Дело № 2-13/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 февраля 2018 года город Тверь

Пролетарский районный суд города Твери в составе: 

председательствующего судьи Дмитриевой И.И., 

при секретаре Ерастовой К.А., 

с участием истца ФИО3, 

представителя истца адвоката Фоменковой М.М., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с иском (впоследствии уточненным) к ФИО4 о возмещении вреда, причиненного преступлением. 

В обоснование заявленных требований указано, что на основании договора купли-продажи от 15 марта 2016 года и передаточного акта от 15 марта 2016 года ей на праве собственности принадлежит жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым (условным) номером №. Жилой дом располагался на земельном участке, площадью 350 кв.м, который также принадлежит ей на праве собственности на основании вышеуказанного договора купли-продажи от 15 марта 2016 года. Ответчик ФИО4 на основании приговора Калининского районного суда Тверской области от 13 июня 2017 года, вступившего в законную силу 10 августа 2017 года, признан виновным в совершении умышленного уничтожения и повреждения чужого имущества путем поджога, при этом эти деяния повлекли причинение значительного ущерба, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ. По данному уголовному делу она признана потерпевшей и гражданским истцом. При рассмотрении уголовного дела суд установил и признал доказанным, что ФИО4 в результате своих целенаправленных преступных действий не позднее 00 часов 01 минуты 04 февраля 2017 года умышленно уничтожил путем поджога принадлежащее истцу имущество, в том числе дом жилой одноэтажный, расположенный по адресу: 

<

адрес> общей площадью 100 квадратных метров с учетом всех пристроек, общей стоимостью 550 000 рублей. При этом судом ее гражданский иск, заявленный в уголовном деле, к ответчику ФИО4, был удовлетворен в части. Суд постановил взыскать со ФИО4 в ее пользу в счет возмещения ущерба, причиненного уничтожением имущества, 167 110 рублей и компенсацию морального вреда в сумме 50 000 рублей, а всего 217 110 рублей. Признать за ней право на удовлетворение гражданского иска в части взыскания стоимости восстановительного ремонта дома, передав вопрос о его размере на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. Цена уничтоженного пожаром жилого дома, согласованная между ней и продавцом, в договоре купли-продажи от 15 марта 2016 года указана в размере 400 000 рублей, фактически же дом приобретался ею за 550 000 рублей. Однако цена, за которую дом был продан ей, при возмещении имущественного ущерба, причиненного преступлением ответчика ФИО4, сама по себе не имеет значения, поскольку продажная цена является договорной, устанавливается соглашением сторон, то есть не отражает действительную рыночную стоимость приобретаемого имущества, а тем более сумму реального ущерба, в том числе тех расходов, которые она должна будет произвести сейчас для восстановления не только целого жилого дома, но и всех имевшихся при нем пристроек и построек, сгоревших, как установлено приговором суда, по вине ФИО4 В договоре купли-продажи от 15 марта 2016 года и передаточном акте от той же даты общая площадь жилого дома указана в размере 54,3 кв.м, в свидетельстве о государственной регистрации права от 15 марта 2016 года в качестве объекта права обозначен жилой дом, общей площадью 54,3 кв.м, инвентарный номер 9-730, литера А. Такие же сведения приводятся в кадастровом паспорте здания от 29 декабря 2012 года. Однако, как следует из ситуационного плана кадастрового паспорта на 29 декабря 2012 года, выданного филиалом ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Тверской области, технического паспорта ГУП «Тверское областное БТИ» по состоянию на 08 февраля 2005 года, уничтоженный в результате поджога жилой дом был учтен, как состоящий из основного строения литеры «А», площадью 54,3 кв.м, в котором размещались жилые комнаты размером 27,0 кв.м и 27,3 кв.м, и холодной пристройки литеры «а», площадью 20,2 кв.м, а всего общая площадь объекта уже на 08 февраля 2005 года составляла не 54,3 кв.м, а 74,5 кв.м, что дополнительно подтверждается справкой ГУП «Тверское областное БТИ» № 298 от 09 марта 2017 года. Помимо того, при доме имелась вспомогательная деревянная холодная пристройка или хозяйственный двор, выполненная из бруса, крыша покрыта рубероидом, размером 6 м х 9 м, а всего площадью 54 кв.м, которая вместе с основным строением жилого дома под литерой «А» и холодной пристройкой под литерой «а», была также уничтожена огнем, что подтверждается ситуационным планом объекта недвижимого имущества по факту осмотра, материалами уголовного дела № 1-84/2017 по обвинению ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ. Считает, что в данном случае ответчик ФИО4 обязан возместить ей не только стоимость восстановления основного строения жилого дома, площадью 54,3 кв.м, но и стоимость восстановления всех уничтоженных в результате совершенного им умышленного поджога пристроек, включая хозяйственный двор, а всего вместе непосредственно с самим жилым домом стоимость восстановления строений общей площадью 128, 5 кв.м (54,3 кв. м +20,2 кв.м + 54 кв.м), а по наружному обмеру - общей площадью 140,5 кв.м. (62,6 кв.м + 23,90 кв.м + 54 кв.м). Из выводов заключения эксперта, составленного в результате судебной строительно-технической экспертизы, от 19 декабря 2017 года, следует, что общая стоимость восстановления сгоревшего жилого дома 

<

адрес> со всеми постройками (лит.А, лит.а, хозяйственный двор) в ценах, действующих на момент проведения экспертизы, составляет 2 186 304 рубля, стоимость работ по демонтажу остатков сгоревшего вышеуказанного жилого дома со всеми пристройками и сооружениями, включая демонтаж фундамента и вывоз мусора с территории, на которой он был расположен, в ценах, действующих на момент проведения экспертизы, составляет 136 667 рублей. Со ссылками на ст.15, 1064 ГК РФ, 98 ГПК РФ просит суд взыскать с ответчика сумму имущественного вреда, причинннного совершенным им преступлением, в виде: общей стоимости восстановления сгоревшего жилого дома со всеми пристройками (основное строение под литерой «А», пристройка под литерой «а», хозяйственный двор), расположенного по адресу: 

<

адрес>, в размере 2 186 304 рублей; стоимости работ по демонтажу остатков сгоревшего вышеуказанного жилого дома со всеми пристройками и сооружениями, включая демонтаж фундамента и вывоз мусора с территории, на которой он был расположен, в размере 136 667 рублей, судебные расходы по оплате судебной строительно-технической экспертизы в размере 20 100 рублей.

Истец ФИО3 в судебном заседании поддержала исковые требования в полном объеме, с учетом уточнения, по доводам и основаниям, изложенным в иске. Пояснила, что 15 марта 2016 года она приобрела земельный участок с расположенным на нем жилым домом по адресу: 

<

адрес> Дом был приобретен ею для постоянного проживания в нем. Указанный дом состоял из основного строения литеры «А», площадью 54,3 кв.м, в котором размещались жилые комнаты, площадью 27 кв.м и 27,3 кв.м, и холодной пристройки литеры «а», площадью 20,2 кв.м, а всего общая площадь объекта согласно техническому паспорту на 08 февраля 2005 года составляла 74,5 кв.м. Холодная пристройка выполняла роль входной группы, к ней было пристроено крыльцо. Кроме этого, при доме имелся хозяйственный двор, вход в который был возможен как с улицы, так и из холодной пристройки. Хозяйственный двор был выполнен из бруса 200 мм * 200 мм, крыша покрыта рубероидом. Замеры постройки не производились, примерный размер двора 6 м х 9 м, общая площадь приблизительно 54 кв.м. Было проведено электричество. Дом и хозяйственный двор имели общий фундамент, кажется кирпичный. Пол в хозяйственном дворе располагался ниже уровня пола в доме, был земляной. Стены хозяйственного двора не были ни обшиты, ни покрашены. Потолок, высота которого была более трех метров, был дощатый на поперечных балках. Окон в хозяйственном дворе не имелось, было две двери: металлическая входная дверь со стороны улицы и деревянная дверь из холодной пристройки. Внутри двора имелись перегородки, выполненные из металлических столбов, в которые были вставлены доски. В хозяйственном дворе имелся навес, который был продолжением крыши и также был покрыт рубероидом. Под навесом хранились стройматериалы. Хозяйственный двор вместе с основным строением жилого дома под литерой «А», холодной пристройкой под литерой «а», был также уничтожен огнем. После пожара были наняты работники, которые производили расчистку, вывозили на самосвале обгоревшие бревна и прочий мусор. Их работу оплачивала она, но расписки не брала. Работы еще предстоит очень много, так как необходимо расчищать участок под строительство, демонтировать старый разрушенный фундамент, выкорчевывать металлические столбы, оставшиеся от перекрытий хозяйственного двора. Использовать старый фундамент для возведения новых построек невозможно, так как изменились требования градостроительного кодекса. Раньше дом находился на расстоянии полутора метров от соседнего участка, а теперь необходимо строить с удалением не менее трех метров. Ей не дадут разрешения на постройку дома на прежнем фундаменте. Кроме того, фундамент частично разрушен. 

Представитель истца адвокат Фоменкова М.М. в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования, с учетом уточнения, просила удовлетворить их. Дополнительно пояснила, что ФИО3 являлась потерпевшей по уголовному делу. В ходе рассмотрения уголовного дела было установлено, что 04 февраля 2017 года ФИО4 умышленно уничтожил путем поджога принадлежащий ФИО3 жилой дом с учетом всех пристроек, общей стоимостью 550 000 рублей. Цена уничтоженного пожаром жилого дома, согласованная между ФИО3 и продавцом в договоре купли-продажи от 15 марта 2016 года, указана в размере 400 000 рублей. Фактически дом приобретен ею за 550 000 рублей. Цена, за которую дом был ей продан, при возмещении ущерба, причиненного ответчиком, сама по себе не имеет значения, поскольку является договорной, устанавливается соглашением сторон, то есть не отражает действительную, рыночную стоимость приобретаемого имущества, а тем более, сумму реального ущерба, в том числе тех расходов, которые она должна будет произвести для восстановления не только целого жилого дома, но и всех имевшихся при нем пристроек и построек, сгоревших по вине ответчика. Хозяйственный двор нельзя назвать самовольной постройкой, поскольку он имел вспомогательное назначение, разрешение на его постройку не требуется. ФИО3 имеет право на полное возмещение ущерба. Ответчик обязан возместить ей не только стоимость восстановления основного строения жилого дома, площадью 54,3 кв.м, но и стоимость восстановления всех уничтоженных в результате совершенного им умышленного поджога пристроек, включая хозяйственный двор, которая согласно заключению судебной строительно-технической экспертизы составляет 2 186 304 рубля. Также ответчик должен возместить истцу стоимость работ по демонтажу остатков сгоревшего жилого дома со всеми пристройками и сооружениями, включая демонтаж фундамента и вывоз мусора с территории, на которой он был расположен, в размере 136 667 рублей. Кроме того, истцом понесены расходы по оплате судебной строительно-технической экспертизы в размере 20 100 рублей, которые также подлежат взысканию с ответчика. 

Допрошенная в ходе рассмотрения дела в качестве свидетеля ФИО2 пояснила, что ФИО3 приходится ей свекровью. ФИО3 купила земельный участок с расположенным на нем домом по адресу: 

<

адрес>. Дом состоял из основного строения, в котором размещались две комнаты, холодной пристройки, также имелся хозяйственный двор. Хозяйственный двор был построен из толстого бруса. Крыша хозяйственного двора была покрыта рубероидом, имелся навес, также покрытый рубероидом. Крыша хозяйственного двора была ниже крыши дома. Окон не было. В хозяйственном дворе было проведено электричество. Стены хозяйственного двора не были ни окрашены, ни обшиты. Внутри хозяйственного двора были деревянные перегородки, которые были вставлены в забетонированные железные столбы. Потолок был из досок, укрепленных на поперечные балки. Высота потолка была более трех метров. Пол был земляной. В хозяйственном дворе было два входа. На вход с улицы была установлена металлическая дверь, еще один вход был из пристройки, там была установлена деревянная дверь. 04 февраля 2017 года дом сгорел из-за поджога ФИО4 После пожара летом 2017 года частично были убраны сгоревшие бревна, вывезены крупные металлические предметы. Необходимо еще вывезти обгоревший кирпич, выкорчевать столбы, разобрать фундамент. Для того чтобы полностью расчистить участок, нужно нанимать тяжелую технику.

Допрошенный в ходе рассмотрения дела в качестве свидетеля ФИО1 пояснил, что ФИО3 и ФИО4 он знает как жителей деревни Бойково. Сам он проживает в деревне с 1996 года. Дом №, принадлежащий ФИО3, находится по соседству с его домом 

<

адрес>. С ФИО3 у него хорошие взаимоотношения, отношения со ФИО4 не поддерживает. Дом ФИО3 состоял из основного строения, в котором была большая комната, кухня, прихожая. Лет десять назад прежний хозяин построил из толстого бруса хозяйственный двор на фундаменте, провел электричество и держал там поросят. Дом был покрыт железной крышей. Сын ФИО3 делал ремонт внутри дома. Хозяйственный двор был размером приблизительно 6 м * 10 м. Пол в хозяйственном дворе был земляной, потолок из досок, положенных на балки, было проведено электричество. Хозяйственный двор не был утеплен, также не был обшит и окрашен. Между брусьев была проложена пакля. Крыша хозяйственного двора была покрыта рубероидом. Перед входом в хозяйственный двор был навес для хранения. Навес являлся продолжением крыши, был также покрыт рубероидом. В хозяйственный двор можно было войти с улицы или из пристройки дома. На входе с улицы была установлена металлическая дверь, а на входе из пристройки - деревянная. Ночью 04 февраля 2017 года он находился дома по адресу: 

<

адрес>. Ему позвонили, сообщили что горит дом, расположенный по соседству с его домом в деревне Бойково. Он испугался за свое имущество и приехал на пожар. Горел дом № №. После пожара дома остались обгоревшие остатки бревен и фундамента.Он помогал вывозить обгоревшие бревна. Работы предстоит еще очень много, так как постройки выгорели полностью.

Ответчик ФИО4, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, отбывает наказание в местах лишения свободы. 

Судом определено о рассмотрении дела в отсутствие ответчика. 

Выслушав истца и его представителя, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

На основании п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст.1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки. 

В силу п.3 ст.1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Согласно п.1 ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Как следует из п.2 ст.15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.13 постановления Пленума Верховного суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.14 постановления Пленума Верховного суда РФ от 05 июня 2002 года № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем», вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Судом установлено, что истцу ФИО3 на праве собственности принадлежит земельный участок, площадью 350 кв.м, с расположенным на нем жилым домом по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права от 15 марта 2016 года. 

Указанное недвижимое имущество приобретено ФИО3 на основании договора купли-продажи от 15 марта 2016 года, при этом, как следует из указанного договора, стоимость жилого дома, площадью 54,3 кв.м, составила 400 000 рублей. 

Вступившим в законную силу приговором Калининского районного суда Тверской области от 13 июня 2017 года, имеющим в силу ст.61 ГПК РФ преюдициальное значение при разрешении настоящего гражданского дела, ответчик ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ, то есть в умышленном уничтожении и повреждении чужого имущества путем поджога с причинением значительного ущерба. 

Указанным выше приговором суда установлено, что ФИО4 в результате своих целенаправленных преступных действий не позднее 00 часов 01 минуты 04 февраля 2017 года умышленно уничтожил путем поджога имущество, принадлежащее ФИО3: дом жилой одноэтажный, расположенный по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 100 кв.м, с учетом всех пристроек, общей стоимостью 550 000 рублей. 

Также данным приговором за ФИО3 признано право на удовлетворение ее гражданского иска в части взыскания стоимости восстановительного ремонта жилого дома в размере 1 870 000 рублей с передачей вопроса о его размере на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. 

Таким образом, в ходе судебного заседания нашел свое подтверждение тот факт, что умышленными действиями ответчика ФИО4 имуществу истца ФИО3 причинен вред, в связи с чем, с учетом приведенных выше положений закона, истец имеет право на возмещение данного вреда, в том числе на взыскание с ответчика стоимости восстановительного ремонта жилого дома со всеми пристройками, а также стоимости работ по демонтажу остатков сгоревшего жилого дома со всеми пристройками. 

При определении размера причиненного истцу материального ущерба, суд исходит из следующего. 

Как указано в исковом заявлении, общая площадь сгоревшего жилого дома со всеми пристройками составляет 128,5 кв.м., куда входит площадь основного строения литеры «А» - 54,3 кв.м, холодной пристройки литеры «а» - 20,2 кв.м, деревянной холодной пристройки или хозяйственного двора – 54 кв.м (6 м х 9 м). 

В договоре купли-продажи от 15 марта 2016 года и передаточном акте от 15 марта 2016 года общая площадь жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, указана как 54,3 кв.м. Из представленного истцом свидетельства о государственной регистрации права от 15 марта 2016 года, за ФИО3 на основании указанного договора купли-продажи зарегистрировано право собственности на жилой дом, площадью 54,3 кв.м, расположенный по указанному адресу. 

Аналогичные сведения о площади жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, приведены в кадастровом паспорте здания от 29 декабря 2012 года и техническом паспорте, составленном ГУП «Тверское областное БТИ» 08 февраля 2005 года.

Из технического паспорта, составленного ГУП «Тверское областное БТИ» 08 февраля 2005 года, следует, что помимо основного строения Литера «А», площадью 54,3 кв.м, в указанном выше жилом доме имеется холодная пристройка литера «а». Согласно справке ГУП «Тверское областное БТИ» от 09 марта 2017 года № 298, общая площадь объекта, расположенного по адресу: 

<

адрес>, по состоянию технического паспорта на 08 февраля 2005 года, с учетом площадей холодной пристройки (лит.а) составляет 74,5 кв.м.

В ходе судебного заседания также установлено, что помимо указанных выше строений, при доме имелась вспомогательная пристройка или хозяйственный двор, выполненная из бруса, имеющая крышу, покрытую рубероидом, деревянные перекрытия, земляные полы, инженерные коммуникации в виде электричества, кирпичный фундамент, которая также была уничтожена огнем в результате умышленных действий ответчика ФИО4 Данные обстоятельства подтверждаются имеющимися в материалах уголовного дела № 1-84/2017 по обвинению ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ, доказательствами, копии которых приобщены к материалам настоящего гражданского дела, в частности: протоколами смотра места происшествия от 04 февраля 2017 года, актом о пожаре от 04 февраля 2017 года, протоколом допроса потерпевшей ФИО5, протоколом допроса свидетеля ФИО6 

В ходе судебного заседания по настоящему гражданскому делу в качестве свидетелей были допрошены ФИО2 и ФИО1, которые подтвердили факт наличия при жилом доме, принадлежащем истцу, хозяйственного двора, изготовленного из бруса, имеющего земляные полы, крышу, покрытую рубероидом, деревянные перекрытия, навес, также имеющего инженерные коммуникации в виде электричества.

Согласно заключению эксперта ФИО7 № 32.2-16.1/2017 от 19 декабря 2017 года, составленному в результате проведенной по делу судебной строительно-технической экспертизы, по данным экспертного осмотра определена площадь хозяйственного двора – 38,3 кв.м. Также определены основные конструктивные элементы хозяйственного двора: фундамент – кирпичный, стены – брус, перекрытия – деревянные, полы – земляные, проемы – простые, инженерные коммуникации – электричество, заполнения проемов: дверные – простые. 

Согласно выводам эксперта, изложенным в приведенном выше заключении, общая стоимость восстановления сгоревшего жилого дома 

<

адрес> со всеми постройками (лит.А, лит.а, хозяйственный двор) в ценах, действующих на момент проведения экспертизы, составляет 2 186 304 рубля. Стоимость работ по демонтажу остатков сгоревшего вышеуказанного жилого дома со всеми пристройками и сооружениями, включая демонтаж фундамента и вывоз мусора с территории, на которой он был расположен, в ценах, действующих на момент проведения экспертизы, составляет 136 667 рублей. 

Экспертиза проведена компетентным лицом, выводы эксперта мотивированы и основаны на материалах дела, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

С учетом приведенных выше обстоятельств у суда нет оснований не доверять выводам эксперта. 

Выводы эксперта стороной ответчика не оспорены. 

Оценив все имеющиеся в материалах дела доказательства в совокупности по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО3 являются обоснованными и подлежат удовлетворению в полном объеме. 

На основании ч.1 ст.98 ГПК стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

За проведение судебной строительно-технической экспертизы истцом уплачено 20 100 рублей, что подтверждается имеющимися в материалах дела платежными документами от 16 ноября 2017 года. Указанные денежная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца. 

В соответствии со ст.103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в бюджет. 

В соответствии с положениями ст.333.19 НК РФ государственная пошлина по имущественному требованию истца в общем размере 2 322 971 рубль 00 копеек составляет 19 814 рублей 86 копеек. Указанная денежная сумма подлежит взысканию с ответчика в бюджет муниципального образования Тверской области – городской округ город Тверь. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

Исковые требования ФИО3 к ФИО4 о возмещении вреда, причиненного преступлением, удовлетворить. 

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 сумму имущественного вреда, причиненного преступлением, в виде стоимости восстановления сгоревшего жилого дома в размере 2 186 304 рублей 00 копеек, стоимости работ по демонтажу остатков сгоревшего жилого дома в размере 136 667 рублей 00 копеек, а также расходы по оплате судебной строительно-технической экспертизы в размере 20 100 рублей 00 копеек, а всего: 2 343 071 (Два миллиона триста сорок три тысячи семьдесят один) рубль 00 копеек.

Взыскать с ФИО4 государственную пошлину в бюджет муниципального образования Тверской области - городской округ город Тверь в размере 19 814 (Девятнадцати тысяч восьмисот четырнадцати) рублей 86 копеек. 

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд через Пролетарский районный суд города Твери в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья И.И. Дмитриева

Решение в окончательной форме принято 07 февраля 2018 года.

Судья И.И. Дмитриева