РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

с. Большое Игнатово 10 сентября 2020 г.

Ичалковский районный суд Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Ежовой Е.В.,

при секретаре судебного заседания - помощника судьи Нораева Е.В.,

с участием в деле:

истца - Государственного унитарного предприятия «Мосгортранс» 

(филиала «Южный»),

ответчика - ФИО1,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца - ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Государственного унитарного предприятия «Мосгортранс» в лице филиала «Южный» к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил

Представитель Государственного унитарного предприятия «Мосгортранс» в лице филиала «Южный» ФИО3, выступающая на основании доверенности № 99-13-1162/13 от 27 декабря 2019 г., обратилась с исковым заявлением в суд к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. В обоснование иска указывают, что 12 декабря 2019 г. в 22 часа 30 минут по адресу: 

<

адрес>, ответчик управляя транспортным средством марки ВАЗ-21074, государственный регистрационный знак № нарушил требования ПДД РФ, в результате чего совершил наезд на транспортное средство марки ЛИАЗ, государственный регистрационный знак №. Факт и наличие вины ответчика в ДТП подтверждается определением № № об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении. 

В результате ДТП автобус марки ЛИАЗ, государственный регистрационный знак № получил механические повреждения. Собственником автобуса марки ЛИАЗ, г.р.з. № является ГУП «Мосгортранс». 

ГУП «Мосгортранс» согласно ФЗ № 40-ФЗ от 25 апреля 2002 «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» предоставил в страховую компанию необходимый пакет документов для выплаты страхового возмещения, так как был причинен материальный ущерб в результате ДТП с участием принадлежащего ему автобуса марки ЛИАЗ, г.р.з. №

Однако страховой компанией АО «МАКС» в адрес ГУП «Мосгортранс» направлен отказ в выплате страхового возмещения в рамках прямого урегулирования, поскольку не предоставлена информация о том, что гражданская ответственность ответчика на момент ДТП-12 декабря 2019 г. была застрахована в соответствии с действующим законодательством об ОСАГО.

На момент ДТП гражданская ответственность ответчика марки ВАЗ-21074, г.р.з. № застрахована не была, страховой полис отсутствовал, что подтверждается постановлением № по делу об административном правонарушении.

Согласно экспертному заключению № УП-426222 от 26 декабря 2019 г. стоимость восстановительного ремонта автобуса марки ЛИАЗ, г.р.з. № без учета износа составила 46 000 (сорок шесть тысяч) рублей 00 копеек и заключению № УП-426222 от 23 декабря 2019 г. УТС (утрата товарной стоимости) составила 158 444 (сто пятьдесят восемь тысяч четыреста сорок четыре) рубля 00 копеек.

Таким образом, причинитель вреда транспортному средству должен возместить его в размере определенном без учета износа. 

Расчет требований: 46 000-стоимость восстановительного ремонта без учета износа; 158 444 - утрата товарной стоимости; 46 000+158 444=204 444 руб. Итого сумма ущерба 204 444 руб.

19 марта 2020 г. в адрес ответчика была направлена претензия, в которой было предложено добровольно возместить причиненный ущерб. Однако в удовлетворении претензии истцу было отказано.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 15, 1064, 1068, 1079 ГК РФ, ст.ст. 98, 100 ГПК РФ истец просит суд взыскать с ФИО1 в пользу ГУП «Мосгортранс» (филиал «Южный») ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 204 444 рублей 00 копеек, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 5 244 рублей 00 копеек.

В судебное заседание представитель истца ГУП «Мосгортранс» в лице филиала «Южный», своевременно и надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, о чем свидетельствует уведомление о вручении почтового отправления (извещения), отчет об отслеживании почтового извещения, не явился. Представитель истца ФИО3, действующая по доверенности представила в суд отзыв на возражение ответчика (том 2 л.д. 24-27), в котором указала, что исковые требования поддерживает, просила их удовлетворить, и рассмотреть дело в отсутствие представителя истца. Считают, что все доводы, указанные в возражении ФИО1 основаны на домыслах, ничем не подтвержденных, имеют цель избежание от материальной ответственности.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещался своевременно и надлежащим образом по месту его регистрации, о чем свидетельствует уведомление о вручении почтового отправления (извещения). 03 сентября 2020 г. в адрес суда направил ходатайство в котором просит перенести судебное заседание, назначенное на 10 сентября 2020 г. в 11 час. 00 мин. на более поздний срок, в связи с тем, что его представитель ГИН, к которому он обратился за предоставлением ему профессиональной юридической помощи не сможет присутствовать в судебном заседании в назначенное время, в виду нахождения его в основном отпуске с 08 сентября 2020 г. по 06 октября 2020 г. Представленная в суд доверенность на представителя ГИН надлежащим образом не подписана и удостоверительной надписи нотариуса не имеет (том 2 л.д.8-11).

Судом в порядке подготовки дела к судебному разбирательству сторонам направлялось определение о подготовке к судебному разбирательству с перечнем прав и обязанностей, в котором разъяснялись сторонам их процессуальные права и обязанности, предусмотренные гражданским процессуальным законодательством, в том числе и право вести свои дела в суде лично или через представителей (ст.48 ГПК Российской Федерации).

Изучив ходатайство ответчика о переносе судебного заседания на более поздний срок, суд полагает его подлежащим отклонению по следующим основаниям. Ответчик был своевременно и надлежащим образом извещен о времени и месте судебного заседания, и имел заблаговременно достаточное время и возможность к нему подготовиться, в том числе, и обратится за юридической профессиональной помощью к иному другому юристу (представителю), для представления его интересов в суде.

По мнению суда нахождение представителя ответчика в основном отпуске, полномочия которого не подтверждаются соответствующими документами (соглашение на оказание юридических услуг, ордер, доверенность) не может быть признано уважительной причиной неявки. Подразумевается, что любой представитель может быть заменен стороной, а решение проблем с участием представителя всецело находится в ведении сторон и не входит в обязанности суда.

Кроме того, ответчиком каких-либо документов, подтверждающих полномочия представителя на ведение указанного гражданского дела суду не предоставлено.

Иных доводов, которые послужили бы основанием для отложения судебного разбирательства по делу ответчик в своем ходатайстве не приводит и суду доказательств, подтверждающих их наличие не предоставил.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца - ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещался своевременно и надлежащим образом, о чем свидетельствует отчет об отслеживании почтового извещения, телефонограммой.Об отложении разбирательства по делу не просил, и не сообщил суду об уважительных причинах неявки.

В соответствии со статьей 167 ГПК РФ, суд рассматривает дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, своевременно извещенных о времени и месте рассмотрения дела. 

На основании изложенного с учетом соблюдения принципа равенства сторон, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц, участвующих в деле. 

Исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

Частью 1 статьи 56 ГПК Российской Федерации предусмотрено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 15 ГК Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу положений пункта 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Положениями пункта 1 статьи 1079 ГК Российской Федерации определено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 1079 ГК Российской Федерации, вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1082 ГК Российской Федерации, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Следует также учитывать, что уменьшение стоимости имущества истца по сравнению с его стоимостью до нарушения ответчиком обязательства или причинения им вреда является реальным ущербом даже в том случае, когда оно может непосредственно проявиться лишь при отчуждении этого имущества в будущем (например, утрата товарной стоимости автомобиля, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия).

В силу требований статьи 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» установлено, что владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств. 

Обязанность по страхованию гражданской ответственности распространяется на владельцев всех используемых на территории Российской Федерации транспортных средств, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 3 и 4 настоящей статьи. 

Владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством (пункт 6 статьи). 

Потерпевший вправе предъявить требование о возмещении вреда как владельцу транспортного средства, виновному в причинении вреда имуществу потерпевшего, если гражданская ответственность виновника не была застрахована по договору страхования, так и непосредственно причинителю вреда, который владеет источником повышенной опасности на законном праве.

Таким образом, для наступления ответственности за причинение вреда необходимо установление противоправности поведения причинителя вреда, факта наступления вреда, причиной связи между противоправным поведением и наступившим вредом, вины причинителя вреда. Отсутствие вины доказывает причинитель вреда. 

В связи с этим факт наличия или отсутствия вины сторон в указанном ДТП является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела. Вина в ДТП обусловлена нарушением его участниками Правил дорожного движения Российской Федерации.

Пунктом 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации установлено, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно пункту 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Из материалов дела следует и судом установлено, что 12 декабря 2019 г. в 22 часа 30 минут по адресу: 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого транспортное средство автомобиль марки ВАЗ-21074, государственный регистрационный знак №, которым управлял водитель ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения совершил наезд на стоящее (припаркованное) транспортное средство - автобус марки ЛИАЗ 621365, государственный регистрационный знак №, принадлежащий на праве собственности ГУП «Мосгортранс» (филиал «Южный»), которым управлял водитель ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В результате дорожно-транспортного происшествия оба транспортных средства получили механические повреждения. У автобуса марки ЛИАЗ 621365, государственный регистрационный знак № были повреждены: задний бампер, решетка радиатора (слева), задний левый борт, что подтверждается материалами дела об административном правонарушении по факту ДТП (схемой ДТП, извещение о ДТП, определением об отказе возбуждении дела об административном правонарушении) (том 1 л.д. 5, 7, 167-175).

Так, определением № от 12 декабря 2019 г., вынесенного инспектором ДПС ОВД ПС ГИБДД УВД ЮВАО г. Москва в возбуждении дела об административном правонарушении по факту ДТП от 12 декабря 2019 г. с участием вышеуказанных транспортных средств было отказано, в связи с отсутствием состава административного правонарушения. Вместе с тем в определении установлено, что 12 декабря 2019 г. в 22 час. 30 мин. по адресу: 

<

адрес> водитель ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения управлял транспортным средством ВАЗ 21074, г.р.з. №, страховой полис отсутствует, совершил наезд на стоящее транспортное средство ЛИАЗ 621365, г.р.з №, страховой полис: № АО «МАКС» под управлением ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. У транспортного средства ЛИАЗ 621365, г.р.з № зафиксированы повреждения: задний бампер, решетка радиатора (слева), задний левый борт. Копию определения получили водители ФИО1, ФИО2 12 декабря 2019 г., сведений об обжаловании указанного определения и его отмене материалы дела не содержат (том 1 л.д. 7, 174).

Определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении водителя ФИО1 от 12 декабря 2019 г. не опровергает факта нарушения ответчиком Правил дорожного движения Российской Федерации, поскольку не за все нарушения Правил дорожного движения Российской Федерации предусмотрена административная ответственность.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, для наступления ответственности за причинение вреда необходимо установление противоправности поведения причинителя вреда, факта наступления вреда, причинной связи между противоправным поведением и наступившим вредом, вины причинителя вреда. Отсутствие вины доказывает причинитель вреда.

В связи с этим факт наличия или отсутствия вины сторон в указанном ДТП является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела. Вина в ДТП обусловлена нарушением его участниками Правил дорожного движения Российской Федерации.

Суд, проанализировав нормы действующего законодательства, регулирующие возмещение вреда, Правила дорожного движения Российской Федерации и материалы по факту ДТП, приходит к выводу, что возникновение и развитие аварийной ситуации находится в причинно-следственной связи с действиями водителя ФИО1, который в нарушение требований пунктов 1.5, 9.10 и 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации совершил наезд в стоявшее транспортное средство - автобус.

При таких обстоятельствах ответчик ФИО1, гражданская ответственности которого на момент ДТП не была застрахована, является лицом, виновным в совершении вышеуказанного ДТП и данное обстоятельство является основанием для возложении на него ответственности по возмещению истцу причиненного ущерба.

Указанные обстоятельства подтверждаются исследованными в судебном заседании материалами административного дела по факту ДТП, произошедшего 12 декабря 2019 г., в частности: объяснениями водителя ФИО1, водителя ФИО2, схемой ДТП, протоколом осмотра места совершения административного правонарушения (том 1 л.д. 167-208).

Из схемы места дорожно-транспортного происшествия от 12 декабря 2019г., объяснений водителей ФИО1, ФИО2 от 12.12.2019 г. следует, что водитель ФИО1, управляя автомобилем марки ВАЗ 21074 г.р.з. № по адресу: 

<

адрес> на конечной станции в 22.30 не заметил припаркованный автобус ЛИАЗ 621365, г.р.з № совершил с ним столкновение (наезд) в заднюю левую часть стоящего автобуса ЛИАЗ 621365, г.р.з № схема подписана водителями ФИО1, ФИО2, письменные объяснения даны инспектору ДПС ОБ ДПС ГИБДД УВД по ЮВАО г. Москва, положения ст. 51 Конституции РФ и ст. 25.1 КоАП РФ участникам ДТП были разъяснены. Какие-либо дополнительные объяснения в схеме ДТП отсутствуют (том 1 л.д.172, 175, об.175).

При этом, в действиях второго участника ДТП - водителя автобуса ФИО2 каких-либо признаков нарушений Правил дорожного движения РФ не усматривается и материалы дела об административном правонарушении таких сведений не содержат. 

В сложившейся ситуации водитель автобуса ЛИАЗ 621365, г.р.з № объективно не мог предвидеть, в какой момент водитель автомобиля ВАЗ 21074, г.р.з. № ФИО1 совершит столкновение (наезд) на стоящий в правой стороне проезжей части автобус, а водитель ФИО1 в данной ситуации мог предвидеть и имел возможность предотвратить наезд на стоявший автобус. 

Из изложенного следует, что рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие произошло исключительно по вине водителя автомобиля ВАЗ 21074 г.р.з. № под управлением ФИО1

При этом, суд исходит из того, что выводы органа ГИБДД об отсутствии в действиях обоих водителей нарушений ПДД РФ сделаны в рамках административного производства, в котором действует презумпция невиновности. 

Вместе с тем, указанные выводы не имеют преюдициального и основополагающего значения для судебного рассмотрения гражданско-правового иска о возмещении вреда, так как в спорных деликтных отношениях действует презумпция вины лица, причинившего вред (ч.2 ст.1064 ГК РФ). 

Ответчик ФИО1 не представил суду доказательства отсутствия своей вины, и того, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла второго участника дорожно-транспортного происшествия.

Гражданская ответственность владельца (собственника) транспортного средства - автобуса ЛИАЗ 621365, г.р.з № ГУП «Мосгортранс», которым на момент ДТП управлял водитель ФИО2, была застрахована в страховой компании АО «МАКС», страховой полис № от 09.04.2019 г., срок страхования с 00 час. 00 мин. 10 апреля 2019 г. по 24 час. 00 мин. 09 апреля 2020 г. ( том 1 л.д. 9).

На момент дорожно-транспортного происшествия риск гражданской ответственности виновника в ДТП ответчика ФИО1, при использовании им транспортного средства - автомобиля ВАЗ 21074, г.р.з. № не была застрахована по договору обязательного страхования, страховой полис отсутствовал, что подтверждается постановлением № от ДД.ММ.ГГГГ делу об административном правонарушении, согласно которому ФИО1 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.37 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 800 рублей, копия постановления ФИО1 получена, о чем имеется подпись о получении, и данное постановление им не обжаловалось (том 1 л.д. 6, 173).

Автомобиль ВАЗ 21074, г.р.з. №, которым управлял в момент ДТП (наезда на стоящий автобус ЛИАЗ) на праве собственности с 11 марта 2018 г. по настоящее время зарегистрирован в ОР МО ГИБДД ТНРЭР № 4 ГУ МВД России по г.Москве за ЧЕВ, что подтверждается карточкой учета транспортного средства, выданного УГИБДД по Республике Мордовия от 06 августа 2020 г. (том 1 л.д. 155-156).

Суд, определяя лицо, то есть ответчика ФИО1 на которое следует возложить гражданско-правовую ответственность за причинение вреда имуществу истца, исходит из того, что постановлением № от 12 декабря 2019 г. делу об административном правонарушении, согласно которому ФИО1 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.37 КоАП РФ (отсутствие на момент ДТП полиса ОСАГО) законно владел транспортным средством.

Таким образом, ответчик ФИО1 является надлежащим лицом, причинившим имущественный вред имуществу истца, путем совершения наезда при движении на стоящий автобус ЛИАЗ 621365, г.р.з №

Кроме того, ответчиком доказательств наличия вины в дорожно-транспортном происшествии со стороны водителя автобуса ЛИАЗ 621365, г.р.з № ФИО2 в ходе рассмотрения дела не представлено, не содержаться такие доказательства и в материалах дела.

Доводы ответчика ФИО1, указанные в возражениях от 03 сентября 2020 г. на исковое заявление истца основаны на домыслах, ничем не подтверждаются, и по мнению суда вызваны желанием избежать гражданско-правовой ответственности.

Истец ГУП «Мосгортранс» обратился в страховую компанию АО «МАКС», застраховавшего гражданскую ответственность истца по страховому полису № от 09.04.2019 с заявлением о выплате страхового возмещения в рамках прямого урегулирования убытков по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств

В соответствии с пунктом 1 статьи 14.1 Закона об ОСАГО (в редакции Федерального закона от 28 марта 2017 г. N 49-ФЗ) потерпевший предъявляет требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу, страховщику, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в случае наличия одновременно следующих обстоятельств: а) в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только транспортным средствам, указанным в подпункте "б" пункта 1 данной статьи; б) дорожно-транспортное происшествие произошло в результате взаимодействия (столкновения) двух и более транспортных средств (включая транспортные средства с прицепами к ним), гражданская ответственность владельцев которых застрахована в соответствии с настоящим федеральным законом.

Однако страховой компанией АО «МАКС» истцу ГУП «Мосгортранс» было отказано в выплате страхового возмещения в рамках прямого урегулирования, поскольку гражданская ответственность владельца транспортного средства автомобиля марки ВАЗ 21074 г.р.з. № ФИО1 на момент ДТП, имевшее место 12 декабря 2019 г. не была застрахована в соответствии с действующим законодательством об ОСАГО, страховой полис, в связи с этим обстоятельства заявленного события не соответствуют положениям ст. 14.1 Закона об ОСАГО (том 1, л.д. 10).

25 декабря 2019 г. в рамках рассмотрения выплаты страховой компанией АО (ранее ЗАО) МАКС страхового возмещения, экспертом был проведен осмотр транспортного средства автобуса марки ЛИАЗ 621365, г.р.з №, принадлежащий ГУП «Мосгортранс». В акте осмотра указаны повреждения автобуса, которые относятся к заявленному случаю, и соответствуют обстоятельствам заявленного ДТП. По результатам осмотра был составлен акт УП-426222, подписанный представителем страховщика (экспертом) (том 1, л.д.224). 

Истцом представлены заключения ООО «Экспертно-консультационный центр» № УП-426222 от 26 декабря 2019 г., № УП-426222 от 23 декабря 2019 г., согласно которым стоимость восстановительного ремонта транспортного средства автобуса ЛИАЗ 621365, г.р.з № без учета износа составляет - 46 000 руб. 00 коп., а с учетом износа узлов и деталей составляет - 43 273 руб. 53 коп., величина утраты товарной стоимости транспортного средства автобуса ЛИАЗ 621365, г.р.з № составляет - 158 444 руб. 00 коп. (том 1 л.д. 11-30).

Оценивая указанные экспертные заключения, суд учитывает, что они выполнены экспертом, имеющим необходимое образование и опыт работы, эксперт-техник ООО «Экспетрно-консультационный центр» САГ включен в государственный реестр экспертов - техников (регистрационный номер №), что подтверждается выпиской из государственного реестра экспертов Минюста России от 25.11.2014 г. за № 16-108459. ООО «ЭКЦ» имеет сертификат № на право использования программного продукта и базы данных, разработанных компанией Audatex GmbH для составления ремонтных калькуляций на автомототранспортные средства в порядке и на условиях, установленных лицензионным Соглашением (том 1, л.д.225-226).

В экспертном заключении № УП-426222 от 26 декабря 2019 г. о стоимости восстановительного ремонта указаны повреждения, которые возникли в результате ДТП от 12 декабря 2019 года, однако в заключении № УП-426222 от 23 декабря 2019 г. об утрате товарной стоимости транспортного средства, марки ЛИАЗ 6213 экспертом указано, что ранее 30 апреля 2019 года данное транспортное средство участвовало в ДТП с пересечением заднего бампера, которое не берется во внимание при расчете УТС вследствие исследуемого происшествия, так как его наличие до исследуемого происшествия не обуславливает отказ от расчета УТС при повреждении, которые приводят к замене отдельных составных частей, которые не нуждаются в окрашивании и не ухудшают внешний вид конструкции транспортного средства (стекло, фары, бампера неокрашиваемые, пневматические шина, колесные диски, внешняя и внутренняя фурнитура и т.п.).

Так, согласно заказа-наряда от 10 мая 2020 г. были осуществлены ремонтно-восстановительные работы заднего бампера автобуса ЛИАЗ 621365, г.р.з № расходы составили в размере 45 902 руб. 87 коп. (том 1, л.д.236-237). 

Между тем, выводы эксперта о размере утраты товарной стоимости вышеуказанного автобуса в результате ДТП с участием автомобиля под управлением водителя ФИО1 не противоречат правовой позиции, изложенной в пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. N 58.

Суд принимает за основу вышеуказанные экспертные заключения ООО «Экспертно-консультационный центр», поскольку они являются мотивированными, выполнены в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального Банка Российской Федерации от 19.09.2014 года N 432-П, о чем имеется указание в экспертном заключении. Выводы эксперта мотивированы, оснований сомневаться в обоснованности экспертного заключения у суда не имеется, эксперт в исходе дела не заинтересован.

В связи с чем вышеуказанные экспертные заключения являются достоверным и допустимым доказательством, соответствующим требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, которое принимается судом во внимание при вынесении решения. 

Каких-либо убедительных доводов и доказательств того, что выводы экспертных заключений эксперта-техника ООО «Экспертно-консультационный центр» САГ не соответствуют действительности стороной ответчика в суд не представлено.

Истцом ГУП «Мосгортранс», филиал «Южный» в адрес ответчика ФИО1 по месту его жительства и регистрации в рамках досудебного урегулирования спора была направлена претензия о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, имевшее место 12 декабря 2019 г., в которой истец просит ответчика в течение 10 дней возместить причиненный ущерб, путем перечисления общей суммы ущерба в размере 201 717 руб., 53 коп. на расчетный счет ГУП «Мосгортранс», «филиал Южный» (том 1 л.д.31-33).

Ответчиком ФИО1 в адрес истца ГУП «Мосгортранс», филиал «Южный» 20 апреля 2020 г. было направлено возражение на вышеуказанную претензию истца, где он не согласен с доводами, указными в претензии истца (том 1 л.д. 38).

В своих возражениях от 03 сентября 2020 г. на исковое заявление ответчик ФИО1 выражает свое несогласие с размером ущерба, установленного на основании представленных истцом экспертных заключений, ссылки ответчика на их недопустимость в связи с не извещением о дате и времени их проведения, в том числе и при проведении осмотра автобуса, отсутствие приложений к заключению эксперта (в частности акт осмотра ТС № УП-426222, и другие приложения калькуляция № ТС № УП-426222 от 26.12.2019 г. по определению стоимости восстановительного ремонта транспортного средства ЛИАЗ 6213, гос. номер №, выписка из государственного реестра экспертов-техников, сертификат ПО, фотоматериал ТС ЛИАЗ 6213, гос. номер №) не могут служить основаниями для отказа в иске, поскольку каких-либо доказательств в опровержение данных заключений ответчиком в силу требований ст. 56 ГПК РФ не представлено, ходатайства о проведении по делу судебной экспертизы с целью определения стоимости восстановительного ремонта, утраты товарной стоимости автобуса, принадлежавшего истцу, в суд не поступало.

Кроме того, в ходе досудебной подготовки по делу 24 августа 2020 г. ООО «Экспертно-консультационный центр» были представлены по запросу суда на основании ходатайства истца в порядке ст. 57 ГПК РФ все необходимые документы, указанные в приложении экспертного заключения № УП-426222 от 26 декабря 2019 г., а именно № 1 (акт осмотра ТС № УП-426222); 2 (Калькуляция № ТС № УП-426222 от 26.12.2019 г. по определению стоимости восстановительного ремонта транспортного средства ЛИАЗ 6213, гос. номер №); 3 (выписка из государственного реестра экспертов-техников); 4 (Сертификат ПО); 5 (Фотоматериал ТС ЛИАЗ 6213, гос. номер №), которые приобщены к материалам настоящего гражданского дела (том 1, л.д. 223-235).

Следует отметить, что ответчик ФИО1 в тот же день 24 августа 2020 г. по его ходатайству был ознакомлен со всеми материалами гражданского дела путем фотографирования, о чем имеется отметка в материалах дела (том 1 л.д. 214). 

В связи с этим доводы ответчика ФИО1, указанные в возражениях от 03 сентября 2020 г. на исковое заявление, об отсутствии в материалах дела акта осмотра транспортного средства, в связи с чем заключение эксперта не отвечает требованиям ФЗ от 25.04.2002 г. № 40-ФЗ Об ОСАГО и Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт, являются не обоснованными, противоречат действительным фактическим обстоятельствам дела и представленным истцом доказательств в обоснование исковых требований.

Согласно пункту 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", к реальному ущербу, возникшему в результате дорожно-транспортного происшествия, наряду со стоимостью ремонта и запасных частей относится также утрата товарной стоимости, которая представляет собой уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением товарного (внешнего) вида транспортного средства и его эксплуатационных качеств в результате снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений и защитных покрытий вследствие дорожно-транспортного происшествия и последующего ремонта.

Утрата товарной стоимости подлежит возмещению и в случае, если страховое возмещение осуществляется в рамках договора обязательного страхования в форме организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания, с которой у страховщика заключен договор о ремонте транспортного средства, в установленном законом пределе страховой суммы.

Таким образом, утрата товарной стоимости относится к реальному ущербу наряду со стоимостью ремонта и запасных частей автомобиля, поскольку уменьшение его потребительской стоимости нарушает права владельца транспортного средства, и в ее возмещении страхователю не может быть отказано.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Пункт 13 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъясняет, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которое это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использоваться новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 10 марта 2017 г. N 6-П указал, что положения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ - по их конституционно-правовому смыслу в системе мер защиты права собственности, основанной на требованиях ч. 1 ст. 7, чч. 1 и 3 ст. 17, чч. 1 и 2 ст. 19, ч. 1 ст. 35, ч. 1 ст. 46 и ст. 52 Конституции Российской Федерации, и вытекающих из них гарантий полного возмещения потерпевшему вреда, - не предполагают, что правила, предназначенные исключительно для целей обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, распространяются и на деликтные отношения, урегулированные указанными законоположениями.

Иное означало бы, что потерпевший лишался бы возможности возмещения вреда в полном объеме с непосредственного причинителя в случае выплаты в пределах страховой суммы страхового возмещения, для целей которой размер стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства определен на основании Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов.

В контексте конституционно-правового предназначения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ Федеральный закон от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", как регулирующий иные страховые отношения, и основанная на нем Единая методика определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства не могут рассматриваться в качестве нормативно установленного исключения из общего правила об определении размера убытков в рамках деликтных обязательств и, таким образом, не препятствуют учету полной стоимости новых деталей, узлов и агрегатов при определении размера убытков, подлежащих возмещению лицом, причинившим вред.

Таким образом, принцип полного возмещения убытков применительно к случаю повреждения транспортного средства предполагает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено.

В возражениях от 20 апреля 2020 г. на досудебную претензию истца, ответчик ФИО1 указывает, что он не согласен с его виновностью в произошедшем 12 декабря 2019 г. ДТП, так как по мнению ответчика в определении ГИБДД от 12 декабря 2019г. об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении не установлена его вина в причинении ущерба транспортному средству истца - автобусу ЛИАЗ 621365, г.р.з №, в нем отсутствуют фразы, прямо или косвенно указывающие на его вину, однако далее сам же ответчик в его возражении указывает, что он совершил наезд на указанное транспортное средство - на автобус, в связи с чем и причинены повреждения двум транспортным средствам, как принадлежавшему истцу, так и автомобилю которым он управлял (том.1, л.д.34-39). 

Однако, довод ответчика о его невиновности является необоснованным и он судом отклоняется, так как на основании представленных материалов дела об административном правонарушении установлено, что возникновение и развитие аварийной ситуации находится в причинно-следственной связи с действиями водителя ФИО1, фактически допустившим нарушение требований пунктов 1.5, 9.10 и 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, в связи с этим на ФИО1 лежит ответственность по возмещению ущерба истцу.

Суд, изучив все доводы, указанные в возражениях ответчика от 20. апреля 2020 г., 03 сентября 2020 г. и дав им правовую оценку, считает, что они необоснованны, ничем не подтверждены. 

При таких обстоятельствах размер материального ущерба, подлежащего возмещению ответчика, с учетом требований статей 15, 1064, 1079 ГК Российской Федерации определяется в виде стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, принадлежащего истцу, в размере 46 000 рублей, утраты товарной стоимости в размере 158 444 рублей.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Доводы иска подтверждаются доказательствами, предоставленными истцом. Указанные доказательства соответствуют требованиям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, являются относимыми, допустимыми и достоверными, поскольку согласуются между собой, и в своей совокупности достаточны для вынесения судебного решения.

Доводы ответчика о несогласии со стоимостью восстановительного ремонта и утраты товарной стоимости автобуса доказательствами, отвечающими требованиям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не подтверждаются.

Обсуждая вопрос о возможном применении положений части 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно, полагаю, что оснований для снижения размера возмещения вреда не имеется. Так как ответчиком ходатайства о уменьшении размера возмещения вреда не заявлено, каких-либо доказательств, подтверждающих его финансовую и имущественную несостоятельность не предоставлено.

Таким образом, с ФИО1 в пользу истца подлежит взысканию ущерб, причиненный транспортному средству в результате дорожно-транспортного происшествия в пределах заявленных исковых требований.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика расходов по оплате государственной пошлины суд исходит из следующего.

Согласно статье 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

С учетом требований подпункта первого пункта первого статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации и исходя из исковых требований истцом при подаче искового заявления оплачена государственная пошлина в размере 5244 рубля (том 1, л.д.4) которая подлежит взысканию с ответчика ФИО1 в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Иск Государственного унитарного предприятия «Мосгортранс» в лице филиала Южный к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу Государственного унитарного предприятия «Мосгортранс» филиал «Южный» в возмещение ущерба причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 204 444 (двести четыре тысячи четыреста сорок четыре) рубля, из которых: восстановительный ремонт транспортного средства без учета износа в размере 46 000 (сорок шесть тысяч) рублей, утрата товарной стоимости в размере 158 444 (сто пятьдесят восемь тысяч четыреста сорок четыре) рубля. 

Взыскать с ФИО1 в пользу Государственного унитарного предприятия «Мосгортранс» филиал «Южный» расходы по оплате государственной пошлины в размере 5 244 (пять тысяч двести сорок четыре) рубля.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи жалобы через Ичалковский районный суд Республики Мордовия.

Судья Ичалковского районного суда

Республики Мордовия Е.В.Ежова

1версия для печати