Дело № 2 – 96/2021

УИД 24RS0024-01-2020-001657-13

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 июля 2021 года г. Канск

Канский городской суд Красноярского края в составе: 

председательствующего судьи Блошкиной А.М., 

при секретаре Коробейниковой Ю.Е., 

с участием помощника Канского межрайонного прокурора Коробовой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Канская межрайонная больница» о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 обратились к КГБУЗ «Канская МБ» с иском о компенсации морального вреда в сумме 900 000 руб. каждой, возмещении судебных расходов на оплату услуг представителя в сумме 20 000 руб., в счет уплаченной госпошлины – по 300 рублей, ссылаясь на то, что их мать и бабашка фио вследствие ненадлежащего оказания медицинских услуг ответчиком скончалась ДД.ММ.ГГГГ фио являлась для истцов самым близким и дорогим человеком, в связи с ее смертью истцы перенесли сильные переживания и нравственные страдания.

В судебное заседание истец ФИО2 не явилась, будучи извещенной о времени и месте его проведения надлежащим образом, направив соответствующее заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие, истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, по основаниям, в нем подробно изложенным, дополнительных пояснений в обоснование иска не заявила; кроме того, не согласившись с выводами экспертов в рамках назначенной и проведенной судебной экспертизы, стороной истца было заявлено ходатайство о проведении в рамках дела повторной судебной экспертизы, с поручением её проведения иному экспертному учреждению, с постановкой вопросов, предложенных истцом по тексту ходатайства.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении указанного ходатайства стороне истца было отказано по основаниям, в нем подробно изложенным 

Представитель ответчика КГБУЗ «Канская МБ» в судебном заседании участия не принимал, о времени и месте его проведения извещены надлежащим образом, ранее направив в суд отзыв на исковое заявление, в котором просили отказать в удовлетворении иска в связи с тем, что причинно-следственная связь между наступившими последствиями и действиями сотрудников ответчика отсутствует.

Представитель третьего лица – ООО «СМК РЕСО-Мед» (правопреемник АО МСО «Надежда»), третьи лица на стороне ответчика ФИО7, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО9, в судебное заседание также не явились, будучи извещенными надлежащим образом. 

В силу п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства. 

В соответствии с положениями ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, злоупотребление правом не допускается. Согласно ч. 1 ст. 35 ГПК РФ, лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими процессуальными правами. 

В силу ч. 2.1 ст. 113 ГПК РФ, органы государственной власти, органы местного самоуправления, иные органы и организации, являющиеся сторонами и другими участниками процесса, могут извещаться судом о времени и месте судебного заседания или совершения отдельных процессуальных действий лишь посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в указанный в части третьей данной статьи срок, если суд располагает доказательствами того, что указанные лица надлежащим образом извещены о времени и месте первого судебного заседания. 

Такие лица, получившие первое судебное извещение по рассматриваемому делу, самостоятельно предпринимают меры по получению дальнейшей информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи, и несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия ими мер по получению информации о движении дела, если суд располагает сведениями о том, что данные лица надлежащим образом извещены о начавшемся процессе, за исключением случаев, когда меры по получению информации не могли быть приняты ими в силу чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств.

Суд, с учетом мнения явившихся участников процесса, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте его проведения надлежащим образом, и, заслушав истцов, исследовав письменные материалы дела, принимая во внимание заключение помощника Канского межрайонного прокурора Коробовой Е.А., полагавшей, что, с учетом установленных по делу обстоятельств, моральный вред с ответчика в пользу истцов подлежит возмещению частично, а в части судебных расходов – в полном объеме, полагает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации». Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). 

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи. 

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пп. 3, 9 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В п. 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. 

Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами гл. 59 (ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ. Согласно п.п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. 

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. 

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй п. 8 постановления Пленума от 20 декабря 1994 г. № 10).

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. 

Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. 

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый п. 32 постановления Пленума от 26 января 2010 г. № 1).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. 

Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом при рассмотрении дела установлено, что истцы ФИО1 и ФИО2 являются дочерью и внучкой фио, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, соответственно. ДД.ММ.ГГГГ фио скончалась дома по адресу: 

<

адрес>.

Из пояснений истцов, отраженных в исковом заявлении, следует, что ДД.ММ.ГГГГ по направлению участкового врача поликлиники № фио была направлена в КГБУЗ «Канская межрайонная больница» для уточнения диагноза «пневмония» и проведения лечения. Основанием для направления на госпитализацию послужили высокая температура тела - 39.5 в течение трех дней, затрудненное дыхание, слабость, одышка, кашель. До направления на госпитализацию по вызову истцов неоднократно выезжала «Скорая помощь», однако, какой-либо медицинской помощи при этом оказано не было, сотрудники «скорой» утверждали, что фио умирает, забирать ее в больницу сотрудники «скорой помощи» отказывались в связи с тем, что фио не ходила, была лежащей больной, страдала деменцией. После направления на госпитализацию при помощи отряда МЧС фио была доставлена в КГБУЗ «Канская межрайонная больница», ей был сделан рентген, взят анализ крови из пальца, произведен осмотр хирургом и неврологом. После осмотра в госпитализации было отказано, врач ФИО7, ссылаясь на возраст больной, пояснил, что не видит причин для госпитализации, а имеющиеся симптомы являются следствие возраста. По приезду домой, был вновь вызван отряд МЧС, чтобы поднять фио на третий этаж, дома она потеряла сознание, температура поднялась до 40 градусов, 4 дня фио пролежала без сознания, есть и пить не могла. На протяжении нескольких дней сотрудники «скорой помощи» приезжали по вызову, однако, поясняли, что помочь ничем не могут, пытались «сбить» температуру анальгином. ДД.ММ.ГГГГ9 г. около 9 часов утра фио умерла. Спустя два месяца истцы получили акт судебно-медицинской экспертизы, согласно которому на сердце фио был рубец вследствие перенесенного инфаркта, согласно записи акта о смерти от ДД.ММ.ГГГГ установлена причина смерти – острая коронарная недостаточность.

Истцы ФИО1 и ФИО2 по тексту иска полагали, что их мать и бабушка умерла вследствие ненадлежащего оказания медицинских услуг ответчиком. 

В ходе рассмотрения настоящего спора представителем ответчика КГБУЗ «Канская межрайонная больница» ФИО10 (на основании доверенности) было заявлено ходатайство о назначении судебно-медицинской экспертизы, в связи с чем судом была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено Отделу сложных экспертиз ГБУЗ «Иркутское областное бюро судебно-медицинской экспертизы». 

В распоряжение экспертов были представлены материалы настоящего гражданского дела, акты АО МСО «Надежда» экспертиз качества медицинской помощи, медицинская документация от КГБУЗ «Канская МБ», медицинская карта амбулаторного больного фио, журнал регистрации отказов от госпитализации, гистологический архив (фрагменты сердца, почки и печени) с маркировкой №, S19 (труп фио, ДД.ММ.ГГГГ г.р.).

Разрешая заявленные истцом требования, судом также приняты во внимание выводы, полученные экспертами в результате проведения указанной экспертизы по заключению № от ДД.ММ.ГГГГ, в частности: 

При анализе медицинских документов у фио, ДД.ММ.ГГГГ г.р., установлены заболевания: заболевания сердечно-сосудистой системы: артериальная гипертензия (с 2012 г.), ишемическая болезнь сердца (с 2016 г.), дисциркуляторная энцефалопатия (с 2012 г.); заболевания эндокринной системы: сахарный диабет (с 2018 г.); заболевания желудочно-кишечного тракта: ЖКБ ((желчекаменная болезнь) с 2012 г.), хронический панкреатит (с 2015 г.); заболевания опорно-двигательного аппарата: плечелопаточный периартроз, артроз левого плечевого сустава (с 2012 г.); остеохондроз шейного отдела позвоночника (с 2012 г.), остеохондроз пояснично-крестцового отдела позвоночника (с 2015 г.); деформирующий остеоартроз правого тазобедренного сустава (с 2016 г.); заболевания органов зрения: катаракта правого глаза (с 2012 г.), новообразование кожи нижнего века (с 2013 г.); заболевания кожи: атопический дерматит (с 2018 г.).

Смерть фио, ДД.ММ.ГГГГ г.р., последовала от заболевания - ишемической болезни сердца в форме внезапной сердечной смерти по типу острого коронарного синдрома, осложнившегося фибрилляцией миокарда, острой сердечной недостаточностью на фоне тяжелой сопутствующей патологии - гипертонической болезни и сахарного диабета 2 типа. Изложенный вывод о причине смерти подтверждается:

- морфологическими признаками стенозирующего атеросклероза венечных артерий - просвет коронарных сосудов сужен за счет атеросклеротических бляшек на 1/2; внутренняя оболочка аорты с большим количеством бляшек;

- морфологическими признаками длительно существующей гипертонической болезни в виде резко увеличенной массы сердца 500 г (при верхней границе нормы 374 г (Макроскопический и органометрический анализ сердца в патологии: пособие для врачей / ФИО11, ФИО12; под ред. проф. ФИО13. Санкт-Петербург: ГПАБ, 1998 г.) и выраженной гипертрофии левого желудочка (ГЛЖ) 2 см (при верхней границе нормы до 1.1 см);

- данными гистологического исследования - поля фрагментации сократительных волокон; признаки спазма мелких интрамуральных артерий.

- данными карты амбулаторного больного № КГБУЗ «Канская межрайонная больница»: многолетнее течение гипертонической болезни и сахарного диабета.

Кроме того, экспертная комиссия отметила, что ведущую роль гипертонической болезни в реализации наиболее тяжелых последствий. Степень выраженности ГЛЖ (гипертрофии левого желудочка) является важнейшим фактором сердечно-сосудистого риска у больных с гипертонической болезнью, в частности, утолщение стенки левого желудочка на 1 мм увеличивает риск смертельных осложнений в 7 раз. У фио толщина левого желудочка на 9 мм выше нормы. 

В то же время сама гипертрофия миокарда оказывает неблагоприятное воздействие на перфузию (кровоснабжение) Миокарда. При наличии ГЛЖ значительно увеличивается частота возникновения сердечных осложнений (у мужчин в 3 раза, у женщин в 5 раз), в том числе инфаркта миокарда (в 3 раза), внезапной смерти (в 3-5 раз), сложных желудочковых аритмий, развития сердечной недостаточности (в 5 раз) и отмечается более высокая смертность вследствие сердечно-сосудистых причин по сравнению с лицами, не имеющими гипертонической болезни.

Таким образом, смерть фио обусловлена в первую очередь сочетанным характером поражения сердечной мышцы - течением ишемической болезни сердца на фоне длительно существующей гипертонической болезни, что привело к реализации неблагоприятных последствий в виде внезапной сердечной смерти по типу острого коронарного синдрома. Экспертная комиссия также отметила, что наличие у фио сахарного диабета 2 типа так же способствовало ухудшению состояния здоровья путем нарушения микроциркуляции во всех органах и системах.

Анализом медицинской карты амбулаторного больного № КГБУЗ «Канская межрайонная больница» установлено:ДД.ММ.ГГГГ осмотрена фельдшером на дому, произведен сбор жалоб и анамнеза, объективный и физикальный осмотр, назначено лечение; ДД.ММ.ГГГГ осмотрена фельдшером произведен сбор жалоб и анамнеза, объективный и физикальный осмотр, назначено лечение, дано направление в пульмонологическое отделение. ДД.ММ.ГГГГ произведен сбор жалоб и анамнеза, объективный и физикальный осмотр доставлена в КМБ. Тактика и методика оказания медицинской помощи фио на амбулаторном этапе лечения является верной и своевременной, медицинская помощь оказана в полном объеме, в соответствие с тяжестью состояния пациентки.

При оказании скорой медицинской помощи фио ДД.ММ.ГГГГ (карта вызова № от ДД.ММ.ГГГГ) оказание медицинской помощи соответствовало приказу Министерства здравоохранения РФ от 20.06.2013 г. № 388н «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи» (далее Порядок), а объем помощи соответствовал приказу Минздравсоцразвития РФ от 05.07.2016 г. № 459н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при пневмонии», при установлении предварительного диагноза «Застойная пневмония». На вызове также была осуществлена регистрация ЭКГ (патологии не выявлено). От предложенной транспортировки в стационар получен отказ от дочери фио, который оформлен в карте вызова (подпись в карте вызова № от ДД.ММ.ГГГГ).

При оказании скорой медицинской помощи фио ДД.ММ.ГГГГ (карта вызова № от ДД.ММ.ГГГГ) имело место несоответствие состава фельдшерской выездной бригады СМП (пункт 7 приложения 2 Порядка), а именно - медицинскую помощь оказывал один фельдшер СМП, вместо регламентированных Порядком двух фельдшеров СМП в составе бригады СМП, не выполнена глюкометрия у пациентки с сахарным диабетом, что является нарушением Приказа Минздрава России №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». Однако, скорая медицинская помощь была оказана в полном объеме на основании установленного предварительного диагноза «ОРВИ. Сосудистая деменция». Психический статус обусловлен диспиркуляторной энцефалопатией сочетанного генеза, соответствовал, описанному ранее в медицинской карте амбулаторного больного фио и не требовал дополнительных лабораторно-инструментальных методов исследования. На адресе вызова проведена медикаментозная терапия лекарственным препаратом (раствор Анальгин) в соответствие с инструкцией по применению Показаний для регистрации ЭКГ не было, ввиду отсутствия специфических жалоб и данных объективного осмотра. Стандарт оказания скорой медицинской помощи при ОРВИ отсутствует. От предложенной транспортировки в стационар получен отказ от дочери фио, который оформлен в карте вызова (подпись в карте вызова № от ДД.ММ.ГГГГ).

При оказании скорой медицинской помощи фио ДД.ММ.ГГГГ (карта вызова № от ДД.ММ.ГГГГ) состав бригады также не соответствовал п. 7 приложения 2 Порядка, в части состава фельдшерской выездной бригады СМП (один фельдшер СМП вместо регламентированных Порядком двух фельдшеров СМП), не выполнена глюкометрия у пациентки с сахарным диабетом, что является нарушением Приказа Минздрава России № 203н от 10.05.2017 г. «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». На основании жалоб, сбора анамнеза, данных объективного осмотра и дополнительных методов исследования установлен предварительный диагноз «Гипертоническая болезнь 3, риск 4. Криз неосложненный. Дисциркуляторная энцефалопатия 3 ст., смешанного генеза. Застойная пневмония? Пролежни правого бедра. Полиорганная недостаточность». Медицинская помощь оказана в соответствие с приказом Минздрава России от 05.07.2016 г. № 470н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при гипертензии»: осуществлена регистрация ЭКГ, острой коронарной патологии не выявлено, а также проведена медикаментозная терапия лекарственным препаратом Эналаприл, который не входит в вышеуказанный стандарт, но в соответствие с инструкцией по применению, показан при лечении артериальной гипертензии. Вместе с тем, имеет место гипердиагностика полиорганной недостаточности, которая указана в предварительном диагнозе и не подтверждена клинически или дополнительными методами обследования. Описана только церебральная недостаточность, как следствие энцефалопатии смешанного генеза. Вместе с тем, признаки сердечной, дыхательной недостаточности или иной системной дисфункции, доступной для оценки на догоспитальном этапе, отсутствуют. Бригадой СМП показаний для транспортировки в стационар, для госпитализации, не определены, учитывая прием лекарственных препаратов и динамическое наблюдение участковым врачом.

При оказании скорой медицинской помощи фио ДД.ММ.ГГГГ (карта вызова №) состав бригады не соответствовал п. 7 приложения 2 Порядка в части состава фельдшерской выездной бригады СМП (один фельдшер СМП вместо регламентированных Порядком двух фельдшеров СМП), не выполнена глюкометрия у пациентки с сахарным диабетом, что является нарушением Приказа М3 РФ № 203н от 10.05.2017 г. «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». Бригадой СМП скорая медицинская помощь фио оказана в соответствие с приказом Минздравсоцразвития России от 05.07.2016 г. № 459н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при пневмонии» в полном объеме, медикаментозная терапия не проводилась в виду отсутствия показаний, осуществлена транспортировка пациентки в КГБУЗ «Канская МБ» для госпитализации. Регистрация ЭКГ не входит в обязательный перечень инструментальных методов исследования при пневмонии, специфические жалобы или клинические симптомы, указывающие на коронарную патологию, отсутствовали.

При оказании скорой медицинской помощи фио на вызовах от 25.04.2019 г. № 41 и № 74 бригадами СМП на основании жалоб, анамнеза, объективного осмотра, учитывая транспортировку ДД.ММ.ГГГГ в стационар и исключения пневмонии в приемно-диагностическом отделении, выставлен диагноз «Сосудистая деменция. Полиорганная недостаточность». Стандарт оказания скорой медицинской помощи при сосудистой деменции отсутствует. Проведена медикаментозная терапия лекарственным препаратом Анальгин в соответствие с инструкцией по применению. 

Также, имеет место гипердиагностика полиорганной недостаточности, с отсутствием признаков органных дисфункций. Вместе с тем, в диагнозе не указан гипертермический синдром с интерпретацией ее причины, кроме указания на наличие пролежней в области ягодиц.

На вызове № от ДД.ММ.ГГГГ по поводу констатации смерти фио бригадой СМП на основании наличия признаков биологической смерти была констатирована биологическая смерть фио, показаний для проведения сердечно-легочной реанимации не было. 

В соответствие с постановлением Правительства РФ от 20.09.2012 г. № 950 «Об утверждении Правил определения момента смерти человека, в том числе критериев и процедуры установления смерти человека. Правил прекращения реанимационных мероприятий и формы протокола установления смерти человека» оформлен протокол установления смерти человека.

Таким образом, на основании вышеизложенного, при оказании скорой медицинской помощи фио установлены следующие недостатки: несоответствие состава фельдшерской выездной бригады СМП (пункт 7 приложения 2 Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи, утвержденного приказом Минздрава России от 20.06.2013 г. № 388н; Приказ Минздрава России № 203н от 10.05.2017 г. «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»), а именно медицинскую помощь оказывал один фельдшер СМП вместо регламентированных двух фельдшеров СМП в составе фельдшерской выездной бригады СМП, не выполнена глюкометрия у пациентки с сахарным диабетом, что является нарушением Приказа М3 РФ № 203н от 10.05.2017 г. «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» (вызов № 56 от 19.04.2019 г., вызов №41 от 22.04.2019 г., № 72 от 24.04.2019 г.), 25.04.2019 г. в диагнозе не указан гипертермический синдром с интерпретацией ее причины. 

Однако, на данных вызовах скорая медицинская помощь фио была оказана в полном объеме на основании установленного предварительного диагноза.

ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ транспортировка в стационар фио бригадой СМП не осуществлена, в виду отказа дочери пациентки. Транспортировка фио в стационар ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ не осуществлена в виду отсутствия показаний, на основании установленных предварительных диагнозов, получения медикаментозного лечения, назначенного участковым врачом и динамического наблюдения им за состоянием фио 

Полиорганная недостаточность, указанная в предварительном диагнозе, учитывая стабильное состояние, не подтверждена клинически или дополнительными методами обследования. Описана только церебральная недостаточность, как следствие энцефалопатии смешанного генеза, вместе с тем, признаки сердечной, дыхательной недостаточности или иной системной дисфункции, доступной для оценки на догоспитальном этапе, отсутствуют.

Регистрация ЭКГ у фио была осуществлена ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, признаков острой коронарной патологии не выявлено. На остальных вызовах регистрация ЭКГ не входила в обязательный перечень инструментальных методов исследования и, ввиду отсутствия специфических жалоб или клинических симптомов, указывающих на коронарную патологию, не была показана.

У фио имело место развитие внезапной сердечной смерти по типу острого коронарного синдрома вследствие ишемического дисбаланса, т.е. повышением потребности миокарда в кислороде и/или уменьшением его доставки к миокарду, не связанного с коронарным тромбозом вследствие артериальной гипертензии, спазма коронарных артерий, эндотелиальной дисфункции и т.д. Так же экспертная комиссия отметила, что у фио ДД.ММ.ГГГГ выставлен диагноз «Пролежни правого бедра».

Применительно к вопросам медико-правовой оценки качества и эффективности медицинской помощи экспертная комиссия разъяснила следующее: существуют понятия недостатков и дефектов при оказании медицинской помощи.

- Недостаток в оказании медицинской помощи - это любое несоответствие современным стандартам объема и качества, требованиям нормативных актов, регламентирующим данный вид медицинской деятельности, научно обоснованным с позиций доказательной медицины, принципам медицинской практики и теоретическим знаниям. Недостаток в оказании медицинской помощи может не являться причиной неблагоприятного исхода и не иметь с ним прямой причинной связи, то есть, не влиять на его возникновение.

- Дефект в оказании медицинской помощи - это такой недостаток в оказании медицинской помощи, который явился причиной наступившего неблагоприятного исхода либо имел с ним прямую причинную связь, то есть, повлиял на его возникновение. Установление лиц, проходящих по делу (либо в рамках проверки), их вины либо невиновности, степени ответственности - является прерогативой судебно-следственных органов и не входит в компетенцию судебных медиков.

В соответствии с п. 24 приложения к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека - ухудшение состояния здоровья человека вызванное характером и тяжестью травмы, отравления, заболевания, поздними сроками начала лечения, его возрастом, сопутствующей патологией и др. причинами, не рассматривается как причинение вреда здоровью.

Смерть фио, ДД.ММ.ГГГГ г.р., последовала от заболевания - ишемической болезни сердца в форме внезапной сердечной смерти по типу острого коронарного синдрома, осложнившегося фибрилляцией миокарда, острой сердечной недостаточностью на фоне тяжелой сопутствующей патологии - гипертонической болезни и сахарного диабета 2 типа. 

Установленные недостатки медицинской помощи в виде несоответствия состава фельдшерской выездной бригады СМП (скорой медицинской помощи), а именно - медицинскую помощь оказывал один фельдшер С МП вместо регламентированных двух фельдшеров СМП, не выполнена глюкометрия у пациентки с сахарным диабетом, ДД.ММ.ГГГГ в диагнозе не указан гипертермический синдром с интерпретацией ее причины, никоим образом не могли повлиять на течение основного заболевания у фио

Экспертной комиссией случай смерти фио рассматривается как непредотвратимый в силу тяжести имеющегося заболевания - ишемической болезни сердца на фоне гипертонической болезни и сахарного диабета, даже с учетом полноценной медикаментозной терапии и госпитализации в соответствующее профильное отделение, поскольку смерть фио является закономерным и предсказуемым следствием длительно протекающих у нее сердечно-сосудистых заболеваний.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного суда РФ от 21.12.2010 г. № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», постановка перед экспертом вопросов, связанных с оценкой деяния, разрешения которых относится к исключительной компетенции органа, осуществляющего расследование, прокурора, суда, как не входящих в компетенцию, исключается. При ответе на данный вопрос экспертная комиссия считает необходимым отметить, что согласно принятым в судебной медицине положениям (Руководство по судебной медицине, судебно-медицинская экспертиза по делам о профессиональных правонарушениях медицинских работников. Москва 2014 г.), наличие прямой причинной связи между недостатком (дефектом) в оказании медицинской помощи и неблагоприятным исходом признают:

если недостаток (дефект) в оказании медицинской помощи (услуги) явился непосредственной причиной развития неблагоприятного исхода;

если при опасном для жизни состоянии при объективной возможности проведения не были проведены необходимые лечебные мероприятия, обеспечивающие при своевременном правильном их осуществлении благоприятный прогноз в 100% случаев. 

Иными словами, по мнению экспертов, в данном случае нельзя утверждать, что в случае госпитализации с проведением интенсивной терапии фио вероятность благоприятного исхода составила бы 100%. Так, средний показатель смертности от острых форм ишемической болезни сердца в профильных кардиологических центрах, даже на Фоне полного комплексного лечения, варьирует от 12 до 26 %. 

Таким образом, прямая причинно-следственная связь между допущенными недостатками оказания медицинской помощи, медицинскими работниками КГБУЗ «Канская МБ» и наступившими последствиям в виде смерти фио отсутствует.

Оснований не доверять экспертному заключению № от ДД.ММ.ГГГГ у суда не имеется, оно при рассмотрении дела судом расценивается как допустимое доказательство. 

Проведение комиссионной судебно-медицинской экспертизы соответствует требованиям ст. 21 и 22 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения (ст. 307 УК РФ). 

Выполнившие заключение эксперты имеют высшее медицинское образование, высшие квалификационные категории по соответствующим специальностям, а также значительный стаж работы по специальности. В процессе проведения экспертизы экспертами исследованы материалы настоящего гражданского дела, иная медицинская документация, позволяющая в полном объеме разрешить по существу поставленные перед экспертами вопросы. 

Суд, при рассмотрении настоящего дела по существу, исходит из того, что судебная экспертиза качества оказания медицинской помощи (услуги) имеет специализированный характер и является целевой, ее заключение в соответствии с положениями ст. ст. 55, 56, 58, 60, 79, 80 ГПК РФ является единственным допустимым доказательством при разрешении спора о качестве оказания медицинской помощи (услуги), характера и степени тяжести причиненного вреда здоровью пациента.

При этом, следует отметить, что отсутствие прямой причинно-следственной связи между упущениями врачей и последствиями, наступившими для фио, не может являться основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, поскольку, согласно выводам экспертного заключения, объем проведенных фио лечебных мероприятий был не полным, медицинская услуга в любом случае была оказана не в полном объеме.

Так, согласно актам качества медицинской помощи и экспертным заключениям (протоколам оценки качества медицинской помощи) АО МСО «Надежда» от ДД.ММ.ГГГГ, при оказании помощи больной фио сделан вывод о том, что имело место ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и лечебных мероприятий, не в соответствии с действующими протоколами ведения, Стандартами медицинской помощи и Клиническими рекомендациями; не выполнена глюкометрия при сахарном диабете у фио, нет обоснования «сосудистая деменция», не выполнено ЭКГ исследование, не уточнено проявление галлюцинаций, не предложена госпитализация больной с диагнозом «застойная пневмония», нет обоснования диагноза «полнорганная недостаточность», не описан неврологический статус, не уточнены степень и причина комы, нет описания пролежней, со ссылкой на подробное описание и обоснование дефектов – в экспертных заключениях, также представленных в материалы дела. 

Как упоминалось ранее, согласно ст. 1101 ГК РФ, характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

Суд полагает, что именно медицинское учреждение обязано предоставить доказательства своей невиновности в причинении вреда жизни или здоровью пациента, исходя при этом из того, что даже отсутствие причинной связи между ненадлежащим лечением и неблагоприятными изменениями в здоровье пациента не равносильно невиновности медицинского учреждения. 

В силу ст. 401 ГК РФ, лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности; при этом, лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства, чего в рамках рассматриваемого дела установлено не было.

Все перечисленные выше доказательства в совокупности, позволяют суду прийти к выводу о некачественном оказании медицинской помощи фио, что в силу приведенных выше положений материального права является достаточным основанием для взыскания с ответчика – КГБУЗ «Канская межрайонная больница» в пользу истцов компенсации морального вреда, которые вправе были рассчитывать на квалифицированную и своевременную медицинскую помощь своему близкому родственнику. 

Отдельно суд отмечает, что доводы истца ФИО1 относительно того, что у неё на текущий момент не имеется возможности предоставить независимое заключение специалиста относительно причин смерти фио, равно как и относительно тех доводов, которые отражены в экспертном заключении, на момент рассмотрения дела существу на правильность выводов суда не могут повлиять, кроме того, суд отмечает, что ранее по ходатайству истца суд уже откладывал рассмотрение дела именно для предоставления истцом дополнительных доказательств по делу, вместе с тем, каких-либо иных данных в обоснование иска стороной истцов в материалы дела представлено не было.

Разрешая спор по существу, суд исходит из того, что из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 ГК РФ следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину при оказании ему медицинской помощи, а равно как в случае оказания ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого пациента, другими близкими ему людьми, поскольку в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи такому лицу, лично им в силу сложившихся семейных отношений, характеризующихся близкими отношениями, духовной и эмоциональной связью между членами семьи, лично им также причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).

Вместе с тем, суд отмечает, что в части оценки причиненных истцам нравственных и физических страданий (морального вреда), суд был ограничен лишь теми доводами, которые были отражены истцами по тексту иска, поскольку истец ФИО2 (внучка умершей) в судебном разбирательстве личного участия не принимала, направив ряд ходатайств о рассмотрении дела в свое отсутствие (при условии, что явка истцов судом признавалась обязательной именно для возможности при непосредственном участии истцов в судебном процессе и дачи ими пояснений по сути спора и исковых требований в полной мере оценить степень тех страданий, которые испытали истцы, что, в свою очередь, имеет значение для определения конкретного размера компенсации морального вреда в его денежном эквиваленте), а истец ФИО1 в ходе судебного заседания каких-либо дополнительных пояснений относительно обоснования иска, в том числе, по сумме причиненного морального вреда, помимо тех доводов, которые первоначально были изложены по тексту иска, не представила, от участия в судебных прениях отказалась. 

При этом, суд исходит из факта совместного проживания истцов с умершей на дату смерти, их близкие родственные связи, степень утраты близкого человека и обстоятельства смерти фио, о чем подробно истцами указано по тексту иска. 

Вместе с тем, в части доводов со стороны истца ФИО2 относительно возникновения на фоне утраты бабушки проблем со здоровьем, в частности, гормонального сбоя, стрессовой аллопеции (выпадения волос), в подтверждение чего истцом представлена копия заключения врача Клиники современной трихологии (

<

адрес>) ФИО14, без соответствующих выводов в указанном заключении относительно причин поставленного диагноза, даты его постановки, в подтверждение данных доводов судом не может быть принят.

Также суд не может считать обоснованными доводы истцов о наличии оснований для компенсации морального вреда в части того, что по факту заболевания фио, имевшего место гораздо ранее её смерти в апреле 2019 г., а именно – на протяжении 7 лет, истица ФИО2 не могла продолжать активную общественную жизнь, поскольку несла ответственность за состояние родного человека, была вынуждена уволиться с работы и переехать к маме с бабушкой, чтобы ухаживать за фио, поскольку это обстоятельства, сами по себе, имели место по причине заболевания фио более 7 лет назад, а не по причине действий КГБУЗ «Канская МБ», как таковых.

При определении размера компенсации морального вреда, суд, с учетом приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, исходит из установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств дела, учитывает характер нравственных страданий и переживаний каждого из истцов вследствие некачественного оказания медицинской помощи их близкому родственнику, с учетом тех обоснований, которые истцами положены в основу своих требований, степень вины причинителя вреда, а также требования разумности и справедливости, с учетом правового статуса и материального положения ответчика, и находит возможным определить размер морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца ФИО1 (дочери умершей) в сумме 300 000 рублей, в пользу истца ФИО2 (внучки умершей) – в сумме 150 000 рублей.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ. Согласно ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Согласно правовой позиции Конституционного суда РФ, выраженной в Определении от 20.10.2005 г. № 355-0, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым – на реализацию требований ст. 17 (часть 3) Конституции РФ. 

По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (например, решение суда первой инстанции, определение о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения, судебный акт суда апелляционной, кассационной, надзорной инстанции, которым завершено производство по делу на соответствующей стадии процесса). Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек. Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 4 ст. 1 ГПК РФ). 

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст.ст. 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ). Согласно разъяснениям, изложенным в п. 15 постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанным с рассмотрением дела» расходы представителя, необходимые для исполнения его обязательства по оказанию юридических услуг, например расходы на ознакомление с материалами дела, на использование сети «Интернет», на мобильную связь, на отправку документов, не подлежат дополнительному возмещению другой стороной спора, поскольку в силу статьи 309.2 ГК РФ такие расходы, по общему правилу, входят в цену оказываемых услуг, если иное не следует из условий договора (часть 1 статья 100 ГПК РФ). При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. 

В обоснование своих требований в части понесенных судебных расходов истцом в материалы дела был представлен договор об оказании юридических услуг от 10.02.2020г. №, заключенный между истцом ФИО1 и ФИО15, согласно которому составление искового заявления – 8 000 рублей, представительство в суде – 12 000 рублей, также в материалах дела имеется расписка в получении денежных средств на сумму 20 000 руб. от ФИО1 по указанному договору со стороны ФИО15 

Таким образом, разрешая вопрос о судебных расходах, суд исходит из того, что истец обращалась за консультированием к ФИО15, был заключен договор от ДД.ММ.ГГГГ об оказании юридических услуг, услуги были истцом оплачены в части составления искового заявления, и, в последующем, по составлению возражений, отзывов и ходатайств в ходе рассмотрения дела, отмечая при этом, что непосредственного участия в судебном разбирательстве указанное лицо – ФИО15 не принимал, истец ФИО1 лично принимала участие в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ.

Исследовав обстоятельства по делу, учитывая объем работы, выполненной по данному делу со стороны истца через ФИО15 в ходе рассмотрения дела, при составлении искового заявления и в ходе рассмотрения дела по существу, а также сложность и характер спора, принимая во внимание, что исковые требования о компенсации морального вреда, заявленные в исковом заявлении, судом были удовлетворены частично, руководствуясь принципом разумности и соразмерности, с учетом всей совокупности обстоятельств, суд считает разумным и справедливым взыскать с ответчика по делу судебные расходы, понесенные истцом ФИО1 в следующих размерах: за составление искового заявления и иных процессуальных документов ходе рассмотрения дела – в сумме 5 000 руб., в ином оснований для взыскания судебных расходов в пользу истца со стороны ответчика суд не усматривает.

При этом, следует отметить, что правило о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Государственная пошлина за требование неимущественного характера, не подлежащего оценке (компенсация морального вреда) составляла 300 руб., от ее уплаты истцы были освобождены на основании п. 3 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, вместе с тем, при подаче иска, каждая из истиц уплатила госпошлину в размере 300 руб., в подтверждение чего представлены квитанции по оплате (чеки-ордера ПАО Сбербанк)

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, в связи с чем с ответчика КГБУЗ «Канская МБ» подлежит взысканию сумма госпошлины – по 300 руб. в пользу каждой из истиц. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Канская межрайонная больница» (КГБУЗ «Канская МБ») о компенсации морального вреда, судебных расходов – удовлетворить частично.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Канская межрайонная больница» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда – 300 000 рублей, в счет понесенных расходов по уплате госпошлины – 300 руб., в счет понесенных судебных расходов – 5 000 руб.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Канская межрайонная больница» в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда – 150 000 рублей, в счет понесенных расходов по уплате госпошлины – 300 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Канский городской суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 20 июля 2021 года.

Судья А.М. Блошкина