Дело № 2-36/2024 Изготовлено 17 мая 2024 г. 

УИД: 76RS0015-01-2023-001731-83

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 мая 2024 года г. Ярославль

Ленинский районный суд г. Ярославля в составе председательствующего судьи Панюшкиной А.В., с участием старшего помощника прокурора Ленинского района г. Ярославля Ковальской О.А., при секретаре Ивановой А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному автономному учреждению здравоохранения Ярославской области «Клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.В. Соловьева» о компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ГАУЗ ЯО «Клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.В. Соловьева», просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб. 

В обоснование иска (с учетом уточнений) указано, что ДД.ММ.ГГГГ истица получила травму позвоночника, упав со стремянки на уровне 2 метров. В связи с полученной травмой она обратилась в травмопункт больницы им. Н.В. Соловьева, где ей поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. В соответствии с поставленным диагнозом назначено лечение: холод и движение. Истице выписан больничный лист для прохождения лечения. Однако, на протяжении длительного времени улучшения здоровья не происходило, наоборот, истица стала испытывать сильные боли в области спины. В поликлинике по месту жительства, в 

<

адрес>, ей выдано направление на МРТ. В результате диагностики от ДД.ММ.ГГГГ вынесено заключение: 

<

данные изъяты>. Согласно справке врача приемного отделения от ДД.ММ.ГГГГ истице поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>, то есть при первоначальном обращении истицы в больницу им. Соловьева ей поставлен неверный диагноз, и соответственно назначено лечение, не соответствующее тяжести заболевания. В настоящее время истица уже на протяжении семи месяцев находится на больничном, испытывает физические и нравственные страдания, считает, что если бы ей сразу был поставлен верный диагноз, и назначено соответствующее лечение, то здоровье восстановилось бы быстрее, и протекало не так долго. Истица считает, что в действиях врачей травмопункта присутствует причинно-следственная связь между действиями врачей и наступившими последствиями. В связи с наступившими последствиями из-за некачественного оказания медицинских услуг истица испытывает физические, моральные и нравственные страдания, которые выражаются в том, что истица до настоящего времени находится на больничном, испытывает сильные боли в области позвоночника, лечение протекает медленно. Она несет финансовые потери, так как не знает, когда сможет приступить к исполнению своих рабочих обязанностей, а кроме того, у нее сильные ограничения по применению физических нагрузок.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель по устному ходатайству ФИО3 исковые требования поддержали, просили их удовлетворить в полном объеме, дали пояснения аналогичные тексту искового заявления. 

Представители ответчика ГАУЗ ЯО «Клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.В. Соловьева» по доверенности ФИО4, ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признали, просили отказать в удовлетворении исковых требований, считали, что причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившими последствиями в виде травмы и длительного лечения истицы не имеется. Также пояснили, что на снимке МРТ истца видно, что произошло полное сращение перелома без смещения. При переломе крестца иррадиация в ногу не происходит, это происходит при остеохондрозе, который был у истца и раньше. Исследования проводились, исходя из показаний. Жалобы были на боль в грудной клетке и одышку, если у истца не ходила нога, то это последствия пояснично-крестцового остеохондроза. Возможно, длительное лечение было из-за него. считали, что экспертное заключение должно быть положено в основу решения суда, дефектов при оказании первой медицинской помощи не установлено. Для проведения дополнительных исследований, согласно приказу Минздрава, оснований не было. Выраженный поясничный болевой синдром связан с наличием неврологического заболевания. Вред истцу причинен не лечением, а травмой, которую она получила самостоятельно. 

Третье лицо ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признал, поддержал письменный отзыв на исковое заявление. Дополнительно пояснил, что истица направлена для компьютерной томографии органов грудной клетки. Пациентка пришла после травмпункта с подозрением на перелом грудной области позвоночника. 

Третьи лица ФИО7, ФИО8, представители третьих лиц Департамента фармации и здравоохранения Ярославской области, ГУЗ ЯО «Ярославская центральная районная больница» в судебное заседание не явились, судом о времени и месте рассмотрения дела уведомлены надлежащим образом. 

Эксперт ФИО2 в судебном заседании доводы экспертного заключения поддержала, указала что дефектов оказания медицинской помощи выявлено не было. Все необходимые обследования выполнены в травмпункте на основании жалоб. Было подозрение на перелом позвонка. Пациент направлена к нейрохирургу. Жалобы были на боли в груди и одышку. Врач-нейрохирург не может выйти за рамки назначенных исследований, на которые пациент направлен. Боль при ушибе и при переломе может быть одинаковой. Очень трудно при рентгене в одной проекции выявить 

<

данные изъяты>. Другая проекция, возможно, выявила бы перелом. На рентгене перелома не было видно. Пациентке проведены все исследования. Выставлен обоснованный диагноз: 

<

данные изъяты>. 

Методика лечения 

<

данные изъяты> схожи, разница только в периоде: покой, ограничение физической нагрузки, прием обезболивающих и противовоспалительных препаратов. При 

<

данные изъяты> выполняют рентген в трех проекциях: передне-задняя проекция, боковая проекция, косая проекция. Истцу проведен рентген только в одной проекции.

Судом, с учетом мнения сторон, определено рассмотреть дело при данной явке. 

Выслушав стороны, третье лицо, эксперта, исследовав письменные материалы дела, выслушав мнение прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить исковые требования, определив сумму компенсации морального вреда с учетом принципов разумности и справедливости, суд пришел к следующему. 

Конституцией Российской Федерации провозглашено, что в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей.

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (п. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Положениями ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" предусмотрены основные понятия, используемые в настоящем Федеральном законе.

Так, здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1);

медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п. 3);

медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (п. 4);

диагностика - комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патолого-анатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий (п. 7);

качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21).

В соответствии со статьей 4 Федерального закона от 21.11.2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" основными принципами охраны здоровья являются, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий (пункт 1); приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи (пункт 2); доступность и качество медицинской помощи (пункт 6); недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункт 7).

В соответствии с пунктом 21 статьи 2 Федерального "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (п. 1 ст. 37 Федерального закона от 21.11.2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно п. 2 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

На основании п. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании установлено, что по данным представленной медицинской документации ФИО1 обратилась самостоятельно в травмпункт ГАУЗ ЯО «Клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.В. Соловьева» ДД.ММ.ГГГГ с жалобами на боль в грудном, поясничном отделах позвоночника, в области таза слева. У нее был собран анамнез (упала с 2-х метров), и в травмпункте проведено рентгенологическое исследование: рентгенография грудного отдела позвоночника, поясничного отдела позвоночника, рентгенография таза. По клиническим данным и данным дополнительных методов обследования выставлен предварительный диагноз: 

<

данные изъяты> и дано направление к врачу-нейрохирургу в приемное отделение ГАУЗ ЯО «Клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.В. Соловьева» для исключения компрессионного перелома Тh2 и нейрохирургической патологии.

В приемном отделении ГАУЗ ЯО «Клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.В. Соловьева» ФИО1 осмотрена врачом-нейрохирургом, уточнены жалобы (боль в груди, одышка), собран анамнез, проведены дополнительные исследования: компьютерная томография (КТ) органов грудной клетки, ультразвуковое исследование (УЗИ) органов брюшной полости, плевральных полостей. Был выставлен диагноз: 

<

данные изъяты> даны рекомендации: ограничение физической нагрузки на 14 дней, прием нестероидных противовоспалительных средств при боли, противовоспалительные мази местно, наблюдение и лечение у хирурга поликлиники по месту жительства (с явкой ДД.ММ.ГГГГ.).

ФИО1 продолжала лечение у хирурга поликлиники по месту жительства с ДД.ММ.ГГГГ Ввиду того, что у нее сохранялись периодические боли в поясничном отделе позвоночника (по данным амбулаторной карты), ДД.ММ.ГГГГ хирургом поликлиники для исключения перелома L4-S1 (с уровня 4-го поясничного позвонка по 1-ый позвонок крестца) дано направление на рентгенографию поясничного крестцового отдела позвоночника в 2-х проекциях. ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ самостоятельно выполнила магнитно-резонансную томографию (МРТ) пояснично-крестцового отдела позвоночника, по результатам которой выявлены 

<

данные изъяты>. С результатами данного исследования ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ обратилась в приемное отделение ГАУЗ ЯО «Клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.В. Соловьева», где после проведения ей компьютерной томографии костей таза диагноз уточнен: 

<

данные изъяты> Пациентке даны следующие рекомендации: наблюдение хирурга по месту жительства, анальгетики при болях, сидеть на подушке для беременных до стихания болевого синдрома, рентген-контроль через 1,5 месяца амбулаторно.

ФИО1 проходила стационарное лечение в ГБУЗ ЯО «Областная клиническая больница» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом 

<

данные изъяты> Проведено консервативное лечение (противовоспалительное, обезболивающее, гастропротекторное), ФИО1 выписана в удовлетворительном состоянии для дальнейшего лечения у невролога по месту жительства.

Судом по делу назначена комплексная (комиссионная) судебно-медицинская экспертиза. По результатам проведенного 

<

данные изъяты> исследования №, выявлено следующее. 

При ответе на вопрос «имелись ли дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 при обращении ее ДД.ММ.ГГГГ в травмопункт Государственного автономного учреждения здравоохранения Ярославской области «Клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.В. Соловьева»?», экспертная комиссия пришла к следующему. 

Экспертная оценка оказания медицинской помощи ФИО1, оказываемой при обращении ДД.ММ.ГГГГ в травмопункт ГАУЗ ЯО «Клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.В. Соловьева», основывалась на следующих нормативных документах: -приказе Министерства здравоохранения РФ от 15 мая 2012 года №543н «Об утверждении Положения об организации оказания первичной медико-санитарной помощи взрослому населению», -приказе Министерства здравоохранения РФ от 12 ноября 2012 года №901н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия», -приказе Министерства здравоохранения РФ от 10.05.2017 г. №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». Нарушений указанных нормативных документов экспертной комиссией не выявлено. Экспертная комиссия считает необходимым отметить, что имеющиеся Клинические рекомендации 

<

данные изъяты> применяются при непосредственно установленном диагнозе. ФИО1 в травмпункте ГАУЗ ЯО «Клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.В. Соловьева» по объективным клиническим данным и данным дополнительных методов обследования обосновано был выставлен диагноз: 

<

данные изъяты> и дано направление в приемное отделение к врачу-нейрохирургу для исключения компрессионного перелома Тh 2 и нейрохирургической патологии. Диагноз, выставленный ФИО1 соответствовал предъявляемым жалобам и объективным признакам, выявленным в ходе её дообследования. Экспертная комиссия отмечает, что по данным литературы, переломы крестца относятся к уникальным и относительно редким переломам, что является причиной недостаточного опыта их диагностики в рутинной практике травматологов-ортопедов в сравнении с переломами других сегментов костно-мышечной системы. По данным зарубежных исследователей, у 50% пациентов переломы крестца не диагностируют при первичном обследовании, включающем рентгенографию в передне-задних проекциях. Кроме того, у 30 % пострадавших 

<

данные изъяты> на обзорной рентгенограмме таза распознаются неверно. Клинические проявления стабильного, не нарушающего непрерывность тазового кольца, 

<

данные изъяты> (имевшегося у ФИО1 при ретроспективой оценке) в большинстве случаев неспецифические, и могут выражаться лишь в локальной припухлости, болях при пальпации 

<

данные изъяты>. По данным современной медицинской литературы инструментальное обследование таза при подозрении на травматическое повреждение таза в первую очередь включает рентгенографию в передне-задней проекции (прямой проекции), что и было выполнено ФИО1 Учитывая жалобы, предъявляемых ФИО1 (боль в области таза слева) и анамнез (падение с высоты 2-х метров) проведение рентгенографии таза с использованием дополнительных (боковых и/или косых) проекций несколько повысило бы вероятность выявления 

<

данные изъяты>, не видимого на прямой проекции. Однако, подозрение на ту или иную патологию возникает естественным образом при сопоставлении ее характерных описаний с имеющимися симптомами, которых в данном конкретном случае при обращении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в травмопункт не было (в карте из травмопункта объективные симптомы, позволяющие заподозрить 

<

данные изъяты>, не указаны).

При ответе на вопрос: «возможно ли было в момент обращения ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в травмопункт Государственного автономного учреждения здравоохранения Ярославской области «Клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.В. Соловьева» выставить диагноз 

<

данные изъяты>, а не 

<

данные изъяты>, исходя из анамнеза, жалоб, объема исследований, проводимых на амбулаторном этапе?», эксперты указали, что ответить на данный вопрос в представленной формулировке не представляется возможным. Несмотря на то, что проведение рентгенографии таза, не только в прямой проекции, но и с использованием дополнительных (боковых и/или косых) проекций повышает вероятность выявления 

<

данные изъяты>, переломы костей таза (в том числе 

<

данные изъяты>) на рентгенограммах часто остаются невыявленными из-за сложности получения адекватной визуализации, что наиболее характерно при повреждениях костных структур, формирующих задний отдел тазового кольца. Чувствительность рентгенологического исследования для выявления переломов крестца любой этиологии, крайне низкая и колеблется от 10 до 30%. В связи с этим отсутствие рентгенологической картины перелома крестца при сохраняющемся болевом синдроме является показанием к проведению КТ, чувствительность которой достигает 68-88%, в разы опережая рентгенологическое исследование.

В ответ на вопрос «Должно ли повлиять на изменение тактики лечения пациента, изменение в диагнозе с 

<

данные изъяты> на 

<

данные изъяты>?», эксперты пришли к следующему заключению. Лечение пациентов с повреждениями таза и тазовых органов на госпитальном этапе может быть консервативньм и оперативным. Консервативными методами лечат больных со всеми разновидностями переломов костей таза, разрывов лонного симфиза и крестцово-подвздошного сочленения без значительного смещения. Оперативные методы лечения используют при невозможности сопоставить отломки тазовых костей консервативным путем, при застарелых разрывах лонного симфиза и крестцово-подвздошного сочленения, разрывах мочевого пузыря, уретры и прямой кишки. Тактика лечения перелома крестца несколько отличается от тактики лечения при ушибе мягких тканей области таза, а именно, она сводится к более длительному периоду реабилитации пациента, в том числе строгому постельному режиму до 8 недель, «не сидеть» 3 месяца, медленному расширению нагрузки на осевой скелет.

<

данные изъяты> - это важные травмы с точки зрения заболеваемости с высокой частотой длительного неврологического дефицита. 

<

данные изъяты>, часто не диагностированные и не леченные, нередко приводят к неврологическим симптомам и нарушениям функции нижних конечностей. Однако, эти же стойкие неврологические нарушения часто остаются основными хроническими последствиями после заживления своевременно выявленных повреждений таза. В данном конкретном случае, период от неточного (ДД.ММ.ГГГГ) г. до верифицированного диагноза (данные МРТ таза от ДД.ММ.ГГГГ и КТ таза от ДД.ММ.ГГГГ.) составил 3 недели, в течение которых ФИО1 проводилась реабилитация по поводу ушиба мягких тканей области таза, а не перелома крестца (противовоспалительная терапия, ограничение физической нагрузки). В исходе травмы - полное сращение перелома крестца без смещения (по данным оценки протокола МРТ позвоночника от ДД.ММ.ГГГГ членом экспертной комиссии), а последующие лечебные мероприятия были направлены на коррекцию сопутствующих заболеваний, в том числе посттравматического обострения остеохондроза пояснично-крестцового отдела позвоночника с вертеброгенным синдромом (по данным амбулаторной карты). Выраженный 

<

данные изъяты>, по поводу которого ФИО1 получала лечение в ГБУЗ ЯО «Областная клиническая больница», связан с неврологическими последствиями травмы, полученной ДД.ММ.ГГГГ а также с наличием уже имеющегося заболевания - 

<

данные изъяты>. Своевременное установление диагноза 

<

данные изъяты> у ФИО1 и изменение тактики лечения не гарантировало отсутствие неврологических последствий. Вред здоровью при оказании медицинской помощи ФИО1 в ГАУЗ ЯО «Клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.В. Соловьева» не был причинен. Вред здоровью причинен травмой, полученной ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, и ее последствиями.

Экспертное заключение составлено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ. Ответчик, истец о назначении повторной экспертизы ходатайств не заявляли. Заключение эксперта отвечает требованиям ст. ст. 55, 59 - 60 ГПК РФ, содержит подробное описание результатов исследования, выводы эксперта мотивированы, основаны на исследовании документов. Оснований не доверять выводам указанной экспертизы, сомневаться в них, у суда не имеется, эксперт имеет необходимую квалификацию, предупрежден об уголовной ответственности и не заинтересован в исходе дела. Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, сторонами не представлено. 

Из нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, в системной взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающими основания и условия ответственности за причинение вреда, следует, что медицинские организации несут ответственность за нарушение права граждан на охрану здоровья и обязаны возместить причиненный при оказании гражданам медицинской помощи вред, в том числе моральный вред.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на охрану здоровья и медицинскую помощь), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Факт выставления неверного диагноза ФИО1 нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, данное обстоятельство привело к назначению истцу в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ неверного лечения, поскольку согласно экспертному заключению тактика лечения 

<

данные изъяты> несколько отличается от тактики лечения 

<

данные изъяты> мягких тканей области таза, а именно, она сводится к более длительному периоду реабилитации пациента, в том числе строгому постельному режиму до 8 недель, «не сидеть» 3 месяца, медленному расширению нагрузки на осевой скелет. В указанный период времени истцу рекомендовано ограничить нагрузку, при этом разъяснений о строгом постельном режиме, «не сидеть» не последовало, что является безусловным дефектом диагностики и проведенного лечения истице. 

Таким образом, лечебным учреждением при оказании медицинской помощи ФИО1 допущены недостатки и, как следствие, нарушено личное неимущественное право истца на охрану здоровья, что повлекло причинение ей нравственных страданий, в связи с чем истец имеет право на компенсацию морального вреда.

Учитывая изложенные обстоятельства, исходя из индивидуальных особенностей истца, характера физических и нравственных страданий испытанных истицей вследствие некачественно оказанной медицинской помощью, степень вины Больницы перед истицей, отсутствия причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощи с дефектами и длительность лечения истца, суд определяет размер компенсации морального вреда в сумме 70000 руб., считая компенсацию в данном размере разумной и справедливой, обеспечивающей баланс прав и законных интересов сторон, защиту права на основе принципа соразмерности и пропорциональности.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию госпошлина в доход бюджета исходя из удовлетворенных требований, в сумме 300 руб. 00 коп. Истец при подаче искового заявления освобождена от уплаты государственной пошлины. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 (№) к Государственному автономному учреждению здравоохранения Ярославской области «Клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.В. Соловьева» (ИНН 

<

***>) удовлетворить частично. 

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Ярославской области «Клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.В. Соловьева» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (№) компенсацию морального вреда в размере 70000 руб. 00 коп. 

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Ярославской области «Клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.В. Соловьева» (ИНН 

<

***>) в доход бюджета муниципального образования г. Ярославль государственную пошлину в размере 300 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ярославский областной суд в течение месяца путем подачи жалобы через Ленинский районный суд г. Ярославля.

Судья А.В. Панюшкина