копия

Дело № 2-379/19

202г

24RS0017-01-2018-003968-15

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

16 мая 2019 года г. Красноярск

Железнодорожный районный суд г. Красноярска в составе председательствующего судьи Копеиной И.А.,

при секретаре Нортуй-оол С.А.,

с участием помощника прокурора Железнодорожного района Самусевой Т.А.

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО2 о взыскании в солидарном порядке компенсации морального вреда, причиненного вредом здоровью, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО2 о взыскании в солидарном порядке компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровью в сумме 1000 000 рублей, мотивировав свои требования тем, что приговором Октябрьского районного суда г. Красноярска от 29.05.2018г. установлено, что «30» декабря 2017г. около 04 часов 21 минуты водитель ФИО3 (ответчик), управляя автомобилем марки TOYOTA MARK II, рег.знак 

<

***>, двигался по 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>, при этом перевозил пассажиров ФИО1 (истец), ФИО4 и ФИО5 Проезжая вблизи 

<

адрес> в октябрьском районе 

<

адрес>, в нарушение пунктов 10.1,10.2 Правил дорожного движения РФ, ответчик вел автомобиль со скоростью около 70 км/ч, превышающей установленное ограничение в населенном пункте, не обеспечивающей ему возможности постоянного контроля за движением управляемого им автомобиля, своими действиями создав опасность для движения и не применяя мер к снижению скорости, в результате чего не справился с управлением своего транспортного средства и в неуправляемом заносе выехал на правый по ходу своего движения тротуар с последующим наездом на препятствие в виде дерева. В результате указанного дорожно-транспортного происшествия истцу были причинены телесные повреждения, с которыми он был госпитализирован в КГБУЗ «КМКБСМП им. Н.С. Карповича» г. Красноярска. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 1896 от 07.03.2018г. у истца при обращении за медицинской помощью в результате дорожно-транспортного происшествия имелась сочетанная травма: закрытая травма правого предплечья, представленная переломами локтевой и лучевой костей в средней трети со смещением и захождением костных фрагментов; закрытая травма правого бедра в виде косого оскольчатого чрезвертельного перелома правой бедренной кости со смещением захождением костных фрагментов; закрытая травма правой голени в виде косого перелома верхней трети диафиза большеберцовой кости со смещением костных фрагментов; закрытая травма грудной клетки - травматический правосторонний пристеночный пневматорокс справа; рвано-ушибленные раны на лице. Указанные повреждения квалифицированы как тяжкий вред здоровью. Указанным приговором суда ответчик признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ. Согласно справке о дорожно-транспортном происшествии владельцем (собственником) автомобиля TOYOTA MARK II, рег.знак 

<

***> является ФИО2. На момент ДТП ФИО2 свою обязанность по страхованию риска гражданской ответственности не исполнила. У ФИО3 доверенность на право управления транспортным средством отсутствовала. Из-за указанного выше дорожно-транспортного происшествия истцу причинен моральный вред, который выразился в следующем:

Согласно медицинским документам, истец был доставлен в больницу после ДТП в тяжелом состоянии, за период нахождения в больнице истец перенес 5 операций под общим наркозом (2-е операции 30.12.2017г.; 2-е операции 11.01.2018г., а также 16.01.2018г.). Также до операции проводилось скелетное вытяжение, постоянные переливания крови. При выписке из больницы истцу было рекомендовано - не наступать на оперированную конечность до 2-х месяцев, затем хождение на костылях до 2-х месяцев, прием лекарственных препаратов. Однако фактически после выписки истец до конца марта 2018г. года не вставал с постели, так как малейшие движения причиняли сильнейшую боль. Впервые на улицу истец вышел на костылях в мае 2018 года. Все это время истец испытывая сильнейшие боли, постоянно принимал обезболивающие препараты. Фактически истец был полностью лишен своего привычного образа жизни, не ходил на работу, был лишен своего заработка, в период с 30.12.2017г. по 29.08.2018г. находился на больничном в связи с чем, был вынужден просить материальной помощи у родителей. Кроме того к привычному образу жизни истец не вернулся и до настоящего времени, поскольку вынужден посещать медицинские учреждения для прохождения реабилитации, истца мучают головные боли, правую часть головы истец не чувствует. Согласно медицинским документам, истец обращался по месту жительства в КГБУЗ КГП № 4, а именно:

- 08.06.2018г. осмотр терапевтом - передвигается самостоятельно, прихрамывая на правую ногу; движения в правом тазобедренном суставе ограничены, болезненные; ограничение движения в правом коленном суставе.

- Наблюдение у невролога - 13.06.2018г. болевая гипестезия по ходу 1-й ветви тройничного нерва справа. Гипестезия кожи головы справа; диагноз - посттравматическая невропатия 1-й ветви тройничного нерва, сенсорный вариант. Синдром нейропатической боли, травматические изменения ГМ.

- 21.06.2018г. осмотр хирурга. Жалобы на боли в бедре. Проходит реабилитацию в медицинском центре.

- 04.07.2018г. осмотр хирурга. Жалобы сохраняются.

- 17.07.2018г. осмотр хирурга. Жалобы на боли в бедре, левой ступне.

- 31.07.2018г. хирург. Консультация физиотерапевта.

- 15.08.2018г. врач хирург. Рекомендовано ЛФК, плавание, массаж. Жалобы прежние

- 29.08.2018г. хирург. Передвигается самостоятельно, прихрамывая на правую ногу. Движения в правом тазобедренном суставе ограничены. Изложенное выше свидетельствует о том, что истец до настоящего времени вынужден проходить лечение, поскольку испытывает боль, ограничения в движениях, имеется хромота на одну ногу. Просил требования удовлетворить, взыскать с ответчиков в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.

В судебном заседании истец поддержал свои исковые требования и дополнительно пояснил, что его переживания при полученной травме и последующем лечении, реабилитации, в тот момент когда он лежал без движения и за ним ухаживали родители, ни с чем не могут сравниться и передать их в полной мере не возможно. До настоящего времени испытывает сильные нравственные переживания из-за того, что после полученной травмы в указанном ДТП, у него навсегда останется хромота, т.к. одна нога стала на 2,5 см короче, остался шрам на лице, что также вызывает у него переживания. В период когда его из больницы обездвиженного привезли домой и до мая он лежал, не мог двигаться и вставать, причиняли боль и страдания, переживания за свою дальнейшую жизнь. В следствии полученных травм и наступивших последствий, он лишен возможности вести в дальнейшем полноценную жизнь, работать в полную силу, обеспечивать себя и родителей. Ответчик в свою очередь никакой помощи ему не оказывал и не оказывает. Просил удовлетворить требования в полном объеме.

Представитель истца ФИО6 по ордеру, поддержала требования истца по изложенным основаниям, настаивала на удовлетворении требований к обоим ответчикам в солидарном порядке, поскольку собственник автомобиля не контролировала порядок эксплуатации своего автомобиля, не заключила договор ОСАГО, а также учесть поведение ответчика который не предпринял мер к возмещению вреда истцу. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения требований истца в заявленном размере, поскольку явно завышенный размер. Он действительно управлял автмообилем. принадлежащим его тете-ответчику ФИО2, которая еще в 2015году выдавала ему доверенность. Фактически автомобиль находился в пользовании ее сына. В день ДТП, он взял автомобиль покататься. истец, поехал вместе с ним, было еще двое пассажиров. Истец выпивал пиво. Ни он ни истец не были пристегнуты ремнями безопасности, поэтому в тяжести вреда в том числе и истец виноват, поскольку пренебрег мерами своей безопасности. Он же также получил тяжелые повреждения, травмы в связи с чем не мог работать. После осуждения, его лишили права управления и запрет на выезд в связи с чем он лишил заработка, т.к. работал вахтовым методом. Доход у него не большой-20 000 рублей, тк. работает грузчиком. Помочь ему не кому, т.к. отец живет в другой семье, а мать болеет и не работает. Он конечно сожалеет о происшедшем, не хотел причинять вред здоровью истца, не отказывается возмещать вред, но на данный момент в виду состояния его здоровья, не возможности работать, не имеет финансовых возможностей.

Представитель ответчиков ФИО7 по доверенности, в судебном заседании просила в иске к ФИО2 отказать, поскольку она как собственник передавала право управления своему сыну и ответчику в том числе. На ответчика еще в 2015году оформляла доверенность, один экземпляр которой у нее до сих пор храниться. Истец управлял в день ДТП автомобилем на законных основаниях. Размер же заявленный истцом компенсации морального вреда чрезмерно завышен и не может быть удовлетворен в данном размере, истец отказался идти на какое либо мировое соглашение.

Суд, выслушав пояснения участников процесса, исследовав письменные материалы дела в своей совокупности, выслушав заключение прокурора, полагавшего требования истца подлежащими удовлетворению частично, оценив по правилам ст. 67 ГПК РФ, приходит к следующим выводам:

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные не имущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" от 26.01.2010 № 1, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

В п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" от 20.12.1994 № 10 разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права, либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Согласно ч. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни гражданина источником повышенной опасности, в данном случае транспортным средством.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, а также степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Судом установлено, что 30.12.2017 года около 04 часов 21 минуты водитель ФИО3, управляя технически исправным автомобилем марки «TOYOTA MARX II», регистрационный знак 

<

***>, принадлежащим на праве личной собственности ФИО2, двигался по 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>, при этом перевозил пассажиров ФИО1, ФИО4 и ФИО5 Проезжая вблизи 

<

адрес>, в нарушение п. 10.1 ПДД РФ, обязывающего водителя «...вести транспортное средство со| скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения... дорожные условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил...», и, в нарушение требований п. 10.2 ПДД РФ, разрешающего «в населенных пунктах.. . движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч...» водитель ФИО3 вел автомобиль со скоростью около 70 км/ч, превышающей установленное ограничение в населенном пункте, не обеспечивающей ему возможности постоянного контроля за движением управляемого им автомобиля, своими действиями создав опасность для движения и не применяя мер к снижению скорости, в результате чего не справился с управлением своего транспортного средства и в неуправляемом заносе выехал на правый по ходу своего движения тротуар с последующим наездом на препятствие в виде дерева. В результате дорожно-транспортного происшествия пассажиру автомобиля «TOYOTA MARK II», регистрационный знак 

<

***>, ФИО1 были причинены телесные повреждения, с которыми он был госпитализирован в КГБУЗ «КМКБСМП им. Н.С. Карповича» г. Красноярска. 

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 1896 от 07.03.2018 г., у гр. ФИО1, при обращении за медицинской помощью в результате события 30.12.2017 г., имелась сочетанная травма: закрытая травма правого предплечья, представленная переломами локтевой и лучевой костей в средней трети со смещением и захождением костных фрагментов; закрытая травма правого бедра в виде косого оскольчатого чрезвертельного перелома правой бедренной кости со смещением захождением костных фрагментов; закрытая травма правой голени в виде косого перелом| верхней трети диафиза большеберцовой кости со смещением костных фрагментов; закрытая травма грудной клетки - травматический правосторонний пристеночный пневмоторай рвано-ушибленные раны на лице. Данная сочетанная травма, с входящим в ее комплекс чрезвертельным переломом бедренной кости, отнесена к категории характеризующий квалифицирующий признак значительной стойкой утраты трудоспособности не менее чем 1/3, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи и по указанному признаку квалифицируется как тяжкий вред здоровью. 

Таким образом, водитель ФИО3, предвидя возможность наступлений общественно опасных последствий своих действий, в результате нарушений предписаний ПДД РФ, но без достаточных на то оснований, самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий- причинил по неосторожности ФИО1 телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровья. Нарушение водителем ФИО3 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 г. № 1090, (в ред. Постановления Правительства РФ от 26.10.2017 N 1300) состоит в прямой причинной связи с наступившими последствиями.

Вышеуказанные обстоятельства так же были установлены приговором Октябрьского районного суда г. Красноярска от 29.05.2018г.

Приговором Октябрьского районного суда г. Красноярска от 29.05.2018г. ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ и назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 (один) год, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ, сроком на 2 (два) года.

Приговор Октябрьского районного суда г. Красноярска от 29.05.2018г. не обжаловался, вступил в законную силу.

В силу ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Кроме того, в момент ДТП ФИО3 управлял технически исправным автомобилем марки «TOYOTA MARX II», регистрационный знак 

<

***>, принадлежащим на праве личной собственности ФИО2, гражданская ответственность которых не была застрахована, у ФИО3 доверенность на право управления транспортным средством отсутствовала, что так же подтверждается справкой о ДТП от 30.12.2017г. 

При этом, в судебном заседании было установлено, что еще в 2015году ответчик Ш-вы выдавала ответчику ФИО3 доверенность на право управления. В связи со своим отъездом из г.Красноярска, автомобиль находился у ее сына ФИО2, которому она также разрешила управлять автомобилем.

Ответчик ФИО3 в день ДТП поехал на указанном автомобиле по своим личным делам, а именно покататься, пригласив с собой истца, что последний не отрицал.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО3 является лицом который владел источником повышенной опасности на управления с разрешения собственника автомобиля, а следовательно надлежащим ответчиком перед истцом в силу положений ст. 1079 ГК РФ.

Для установления тяжести вреда здоровью по ходатайству истца, определением суда от 19.12.2018г. по делу была назначена судебная экспертиза. 

Согласно выводов содержащихся в заключении экспертизы № 84 проведенной КГБУЗ «ККБСМЭ», следует, что согласно представленным данным у ФИО1 при обращении за медицинской помощью в результате ДТП ЗОЛ2.2017г, имелась сочетанная травма, представленная:

- закрытой черепно-мозговой и лицевой травмой в виде ушиба головного мозга легкой степени, рвано-ушибленной раной лица;

- закрытая травма грудной клетки в виде травматического правостороннего пристеночного пневмоторакса;

- закрытой травмой правого предплечья в виде переломов локтевой и лучевой костей в средней трети со смещением и захождением костных фрагментов;

- закрытой травмой правого бедра в виде косого оскольчатого чрезвертельного перелома правой бедренной кости со смещением и захождением костных фрагментов;

- закрытой травмой правой голени в виде косого перелома верхней трети диафиза большеберцовой кости со смещением костных фрагментов.

Данная сочетанная травма, сопровождалась развитием травматического шока II степени.

Согласно п. 13 приказа М3 и СР РФ 194н от 24.04.2008г оценивается в совокупности. Входящая в нее закрытая травма грудной клетки в виде травматического правостороннего пристеночного пневмоторакса согласно приказу п.6.1.10 того же приказа отнесена к критерию, характеризующему квалифицирующий признак вреда, опасного для жизни человека. Указанный признак, согласно правилам «Определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (постановление Правительства РФ №522 от 17.08.2007 года) квалифицируется как ТЯЖКИИ вред здоровью.

При настоящей экспертизе у ФИО1 имеются последствия имевшейся сочетанной травмы в виде: посттравматической энцефалопатии в форме правосторонней пирамидной недостаточности, астеновегетативного синдрома и нейропатией 1 ветви правого тройничного нерва с нарушением чувствительности; рубца на лице, который является неизгладимым; сросшегося, синтезированного чрезвертельного перелома правого бедра, с посттравматической комбинированной контрактурой правого тазобедренного сустава 1 степени (умеренной); сросшегося, синтезированного перелома верхней трети большеберцовой кости правой голени с посттравматической

комбинированной контрактурой правого коленного сустава 1 степени; хронической нестабильности правого коленного сустава за счет застарелого повреждения передней коллатеральной связки правого коленного сустава; сросшегося синтезированного перелома обеих костей правого предплечья в средней трети; хронического болевого синдрома; нарушения функции правой нижней конечности 1 степени.

Выше указанные последствия имевшейся у ФИО1 сочетанной травмы, полученной в ДТП 30.12.2017г, привели к стойким незначительным нарушениям функции организма и позволяют выполнять работу по профессии водителя с уменьшением объема профессиональной деятельности (снижение нормы выработки на 1/Зч. прежней загрузки), что приводит к установлению 30 (тридцати)% утраты профессиональной трудоспособности с 21.02.2019г сроком на год (Постановление №56 Министерства труда и социального развития РФ «Об утверждении временных критериев степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 18.07.2001 г, р. III п. 28 «а»).

Черепно-мозговая травма, повлекшая за собой развитие посттравматической энцефалопатии в форме правосторонней пирамидной недостаточности, астеновегетативного синдрома и нейропатией 1 ветви правого тройничного нерва с нарушением чувствительности согласно п.Зв «Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности» приказа МЗиСР РФ №194н от 24.04.2008 года вызывает стойкую утрату общей трудоспособности в размере 15 (пятнадцати) %.

Нарушение функции левого бедра в виде посттравматической контрактуры левого тазобедренного сустава 1 ст.; посттравматической контрактуры левого коленного сустава 1 ст., согласно п.114а «Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности» приказа МЗиСР РФ №194н от 24.04.2008 года вызывает стойкую утрату общей трудоспособности в размере 30 (тридцати) %.

По указанным выше последствиям перенесенной сочетанной травмы, полученной в ДТП 30.12.2017г ФИО1 нуждается в санаторно- курортном лечении нуждается ежегодно, 1 раз в год, в условиях местного климата, длительностью 21-24 дня.

Таким образом, истцу был причинен тяжкий вред здоровью.

Так разрешая заявленные исковые требования, установив, что прямая причинно-следственная связь, между нарушением ФИО3 правил дорожного движения с наступившими последствиями в виде причинения ФИО1 тяжкого вреда здоровью нашла свое подтверждение, исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению частично:

Абзацем вторым статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Для применения такой меры ответственности, как компенсация морального вреда, юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с повреждением здоровья и причинения тяжкого вреда здоровью.

Суд полагает необходимым указать, что не могли не оказать негативного влияния на психологическое состояние истца повреждения здоровью, полученные травмы в ДТП, длительность лечения и его беспомощное состояние в период после проведенных операций в том числе, поскольку истец был выписан из стационара в обездвиженном состоянии в виду чего длительное время лежал, не мог обслуживать себя, подниматься.

Суд принимает во внимание представленные доказательств причинения ему физических страданий, выразившихся в ухудшении состояния его здоровья в связи с полученными травмами и наступившими последствиями (хромота, укороченность одной ноги, шрам на лице, постоянные боли при ходьбе, не возможности длительное время ходить, работать).

Определяя размер такой компенсации, суд исходит из положений ст. 1101, 151 ГК РФ, а также Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", которыми определено, что степень нравственных страданий истца, связанных с его индивидуальными особенностями, в частности количество перенесенных операций, длительность лечения, а так же то, что истец до настоящего времени вынужден проходит лечение поскольку до сих пор испытывает боли, имеет хромоту на одну ногу, которая короче другой, шрам на лице, его личные переживания в период лечения (невозможности двигаться, обслуживать себя), принимая во внимание молодой возраст и не возможность в полном объеме вести полноценно жизнь, не возможность трудиться в полной мере, а также требования разумности и справедливости, определяет ко взысканию в пользу ФИО1 с ответчика ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 200 000 руб.

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, следует оставить без удовлетворения в виду того, что ФИО2 является ненадлежащим ответчиком по делу по вышеприведенным основаниям. 

В соответствии со ст103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ с ФИО3 подлежит взысканию госпошлина в доход местного бюджета, по требованиям неимущественного характера– 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО3 в доход местного бюджета госпошлину в сумме 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Железнодорожный суд г. Красноярска в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 17 мая 2019года

Судья подпись

копия верна:

судья Копеина И.А.