Судья Парасотченко М.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

дело №22-2003/2023

г. Астрахань

26 октября 2023 г.

Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе:

председательствующего судьи Сухатовской И.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Володиной С.А., 

с участием государственного обвинителя Твороговой Д.Р.,

потерпевших К.А.А. и К.Р.Б., их представителя – адвоката Бобраковой Т.В.,

осужденного ФИО1 и защитника - адвоката Кагарманова М.Р.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе представителя потерпевших К.А.А. и К.Р.Б. – адвоката Бобраковой Т.В. на приговор Харабалинского районного суда Астраханской области от 31 июля 2023 г., которым 

ФИО1, родившийся ... в ..., гражданин Российской Федерации, не судимый, 

осуждён по ч. 1 ст. 109 УК Российской Федерации к 1 году 6 месяцам исправительных работ с удержанием из заработной платы 10% ежемесячно в доход государства.

Заслушав выступления потерпевших К.А.А. и К.Р.Б., их представителя – адвоката Бобраковой Т.В., поддержавших апелляционную жалобу, осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Кагарманова М.Р., государственного обвинителя Твороговой Д.Р., возражавших против доводов апелляционной жалобы и полагавших приговор оставить без изменения, суд 

установил:

по приговору суда ФИО1 признан виновным в причинении К.Р.А. смерти по неосторожности, совершенном 14 января 2023 г. в период с 00 часов 00 минут до 01 часа 30 минут на участке местности у входа в помещение летней веранды кафе «...», расположенного по адресу: ..., при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя признал.

В апелляционной жалобе представитель потерпевших – адвокат Бобракова Т.В., считая приговор незаконным, необоснованным, просит его отменить, полагая, что вывод суда о причинении осужденными смерти К.Р.А. по неосторожности, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, поскольку не согласуется с имеющимися в деле доказательствами, которые суд оставил без надлежащей оценки, вследствие чего дал неверную юридическую оценку действиям ФИО1

Излагая в жалобе свою версию событий произошедшего, адвокат утверждает, что ФИО1 умышленно причинил К.Р.А. тяжкий вред здоровью, опасный для жизни, повлекший по неосторожности его смерть, поскольку нанес потерпевшему удар кулаком правой руки в жизненно важный орган – левую височно-теменную область головы, от которого последний потерял сознание и упал правой стороной своего тела и головы на поверхность земли, в результате чего произошло соударение правой височно-теменной области его головы об указанную поверхность, от чего он скончался. Полагает, что эти обстоятельства следуют из заключения специалиста ... о характере обнаруженных у К.Р.А. телесных повреждений, в том числе, из результатов МРТ, которые не принимались во внимание при проведении судебно-медицинской экспертизы, а суд необоснованно подверг критической оценке заключение и показания специалиста Г.А.Н. Полагает, что ФИО1 нанес К.Р.А. удар в голову, от которого он сразу потерял сознание, поэтому и упал на землю. В подтверждение этого ссылается на показания свидетелей о том, что К.Р.А. был физическим крепким человеком, и от удара ладонью, о котором утверждает осужденный, не мог потерять равновесие и упасть, на показания эксперта К.А.А. о том, что сила, придавшая ускорение при падении потерпевшего, была достаточно высокой. Полагает, что об умышленном причинении тяжкого вреда здоровью также свидетельствует поведение ФИО1 после нанесения удара, который ругался с окружающими, не оказывал К.Р.А. помощь.

Высказывает несогласие с выводом суда о признании в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, его активное способствование раскрытию преступления, поскольку материалы дела таких доказательств не содержат; оспаривает явку с повинной осужденного, как смягчающее обстоятельство, поскольку она дана после его доставления в отдел полиции в связи с подозрением в совершении преступления, тогда как в ст. 142 УПК РФ указано на добровольность такого сообщения. При этом отмечает, что основанием для проведения процессуальной проверки явилась не явка с повинной осужденного, а рапорты следователя и помощника оперативного дежурного, составленные на основании заявления матери потерпевшего. 

Указывает, что судом нарушено право потерпевших на участие в судебном заседании, поскольку 3 мая 2023 г. судом отклонено ходатайство их представителя об отложении судебного заседания, назначенного на этот день, ввиду несвоевременного извещения, потерпевшие в судебном заседании отсутствовали. Однако судом не обсужден вопрос о возможности рассмотрения уголовного дела в их отсутствие, несмотря на то, что их мнение должно учитываться при принятии решения по ходатайству подсудимого об особом порядке судебного разбирательства дела.

Нарушение прав протерпевших на участие в судебном заседании допущено судом 5 июня 2023 г., когда судом отказано в удовлетворении их ходатайства об отложении судебного заседания в связи с их нахождением за пределами Астраханской области, что лишило их возможности задавать вопросы свидетелям.

Обращает внимание, что 3 мая 2023 г. и 5 июня 2023 г. государственный обвинитель не поддержал ходатайства потерпевших об отложении судебного заседания, при этом 5 июня 2023 г. судом не объявлено о замене государственного обвинителя, о чем стороне потерпевших стало известно при ознакомлении с протоколом судебного заседания.

В связи с изложенным адвокат Бобракова Т.В. просит приговор отменить, при этом в первоначальной жалобе просит уголовное дело возвратить прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ, а в дополнительной – переквалифицировать действия ФИО1 на ч.4 ст. 111 УК РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу представителя потерпевших – адвоката Бобраковой Т.В. государственный обвинитель Барасова Э.Н. просила приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав стороны и обсудив доводы апелляционной жалобы, а также возражений на неё, суд приходит к следующему.

Выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, основаны на материалах дела, а потому суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины осужденного и дал его действиям, вопреки доводам потерпевшей стороны, надлежащую юридическую оценку.

В основу обвинительного приговора положены лишь допустимые и относимые доказательства, совокупность которых достаточна для этого вывода.

Так, сам осужденный не отрицает, что 14 января 2023 г., примерно в период между 01 и 02 часами, на почве внезапно возникшей личной неприязни он применил физическое насилие к ранее известному ему К.Р.А., нанес ему ладонью руки удар в область лица слева, от которого последний пошатнулся и упал на землю, ударившись правой стороной головы и тела о поверхность земли.

Потерпевшие К.Р.Б. и К.А.А. (родители погибшего) показали, что 13 января 2023 г. они находились в кафе «...» в ..., куда около 22 часов пришел их сын К.Р.А. вместе с друзьями. Находясь в кафе, они видели, как ФИО1 нанес несколько ударов С.З., после чего тот уехал, затем около кафе была драка. После закрытия кафе они уехали домой, а позже 14 января 2023 г. в 01 час 43 минуты им позвонили с отделения скорой медицинской помощи и сообщили о доставлении их сына Р. в тяжелом состоянии. Приехав туда, они обнаружили сына без сознания, на его губе была кровь. Друзья сына пояснили, что ФИО1 ударил Радмира в лицо, от которого он упал и ударился об землю, в правой части головы у сына была шишка. Сын был доставлен в Харабалинскую районную больницу, затем переведен в ГКБ ... им. Кирова г. Астрахани, где после операции скончался.

Из показаний свидетеля Д.Н.В. (хозяйки кафе «...») следует, что 13 января 2023 г. она вместе с супругом, семьей К-вых отмечали встречу «Старого Нового года». В этот день К.Р.А. пришел в кафе около 20 часов с друзьями, которые сидели недалеко от них. ФИО1 пришел в кафе около 22 часов, в этот день между ним и С.З. был конфликт внутри кафе. Никаких конфликтов между ФИО1 и К.Р.А. в этот день не было. Ночью ей позвонила К.Р.Б., сказав, что ее сына К.Р.А. увезли на «скорой помощи» в .... Позже ей стало известно, что ФИО1 нанес удар К.Р.А. на территории кафе.

Свидетель А.А.Р. (друг погибшего) в суде и при проверке показаний на месте сообщил, что 14 января 2023 г. около 02 часов к кафе подъехал И.Э. с его дядей А.С., он вместе с К.Р.А. подошли к ним поздороваться, находились на улице перед верандой кафе. Справа от него стояли ФИО1 и К.Р.А., он слышал, как К.Р.А. спросил у ФИО1: «Ты, что его не ударил?». Разговор не был на повышенных тонах. ФИО1 поступил звонок на телефон, в этот момент кулаком правой руки он ударил К.Р.А. в область лица слева, чуть ниже носа, после чего последний, находясь в бессознательном состоянии, упал с вертикального положения под склон на правую половину тела и головы, ударившись об землю, скорее всего, правой височной и теменной частью своей головы.

Из показаний свидетеля И.Э.Н. в судебном заседании и при проверке его показаний на месте на стадии расследования дела следует, что ... после 01 часа, он вместе с ФИО2 на автомобиле марки «Газель» белого цвета подъехали в кафе «...» в ..., где к ним подошли А.А., К.Р. и ФИО1. Они стояли в кругу и беседовали. При этом конфликтов не было. Он беседовал с А.С.А.. Через некоторое время он боковым зрением увидел, как ФИО1 с силой размашистого удара кулаком правой руки нанес удар в область лица К.Р.А. слева, чуть ниже носа, от чего последний упал с вертикального положения тела под склон и ударился головой об землю, потерял сознание.

Согласно показаниям свидетеля А.С.А., он приехал на автомобиле «Газель» вместе с И.Э.Н. в кафе «...» в ..., где И.Э.Н. остался на улице, а он зашел в кафе и через некоторое время заметил, что на улице возле входа в летнюю веранду кафе собралась толпа людей, он вышел и увидел К.Р.А., который был без сознания и располагался на земле, лежа на спине, примерно в нескольких метрах от входа в веранду. Люди из толпы пытались привести его в чувство, но у них ничего не получалось. Его племянник А. предъявлял претензии ФИО1, спрашивал у него, зачем он ударил Р.. Далее от И.Э.Н. ему стало известно, что чуть ранее ФИО1 по какой-то причине нанес один удар то ли кулаком, то ли ладонью правой руки по лицу Р., от чего последний сразу же потерял сознание и упал на землю, ударившись головой. Затем И.Э.Н. помог приподнять Р. и усадить в салон автомобиля марки «ВАЗ-2110» под управлением друга Р. – С.К.В.. В этот же автомобиль сели ФИО1 и ранее незнакомая ему девушка азиатской внешности, а его племянник А.А. присел в другой автомобиль. Как он понял, они поехали в отделение скорой медицинской помощи, а он и И.Э.Н. вернулись домой. Впоследствии ему стало известно, что К.Р.А. госпитализировали в больницу в г. Астрахань, где он скончался 15 января 2023 г.

Свидетель Б.М.К. (друг погибшего) сообщил, что после того, как они посидели в кафе с друзьями К.Р.А., Ш.А.М., А.А.Р., М.Т. и Д., С.К.В. и А., К., 14 января 2023 г. около 02 часов они вышли на улицу, он вместе с М.Д.Т. и Ш.А.М. стоял под навесом, поскольку на улице было холодно, он периодически выходил из-под навеса, когда в очередной раз он вышел, то увидел, что рядом в кругу стояли К.Р.А., А.А.Р., И.Э.Н., ФИО1 и разговаривали. Он не стал к ним подходить, а когда опять вышел, то увидел, что К.Р.А. лежит на земле. Ему стало известно, что К.Р.А. ударил ФИО1 Момент нанесения удара он не видел. К.Р.А. отвезли на машине С.К.В. в отделение скорой медицинской помощи, откуда доставили в районную больницу, на губе К.Р.А. была кровь, иных телесных повреждений он не видел.

Из показаний свидетеля Ш.А.М. следует, что после закрытия кафе они все вышли на улицу, встали под навес, собирались домой. В этот день никаких конфликтов не было. К.Р. вышел из-под навеса на улицу, а через некоторое время она услышала крики, вышла и увидела, что Р. лежит на земле без сознания. Ей пояснили, что Р. ударили. Она вызвала скорую медицинскую помощь. Затем было принято решение самостоятельно отвезти К.Р.А. в отделение скорой медицинской помощи на машине С.К.В., откуда впоследствии К.Р.А. был доставлен в Харабалинскую районную больницу, а 15 января 2023 г. ей стало известно, что он скончался после проведенной операции в городской клинической больнице.

По показаниям свидетеля С.К.В., когда кафе закрывалось, то все вышли на улицу. В это день конфликтов и ссор между ФИО1 и К.Р.А. не было. Он отлучился на некоторое время, а когда вернулся, увидел, что К.Р.А. лежит на земле без сознания, вокруг него находились люди, которые пытались оказать ему первую медицинскую помощь. Он видел во рту К.Р.А. кровь. На место происшествия была вызвана скорая помощь, но было принято решение отвезти К.Р.А. самостоятельно в отделение скорой медицинской помощи. В его машину посадили К.Р.А., а также сели Ш.А.М. и ФИО1, последний пытался привести К.Р.А.. в чувство, шевелил за одежду.

Аналогичные по содержанию показания дали свидетели М.Д.Т. и М.Д.Т. (друзья погибшего).

Показания свидетелей - очевидцев являются подробными, последовательными, не содержат в себе существенных противоречий, которые могут поставить под сомнение их достоверность, и полностью согласуются между собой. К тому же показания этих лиц взаимно дополняют друг друга, создавая целостную картину исследуемого события.

Как видно из протоколов осмотра места происшествия от 15 января 2023 г. и 7 февраля 2023 г. конфликт между ФИО1 и К.Р.А. возник на участке местности, прилегающей к входу летней веранды кафе «...» в ..., где имеется ровная площадка, затем идет спуск вниз по углом, на которой имеется большое количество небольших камней, а также фрагменты кирпичей, в ходе осмотра свидетель А.А.Р. указал на данный участок местности, пояснив, что именно на нем находились К.Р.А., он, И.Э.Н. и ФИО1, где последний ударил К.Р.А., от чего тот упал на землю, потеряв сознание. На данное место также указал ФИО1 при проверке его показаний на месте.

По заключению судебно-медицинского эксперта от 14 февраля 2023 г. при исследовании трупа К.Р.А. обнаружены повреждения, составляющие по характеру комплекс закрытой тупой черепно-мозговой травмы: травматический отек мягких тканей и ссадина в правой височной области; кровоизлияния под апоневроз и в толщу правой височной мышцы; перелом костей свода черепа справа (височной и теменно-височной – установленных при оперативном вмешательстве) и основания черепа (клиновидной кости справа); эпидуральная гематома справа объемом около 40 мл; субдуральная гематома в левой височной области объемом около 50 мл; ушиб головного мозга с размозжением, кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку и вещество головного мозга. Характер повреждений не исключает возможности образования указанной травмы при падении из вертикального положения при ударе о тупые твердые предметы (предмет), о чем свидетельствует локализация контактных повреждений на правой половине головы и наличие противоударных с левой стороны. Также на трупе К.Р.А. обнаружены кровоподтеки на правой верхней конечности, которые могли образоваться как от ударов тупым твердым предметом (предметами), так и при падении и ударе о тупые твердые предметы (предмет) с ограниченной поверхностью. Все повреждения, обнаруженные на трупе К.Р.А., прижизненные. 

Смерть К.Р.А. наступила от закрытой тупой черепно-мозговой травмы с переломами костей свода и основания черепа, эпидуральной гематомой справа объемом около 40 мл, субдуральной гематомой в левой височной области объемом около 50 мл, ушибом головного мозга с размозжением, кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку и вещество головного мозга, течение которой осложнилось отеком мягкой мозговой оболочки и вещества головного мозга. По признаку опасности для жизни данная травма квалифицируется как тяжкий вред здоровью и находится в причинной связи с наступлением смерти К.Р.А. 

Приведенные выше выводы эксперт К.А.А. полностью подтвердила в ходе судебного следствия, отметив, что механизм образования полученной потерпевшим черепно-мозговой травмы указывает на ее инерционный характер, характерный для однократного падения человека из вертикального положения (с высоты собственного роста) на плоскость с последующим ударом головой о твердую поверхность. Также отметила, что царапины в левой лобно-теменной и в лобной областях с бледно-красно-коричневыми плотными поверхностями, имевшиеся на момент исследования трупа К.Р.А., могли образоваться от медицинских манипуляций.

Согласно заключениям экспертиз вещественных доказательств от 21.03.2023 возможность образования повреждений, составляющих комплекс обнаруженной у К.Р.А. закрытой черепно-мозговой травмы в результате действий ФИО1, воспроизведённых последним и свидетелями И.Э.Н. и А.А.Р. в ходе проверки их показаний на месте, не исключена.

Из заключений, проведенных по делу, биологической и цитологической медицинских экспертиз следует, что на марлевом тампоне со смывом с руки трупа К.Р.А. обнаружена кровь человека, происхождение которой от К.Р.А. и подозреваемого ФИО1 не исключается, при наличии у последнего источника кровотечения. По заключению судебно-медицинского эксперта у ФИО1 повреждений, в том числе, источников кровотечения, не обнаружено.

Вывод суда о виновности ФИО1 в причинении К.Р.А. смерти по неосторожности подтверждается также другими исследованными доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

В силу ст. 87, 88 УПК РФ суд проверил доказательства, сопоставив между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, в результате чего пришел к убеждению, что все доказательства добыты в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и оснований, предусмотренных ст. 75 УПК РФ, для признания их недопустимыми не установлено.

При этом суд указал основания, по которым он принимает одни доказательства и отвергает другие, в частности, показания свидетеля Ш.А.М. в части нанесения ФИО1 в затылочную часть К.Р.А. ударов ладонью и кулаками, а также заключение специалиста Г.А.Н., поскольку они опровергаются исследованными доказательствами, в связи с чем утверждения представителя потерпевших о необъективности судебного разбирательства являются несостоятельными.

Утверждения представителя потерпевших о том, что ФИО1 нанес удар кулаком в левую височную лобно-теменную область головы К.Р.А., в результате чего он мгновенно потерял сознание, опровергаются показаниями свидетелей А.А.Р., И.Э.Н., подтвердивших, что ФИО1 удар был нанесен К.Р.А. в область лица слева, чуть ниже носа, на его губе имелась кровь. 

Показания этих свидетелей согласуются с показаниями свидетелей – фельдшеров скорой медицинской помощи А.Д.С., К.А.З. о том, что на лице и голове К.Р.А., кроме гематомы в правой половине головы, иных телесных повреждений не имелось, свидетелей Б.М.К., С.К.В., потерпевшего К.А.А. о наличии у К.Р.А. следов крови в районе губ, судебно-медицинского эксперта К.А.А., объяснившей наличие в левой лобно-теменной и в лобной областях головы К.Р.А. царапин применением к нему медицинских манипуляций перед операцией, на основании которых, в совокупности с выводами проведенных по делу судебных экспертиз и показаниями свидетелей об отсутствии конфликта между осуждённым и погибшим, суд пришел к обоснованному выводу, что ФИО1 на почве внезапно возникших неприязненных отношений нанес кулаком правой руки один удар К.Р.А. в область лица слева, от которого последний потерял равновесие и упал правой стороной своего тела и головы на поверхность земли, в результате чего произошло соударение правой височно-теменной области его головы об указанную поверхность.

С учетом показаний осужденного и всех очевидцев произошедшего, заключений судебных экспертиз судом в соответствии с положениями ч. 3 ст. 26 УК РФ сделан обоснованный вывод о том, что ФИО1, проявляя небрежность и нанеся К.Р.А. удар кулаком в область лица, не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде смерти потерпевшего, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, если бы действовал с большей осмотрительностью.

При таких обстоятельствах нельзя согласиться с утверждениями автора апелляционной жалобы о том, что осужденный умышленно причинил потерпевшему тяжкий вред здоровью, повлекший его смерть. Представитель потерпевших в своей жалобе переоценивает доказательства, и выдвигает свою версию событий, которая не подтверждается совокупностью доказательств, исследованных судом. 

Что касается оценки экспертиз, то суд первой инстанции правильно указал в приговоре, что они являются допустимыми, достоверными доказательствами, поскольку выводы экспертов, изложенные в заключениях, мотивированы, заключения содержат подробную исследовательскую часть, эксперты имеют соответствующую квалификацию, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Сами заключения являются конкретными, не имеют противоречий, экспертизы проведены с соблюдением требований законодательства, а потому оснований не доверять заключениям экспертов у суда первой инстанции не имелось, не имеется таких оснований и у суда апелляционной инстанции. В этой связи, оснований для производства повторных, дополнительных или иных экспертиз не имеется.

В судебном заседании судебно-медицинский эксперт К.А.А. подтвердила выводы проведенной экспертизы, дав пояснения по дополнительно возникшим у сторон и суда вопросам. Вопреки доводам жалобы, при даче заключения указанный эксперт исследовал медицинскую карту К.Р.А., в том числе, результаты компьютерной томографии головного мозга, УЗИ. 

По смыслу ст. 58, 74 УПК РФ мнение специалиста по вопросам, по которым в деле имеется заключение эксперта, может быть использовано сторонами для обоснования производства тех или иных следственных действий, истребования документов и назначения дополнительной или повторной судебных экспертиз, поводов для чего по данному делу не возникло. В выводах судебно-медицинского эксперта отсутствуют противоречия, требующие устранения путем производства повторной или дополнительной экспертиз, а также привлечения к участию в деле иных специалистов.

Также представленное стороной защиты заключение специалиста, содержащее оценку (рецензию) достоверности выводов заключения судебно-медицинского эксперта, не может являться достоверным доказательством несоответствия выводов судебной экспертизы фактическим обстоятельствам дела, поскольку процессуальным законом не предусмотрена возможность специалиста давать рецензию на заключение эксперта. Заключение специалиста, представленное представителем потерпевших, не ставит под сомнение правильность выводов, сделанных судебно-медицинским экспертом.

При таких обстоятельствах, доводы представителя потерпевших о необходимости возвращения дела прокурору для предъявления ФИО1 обвинения в совершении более тяжкого преступления, судом проверялись и обоснованно признаны несостоятельными.

Действиям осужденного судом дана правильная правовая оценка по ч.1 ст. 109 УК РФ.

С учетом конституционного принципа осуществления судопроизводства на основе состязательности сторон данное дело расследовано и рассмотрено всесторонне и полно.

В ходе судебного разбирательства обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела, при этом в полном объеме исследованы доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты.

Доводы представителя потерпевших Бобраковой Т.В., связанные с ненадлежащим уведомлением о дате и времени судебного заседания, нарушении прав потерпевших на участие в судебном заседании, возможности заявить отводы государственному обвинителю, несостоятельны по следующим основаниям.

Согласно материалам уголовного дела, 20 апреля 2023 г. судом первой инстанции вынесено постановление о назначении судебного заседания на 3 мая 2023 г.

О месте, дате и времени судебных заседаний стороны, в том числе потерпевшие и их представитель - адвокат Бобракова Т.В. уведомлялись надлежащим образом, что подтверждается почтовыми уведомлениями. О надлежащем извещении потерпевшей стороны также свидетельствует и заявление адвоката Бобраковой Т.В. от 2 мая 2023 г., в котором она просит отложить судебное заседание, назначенное на 3 мая 2023 г., не в связи с ее несвоевременным извещением, на что указано в жалобе, а в связи с нахождением за пределами Астраханской области. При этом от самих потерпевших каких-либо ходатайств об отложении судебного заседания, назначенного на 3 мая 2023 г., не поступило.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что о дате, времени и месте судебного заседания стороны были уведомлены не менее чем за пять суток до его начала, что соответствует требованиям ч. 4 ст. 231 УПК РФ, при этом по смыслу приведенной нормы закона, в случае последующего отложения судебного заседания, соблюдение указанных сроков не требуется.

Вместе с тем в судебные заседания 3 мая, 5 и 20 июня 2023 г. потерпевшие не явились, принимали участие в судебных заседаниях 30 июня, 7, 11, 14, 21, 28 и 31 июля 2023 г.

Согласно ч. 2 ст. 249 УПК РФ при неявке потерпевшего суд рассматривает уголовное дело в его отсутствие, за исключением случаев, когда явка потерпевшего признана судом обязательной.

Принимая во внимание, что явка потерпевших К.А.А. и К.Р.Б. обязательной не признавалась, о месте, дате и времени судебных заседаний потерпевшие уведомлялись надлежащим образом, суд первой инстанции, в отсутствие возражений сторон, пришел к обоснованному выводу о возможности рассмотрения уголовного дела в отсутствие потерпевших 3 мая, 5 и 20 июня, 11 июля 2023 г., их представителя - 3 мая и 20 июня 2023 г.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, отсутствие потерпевших в судебном заседании 3 мая 2023 г. никоим образом не нарушило их права при обсуждении вопроса о возможности рассмотрения дела в особом порядке судебного разбирательства, поскольку против такого порядка возражал государственный обвинитель, в результате чего суд принял решение о рассмотрении дела в общем порядке, что согласуется с позицией потерпевших К.А.А. и К.Р.Б., высказанной ими в ходатайстве (т.4 л.д. 172). 

При допросе свидетелей в отсутствие потерпевших в судебном заседании принимала участие их представитель – адвокат Бобракова Т.В., которая без ограничений имела возможность задавать им вопросы и выяснять обстоятельства, имеющие значение для разрешения дела. Как видно из протокола судебного заседания, впоследствии, принимая участие в судебном заседании, потерпевшие не заявляли ходатайств о необходимости вызова и дополнительного допроса указанных свидетелей, и не оспаривали их показания.

Вопреки утверждениям представителя потерпевших, 5 июня 2023 г. судом был объявлен состав суда, в том числе, фамилия государственного обвинителя Барасовой Э.Н., отводов которой, в том числе, от представителя потерпевших – адвоката Бобраковой Т.В., не поступило, что нашло свое отражение в протоколе судебного заседания. Не поступило отводов указанному государственному обвинителю в ходе последующих судебных заседаний и от потерпевших.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции признает необоснованными доводы представителя потерпевших, изложенные в апелляционной жалобе, о процессуальных нарушениях прав потерпевших при судебном разбирательстве уголовного дела.

Наказание ФИО1 назначено с учетом всех обстоятельств дела, общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного, обстоятельств, смягчающих наказание, - признания вины, раскаяния в содеянном, явки с повинной и активного способствования раскрытию и расследованию преступления, наличия на иждивении малолетних детей, положительной характеристики по месту жительства и работы, иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшим, каковыми признаны принесение извинений потерпевшим в судебном заседании, частичное возмещение морального вреда в денежной форме. Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Доводы представителя потерпевших о необоснованности признания в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, явки с повинной и активного способствования раскрытию преступления, высказаны вопреки требованиям закона и материалам дела, из которых следует, что еще до возбуждения уголовного дела ФИО1 добровольно дал явку с повинной, а также сообщил информацию, имеющую значение для установления истины по делу, тем самым активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, что обоснованно судом признано в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, в соответствии с ч.1 ст. 61 УК РФ.

Вывод суда о необходимости назначения осужденному исправительных работ и отсутствии оснований для применения ст. 64, 73 УК РФ мотивирован судом совокупностью указанных в приговоре конкретных обстоятельств дела.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, назначенное наказание является справедливым, соразмерным содеянному, оснований для назначения более строгого наказания не усматривается.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые могли бы послужить основанием для отмены приговора, в том числе по доводам апелляционной жалобы, не установлено.

При таких обстоятельствах приговор является законным, обоснованным и справедливым, отмене либо изменению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38913, п.1 ч.1 ст. 38920, ст. 38928, 38933 УПК Российской Федерации, суд апелляционной инстанции 

постановил:

приговор Харабалинского районного суда Астраханской области от 31 июля 2023 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу представителя потерпевших К.А.А. и К.Р.Ю. – адвоката Бобраковой Т.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК Российской Федерации, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу.

Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий - -подпись- И.В. Сухатовская