1 л.д. 87).

03.11.2023 нотариусом нотариальной палаты ХМАО-Югры нотариального округа ХМАО-Югры ФИО8 открыто наследственное дело № 36070753-30/2023 к имуществу умершего ФИО4 Наследниками, принявшими наследство, после смерти ФИО4 являются супруга Помпа Т.Р. и несовершеннолетний сын ФИО2 (т. 1 л.д. 100-130, 88, 89).

Исходя из условий договора добровольного страхования страховое возмещение по заявлению (от 20.02.2023) собственника автомобиля Lexus ООО «АльфаВэск», было осуществлено путем ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания автомобилей ООО «Автопрестиж» по направлению страховщика, в связи с чем, 05.06.2023 АО «СОГАЗ» перечислило обществу денежные средства в размере 1 016 490,60 рублей руб. за ремонт поврежденного транспортного средства (т. 1 л.д. 35-63).

Истец указал, что поскольку гражданская ответственность причинителя вреда была застрахована по договору ОСАГО в АО «ГСК «Югория», указанная страховая организация возместила ущерб в размере 400 000 рублей.

Ссылаясь на причинение ущерба, ввиду превышения фактически понесенных расходов на восстановление транспортного средства (1 016 490,60 руб.) над страховым возмещением в пределах лимита по договору ОСАГО (400 000 руб.), истец обратился в суд с настоящим иском о взыскании убытков в размере 616 940,60 руб.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 15, 1064, 1068, 1072, 1079, 1110, 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации (также - ГК РФ), статей 16, 67 Трудового кодекса Российской Федерации, статей 4, 7, 13 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», исследовав обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, дав оценку имеющимся в деле доказательствам по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что дорожно-транспортное происшествие и причинение повреждений застрахованному имуществу находятся в прямой причинно-следственной связи с нарушением требований Правил дорожного движения Российской Федерации, допущенным водителем ФИО4, при этом причиненный имуществу истца ущерб превысил сумму возмещенного страховщиком причинителя вреда страхового возмещения, пришел к выводу о наличии правовых оснований для взыскания убытков в порядке суброгации.

Судом состав имущественного ущерба установлен в соответствии с требованиями статей 15, 1064, 965, 387 Гражданского кодекса Российской Федерации о возмещении ущерба (убытков) в полном объеме, исходя из разницы между произведенным истцом возмещением расходов на восстановительный ремонт поврежденного застрахованного имущества (1016490,60 руб.) и размером возмещенного по договору ОСАГО страхового возмещения (400 000 руб.).

Также судом распределены судебные расходы по правилам статей 94, 98, 100 ГПК РФ.

Определяя ответственное за ущерб лицо, суд первой инстанции исходил из того, что собственник транспортного средства марки 2818-0000010-02 государственный регистрационный знак (номер) ФИО3, является индивидуальным предпринимателем, к управлению транспортным средством допущено неограниченное количество лиц, причинитель вреда ФИО4, управлявший транспортным средством, получал товар в качестве представителя ИП ФИО3, в том числе, 16.02.2023 в день дорожно-транспортного происшествия, при оформлении материала об административном правонарушении ФИО4 указал на наличие трудовых отношений с ООО «Самотлор-Хлеб», генеральным директором и учредителем которого является ФИО3, суд счел, что установленные обстоятельства свидетельствуют о фактическом допуске ФИО4 к работе у ИП ФИО3, который и должен нести гражданскую ответственность за причиненный ущерб истцу, как законный владелец источника повышенной опасности на момент дорожно-транспортного происшествия и работодатель причинителя вреда.

Устанавливая наличие между ответчиком и причинителем вреда трудовых правоотношений в момент дорожно-транспортного происшествия, суд исходил также из отсутствия доказательств использования автомобиля ФИО4 в своих личных целях, как и доказательств фактического исполнения договора аренды – перечисление ФИО4 арендных платежей ФИО3

Поскольку решение суда обжалуется одним из ответчиков только в части неверного определения лица, ответственного за ущерб, иными участниками процесса решение суда первой инстанции не обжалуется, то законность и обоснованность решения суда в остальной части в силу положений ч. 1, 2 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является предметом проверки судебной коллегии.

Судебная коллегия соглашается с приведенными выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют обстоятельствам дела и представленным сторонами доказательствам, которым дана надлежащая правовая оценка в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в их совокупности.

Доводы апеллянта о том, что ответственность за ущерб должна быть возложена на наследников ФИО4, поскольку в момент дорожно-транспортного происшествия автомобиль находился в его владении на основании договора аренды, судебной коллегией отклоняются, вопреки доводам жалобы ответственное за ущерб лицо определено судом первой инстанции правильно.

В соответствии со статьей 1 Закона об ОСАГО владельцем транспортного средства является собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное).

В соответствии с п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Статьей 1068 ГК РФ установлено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ).

Из содержания приведенных норм материального права следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых или гражданско-правовых отношений с собственником этого источника повышенной опасности, не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность в таком случае возлагается на работодателя, являющегося владельцем источника повышенной опасности.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинения вреда в личных целях.

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ бремя доказывания передачи права владения иному лицу как оснований освобождения от гражданско-правовой ответственности возлагается на собственника транспортного средства.

В силу статьи 646 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором аренды транспортного средства без экипажа, арендатор несет расходы на содержание арендованного транспортного средства, его страхование, включая страхование своей ответственности, а также расходы, возникающие в связи с его эксплуатацией.

В соответствии со ст. 648 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами гл. 59 настоящего Кодекса.

При рассмотрении дела с достоверностью установлено, что на момент дорожно-транспортного происшествия транспортное средство 2818-0000010-02 государственный регистрационный знак (номер), принадлежало на праве собственности ФИО3, который зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, среди основных его видов деятельности: производство хлеба и хлебобулочных изделий недлительного хранения, дополнительным видом деятельности выступает перевозка грузов, также ФИО3 является генеральным директором и учредителем ООО «Самотлор-Хлеб».

В силу требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ФИО3 для освобождения от гражданско-правовой ответственности надлежало представить доказательства передачи права владения автомобилем ФИО4 в установленном законом порядке, при условии действия водителя в своем интересе.

По мнению судебной коллегии указанное транспортное средство является имуществом, непосредственно относящимся к осуществляемой ответчиком ФИО3 хозяйственной деятельности. Так, согласно представленным в материалы дела товарно-транспортным накладным, ФИО4 неоднократно с 06.02.2023 (дата заключения договора аренды), в том числе 16.02.2023, получал товар в качестве представителя ИП ФИО3 Материалы дела свидетельствуют о том, что ФИО4 управлял указанным автомобилем на основании полиса ОСАГО, оформленного в отношении неограниченного числа лиц, допущенных к управлению транспортным средством; транспортное средство 2818-0000010-02 государственный регистрационный знак (номер), является грузовым фургоном.

В связи с чем, доводы об использовании транспортного средства ФИО4 в личных целях на основании договора аренды от 06.02.2023 подлежат отклонению, обстоятельств, свидетельствующих, что ФИО4, допущенный собственником к управлению автомобилем, использовал автомобиль по своему усмотрению, а не по заданию ИП ФИО3 не установлено.

Анализируя представленные в материалы дела доказательства, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что договор аренды не может быть принят как доказательство, исключающее обязанность ФИО3 возместить причиненный принадлежащим ему источником повышенной опасности вред.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что автомобиль использовался его собственником в соответствии с видом деятельности, владелец данного транспортного средства контролировал использование автомобиля, поскольку водитель при его управлении осуществлял деятельность по перевозке груза от имени ИП ФИО3, следовательно, автомобиль из владения последнего не выбывал.

Также в материалах дела отсутствуют доказательства, что ФИО4 произвел оплату по договору аренды, как установлено п.п. 3.1, 3.2, в срок до 06.02.2023.

Указанные обстоятельства вызывают сомнения в заключении и исполнении представленного договора аренды от 06.02.2023 с актом приема-передачи, в связи с чем эти документы не могут быть признаны надлежащими доказательствами по делу.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что установленные обстоятельства свидетельствуют о фактическом допуске ФИО4 к работе у ИП ФИО3, который и должен нести гражданскую ответственность за причиненный ущерб истцу, как законный владелец источника повышенной опасности на момент дорожно-транспортного происшествия и работодатель причинителя вреда.

Сам по себе факт управления ФИО4 автомобилем на момент дорожно-транспортного происшествия не может свидетельствовать о том, что именно он являлся владельцем источника повышенной опасности в смысле, придаваемом данному понятию в статье 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации. Оснований для привлечения к гражданско-правовой ответственности за причинение вреда истцу наследников ФИО4 в силу вышеизложенных обстоятельств не имеется.

В целом апелляционная жалоба не содержит доводов, опровергающих выводы суда, содержит иную, ошибочную трактовку существа спорных правоотношений и норм материального права их регулирующих, что основанием для отмены либо изменения решения суда явиться не может.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебная коллегия по материалам дела не усматривает.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Нижневартовского городского суда от 03 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

Определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев через суд первой инстанции.

Мотивированное определение изготовлено 23 января 2026 года.

Председательствующий Гавриленко Е.В.

Судьи Баранцева Н.В.

Кузнецов М.В.