Р Е Ш Е Н И Е

 дело №

ИФИО1

16 июля 2020 года 

<

адрес>

Центральный районный суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи Кундиковой Ю.В., при секретаре ФИО7.,

с участием представителя истца ФИО8, представителя ответчика ФИО53 №» ФИО9, представителя ответчика ФИО52 ФИО13, помощника прокурора ФИО10, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ГБУЗ РК ФИО21 №», ФИО22 о взыскании морального вреда, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ГБУЗ РК «ФИО23 №», ФИО24 Крым о взыскании с ФИО25 №» компенсации морального вреда в сумме 2 000 000 руб. При недостаточности денежных средств возложить обязанность на Совет министров Республики Крым по возмещению причиненного вреда за счет средств казны Республики Крым.

В обоснование указано, что ДД.ММ.ГГГГ скончался супруг истицы ФИО4, смерть которого наступила в ФИО26 №» в результате ненадлежащего исполнения врачом ФИО6 своих профессиональных обязанностей по оказанию помощи ФИО11 В больницу ФИО4 был доставлен ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 20 минут, а в 21 час 05 минут была констатирована его биологическая смерть. В приемном отделении он пробыл до 20 часов 30 минут и только по истечении 5 часов был направлен в урологическое отделение. Приговором Центрального районного суда 

<

адрес> по делу № от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу, ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 109 УК РФ. Приговором установлено, что смерть ФИО4 наступила в результате виновного бездействия врача приемного отделения – врача-терапевта приемного отделения ФИО27 №» ФИО6 при исполнении им своих трудовых обязанностей. В связи со смертью супруга истица осталась одинокой и беспомощной, пропал смысл жизни, компенсацию морального вреда оценивает в 2 000 000 руб.

В судебное заседание истица ФИО3 не явилась, о времени и месте судебного разбирательства уведомлена надлежащим образом, обеспечила явку своего представителя.

Представитель истицы адвокат ФИО12 в судебном заседании требования поддержала, просила удовлетворить. Пояснила, что смерть супруга истицы наступила из-за преступной небрежности врача. Истица понесла невосполнимую потерю. Ответчик ФИО28 №» в силу закона несет ответственность за работника, вина которого установлена приговором суда. Учитывая тяжесть потери, полагает, что компенсация является обоснованной.

Представитель ответчика ФИО29 №» ФИО9 просил отказать в удовлетворении требований, указав, что вина больницы отсутствует. Именно ФИО6 не принял должных мер, со стороны администрации было принято решение о дисциплинарной ответственности. Указал на завышенность суммы компенсации морального вреда. Просил учесть, что больница является некоммерческой организацией, оказывает медицинские услуги гражданам. В дело приобщено письменное возражение по заявленным требованиям.

Представитель ответчика ФИО30 ФИО13 просила отказать в удовлетворении требований, заявленных к Министерству, указала, что Министерство выполняет функции главного распорядителя средств бюджетной системы. Также указала, что размер компенсации морального вреда должен быть подтвержден, просто факт родственных отношений не является безусловным основанием для взыскания. Просила учесть, что у ФИО4 были сопутствующие заболевания, он имел преклонный возраст. Указала, что для возложения субсидиарной ответственности необходимо основание – отсутствие денежных средств, но таких оснований не установлено. В дело приобщено письменное возражение по заявленным требованиям.

Представитель ответчика ФИО31 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства уведомлены надлежащим образом.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, ФИО6 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства уведомлен надлежащим образом.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечен ФИО32, представитель которого в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства уведомлены надлежащим образом, в дело приобщены письменные пояснения по заявленным требованиям.

Помощник прокурора 

<

адрес> ФИО10 в заключении указала, что требование о взыскании компенсации морального вреда является обоснованным. Сумма компенсации морального вреда подлежит определению с учетом принципа разумности.

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, исследовав материалы гражданского дела, материалы уголовного дела №, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 52 Конституции РФ права потерпевших от преступлений охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

На основании ч.2,3 ст. 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что ФИО4 и ФИО5 состояли в браке с ДД.ММ.ГГГГ, после брака жене присвоена фамилия ФИО20. Из свидетельства о смерти следует, что ФИО4 умер ДД.ММ.ГГГГ.

Приговором Центрального районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 109 УК РФ.

Приговором суда установлено, что ФИО6, являясь врачом приемного отделения – врачом терапевтом ФИО33 №» в нарушение требований Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ, должностной инструкции, квалификационной характеристики специалиста врача-терапевта, Стандартов оказания терапевтической помощи, исполняя свои профессиональные обязанности в отношении ФИО14 в качестве врача приемного отделения – врача – терапевта ФИО34 №» ДД.ММ.ГГГГ в период с 15 часов 20 минут по 20 часов 30 минут при оказании ФИО11 медицинской помощи в приемном отделении ФИО35 №» самоустранился от контроля за состоянием здоровья ФИО14 при объективных сведениях о нарастании у ФИО14 сердечной недостаточности, не проанализировав динамику развития нарастания у ФИО14 сердечной недостаточности, с учетом наличия ряда сопутствующих заболеваний, проигнорировал информацию о прогрессирующем ухудшении состояния здоровья ФИО14, в том числе с учетом сведений, установленных участковым врачом – терапевтом ФИО36 №» и объективных данных, установленных при госпитализации ФИО14 скорой медицинской помощью, не принял оперативно мер для своевременного информирования руководства ГБУЗ РК «Симферопольская ГКБ №» о поступлении ФИО14 в приемное отделение ФИО37 №», при проявлении у ФИО14 клиники сердечной недостаточности, ухудшения состояния здоровья больного, находящегося в компенсированном состоянии при поступлении, и декомпенсации сердечной деятельности, после чего, по истечении более пяти часов, направил ФИО15 для прохождения стационарного лечения в урологическое отделение ГБУЗ РК «Симферопольская ГКБ №», тем самым лишил ФИО15 своевременной адекватной медицинской помощи в условиях стационара терапевтического (кардиологического) отделения ФИО39 №» с круглосуточным наблюдением, вследствие чего, в 20 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ, при поступлении ФИО14 в урологическое отделение ФИО38 №» и перекладывании с каталки на кровать в палате урологического отделения, состояние больного ФИО14 резко ухудшилось. В 21 час 05 минут констатирована биологическая смерть ФИО14.

В приговоре суда имеется ссылка на заключение комиссионной комплексной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, где указано, что между дефектами оказания медицинской помощи ФИО11 дежурным врачом приемного отделения – врачом – терапевтом ГБУЗ РК ФИО40 №» ФИО6 и смертью ФИО14 имеется прямая причинная связь. Несвоевременное и ненадлежащее оказание медицинской помощи врачом-терапевтом приемного покоя ГБУЗ РК «Симферопольская ГКБ №» привело к ухудшению состояния здоровья ФИО14, развитию опасных для жизни осложнений и к летальному исходу (смерти).

В соответствии со ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно ч. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В материалы дела представлен трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО41 №» и ФИО6, согласно которому ФИО6 принят на должность врача приемного отделения – врача – терапевта. Обстоятельства нахождения ФИО6 в трудовых отношениях с ФИО42 №» на момент смерти ФИО14 также подтверждаются приговором Центрального районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. 

При таких обстоятельства, довод представителя ответчика ФИО43 №» об отсутствии вины юридического лица в причинении вреда не может быть принят во внимание, поскольку в силу закона работодатель несет ответственность за вред, причиненный его работником. При этом обстоятельства по привлечению сотрудников к дисциплинарной ответственности не освобождает работодателя от возмещения вреда, причиненного иным лицам при исполнении работником трудовых обязанностей.

В силу положений ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Положениями ст. 1101 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями Верховного Суда РФ, данными в п.8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных и физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных страданий.

В пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" закреплено, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В судебном заседании по ходатайству представителя истца был допрошен свидетель ФИО16, которая приходится дочерью истице. Свидетель пояснила, что между её матерью и ФИО4 были очень теплые, семейные отношения, проживали вместе более 20 лет, они строили дачу, занимались внуками. Смерть супруга её мать очень сильно переживала, она находилась в шоковом состоянии. После случившегося ФИО3 не могла на ноги встать, потом стала очень плохо передвигаться, из дома перестала выходить, хотя до случившегося собирались ехать в 

<

адрес>.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию, суд учитывает показания свидетеля о перенесенном истицей потрясении, вызванным смертью мужа, с которым она проживала совместно и состояла в браке более 20 лет.

Вместе с тем, заявленную ко взысканию сумму компенсации морального вреда в размере 2 000 000 руб., суд находит завышенной, и не отвечающей принципу разумности и справедливости. В связи с чем, суд находит, что моральный вред, причиненный ФИО17 подлежит компенсации в размере 800 000 руб., что, по мнению суда, максимально возмещает причиненный истице моральный вред.

Ответственность по возмещению истице морального вреда подлежит возложению на ФИО44 №». При этом суд не усматривает оснований для возложения субсидиарной ответственности на ФИО45 и ФИО46

Согласно положениям п.5 ст. 123.22 ГК РФ бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено. По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие то обстоятельство, что ФИО47 №» не располагает денежными средствами, достаточными для исполнения удовлетворенных требований, оснований для привлечения собственника имущества к субсидиарной ответственности не имеется.

В порядке ст. 103 ГПК РФ с ФИО48 №» подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета.

На основании изложенного, и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО49 №» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 800 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований ФИО2 к ФИО50 Крым, отказать.

Взыскать с ФИО51 №» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым через Центральный районный суд 

<

адрес> в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий Кундикова Ю.В.

Решение в окончательной форме изготовлено 23.07.2020