84RS000-01-2019-000492-10

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 июля 2019 года г. Дудинка 

Дудинский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего - судьи Улановой О.К., 

при секретаре Портнягиной Ю.Ю.,

с участием представителя истца – ФИО1, по доверенности,

ответчика ФИО2 и представителя ответчика ФИО3 – ФИО2, на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-519/2019 по иску индивидуального предпринимателя ФИО4 к ФИО2, ФИО3 и ФИО5 о взыскании ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей и судебных расходов

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3 и ФИО5 о взыскании ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей, и судебных расходов, мотивируя следующим.

Ответчики ФИО2, ФИО3 и ФИО5 состояли в трудовых отношениях с индивидуальным предпринимателем, ФИО2 с 20 октября 2013 года в должности заведующей магазином «Домовой» с исполнением обязанностей продавца-кассира, консультанта промышленных товаров, ФИО6 с 01 ноября 2009 года в должности продавца-кассира, консультанта промышленных товаров, ФИО5 с 19 октября 2015 года в должности продавца-кассира, консультанта промышленных товаров. С каждым из ответчиков был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, договор об имущественной ответственности за переданные в подотчет ценности. Являясь материально-ответственными лицами, ответчики одновременно и совместно выполняли свои функции, связанные с хранением, продажей (отпуском), иным использованием переданных им в подотчет ценностей. В связи с этим в соответствии со ст.245 ТК РФ 19 октября 2015 года с трудовым коллективом магазина «Домовой» был заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности, который был подписан ответчиками, которые также были ознакомлены с правилами внутреннего трудового распорядка, организационными распоряжениями и должностными инструкциями. Согласно распоряжению №14 от 27 марта 2017 года и данным товарно-денежного отчета №00 от 27.03.2017 в подотчет ответчиков были переданы товарно-материальные ценности и имущество на сумму 7 321 932 руб. По истечению 464 дней со дня предшествующей инвентаризации, на основании распоряжения №8 от 03.07.2018 в магазине «Домовой» была проведена плановая инвентаризация, по результатам которой была выявлена крупная недостача в размере 886 034 руб., чем истцу причинен ущерб. Сумма фактической недостачи была уменьшена на 44 301 руб. 60 коп. путем списания данной суммы на результаты хозяйственной деятельности предприятия, ответчикам было предложено добровольно равными долями погасить недостачу в сумме 841 732 руб. по 280 577 руб. каждому. Недостача образовалась в результате халатного отношения ответчиков к переданному имуществу, нарушений дисциплины труда, правил внутреннего трудового распорядка, нарушений должностных инструкций, норм и положений трудовых договоров и договоров о материальной ответственности. Ответчики согласились с результатами инвентаризации и выразили добровольное согласие погасить недостачу, о чем указали в объяснительных и заявлениях. 11 июля 2018 года ответчики были уволены. Добровольно в счет погашения недостачи ФИО2 внесено 55 577 руб. 33 коп., ФИО3 – 110 577 руб. 33 коп., ФИО5 – 24 925 руб. 74 коп. В связи с чем, истец просит взыскать в счет возмещения недостачи с ФИО2 225 000 руб., ФИО3 – 170 000 руб., с ФИО5 – 247 299 руб.59 коп., взыскать с ответчиков судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя, в размере 20 000 руб., с оплатой государственной пошлины в размере 9 623 руб. 

В судебное заседание истец – индивидуальный представитель ФИО4 не явился из-за отдаленности проживания, о дне, времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом посредством направления уведомления с помощью СМС-сообщения, которое доставлено 01.07.2019 (л.д.218). Заявление об отложении рассмотрения дела, либо о рассмотрении дела в его отсутствие суду не поступало.

Представитель истца – ФИО1, выступающая на основании договора об оказании юридических услуг, в судебном заседании исковые требования и изложенные в исковом заявлении доводы поддержала.

Ответчик ФИО6 в судебное заседание не явилась, о дне, времени и месте рассмотрения дела уведомлена надлежащим образом, посредством направления уведомления с помощью СМС-сообщения, которое доставлено 01.07.2019, и заказным письмом по месту проживания, которое получено ответчиком 16.07.2019 (л.д.219, 220-221, 223-224).Сведениями о том, что неявка ответчика имеет место по уважительным причинам, суд не располагает. Заявление об отложении рассмотрения дела, либо о рассмотрении дела в ее отсутствие от ответчика ФИО3 в суд не поступало.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, о дне, времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом посредством направления извещения с помощью СМС-сообщения, которое доставлено 01.07.2019 (л.д.218). Сведениями о том, что неявка ответчика имеет место по уважительным причинам, суд не располагает. Заявление об отложении рассмотрения дела, либо о рассмотрении дела в его отсутствие от ответчика ФИО5 в суд не поступало.

Ответчик ФИО2, выступающая, в том числе, на основании доверенности, в качестве представителя ответчика ФИО3, в судебном заседании исковые требования не признала, пояснив, что считает, что после выявления недостачи работодателем должна была быть проведена повторная инвентаризация с привлечением бухгалтера. В проведении повторной инвентаризации им было отказано. Почему возникла недостача, пояснить не может, полагает, что не были созданы условия для сохранности товарно-материальных ценностей, поскольку в торговом зале отсутствовали видеокамеры, по установке которых она обращалась к работодателю; в результате имели место кражи в торговом зале; возможно переоценку не сделали, возможно, в ходе инвентаризации что-то упустили, не записали. С недостачей согласились, так как работодатель сказал, что в случае не согласия с недостачей они будут уволены за недоверие и никуда не смогут устроиться на работу. Считает, что в ходе инвентаризации были допущены нарушения, так как торговый зал при инвентаризации склада работал, за прилавком стоял ФИО5 

Суд, в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признал возможным рассмотреть дело в отсутствие истца, ответчиков ФИО3 и ФИО5, надлежащим образом извещенных о рассмотрении дела, что согласуется со статьей 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, по смыслу которой лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе; определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства. Неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве, иных процессуальных правах.

Выслушав объяснения представителя истца, ответчика ФИО2, в том числе представителя ответчика ФИО3, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

Общие условия наступления материальной ответственности работника закреплены законодателем в статье 233 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой материальная ответственность может быть применена к работнику при наличии одновременно четырех условий: прямого действительного ущерба у работодателя; противоправности поведения работника; его вины в причинении ущерба; причинной связи между противоправным поведением работника (действиями или бездействием) и наступившим ущербом. Недоказанность одного из указанных обстоятельств исключает материальную ответственность работника.

В статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации перечислены случаи, когда на работника может быть возложена полная материальная ответственность. В частности, в соответствии с пунктом 2 части 1 указанной нормы таким случаем является недостача ценностей, вверенных работнику на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

В соответствии с частью 1 статьи 245 Трудового кодекса Российской Федерации коллективная (бригадная) материальная ответственность может вводиться при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, продажей или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба.

В силу части 2 названной нормы письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады).

Согласно части 3 статьи 245 Трудового кодекса Российской Федерации по договору о коллективной (бригадной) материальной ответственности ценности вверяются заранее установленной группе лиц, на которую возлагается полная материальная ответственность за их недостачу. 

Для освобождения от материальной ответственности член коллектива (бригады) должен доказать отсутствие своей вины.

В силу статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество. Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 14 ноября 2002 г.№ 823 "О порядке утверждения перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности" Министерству труда и социального развития Российской Федерации поручено, в том числе, разработать и утвердить перечень работ, при выполнении которых может вводиться полная коллективная (бригадная) материальная ответственность за недостачу вверенного работникам имущества, а также типовую форму договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности.

Такой перечень работ, при выполнении которых может вводиться полная коллективная (бригадная) материальная ответственность за недостачу вверенного имущества, и типовая форма договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности утверждены постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 г. № 85 (приложения № 3 и 4 соответственно к названному постановлению).

В соответствии с указанным перечнем полная коллективная (бригадная) материальная ответственность за недостачу вверенного работникам имущества может вводиться при выполнении, в том числе, работ по расчетам при продаже (реализации) товаров, продукции (в том числе не через кассу, через кассу, без кассы через продавца или иного лица, ответственного за осуществление расчетов; по купле (приему), продаже (торговле, отпуску, реализации) товаров (продукции), подготовке их к продаже (торговле, отпуску, реализации).

В силу статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателе лежит обязанность по установлению размера причиненного ему ущерба и причины его возникновения.

Согласно разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данным в пункте 4 Постановления от 16.11.2006 №52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

При доказанности правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Как установлено судом, ФИО4 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с 29 сентября 1998 года, основными видами деятельности индивидуального предпринимателя является торгово-закупочная деятельность, торгово-посредническая деятельность и торговля, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации предпринимателя, осуществляющего свою деятельность без образования юридического лица, свидетельством о внесении в Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей записи об индивидуальном предпринимателе ФИО4, свидетельством о постановке на налоговый учет (л.д.15-17).

01 ноября 2009 года между индивидуальным предпринимателем ФИО4 и ФИО7 заключен трудовой договор, согласно которому ФИО7 была принята на работу в магазин «Домовой» на должность продавца-кассира промышленных товаров (л.д.25). На основании указанного трудового договора работодателем был издан приказ от 01 ноября 2009 года №К-09/20 о приеме ФИО7 с 01 ноября 2009 года на работу продавцом-кассиром промышленных товаров (л.д.24). 

В этот же день с ФИО7 был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно которому ФИО7 принимает на себя полную материальную ответственность за все переданное ей ИП ФИО4 в подотчет имущество, находящееся в магазине «Домовой» и денежные средства. Также 01 ноября 2009 года с ФИО7 был заключен договор об имущественной ответственности за переданные ей в подотчет товарно-материальные ценности и денежные средства принятые ко дню подписания договора и поступившие в подотчет на протяжении действия договора. При подписании договора ФИО7 была дана расписка о том, что она ознакомлена с правилами внутреннего трудового распорядка, правилами работы, должностными инструкциями, порядком ведения учета и отчетности, кассовой и трудовой дисциплиной, обязуется полностью выполнять все установленные правила по приему, хранению, расходованию и сдаче денежных средств (выручки), а также порядок и сроки предоставления отчетности (л.д.26-27).

ДД.ММ.ГГГГ в связи с вступлением ФИО7 в брак с Р., ей была присвоена фамилия Рудькина (л.д.94).

20 октября 2013 года между индивидуальным предпринимателем ФИО4 и ФИО2 заключен трудовой договор, согласно которому ФИО2 была принята на работу в магазин «Домовой» на должность заведующего магазином с исполнением обязанностей продавца-кассира, консультанта (л.д.20-21). На основании указанного трудового договора работодателем был издан приказ от 20 октября 2013 года №К13-36 о приеме ФИО2 с 20 октября 2013 года на работу заведующей магазином «Домовой» с исполнением обязанностей продавца-кассира, консультанта (л.д.19). 

В этот же день с ФИО2 был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно которому ФИО2 принимает на себя полную материальную ответственность за все переданное ей ИП ФИО4 в подотчет имущество, находящееся в магазине «Домовой» и денежные средства. Также 20 октября 2013 года с ФИО2 был заключен договор об имущественной ответственности за переданные ей в подотчет товарно-материальные ценности и денежные средства принятые ко дню подписания договора и поступившие в подотчет на протяжении действия договора. Кроме того ФИО2 была дана расписка о том, что она ознакомлена с правилами внутреннего трудового распорядка, правилами работы, должностными инструкциями, порядком ведения учета и отчетности, кассовой и трудовой дисциплиной, обязуется полностью выполнять все установленные правила по приему, хранению, расходованию и сдаче денежных средств (выручки), а также порядок и сроки предоставления отчетности (л.д.21оборот – 22).

19 октября 2015 года был заключен трудовой договор между индивидуальным предпринимателем ФИО4 и ФИО5, согласно которому ФИО5 был принят на работу в магазин «Домовой» на должность продавца-кассира, консультанта (л.д.30). На основании указанного трудового договора работодателем был издан приказ от 19 октября 2015 года №К15-18 о приеме ФИО5 с 19 октября 2015 года на работу продавцом-кассиром, консультантом (л.д.29). 

В этот же день с ФИО5 был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно которому ФИО5 принимает на себя полную материальную ответственность за все переданное ему ИП ФИО4 в подотчет имущество, находящееся в магазине «Домовой» и денежные средства. Также 19 октября 2015 года с ФИО5 был заключен договор об имущественной ответственности за переданные ему в подотчет товарно-материальные ценности и денежные средства принятые ко дню подписания договора и поступившие в подотчет на протяжении действия договора. При подписании договора ФИО5 была дана расписка о том, что он ознакомлен с правилами внутреннего трудового распорядка, правилами работы, должностными инструкциями, порядком ведения учета и отчетности, кассовой и трудовой дисциплиной, обязуется полностью выполнять все установленные правила по приему, хранению, расходованию и сдаче денежных средств (выручки), а также порядок и сроки предоставления отчетности (л.д.31-32).

Также установлено, что 19 октября 2015 года между индивидуальным предпринимателем ФИО4 и членами коллектива (бригады) магазина «Домовой» ФИО2, ФИО5, ФИО3 и ФИО9, в лице руководителя коллектива – заведующей магазином ФИО2, был заключен договор о полной коллективной материальной ответственности, в соответствии с которым коллектив принял на себя коллективную материальную ответственность за обеспечение сохранности имущества, вверенного ему для выполнения работ по приему, подготовке товаров к продаже (торговле, отпуску, реализации), по приему на хранение, хранению, учету, отпуску (выдаче) материальных ценностей в магазине «Домовой», а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, а работодатель обязался создать коллективу (бригаде) условия, необходимые для надлежащего исполнения принятых обязательств по договору (л.д.33).

Договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности подписан членами коллектива (бригады) 19 октября 2015 года.

Учитывая должностные обязанности ответчиков, содержащиеся в должностной инструкции не освобожденного от торгово-технологического процесса заведующего магазином с выполнением обязанностей продавца-кассира, консультанта непродовольственных товаров, и в должностной инструкции продавца-кассира, консультанта непродовольственных товаров (л.д.38-40), с которыми ответчики были ознакомлены и выполняли указанные в должностных инструкциях обязанности, суд приходит к выводу, что работодатель вправе был заключить с ответчиками договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности, что ответчиками не оспаривается.

На основании приказа от 31 марта 2016 года №К16-03 и дополнительного соглашения к трудовому договору от 19.10.2015 продавец-кассир, консультант магазина «Домовой» ФИО9 с 01 апреля 2016 года был переведен в магазин «Валерия» на должность заведующего (л.д.200-201).

После перевода ФИО9 на другое место работы, в магазине «Домовой» продолжали работать в составе коллектива (бригады) материально-ответственных лиц ответчики.

В марте 2017 года на основании распоряжения работодателя в магазине «Домовой» проводилась инвентаризация, по результатам которой была выявлена недостача. Размер недостачи после списания на результаты хозяйственной деятельности 25% от суммы выявленной недостачи, составил 655 702 руб., и был погашен в добровольном порядке ФИО2, ФИО3 и ФИО5, что подтверждается распоряжением №14 от 27.03.2017 (л.д.41), и сторонами не оспаривается. После выявленной недостачи ответчики продолжили работать в магазине в том же составе.

04 января 2018 года работодателем во избежание нарушений в части сохранности товарно-материальных ценностей, производственной дисциплины, правил внутреннего трудового распорядка, было издано распоряжение №1 (л.д.37) об усилении контроля за соблюдением работниками правил внутреннего распорядка, выполнения работником должностных обязанностей, заведующим магазинами было предписано усилить контроль за выполнение должностных обязанностей и иных нормативных положений и инструкций подчиненными работниками; также было предписано запретить отпуск товаров работникам предприятия под запись, курение во всех помещениях и у входов в магазины, обеспечить маркировку товаров ценниками с указанием фактической цены на товар, согласно приходным документам, усилить контроль за сроками годности товаров, завести журнал по ежедневному открытию и закрытию магазинов, с которым были ознакомлены, в том числе, и ответчики.

Согласно распоряжению от 03 июля 2018 года №8 индивидуальным предпринимателем ФИО4 в магазине «Домовой» было назначено проведение плановой инвентаризации товарно-материальных ценностей; утвержден состав инвентаризационной комиссии: председатель комиссии К.Р.Г., члены комиссии К.Ю.С., Л.Н.У., ФИО2, ФИО3, ФИО5 (л.д.45). Пунктом 3 и 5 распоряжения было предписано, что по согласованию и с учетом мнения бригады материально-ответственных лиц, осуществлять работу торгового зала во время инвентаризации складских помещений, товарооборот и скидки за период работы торгового зала в период инвентаризации товарно-материальных ценностей учесть отдельными ведомостями. С данным распоряжением ответчики были ознакомлены.

Исходя из инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей №2 от 11.07.2018 (л.д.131-195), сводной инвентаризационной ведомости (л.д.129-130), сличительной ведомости №2 от 11.07.2018 (л.д.56-58), в ходе проведения инвентаризации товарно-материальных ценностей в магазине «Домовой», выявлена недостача на общую сумму 886 034 руб. 60 коп. 

С целью проверки результатов инвентаризации, на основании распоряжения №10 от 09.07.2018 членами инвентаризационной комиссии и бригадой материально-ответственных лиц была проведена сверка и проверка всей приходно-расходной документации за межинвентаризационный период, кассы магазина, ведомостей инвентаризации, осуществлена выборочная проверка записанных товарно-материальных ценностей, в результате первоначальная сумма недостачи в размере 948 380 руб. 10 коп. была уменьшена на 62 345 руб. 50 коп. и составила 886 034 руб. 60 коп.

Инвентаризационная опись, сводная инвентаризационная ведомость и сличительная ведомость были подписаны членами инвентаризационной комиссии, в том числе ответчиками, без замечаний.

Из инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей также следует, что к началу проведения инвентаризации все расходные и приходные документы по товарно-материальным ценностям сданы, все товарно-материальные ценности, поступившие на ответственность коллектива, оприходованы, а выбывшие списаны в расход, что ответчики подтвердили, поставив свои подписи (л.д.131). Все цены, подсчеты итогов по строкам, страницам и в целом по инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей проверены, что подтверждено подписями всех членов инвентаризационной комиссии (л.д.195).

Ответчики, являющиеся лицами, ответственными за сохранность товарно-материальных ценностей, подтвердили своими подписями, что все товарно-материальные ценности, поименованные в инвентаризационной описи, комиссией проверены в натуре в их присутствии и внесены в опись, претензий к инвентаризационной комиссии они не имеют. Товарно-материальные ценности, перечисленные в описи, находятся в их ответственном хранении (л.д.195).

Распоряжением №13 от 11.07.2018 (л.д.62-63) на результаты хозяйственной деятельности списано 44 301 руб. 60 коп., оставшаяся сумма недостачи в размере 841 732 руб. отнесена в начет ответчикам равными долями, каждому в размере 280 577 руб. 33 коп.

В своих письменных объяснениях ответчики ФИО2, ФИО3 и ФИО5 объяснить причину недостачи не смогли, однако с выявленной суммой недостачи согласились (л.д.53-55, 59-61). Впоследствии добровольно внесли в счет погашения недостачи: ФИО2 – 55 577 руб. 33 коп., ФИО3 – 110 577 руб. 33 коп., ФИО5 – 24 925 руб. 74 коп.

Из показаний допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля Л.Н.У. следует, что она была в составе комиссии, проводившей инвентаризацию в магазине «Домовой» в июле 2018 года. Инвентаризацию в магазине начали проводить со склада, торговый зал продолжал работать. По окончанию рабочего дня опечатывали склад и торговый зал, утром комиссионно открывали. После окончания инвентаризации в складе, склад опечатали, продолжили инвентаризацию в торговом зале. По результатам инвентаризации была выявлена недостача. При обсуждении результатов инвентаризации истец выяснял у ответчиков причину недостачи, говорил, что будет удерживать недостачу с ответчиков, последние согласились выплатить недостачу, при этом объяснить причину ее возникновения не могли.

Доказательства, свидетельствующие об отсутствии выявленной недостачи, либо о недостаче в меньшем размере, об отсутствии вины в причинении ущерба, ответчики в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представили.

Существенных нарушений при проведении инвентаризации, ставящих под сомнения результаты инвентаризации, допущено не было и в судебном заседании не установлено.

Доводы ответчика ФИО2, выступающей, в том числе, в качестве представителя ответчика ФИО3, о том, что не были созданы надлежащие условия для хранения товарно-материальных ценностей, поскольку в торговом зале отсутствовали видеокамеры, что приводило к кражам, суд признает несостоятельными, поскольку доказательства обращения ответчиков к работодателю в отношении обстоятельств, угрожавших сохранности вверенного коллективу имущества, доказательства, подтверждающие факты краж, ответчиками не представлены, и в судебном заседании не установлены.

Не состоятельны и доводы ответчика ФИО2 о том, что после проведения инвентаризации, члены бригады просили провести повторную инвентаризацию, поскольку данные доводы опровергаются указанными выше доказательствами.

Утверждение ответчика ФИО2 о том, что с результатами инвентаризации они согласились в связи с тем, что в противном случае работодатель намерен был их уволить с работы в связи с утратой доверия, не нашло подтверждение в судебном заседании. 

Согласно представленным истцом приказам от 11.07.2018 (л.д.65, 67, 69) трудовые договоры с ответчиками прекращены по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации на основании поданных ими заявлений. Из объяснений ответчика ФИО2 также следует, что после увольнения 11.07.2018, они были приняты на работу и работали в магазине «Домовой» в течение 4 месяцев.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истцом доказано наличие прямого действительного ущерба в размере 886 034 руб. 60 коп., из которого 44 301 руб. 60 коп было списано истцом на результат хозяйственной деятельности, вина ответчика в причинении ущерба, который возник в результате халатного отношения ответчиков к вверенным им товарно-материальным ценностям, причинная связь между поведением работников и наступившим ущербом. 

Условия, необходимые для обеспечения безопасности имущества, истцом были созданы.

В соответствии с частью 4 статьи 245 Трудового кодекса Российской Федерации определение степени вины каждого члена коллектива (бригады) осуществляется либо по соглашению между всеми членами коллектива (бригады) и работодателем при добровольном возмещении ущерба, либо судом при взыскании ущерба в судебном порядке.

Поскольку степень вины каждого члена коллектива в возникновении недостачи установить невозможно, размер заработной платы ответчиков ФИО3 и ФИО5 идентичен, размер заработной платы ответчика ФИО2 (должностной оклад 8500 руб.) незначительно превышает размер заработной платы ФИО3 и ФИО5 (должностной оклад 8 000 руб.), все ответчики работали в период от последней инвентаризации (в марте 2017 года) до обнаружения ущерба (11.07.2018), суд приходит к выводу, что возмещение материального ущерба работодателю должно быть произведено каждым из работников в равных долях, а именно каждым в сумме 280 577 руб. 33 коп.

Принимая во внимание, что в счет возмещения ущерба ответчиками частично внесены денежные средства: ФИО2 – 55 577 руб. 33 коп., ФИО3 – 110 577 руб. 33 коп., ФИО5 - 24 925 руб. 74 коп., взысканию подлежит с ФИО2 225 000 руб., ФИО3 170 000 руб. и ФИО5 – 247 299 руб. 59 коп.

На основании части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно статье 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым, как предусмотрено статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей.

В силу части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

По условиям договора об оказании юридических услуг №20 от 15.04.2019 (л.д.76-77), заключенного между ИП ФИО4 (заказчик) и ИП ФИО1 (исполнитель), исполнитель обязался предоставить заказчику юридическую консультацию, подготовить исковой материал о взыскании недостачи с ФИО2, ФИО3 и ФИО5, представлять интересы заказчика в Дудинском районном суде, подготовить в случае необходимости апелляционную и кассационную жалобы (п.1.1).

На основании пункта 5.1 договора, стоимость услуг и работ, указанных в п. 1.1. настоящего договора составляет 20 000 руб.

Согласно банковским чекам истец уплатил представителю ФИО1 за оказание юридических услуг 20 000 руб. (л.д.78).

Учитывая объем выполненной представителем истца работы: консультация, подготовка искового материала, представительство в суде в течение 3 рабочих дней, также учитывая сложность дела, суд считает необходимым взыскать с ответчиков в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в размере 15 000 руб., в долевом порядке с каждого по 5000 руб.

Согласно чеку-ордеру от 15 апреля 2019 года (л.д.3) истец при подаче иска в суд оплатил государственную пошлину в размере 9 623 руб. 00 коп., которая подлежит взысканию с ответчика в пользу истца, в силу статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации пропорционально взысканным суммам.

С ФИО2 подлежит взысканию в счет возмещения ущерба 225 000 руб. Следовательно, с ФИО2 надлежит взыскать судебные расходы в размере 5450 руб. 00 коп., исходя из следующего расчета: (225 000-200 000) х 1% + 5200).

С ФИО5 подлежит взысканию в счет возмещения ущерба 247 299 руб. 59 коп. Государственная пошлина составляет 5 672 руб. 99 коп. (247 299,59-200 000) х 1%+5200).

При этом, в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы в размере 4 173 руб. 00 коп., исходя из следующего расчета: 9 623 руб. 00 коп. (уплаченная государственная пошлина при подаче иска в суд) минус 5450 руб. 00 коп. (судебные расходы подлежащие взысканию с ФИО2) = 4 173 руб.

В бюджет муниципального района в соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подпунктом 10 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, части 2 статьи 61.1, статьи 50 Бюджетного кодекса Российской Федерации с ФИО5 подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1 499 руб. 99 коп., исходя из следующего расчета (5 672, 99 – 4 173). 

С ФИО3 в соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подпунктом 10 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, части 2 статьи 61.1, статьи 50 Бюджетного кодекса Российской Федерации подлежит взысканию государственная пошлина в размере 4 600 руб., исходя из следующего расчета (170 000-100 000) х 2%+3200).

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194, 196-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО4 к ФИО2, ФИО3 и ФИО5 о взыскании ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей и судебных расходов удовлетворить.

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженки 

<

данные изъяты>, в пользу индивидуального предпринимателя ФИО4 ущерб, причиненный при исполнении трудовых обязанностей, в размере 225 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 5000 руб. и оплате государственной пошлины в размере 5 450 руб., а всего 235 450 (двести тридцать пять тысяч четыреста пятьдесят) руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца г.

<

данные изъяты>, в пользу индивидуального предпринимателя ФИО4 ущерб, причиненный при исполнении трудовых обязанностей, в размере 247 299 руб. 59 коп., расходы по оплате услуг представителя в размере 5000 руб. и оплате государственной пошлины в размере 4 173 руб., а всего 256 472 (двести пятьдесят шесть тысяч четыреста семьдесят два) руб. 59 коп.

Взыскать с ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца г

<

данные изъяты>, в бюджет муниципального района государственную пошлину в размере 1 499 руб. (одна тысяча четыреста девяносто девять) руб. 99 коп.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженки 

<

данные изъяты>, в пользу индивидуального предпринимателя ФИО4 ущерб, причиненный при исполнении трудовых обязанностей, в размере 170 000 руб. 00 коп., расходы по оплате услуг представителя в размере 5000 руб., а всего 175 000 (сто семьдесят пять тысяч) руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженки 

<

данные изъяты>, в бюджет муниципального района государственную пошлину в размере 4 600 (четыре тысячи шестьсот) руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течении месяца со дня принятия решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через канцелярию Дудинского районного суда.

Судья О.К. Уланова

Решение в окончательной форме принято судом 29 июля 2019 года.