Дело №2-793/2021

УИД №59RS0040-01-2021-001095-89 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 июня 2021года 

Чайковский городской суд Пермского края в составе

председательствующего судьи Трошковой Л.Ф., 

при секретаре Кокориной Е.А.,

с участием прокурора Буяковой Н.А.,

истца ФИО8, представителя истца ФИО9,

представителей ответчика ФИО10, ФИО11,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Чайковский Пермского края дело по иску ФИО8 к Государственному бюджетному учреждению Пермского края «Чайковский дом-интернат для престарелых и инвалидов» о признании незаконными изменений определенных сторонами условий трудового договора с восстановлением на работе в ранее занимаемой должности, взыскании заработной платы за период вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

установил :

ФИО8 обратилась в суд с исковым заявлением к Государственному бюджетному учреждению Пермского края «Чайковский дом-интернат для престарелых и инвалидов» (далее ГБУ ПК ДИПИ) с иском о признании незаконными изменений определенных сторонами условий трудового договора с восстановлением на работе в ранее занимаемой должности, взыскании заработной платы за период вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указала, что работает у ответчика с 2012 года в должности инженера по охране труда и противопожарной безопасности на основании трудового договора в административно-хозяйственной части. По приказу от 09.03.2021 года №-к с истцом прекращен трудовой договор по основанию отказ работника о продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора по п.7 ч.1 ст.77 ТК РФ, увольнение считает незаконным, поскольку уволена была как неугодный работник. Приказ от 10.12.2020 года № «О внесении изменения в штатное расписание ГБУ ПК Чайковский ДИПИ, которым выведена из штатного расписания из отдела материально-технического обеспечения ставка инженера по охране труда и противопожарной безопасности и введена в штатное расписание в отдел материально-технического обеспечения ставка специалиста по охране труда и противопожарной профилактике не означает проведение работодателем мероприятий по изменению организационных и технологических условий труда. Внедрение профессионального стандарта не может служить законным основанием и последствием изменений организационных или технологических условий труда с последующим увольнением работника по п.7 ч.1 ст.77 ТК РФ. На основании изложенного, просит признать увольнение незаконным, отменить приказ об увольнении и восстановить на работе в той же должности, произвести оплату вынужденного прогула, компенсацию морального вреда, материальный ущерб за приобретение лекарственных препаратов. 

В судебном заседании истица на иске настаивала по изложенным в нем доводам.

Представитель истца ФИО9 поддержала позицию истца.

Представители ответчика ГБУ ПК Чайковский ДИПИ ФИО10, ФИО11, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились, поддержав возражения, изложенные в письменном отзыве на иск в которых указали на следующие обстоятельства.

Согласно ст. 8 ТК РФ, работодатели, принимают локальные нормативные акты в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством. ТК РФ предоставляет работодателю право самостоятельно определять штатное расписание, наименования должностей, профессий рабочих и трудовых функций работников в соответствии с уставом организации, устанавливать категории (разряды, классы) с учетом сложности и объема выполняемой работы (трудовых функций). Согласно Письму Федеральной службы по труду и занятости от 7 мая 2010 г. N 1357-6-1 требование о строгом соответствии наименования должности указанному в квалификационных справочниках ч. 2 ст. 57 ТК РФ предусматривает в отношении должностей, с выполнением работ по которым в соответствии с ФЗ связано предоставление льгот либо наличие ограничений. В отношении иных должностей той же нормой предусмотрено, что наименование должности определяется в соответствии со штатным расписанием учреждения. Квалификационные справочники (в том числе Единый тарифноквалификационный справочник работ и профессий рабочих) служат основой для разработки внутренних организационно-распорядительных документов. В соответствии с п.4.4. Устава учреждения директор учреждения по согласованию с Учредителем утверждает штатное расписание учреждения; в установленном действующим законодательством порядке; осуществляет прием на работу и увольнение работников учреждения, утверждает должностные инструкции; обеспечивает постоянную работу над повышением качества, предоставляемых учреждением государственных услуг, выполнением работ. К обязательным условиям трудового договора относится наименование должности работника (ст.57 ТК РФ). При этом должность должна быть предусмотрена штатным расписанием организации. Переименование должности возможно тогда, когда у работника, выполняющего определенные обязанности, не меняется ничего, что повлекло за собой изменение его трудовой функции. В соответствии с Рекомендациями по применению профессиональных стандартов в организации, утв. ФЕБУ "Всероссийский научно-исследовательский институт труда" Минтруда России учреждение имеет право на применение профессиональных стандартов в деятельности учреждения. Согласно письма Роструда за № 4412-6 от 31.10.2007 «О порядке внесения изменений в должностные инструкции работников» поясняется, что каждый работодатель решает сам, каким образом будут вноситься и оформляться изменения в должностные инструкции работников учреждения. Изменения и дополнения в должностную инструкцию вносятся: когда меняется штатное расписание; должностные обязанности и полномочия работников необходимо изменить; изменились организационные условия труда и т.д. В своем исковом заявлении истец ссылается на п.21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", работодатель обязан, в частности, представить доказательства, подтверждающие, что изменение определенных сторонами условий трудового договора явилось следствием изменений организационных или технологических условий труда, например изменений в технике и технологии производства, совершенствования рабочих мест на основе их аттестации, структурной реорганизации производства.

Согласно ст. 74 ТК РФ, изменение определенных сторонами условий трудового договора производится по причинам, связанными с изменением организационных или технологических условий труда.

Примерный перечень причин, позволяющих работодателю принять соответствующее решение об изменении условий трудового договора, дан в ч.1 ст.74 ТК РФ и п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации".

К числу организационных изменений могут быть отнесены: изменения в структуре управления организации; внедрение новых условий труда; изменение законодательства; изменение режимов труда и отдыха; введение, замена и пересмотр норм труда; изменения в организационной структуре. В число технологических изменений условий труда могут входить: внедрение новых технологий производства; внедрение новых станков, агрегатов, механизмов; усовершенствование рабочих мест; разработка новых видов продукции; введение новых или изменение технических регламентов. Данный перечень является открытым. Для изменения условий трудового договора могут существовать и другие причины, связанные с изменением организационных и технологических условий труда.

Доказательствами, подтверждающими, что у учреждения возникла необходимость в изменении определенных сторонами условий трудового договора явились следующие причины:

1. Переименование должностей в соответствии с требованиями трудового законодательства.

2. Изменения в организационной структуре и органах управления учреждения с целью ее совершенствования.

3. Проведение мероприятий, направленных на улучшение деятельности учреждения и повышения эффективности труда работников учреждения.

4. Усовершенствование трудового процесса в целях повышения безопасности труда работников учреждения.

Переименование должностей в соответствии с требованиями трудового законодательства.

По мнению Роструда, работодатель обязан указывать наименования должностей специалистов, работающих в области охраны труда согласно Единого квалификационного справочника (письмо Роструда от 24 июня 2015 г. № ПГ/32250-3-2).

Приказом Минтруда России от 15 мая 2013 г. № 205 должность «инженер по охране труда» была исключена из Квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и других служащих (утв. постановлением Минсоцразвития России от 21 августа 1998 г. № 37).

1 июля 2013 года в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 17.05.2012 N 559н "Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих, раздел "Квалификационные характеристики должностей руководителей и специалистов, осуществляющих работы в области охраны труда" (зарегистрирован в Минюсте РФ 13.06.2012 N 24548) вступил в силу раздел касающийся специалистов, осуществляющих работы в области охраны труда.

В связи с его принятием принципиально изменился терминологический подход к наименованию должностей руководителей и специалистов служб охраны труда.

Должность «инженер по охране труда» исключена, вместо нее введена должность «специалист по охране труда», на которую утвержден профессиональный стандарт (утв. приказом Минтруда России от 4 августа 2014 года № 524н, действует со 2 января 2015 года).

Содержание квалификационных характеристик претерпело определенные изменения, но в практической деятельности содержание трудовой функции указанных работников осталось неизменным.

Главное изменение Единого квалификационного справочника и профессионального стандарта в области охраны труда - это применение новых требований к образованию специалиста. Необходимо наличие высшего образования по направлению подготовки «Техносферная безопасность» или по схожей специальности.

В соответствии с ч. 1 ст. 5.27 КоАП РФ нарушение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, влечет ответственность для работодателя в виде штрафов.

Поэтому введение профессиональных стандартов в данной сфере является необходимой мерой и в данном случае предусмотрительность законодательства не является лишней.

с 2017 года в учреждении началась подготовительная работа в отношении специалистов, осуществляющих работы в области охраны труда. ФИО8 прошла профессиональную переподготовку по направлению образования «Техносферная безопасность».

На основании приведенных выше норм, учреждением было принято решение о внесении изменений в штатное расписание и утверждении новой должностной инструкции.

Приказом ГБУ ПК Чайковский ДИПИ от 10.12.2020 № «О внесении изменения в штатное расписание ГБУ ПК Чайковский ДИПИ» произведено переименование должности с «Инженер по охране труда и противопожарной безопасности» на должность «Специалист по охране труда и противопожарной профилактике» и утверждена новая должностная инструкция Приказом ГБУ ПК Чайковский ДИПИ от 29.12.2020 № «Об утверждении должностной инструкции «Специалист по охране труда и противопожарной профилактике».

Изменения, утвержденные указанными приказами вводились с 1 марта 2021 года.

Переименование должности в целях приведения ее в соответствие со штатным расписанием без изменения полномочий работника не являлось изменением трудовой функции и могло быть применено учреждением.

При разработке должностной инструкции «Специалист по охране труда и противопожарной профилактике» учитывались требования приказа Минтруда России от 04.08.2014 № «Об утверждении профессионального стандарта «Специалист в области охраны труда», приказа Минтруда России от 28.10.2014 № (ред. от 12.12.2016) «Об утверждении профессионального стандарта «Специалист по противопожарной профилактике».

Должностная инструкция «Специалист по охране труда и противопожарной профилактике» конкретизировала должностные обязанности работника, дала четкое представление о круге требований к выполняемой работе с учетом особенностей организации труда в учреждении.

Утверждение данной инструкции работодателем не являлось изменением трудовой функции истца и не затронуло существенные условия трудового договора. Должностные обязанности не требуют другой специальности, квалификации или уровня образования работника.

Действия работодателя носили правомерный характер: переименование должности «инженера» на «специалиста» указанного работника его трудовая функция, существенные условия труда не изменены, сохранены в полном объеме и не ухудшают положение данного работника; принятие новых норм не повлекло снижение заработной платы истца; переименование должности не являлось переводом работника на другую работу.

Изменения в организационной структуре и органах управления учреждения с целью ее совершенствования.

Согласно утвержденной Приказами:

- КГАСУСОН Чайковский ДИПИ от 29.06.2018 № «Положение об организационной структуре и об органах управления КГАСУСОН ФИО2»;

- ГБУ ПК Чайковский ДРШИ от 06.05.2019 года № «Положение об организационной структуре и об органах управления ГБУ ПК Чайковский ДРПЖ»,

структуры учреждения общее руководство учреждением осуществляется директором, заместителями директора учреждения (по компетенции), в соответствии с установленными полномочиями.

Вопросы управления решаются по вертикальным связям, а именно п. 4.3.2 указанного приказа: специалист -руководитель территориально обособленного структурного подразделения главная медицинская сестра, юрисконсульт, заместитель директора учреждения (по компетенции) — директор учреждения.

На основании Приказа КГАСУСОН Чайковский ДИПИ от 29.06.2018 № «Положение об организационной структуре и об органах управления КГАСУСОН Чайковский ДИПИ» в учреждении была утверждена предельная штатная численность КГАСУСОН Чайковский ДИПИ на 2019 год, определены наименования отделов учреждения, а также введена должность заместитель директора по административно хозяйственной деятельности (приказ КГАСУ СОН Чайковский ДИПИ от 10.12.2018 № «Об утверждении предельной штатной численности КГАСУСОН Чайковский ДИПИ на 2019 год»).

Дополнительным соглашением от 29.12.2018 года к трудовому договору от 01.01.2014 № 2/14 работник переведен в структурное подразделение «отдел материально-технического обеспечения» с 01.01.2019 года. Дополнительное соглашение к трудовому договору подписано сторонами и не оспорено.

Инженер по охране труда и противопожарной безопасности стал входить в отдел материально-технического обеспечения и подчиняться заместителю директора по административно-хозяйственной деятельности, но в должностной инструкции «Инженер по охране труда и противопожарной безопасности» от 10.01.2017 года № указано прямое подчинение директору учреждения, что является несоответствием установленной в учреждении вертикали управления.

С учетом введенных изменений в организационной структуре и органах управления учреждения от работодателя требовались действия по актуализации уровня подчинения в должностной инструкции работника. Проведение мероприятий, направленных на улучшение деятельности Учреждения и повышения эффективности труда работников учреждения. С 2019 года, в рамках подведения итогов 2018 года и планирования деятельности учреждения на 2019 год в стратегических задачах развития учреждения была указана деятельность по введению профессиональных стандартов, переименованию должностей при необходимости, а также приведение должностных инструкций работников в соответствии с требованиями Действующего законодательства. В связи с указанным приоритетным направлением деятельности, в учреждении приведены в соответствие с применением профессиональных стандартов следующие должности, связанные с осуществлением ухода и реабилитации получателей социальных услуг: сиделка; психолог; специалист по реабилитации инвалидов; заведующий отделением реабилитации.

Далее была продолжена работа по приведению в соответствие с применением профессиональных стандартов должностных инструкций работников административно-управленческого персонала и руководства: заместитель директора учреждения; руководитель филиала учреждения.

В соответствие с приказами ГБУ ПК Чайковский ДИПИ:

- от 19.01.2021 года № «Об утверждении плана - графика введения профессиональных стандартов в ГБУ ПК Чайковский ДИПИ на 2021 год»,

- от 20.01.2021 года №а «Об утверждении Перечня профессиональных стандартов на 2021 год, подлежащих введению в ГБУ ПК Чайковский ДИПИ». Данный перечень включает в себя 20 наименований должностей. Должность специалиста по охране труда и противопожарной профилактике входит в график введения на 2021 год.

В рамках выполнения стратегической задачи, учреждением в обязательном порядке ведется работа по обеспечению профессиональной переподготовки работников, у которых требования к уровню образования не соответствуют профессиональному стандарту, что позволяет сохранить кадровый состав и повысить уровень квалификации работников.

Проведение мероприятий, направленных на улучшение деятельности учреждения и повышения эффективности труда работников учреждения носит системный характер и выстроены не только в отношении должности истца.

Усовершенствование трудового процесса в целях повышения безопасности труда работников учреждения.

За 2020 год на имя директора учреждения поступило 7 служебных записок от руководителей филиала и работников административно-управленческого персонала учреждения (1 из них коллективная от руководителей и работников филиалов учреждения) с информацией о не эффективной организации работы по охране труда и противопожарной профилактике в учреждении. Большинство служебных записок затрагивало вопросы неполноты инструкций по охране труда, имеющихся в них некорректных требований и использование нестандартной терминологии в содержании указанных инструкций, отсутствие конкретных условий и специфики выполняемых работ на рабочем месте.

С целью выработки предложений по совершенствованию управления охраной труда и повышения безопасности труда учреждения, директором учреждения было инициировано проведение анализа инструкций по охране труда, пожарной и террористической безопасности, действующих в учреждении аудиторской фирмой «Инвест-аудит».

На основании проведенного анализа выявлены нарушения требований к содержанию инструкций по охране труда и установлено, что предоставленные на изучение инструкции не являются инструкциями по охране труда.

Несмотря на отрицательные результаты проведенного аудита, директором учреждения вопрос о привлечении ФИО8 к дисциплинарной ответственности не поднимался, а было принято решение об утверждении плана - графика по пересмотру всех инструкций по охране труда в 2021 году.

Истец являлась должностным лицом, обеспечивающим соблюдение требований охраны труда и противопожарной безопасности работниками учреждения, согласно разработанными ею соответствующими инструкциями. Работники должны безоговорочно их соблюдать, что накладывает на указанное должностное лицо большую ответственность.

Ошибка или непрофессионализм в данной сфере может принести непоправимый вред здоровью работникам учреждения.

Все выше указанные причины организационных изменений в учреждении и невозможность сохранения условий трудового договора в прежнем согласованном виде послужили основанием для возбуждения процедуры внесения изменений в определенных сторонами условий трудового договора.

ФИО8 осуществляла свою трудовую деятельность в учреждении в должности инженера по охране труда и противопожарной безопасности (далее - инженер по ОТ и ППБ) с 01.01.2014 года в подразделение учреждения «административно-управленческий персонал», с ФИО8 был заключен трудовой договор от 01.01.2014 года №.

Согласно ТК РФ условия трудового договора могут быть изменены только при взаимном согласии сторон.

Если сотрудник согласен с переименованием должности, то с ним нужно заключить письменное дополнительное соглашение к трудовому договору об изменении его должности. Если работник не согласен с переименованием, то эту процедуру проводят в порядке ст.74 ТК РФ, то есть с предупреждением в письменной форме за 2 месяца, так как в этом случае речь идет об изменении организационных условий труда. При попытке изменении условий трудового договора с применением порядка, предусмотренного ст.72 ТК РФ, работодатель столкнулся с несогласием со стороны истца. По указанной причине представляется обоснованным и не противоречащим действующему законодательству применение в данной ситуации работодателем порядка, предусмотренного ст.74 ТК РФ.

В целях обеспечения интересов работодателя и баланса права работника на соблюдение условий трудового договора и обеспечения занятости, учреждением был применен механизм уведомительного порядка изменений условий трудового договора, предусмотренный ст.74 ТК РФ.

Установленный порядок учреждением был соблюден:

1. ФИО8, было вручено уведомление о переименовании должности и утверждении новой должностной инструкции за два месяца до вступления в силу соответствующих изменений. Уведомление было получено ФИО8 30.12.2020 года под роспись.

2. ФИО8, в случае ее отказа, письменно была предложена другая имеющаяся у работодателя работа, а также имеющиеся вакантные нижестоящие должности или нижеоплачиваемая работа, которую работник может выполнять в соответствии со своей квалификацией и состоянием здоровья.

3. ФИО8 предоставлены разъяснения, что в случае отказа работника от предложенной ему другой работы трудовой договор с ней прекращается по п.7 ч.1 ст.77 ТК РФ.

Последний день принятия решения работником о согласии либо несогласии был 28.02.2021 года. До указанной даты ФИО8 было неоднократно предложено выразить свою позицию, но она отказалась.

В связи с тем, что 28.02.2021 года совпало с выходным днем, специалистом отдела кадров ФИО1 26.02.2021 года было вновь предложено ФИО8 выразить свое мнение по полученному уведомлению, на что она получила отказ. Данный факт подтверждается докладной запиской специалиста от 26.02.2021года на имя директора.

ФИО8 26.02.2021 года было предложено предоставить объяснения по фактам:

- указанным в докладной записке от 15.10.2021 вх. № от 25.02.2021 «О не эффективной организации работы по охране труда в учреждении»;

- неисполнения Приказа ГБУ ПК Чайковский ДИПИ от 12.01.2021 № «О внесения изменений в Приказ № от 29.12.2020 «О проведении внепланового инструктажа по пожарной безопасности»;

- внесения записей и письменных комментариев в подлинники документов (акта служебного расследования и протокола заседания комиссии по урегулированию споров).

ФИО8 вручены соответствующие уведомления под подпись о даче объяснений в течение двух рабочих дней с момента их получения.

До конца рабочего дня 26.02.2021 года ФИО8 мнение о продолжении работы в учреждении не предоставила. Уведомления о даче объяснений проигнорировала, зная о том, что с 01.03.2021 года по 05.03.2021 года она будет находиться в очередном оплачиваемом отпуске на основании личного заявления.

Ссылки истца в исковом заявлении на необоснованность запрашиваемых работодателем объяснений и «предотвращении увольнения по незаконным дискредитирующим основаниям, привлечении в очередной раз к дисциплинарной ответственности» являются необоснованными.

05.03.2021 года на официальный адрес электронной почты учреждения от ФИО8 на имя директора учреждения поступило уведомление о ее выраженном несогласии с предложенными условиями труда и вакантными ставками. Для уточнении содержащейся в уведомлении информации заместителем директора по административно - хозяйственной деятельности учреждения были осуществлены телефонные звонки по номеру, оставленному как контактный. На звонки ФИО8 не отвечала, что подтверждается распечаткой телефонных звонков.

На основании полученного уведомления от ФИО8 работодателем принято решение запросить мотивированное мнение профсоюзной организации по данному вопросу, в связи с тем, что ФИО8 являлась председателем первичной профсоюзной организации.

05.03.2021 года запрос был подготовлен и 09.03.2021 года за № был направлен по назначению, о чем ФИО8 была уведомлена письменно, путем направления уведомления на ее адрес электронной почты.

В тот же день директором были проведены телефонные переговоры с представителем краевой организации профсоюза и решено, что мотивированное мнение по данному вопросу не требуется.

09.03.2021 года ФИО8 не вышла на работу и не приступила к своим должностным обязанностям. Уважительности причин неявки работодателю не предоставила, при попытке дозвониться по номеру, оставленному как контактный, доступ к номеру телефона был закрыт.

В связи с невыходом на работу составлен соответствующий Акт об отсутствии на рабочем месте без уважительных причин более 4 часов подряд в течение рабочего дня.

С учетом выраженного в уведомлении от 05.03.2021 года отказа работать в должности «Специалист по охране труда и противопожарной профилактике» и от предложенных вакансий, работодателем было принято решение о прекращении трудового договора от 01.01.2014 г. №, заключенного с ФИО8. При этом трудовой договор с работником, отказавшимся от продолжения работы в новых условиях, подлежит прекращению по основанию, предусмотренному п.7 части 1 ст.77 ТК РФ.

В соответствии со ст.84 ТК РФ прекращение трудовых отношений оформляется приказом. 09.03.2021 года учреждением был подготовлен приказ ГБУ ПК Чайковский ДИПИ от 09.03.2021 года №-к «О прекращении трудового договора с работником» и сформирован пакет документов, для предоставления работнику вследствие прекращения трудовых отношений. На основании заявления ФИО8 указанные документы были направлены посредством почты России заказным письмом с уведомлением и описью вложения, что подтверждается копиями квитанции N 90085, кассовым чеком и описью вложения.

Приказ о прекращении трудового договора и документы, указанные в сопроводительном письме адресатом получены 16.03.2021 года, что подтверждается отслеживанием отправлений - Почта России.

Порядок проведения процедуры прекращения трудового договора соблюден.

В целях обеспечения правильного и единообразного применения законодательства, регулирующего компенсацию морального вреда, наиболее полной и быстрой защиты интересов потерпевших при рассмотрении судами дел этой категории Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 20.12.1994 г. № (ред. от 06.02.2007) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда, «разъяснил, что при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать наличие причинно-следственной связи между факторами, якобы причинившими вред, и наступлением вреда».

Никаких неправомерных действий или бездействий со стороны работодателя в отношении истца совершено не было, причинно-следственная связь отсутствует.

Изучив предоставленные истцом страницы из амбулаторной карты считают, что отсутствует наличие причинно-следственной связи между факторами, якобы причинившими вред, и наступлением вреда».

1. Согласно осмотра ФИО8 врачом - терапевтом от 09.03.2021 года в 12:23 час. Основными жалобами, озвученными и зафиксированными в амбулаторной карте являлись жалобы, связанные с признаками простудного заболевания (ОРВИ). Это наличие головной боли и насморка, а уже после основных признаков заболевания, Зафиксированы жалобы на боль в пояснично-крестцовом отделе усиливающиеся при движении.

2. ФИО8 на прием пришла самостоятельно без посторонней помощи, отметки о вызовах скорой помощи или врача на дом отсутствуют.

Исходя из указанных назначении врачом-терапевтом ФИО8 не нуждалась в оказании неотложной помощи.

Состояние ФИО8 на момент осмотра оценено как удовлетворительное.

3. В описании осмотра врача - терапевта отсутствуют сведения о том, что боль в пояснично-крестцовом отделе связана с возникновением стрессовой ситуации, а также отсутствуют сведения о том, что сама истец связывала свое состояние с переживаниями и перенесенным стрессом по поводу ее якобы незаконного увольнения.

Все препараты, назначенные истцу несут симптоматический характер, а именно - противовирусная терапия, витаминотерапия, обезболивание.

Препараты, направленные на укрепление нервной системы, антистрессовые препараты в назначениях отсутствуют. Рекомендации о необходимости дальнейшего обследования (МРТ, рентгенография поясничного отдела), о необходимости консультации узкими специалистами, в том числе и невролога, для определения причины возникновения болей отсутствуют. Согласно представленной документации в карте указано два диагноза; ОРВИ, дорсопатия. Кроме того, до момента обращения в поликлинику ФИО8 находилась в очередном оплачиваемом отпуске. Из вышеперечисленного можно сделать вывод о том, что заболевание ФИО8 не связано с ситуацией, указанной в иске, а имеет иную причину возникновения.

Таким образом, истцом не представлено допустимых и достоверных доказательств того, что имеется наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и причиненным истцу моральным вредом, следовательно, отсутствуют основания для компенсации морального вреда.

Третье лицо Пермский краевой комитета профсоюза работников государственных учреждений и общественного обслуживания РФ в судебном заседании участия не принимал, извещен.

Выслушав объяснения участников судебного разбирательства, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего об удовлетворении иска, свидетелей, суд удовлетворяет исковые требования частично.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.В силу требований ст. ст. 12, 56, 57 ГПК РФ, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений; доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. В соответствии с абзацем 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.Согласно ст. 56 Трудового кодекса РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.Реализуя закрепленные Конституцией Российской Федерации (статья 34, часть 1; статья 35, часть 2) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения, обеспечивая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников. Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя.

Как установлено судом и не оспаривается лицами, участвующими в деле, и подтверждается представленными ими доказательствами, в период с 21 июня 2012 года по 09 марта 2021 года ФИО8 работала в должности инженера по охране труда и противопожарной безопасности на основании трудового договора в административно-хозяйственной части.

На основании приказа от 10.12.2020 года № «О внесении изменения в штатное расписание ГБУ ПК Чайковский ДИПИ, из штатного расписания из отдела материально-технического обеспечения выведена ставка инженера по охране труда и противопожарной безопасности и введена в штатное расписание в отдел материально-технического обеспечения ставка специалиста по охране труда и противопожарной профилактике (л.д.6).

На основании уведомления о переименовании должности и утверждении новой должностной инструкции за два месяца до вступления в силу соответствующих изменений. Уведомление получено ФИО8 30.12.2020 года под подпись.

ФИО8 работодателем в случае ее отказа, была предложена другая работа, а также вакантные нижестоящие должности, которую может выполнять работник в соответствии со своей квалификацией и состоянием здоровья.

26 февраля 2021 года специалистом отдела кадров ФИО1 было вновь предложено ФИО8 выразить свое мнение по полученному уведомлению, но получила отказ, в подтверждение представлена докладная записка от 26.02.2021года.

В период с 01 марта 2021 года по 05 марта 2021 года ФИО8 находилась в очередном отпуске.

Уведомлением от 05 марта 2021 года Доберман выразила отказ от работы в должности специалиста по охране труда. (л.д.224).

10 марта 2021 года ФИО8 направила согласие с предложенным увольнением по п.7 ч.1 ст.77 ТК РФ, о чем направила письменное заявление с просьбой уволить ее по данному основанию (л.д.236).

Уведомлением № от 09.03.2021 года ответчик уведомил истца о прекращении трудового договора по п.7 ч.1 ст.77 ТК РФ после получения мотивированного мнения Пермского краевого комитета профсоюзов работников государственных учреждений и общественного обслуживания РФ (л.д. 43).

По приказу от 09.03.2021 года №-к с истцом прекращен трудовой договор по основанию отказ работника о продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора по п.7 ч.1 ст. 77 ТК РФ (л.д.7). В адрес истца направлены трудовая книжка, справки 2 НДФЛ, сведения по форме СЗВ и иные необходимые документы (л.д.238). 

Согласно ответа Пермского краевого комитета профсоюза работников государственных учреждений и общественного обслуживания РФ от 12.03.2021 года, направленного в адрес директору ГБУ ПК Чайковский ДИПИ, внедрение профессионального стандарта не может служить основанием для изменения условий трудового договора по инициативе работодателя в соответствии со ст.74 ТК РФ. Кроме того, приведение наименования должности в соответствие с требованиями закона, изменение в связи с этим трудовой функции работника (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации) не может служить основанием для изменения условий трудового договора по ст.74 ТК РФ. При этом Минтруд России отмечает, что профессиональный стандарт разрабатывается на вид профессиональной деятельности, а не на должность или профессию. При использовании профессионального стандарта необходимо учитывать, что он описывает профессиональную деятельность, но не стандартизирует должностные обязанности, а лишь приводить. Возможные наименования должностей работников, выполняющих ту или иную обобщенную трудовую функцию. Введение в действие профессионального стандарта не обязывает работодателя переименовывать должности в штатном расписании (л.д.68).

По ходатайству ответчика в судебном заседании допрошены свидетели ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5

Свидетель ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, дали аналогичные друг другу показания, подтвердили необходимость проведения в организации структурных изменений в связи с введением профессиональных стандартов, обосновав необходимостью актуализации существующих должностей и должностных инструкций по охране труда, поясняли, что система охраны труда отстала, существовала необходимость организационных изменений, поскольку в организации поменялась организационная структура, в 2019 году появились отдельные подразделения, новые отделения.

Свидетель ФИО6 суду пояснила, что с 13.01.2021 года является 

<

данные изъяты> филиалом ГБУ ПК ДИПИ Марковского ГПУ, подтвердила необходимость структурных изменений, по причине организации подразделений, с 2018 года введено множество локальных актов, в связи с чем возникла необходимость изменения должностных инструкций работников, изменений в штатное расписание, в организации имеется план изменений стандартов, который производится последовательно.

По ходатайству истца в суде допрошена свидетель ФИО7, которая суду пояснила, что ранее работала в данной организации заведующей женским отделением в 2020 году, подтвердила, что в октябре 2020 года была планерка, предлагали подписать лист ознакомления по ФИО8, ей не дали время ознакомиться, но стали торопить, не дали прочитать, она подписала. Работники жаловались на администрацию, работники обращались за защитой прав к истцу. 

В соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, основанием прекращения трудового договора является отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора (часть четвертая статьи 74 настоящего Кодекса).Статья 74 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает, что в случае, когда по причинам, связанным с изменением, в том числе организационных условий труда (структурная реорганизация производства), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника.О предстоящих изменениях определенных сторонами условий договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее чем за два месяца.Если работник не согласен работать в новых условиях, то работодатель обязан в письменной форме предложить ему другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.При отсутствии указанной работы или отказе работника от предложенной работы трудовой договор прекращается в соответствии с пунктом 7 части первой статьи 77 настоящего Кодекса.

Из приведенных норм права следует, что обязательными условиями увольнения по пункту 7 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации являются изменение организационных или технологических условий труда, изменение определенных сторонами условий трудового договора в связи с изменением организационных или технологических условий труда, отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора, соблюдении работодателем процедуры увольнения (уведомление работника о предстоящих изменениях определенных сторонами условий договора в письменной форме не позднее чем за два месяца)

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», разрешая дела о восстановлении на работе лиц, трудовой договор с которыми был прекращен по пункту 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (отказ от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора), необходимо учитывать, что исходя из статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, работодатель обязан, в частности, представить доказательства, подтверждающие, что изменение определенных сторонами условий трудового договора явилось следствием изменений организационных или технологических условий труда, например, изменений в технике и технологии производства, совершенствовании рабочих мест на основе их аттестации, структурной реорганизации производства. При отсутствии таких доказательств прекращение трудового договора по пункту 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации не может быть признано законным.

Гарантируя защиту от принудительного труда, законодатель предусмотрел запрет на одностороннее изменение определенных сторонами условий трудового договора по инициативе работодателя без согласия работника, а также предоставил работнику ряд других гарантий, в том числе по занятию вакантных должностей или работы, соответствующую квалификации работника и вакантных нижестоящих должностей или нижеоплачиваемой работы у работодателя, которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья.

Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса прав и законных интересов сторон трудового договора, имеет целью обеспечить работнику возможность продолжить работу у того же работодателя.

В обоснование заявленных исковых требований, ФИО8 ссылалась на то, что уволена была как неугодный работник. Приказ от 10.12.2020 года № «О внесении изменения в штатное расписание ГБУ ПК Чайковский ДИПИ, которым выведена из штатного расписания из отдела материально-технического обеспечения ставка инженера по охране труда и противопожарной безопасности и введена в штатное расписание в отдел материально-технического обеспечения ставка специалиста по охране труда и противопожарной профилактике не означает проведение работодателем мероприятий по изменению организационных и технологических условий труда. Внедрение профессионального стандарта не может служить законным основанием и последствием изменений организационных или технологических условий труда с последующим увольнением работника по п.7 ч.1 ст.77 ТК РФ.

Разрешая спор и удовлетворяя требования ФИО8 о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, суд приходит к выводу, что указанные ответчиком в уведомлении от 30.12.2020 года обстоятельства не могут являться основанием для изменения определенных сторонами условий трудового договора, внедрение профессионального стандарта не может служить основанием для изменения условий трудового договора по инициативе работодателя в соответствии со ст.74 ТК РФ. Кроме того, приведение наименования должности в соответствие с требованиями закона, изменение в связи с этим трудовой функции работника (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации) не может служить основанием для изменения условий трудового договора по ст.74 ТК РФ. При этом с учетом разъяснений Минтруда России о том, что профессиональный стандарт разрабатывается на вид профессиональной деятельности, а не на должность или профессию. При использовании профессионального стандарта необходимо учитывать, что он описывает профессиональную деятельность, но не стандартизирует должностные обязанности, а лишь приводит возможные наименования должностей работников, выполняющих ту или иную обобщенную трудовую функцию. Введение в действие профессионального стандарта не обязывает работодателя переименовывать должности в штатном расписании. 

Ответчик указывает о том, что в трудовой функции истца с принятием приказа от 10.12.2020 года не меняются ее должностные обязанности, не меняется ее заработная плата, место работы, после издания приказа вводятся изменения в штатное расписание и должность истца меняет наименование с инженера на специалиста, конкретизируются ее должностные обязанности. Однако данная позиция не соответствует материала дела. 

Доводы ответчиков о неизменности трудовой функции истицы, установленной ее должностной инструкцией, являются необоснованными и опровергаются материалами дела. Сравнительный анализ должностных обязанностей инженера по охране труда и противопожарной безопасности и специалиста по охране труда и противопожарной профилактике показывает, что работодателем не произведена корректировка существующих у работника обязанностей с уточнением трудовых действий при выполнении указанных обязанностей, а внесены дополнительные обязанности специалиста по противопожарной профилактике, а также внесен п.2- трудовые функции, что является подтверждением тому, что трудовая функция работника в смысле положений ст. ст. 57, 60, 72 ТК РФ изменилась. Внесены обязанности, которые повлекли дополнительные требования к специальности и квалификации истицы в должностную инструкцию, что не является введением новых условий выполнения порученной работнику работы.

Доводы ответчиков о том, что не введена новая трудовая функция, суд признает несостоятельными, поскольку они основаны на неправильном толковании норм материального права, неверном толковании положений должностных инструкций.

Судом из анализа инструкций установлено, что должностной инструкцией инженера, утвержденной в 2017 году, в трудовые функции не были включены трудовые функции- экспертиза разрабатываемой проектной документации в части соблюдения пожарной безопасности контроль строящихся и реконструируемых зданий помещений в части соблюдения требований пожарной безопасности, кроме того, в п.1.4 внесены дополнительные обязанности: оформлять документы связанные с обеспечением работников средствами индивидуальной защиты, проведением обязательных медицинских осмотров, освидетельствований (п.20), организовать выделение финансовых средств на реализацию мероприятий по обеспечению пожарной безопасности (п.24), готовить документы по сертификации системы менеджмента пожарной безопасности организации сторонней организации (п.28), формировать заключение по исходно-разрешительной документации (п.33), разрабатывать декларацию пожарной безопасности (п.35) и т.д.. Кроме того, на инженера была возложена обязанность руководить деятельностью специалиста по охране труда и противопожарной безопасности, чего лишилась истица при переводе на должность специалиста. Закрепленные новой должностной инструкцией специалиста трудовые функции и обязанности включают трудовые действия, необходимые для выполнения данной трудовой функции, которые не были закреплены в числе должностных обязанностей ранее действовавшей должностной инструкцией инженера. 

При таких обстоятельствах суд делает вывод, что изменение (уточнение, конкретизация) работодателем должностных обязанностей истицы по занимаемой должности является изменением ее трудовой функции в смысле положений ст. ст. 57, 60, 72 ТК Российской Федерации и нарушает трудовые права истицы.

Доводы ответчика о необходимости в изменении определенных сторонами условий трудового договора в связи с переименованием должностей в соответствии с требованиями трудового законодательства, изменения в организационной структуре и органах управления учреждения с целью ее совершенствования, проведение мероприятий, направленных на улучшение деятельности учреждения и повышения эффективности труда работников учреждения, усовершенствование трудового процесса в целях повышения безопасности труда работников учреждения, подтвержденные показаниями допрошенных по стороны ответчика свидетелей, не влекут необходимости изменения условий трудового договора в связи с изменением должностных обязанностей истца.

Ответчиком не представлены доказательства, подтверждающие, что изменение определенных сторонами условий трудового договора явилось следствием изменений организационных или технологических условий труда, например, изменений в технике и технологии производства, совершенствовании рабочих мест на основе их аттестации, структурной реорганизации производства.

Таким образом, увольнение ФИО8 произведено незаконно ввиду отсутствия допустимых и надлежащих доказательств наличия причин, влекущих изменение организационных или технологических условий труда, в связи с чем приказ о прекращении с ФИО8 трудового договора №-к от 09 марта 2021года по п.7 ч.1 ст.77 ТК РФ является незаконным и подлежит отмене. 

Согласно ч.1 ст.394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Как разъяснено в п.60 Постановления пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004г №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ», работник. Уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на работе.

ФИО8 подлежит восстановлению на работе в прежней должности в Государственном бюджетном учреждении Пермского края «Чайковский дом-интернат для престарелых и инвалидов» в отдел материально-технического обеспечения в должности инженера по охране труда и противопожарной безопасности с момента увольнения с 10 марта 2021 года, а также в ее пользу с ответчика подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула.

В соответствии со ст.234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться, в частности, если заработок не получен в результате незаконного увольнения работника.

При расчете заработной платы за время вынужденного прогула суд руководствуется ст.139 ТК РФ и Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 №922.

Производя расчет среднего заработка за время вынужденного прогула, суд руководствуется расчетом, представленным ответчиком, данный расчет среднедневного заработка судом проверен, является правильным, истцом не оспаривается, равен 1477 рублей 46 копеек. Период вынужденного прогула с 10 марта 2021 года по 18 июня 2021года, с учетом нахождения истца на листке нетрудоспособности с 09 марта 2021 года по 23 марта 2021 года, произведенной выплатой истцу по листку нетрудоспособности, выплатой суммы выходного пособия за две недели в сумме 14 828 рублей 40 копеек, всего к выплате истцу подлежит 75 296 рублей 66 копеек, с удержанием при выплате налога на доходы физического лица. 

В силу положений абзаца четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Понятие морального вреда дано в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из которой, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя подлежащую взысканию компенсацию морального вреда с ГБУ ПК ДИПИ в пользу ФИО8 в связи с нарушением трудовых прав, суд указывает на нарушение трудовых прав истца незаконным увольнением, учитывает степень нравственных страданий, которые истица претерпела в связи с незаконным увольнением, а также индивидуальные особенности и конкретные обстоятельства дела, наличие на иждивении истца несовершеннолетнего ребенка, содержание семьи без супруга, учитывая требования разумности и справедливости, полагает возможным взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда из заявленных 5000 0рублей, сумму в 5000 рублей.

Относительно требований истца о возмещении материального ущерба на приобретение лекарственных препаратов суд приходит к следующим выводам.

В силу ст. 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Обязанность работодателя возместить работнику материальный ущерб, причиненный в результате незаконного лишения его возможности трудиться предусмотрена ст.234 ТК РФ.

Отказывая истцу в части взыскания с ответчика стоимости лекарственных препаратов в размере 1638 рублей 50 копеек, суд исходит из того, что причинно-следственной связи между действиями работодателя по незаконному увольнению истца и заболеваниями истицы материалами дела не установлено. 

Представленная истцом медицинская карта содержит сведения об обращении истицы к терапевту 09 марта 2021 года по поводу заболевании ОРВИ, жалобу, связанную с признаками простудного заболевания, наличие головной боли, насморка, и затем жалобы на боль в пояснично-крестцовом отделе, усиливающуюся при движении. Исходя из назначений врача истец не нуждалась в оказании неотложной медицинской помощи. Состояние оценено как удовлетворительное. Препараты, назначенные истцу, несут симптоматический характер, противовирусная терапия, витаминотерапия, обезболивающие препараты. Не установлена необходимость обследования узким врачом-неврологом для определения причины болей. В описании врача отсутствует сведения о том, что боль в пояснично-крестцовом отделе связана с возникновением стрессовой ситуации, а также отсутствуют сведения о том, что сама истец связывала свое состояние с переживаниями и перенесенным стрессом по поводу ее незаконного увольнения. 

Решение в части восстановления ФИО8 на работе в силу ст.211 ГПК РФ подлежит немедленному исполнению.

На основании части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в местный бюджет в размере 2758 рублей 90 копеек (2458 рублей 90 копеек – по требованиям о взыскании оплаты за время вынужденного прогула, 300 рублей – по требованиям о компенсации морального вреда). 

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Удовлетворить требования истца ФИО8 частично.

Признать незаконным и отменить приказ Государственного бюджетного учреждения Пермского края «Чайковский дом-интернат для престарелых и инвалидов» №-к от 09 марта 2021 года о прекращении трудового договора с ФИО8 по п.7 ч.1 ст.77 ТК РФ. 

Восстановить ФИО8 в Государственном бюджетном учреждении Пермского края «Чайковский дом-интернат для престарелых и инвалидов» в отдел материально-технического обеспечения в должности инженера по охране труда и противопожарной безопасности с 18 июня 2021 года.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Пермского края «Чайковский дом-интернат для престарелых и инвалидов» в пользу ФИО8 оплату за время вынужденного прогула в размере 75 296 рублей 66 копеек, компенсацию морального вреда 5000 рублей. В удовлетворении требования о взыскании расходов на приобретение медицинских препаратов отказать. 

Решение в части восстановления ФИО8 на работе подлежит немедленному исполнению. 

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Пермского края «Чайковский дом-интернат для престарелых и инвалидов» госпошлину в местный бюджет в размере 2758 рублей 90 копеек.

Решение в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Чайковский городской суд Пермского края.

Судья: