Дело №2-1368/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 декабря 2023 года Санкт-Петербург

Калининский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Смирновой О.А.,

при секретаре Алексеевой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5, ФИО6 о признании недействительными договоров купли-продажи, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в Калининский районный суд города Санкт-Петербурга с иском к ФИО5, ФИО6 о признании недействительными договоров купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, а также квартиры по адресу: 

<

адрес>. Свои требования мотивировал тем, что является сыном ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умер, его тело найдено во 

<

адрес>. Причиной смерти явилось отравление этиловым спиртом. Истец является единственным наследником после смерти ФИО1, в связи с чем он обратился к нотариусу с заявлением об открытии наследства, где от нотариуса узнал, что квартиры, которыми владел отец, были проданы им при жизни. Обе квартиры проданы 27.04.2022, регистрация перехода права собственности произведена 04.05.2022. Однако данные договоры являются недействительными, при их подписании отец не понимал значения своих действий и не мог руководить ими по причине многолетнего злоупотребления спиртными напитками, не способен был поддерживать порядок в квартире, разбрасывал вещи, собирал банки из-под пива, зачастую забывал выключать воду, что приводило к затоплению нижних квартир, иногда спал на лестничной клетке. Мать истца также пыталась вылечить отца от алкогольной зависимости, однако отец снова стал употреблять алкоголь, в результате чего не мог понимать значения совершаемых действий и руководить ими, а потому не понимал, какие сделки совершает.

В судебное заседание истец не явился, о времени и месте судебного заседания извещен.

Представитель истца в судебном заседании требования поддержала в полном объеме по мотивам, указанным в исковом заявлении, дополнив, что ФИО1 постоянно употреблял алкоголь, его увольняли с работы в связи с алкоголизмом. Он периодически просил денежные средства у бывшей жены. Однако в один день продал две квартиры малознакомым людям. О том, что ФИО1 постоянно злоупотреблял алкоголем, говорит и тот факт, что когда нашли его тело, при вскрытии трупа также было установлено большое количество алкоголя в организме ФИО1 Он не понимал значение своих действий при продаже квартир, в связи с чем данные сделки являются недействительными.

Ответчики ФИО5, ФИО6 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены.

Представитель ответчика ФИО5 в судебном заседании требования не признал, указав, что ФИО5 со ФИО1 встречалась около 4 раз с целью проведения сделки купли-продажи. Притом, ФИО1 проходил обследование у психиатра, который не выявил каких-либо психических отклонений у ФИО1 Денежные средства от продажи квартир ФИО5 перевела ему на счет. О том, что ФИО1 страдает алкоголизмом, не подозревала, так как ФИО1 такого впечатления не производил, при встречах всегда был опрятно одет, трезв, много шутил. В связи с этим, подозревать, что ФИО1 при совершении сделок не мог понимать значение своих действий, оснований не имелось. Заключение комиссии психиатров нельзя ставить в основу при разрешении данного спора, поскольку оно составлено с многочисленными нарушениями, на данное заключение представлена рецензия.

3-и лица в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены.

В силу ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав пояснения лиц, явившихся в судебное заседание, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Согласно п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим п. 1 ст. 171 Гражданского кодекса РФ.

В силу абзацев 2, 3 п. 1 ст. 171 Гражданского кодекса РФ каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.

Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.

В соответствии с п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ч. 1 ст. 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (ч. 2 ст. 167 Гражданского кодекса РФ).

Как следует из материалов дела, спорными являются: трехкомнатная квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, и однокомнатная квартира по адресу: 

<

адрес>.

ФИО1 был постоянно зарегистрирован в квартире по адресу: 

<

адрес>, с 19.03.1998 по день смерти 09.05.2022 (т.1 л.д. 31).

Спорные квартиры принадлежали ФИО1 на праве собственности (т.1 л.д. 32-37).

27.04.2022 между ФИО1 и ФИО6 заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> (т.1 л.д. 26-27). Кадастровая стоимость квартиры составляет № руб. Стоимость квартиры по взаимной договоренности сторон составляет № руб. Расчеты по договору между сторонами осуществляются в течение 10 дней с момента подписания договора (п. 4 договора).

В этот же день, то есть 27.04.2022 между ФИО1 и ФИО5 заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> (т.1 л.д. 28-29). Кадастровая стоимость квартиры составляет № руб. Стороны оценили квартиру в сумме № руб. Расчеты по договору между сторонами осуществляются в течение 10 дней с момента подписания договора (п. 4 договора).

Переход права собственности от продавца к покупателю зарегистрирован в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 04.05.2022 (т. 1 л.д. 32-34, 35-37).

Согласно материалам дела ответчики в спорные квартиры не вселялись, постоянной регистрации в спорных квартирах не имеют, зарегистрированы постоянно по месту жительства по другому адресу (т. 1 л.д. 58, 67).

ФИО1 под диспансерным наблюдением в СПб ГБУЗ «Городская наркологическая больница» не состоял, за медицинской помощью не обращался (т. 1 л.д. 71), под диспансерным наблюдением в СПб ГБУЗ «Психоневрологический диспансер Фрунзенского района» не состоял, за медицинской помощью не обращался (т. 1 л.д. 166).

Также в судебном заседании допрошена свидетель Свидетель №1, которая показала, что ФИО1 был ее супругом до 2008 года, потом стал употреблять алкоголь, в связи с чем Свидетель №1 приняла решение расторгнуть брак. Когда была жива сестра ФИО1, то его кодировали, однако потом ФИО1 снова стал употреблять алкоголь. Фактически она с сыном помогали ФИО1, так как были с ним в хороших отношениях. При общении со ФИО1 он не говорил, что собирается продавать квартиры. К врачам ФИО1 не обращался, так как боялся врачей. ФИО1 поддерживал хорошие отношения с сыном, постоянно общался, приезжал к сыну на игры, однако периодически приезжал в нетрезвом состоянии, даже мог заснуть на трибуне. От соседки узнала, что ФИО1 подавал заявление в ЗАГС, однако не думала, что это серьезно. Место обнаружения трупа ФИО1 является неожиданным, поскольку во 

<

адрес> у него никого не было, к кому он мог бы поехать. ФИО1 никогда не жил в сельской местности, поэтому не стал бы приобретать дом.

В связи с тем, что истцом указано на неспособность ФИО1 понимать значение своих действий вследствие постоянного употребления алкоголя, по ходатайству стороны истца по делу назначена судебная психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению судебной психиатрической экспертизы, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на момент заключения договоров купли-продажи квартир от ДД.ММ.ГГГГ страдал психическим расстройством в форме синдрома зависимости от употребления алкоголя, конечная стадия (F 10.253 по МКБ-10) (хронический алкоголизм 3 ст.). Как следует из материалов гражданского дела и медицинской документации, ФИО1 длительное время систематически злоупотреблял спиртными напитками, что привело к формированию психофизической зависимости, что подтверждается кодированием против употребления алкоголя в 2012 году. К 2016 году отмечалась полная утрата количественного и ситуационного контроля, выраженная социальная и личностная деградация, что подтверждается его госпитализацией в 2016 году в СПб ГБУЗ «Городская больница 

<

данные изъяты>» по поводу отравления алкоголем (содержание этанола в крови 5,3 г/л) до состояния оглушения, утратой способности к передвижению, недержанием мочи в общественном месте. Сведения об улучшении его состояния в дальнейшем, социальной адаптации, прекращении алкоголизации отсутствуют. Смерть подэкспертного наступила ДД.ММ.ГГГГ также от отравления этиловым спиртом (в крови токсическая концентрация этилового спирта - 3.4%о, в моче высокая концентрация этилового спирта - 5.0%о). Имевшаяся у подэкспертного на юридически значимый период органная патология (токсическая энцефалопатия, диффузный крупно- и мелковакуольный стеатоз печени, зернистая дистрофия эпителия канальцев почек, паренхиматозная дистрофия кардиомиоцитов, склероз и липоматоз поджелудочной железы), характерная для хронической интоксикации с полиорганными проявлениями, свидетельствует о наличии у него конечной стадии синдрома зависимости от употребления алкоголя и сопровождалось снижением критической оценки ситуации, нарушением целостного восприятия окружающей обстановки, волевыми нарушениями, что обуславливало ситуативность его побуждений, подверженность влиянию окружающих лиц, сиюминутностью поступков, при отсутствии полноты учета последствий совершаемых им действий и их критической оценкой, утратой жилья и средства к существованию (вторую квартиру сдавал в аренду). Описание психического состояния подэкспертного при проведении ему освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ противоречит закономерностям протекания психопатологических процессов. Кроме того, в медицинской документации из СПб ГБУЗ «ПНД 

<

адрес>», в нарушение п. 8 Приказа Министерства Здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №Н отсутствует направление работодателя, обязательное для прохождения психиатрического освидетельствования для трудоустройства. Таким образом, психиатрический анализ материалов гражданского дела и медицинской документации позволяют сделать вывод о том, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ДД.ММ.ГГГГ в период совершения юридически значимых действий: заключение и подписание одновременно двух договоров купли-продажи принадлежащих ему квартир, по своему состоянию не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Также в судебном заседании допрошена эксперт ФИО2, которая подтвердила данное ею заключение, как одним из членов комиссии экспертов, а также пояснила, что вначале было представлено сообщение о невозможности проведения судебной психиатрической экспертизы без предоставления документов из ПНД 

<

адрес>, поскольку в карте также могли содержаться важные данные. Из информации, которая имеется в материалах дела, в медицинских картах, следовало, что ФИО1 на протяжении длительного времени систематически злоупотреблял алкоголем. Был уволен по ст. 33 КзоТ РСФСР. По показаниям свидетелей, в последние годы употребление алкоголя носило ежедневный характер, и имелись все признаки, свойственные третьей стадии, такие как: деградация личности: засыпал на улице, мочился под себя, доставлялся скорой помощью в медицинский стационар, где при обследовании, выявлялись токсические дозы этилового спирта, что указывает на то, что был утрачен количественный контроль, ситуационный контроль, все эти признаки свидетельствуют о синдроме зависимости от алкоголя. Сама собой деградация личности: спит на улице, мочится, не работает, живет на деньги, которые получает от сдачи квартиры, говорит о том, что была деградация личности. Это снижение профессиональных, личностных интересов: семью утратил, общение было ограничено кругом собутыльников, интересы узкие: выпил-проснулся, выпил-проснулся. Эта информация получена из материалов дела. Немаловажную роль сыграло то, что ФИО1 попадал в медицинские учреждения, где у него и в моче, и в крови были обнаружены токсические дозы алкоголя. Так, ФИО1 кодировался в 2012 году, в 2016 году попал в больницу с токсическим отравлением, на момент смерти также высокая концентрация алкоголя в крови и моче. Этих данных достаточно, чтобы утверждать, что ФИО1 страдал алкоголем. Кроме того, синдром зависимости от алкоголя формировался несколько лет. При вскрытии видно, что есть хроническая интоксикация этиловым спиртом. Этого не могли не заметить врачи при проведении освидетельствования в ПНД. Была деградация личности. Также эксперты приняли во внимание, что ФИО1 ранее кодировался от алкогольной зависимости. Притом, неважно, где он проходил кодирование, а важна причина, по которой он обращался за медицинской помощью. Возможно, на момент обращения, была 2 стадия алкоголизма. Но факт обращения ФИО1 к врачу в связи с кодированием от алкогольной зависимости, а также госпитализация в стационар в тяжелом прикомном состоянии, показания свидетелей, которые говорят, что человек спит на улице, мочится под себя, общается с асоциальными личностями, интересуется алкогольной темой, указывают на алкогольную деградацию личности. Она включает в себя утрату прежних интересов, прежних связей, семейных ценностей, работы. Речь идет о серьезных сделках, не о завещании, а о двух договорах купли-продажи. Это достаточно серьезные сделки, которые требуют волевых функций. У ФИО1 имелось снижение волевых функций. Притом, для установления связи синдрома зависимости с изменениями внутренних органов экспертам достаточно компетенции. Описание внутренних органов соответствовало изменениям алкогольной стадии. Это характерно для 3 стадии. Врач описывает, что был госпитализирован, к контакту не доступен, возбужден, бессилен, угрожает, отмечены отеки, оглушение, требует выписки, отпущен домой. То есть происходило изменение личности по алкогольному типу. Улучшений состояния ФИО1 не было. Состояние было таким же как в 2016 году, моментов просветления не было. Справка психиатра о том, что ФИО1 не имеет противопоказаний для работы экспедитором, не может опровергнуть выводы комиссии экспертов. Экспедитор - это грузчик, направление для работы к психиатру не требуется. Если бы ФИО1 трудоустраивался водителем-экспедитором, то тогда требовалось направление с работы. Если человек, попадая в больницу с показаниями 5 промилле, не умер, то это говорит о том, что у него есть синдром зависимости, у него выросла толерантность, переносимость алкоголя выше. Для обычного человека данная доза смертельна.

У суда не имеется оснований не доверять заключению комиссии экспертов, поскольку данное заключение является последовательным, полным, эксперты ответили на поставленные судом вопросы, в судебном заседании допрошен один из экспертов, которая дала исчерпывающие ответы на поставленные вопросы.

Заключение экспертов отвечает требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Поскольку в силу закона право определения доказательств, имеющих значение для дела, как и право решения вопроса о целесообразности назначения по делу повторной экспертизы принадлежат суду, а несогласие стороны с заключением судебной экспертизы, при отсутствии сомнений суда в правильности и обоснованности экспертного заключения, не является основанием для назначения по делу повторной судебной экспертизы, суд приходит к выводу, что данное заключение следует принять за основу при разрешении настоящего спора.

Оценивая представленное ответчиком ФИО5 заключение специалиста ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу, что специалистом было исследовано лишь само заключение судебной экспертизы.

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что в материалы дела не представлено доказательств того, что ООО «Экспертный центр «Сателлит», специалистом которого составлено заключение, осуществляет свою деятельность в соответствии с лицензией, позволяющей проводить посмертные судебно-психиатрические экспертизы.

Доводы о неполноте исследования в заключении судебной экспертизы, допущенных нарушениях, основаны на субъективном мнении специалиста ФИО3, составившего вышеуказанное заключение, и, безусловно, не опровергают правильность выводов комиссии судебно-психиатрических экспертов.

Согласно заключению специалиста ФИО3 №-Д-ЗС при подготовке заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов экспертами допущены следующие нарушения требований ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности» по содержанию заключения: отсутствует оценка результатов исследований, обоснование выводов на поставленные вопросы (нарушение требований ст. 25 ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности»); отсутствуют материалы, иллюстрирующие заключение комиссии экспертов, которые должны прилагаться к заключению и служат его составной частью (нарушение требований ст. 25 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности»; по всем методикам отсутствуют цифровые, процентные и фактические данные, дающие возможность проверить обоснованность сделанных выводов (нарушение требований ст. 8, 25 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности»); в подписке отсутствуют указание данных о том, когда и кем экспертам поручено производство экспертизы, кем разъяснены процессуальные права и он предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса РФ.

По мнению специалиста ФИО3, эксперты провели неполное исследование, у экспертов отсутствуют сведения о действующем сертификате экспертов по специальности судебно-психиатрическая экспертиза.

Как указано в заключении специалиста, в заключении комиссии экспертов допущены нарушения требования Приказа Минздрава России от 12 августа 2003 года №401 «Об утверждении отраслевой учетной и отчетной медицинской документации по судебно-психиатрической экспертизе». Также в заключении отсутствует врач-невролог, отсутствует систематизация выявленных клинических феноменов, их психопатологическая квалификация для целостного анализа, соотнесения с общепризнанными международными критериями диагностики. Имеются методические нарушения: не приведена обобщающая характеристика клинических фактов, характеризующих состояние подэкспертного, их психолого-психиатрическая квалификация; не приведена дифференциальная диагностика между состоянием здоровья и болезни у подэкспертного; отсутствует полнота и научная обоснованность заключения экспертов, недостаточно согласующегося со всей совокупностью представленных объективных данных.

Также в представленном заключении комиссии судебно-психиатрических экспертов отсутствует концептуальное обоснование выбора методик анализа представленных на изучение документов; не приведен в письменном виде научно-обоснованный алгоритм психолого-психиатрического анализа материалов дела, ответ на вопросы 1 и 2 носят вероятностный и недостоверный характер, без указания и описания состояния подэкспертного, что не позволяет делать достоверные выводы экспертам по поставленным вопросам.

Таким образом, по мнению специалиста ФИО3, данное рецензируемое заключение имеет ряд существенных недостатков, которые позволяют поставить под сомнение всесторонность и полноту проведенного исследования, его научную обоснованность и правильность экспертных выводов. На основании анализа представленных материалов данные экспертного заключения трудно считать в полной мере научно обоснованными, поскольку выводы не вытекают из приведенных данных.

Вместе с тем, допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО2 подробно ответила на вопросы сторон.

Кроме того, участие невролога не является обязательным и в силу Приказа Минздрава России от 12 августа 2003 года №401 «Об утверждении отраслевой учетной и отчетной медицинской документации по судебно-психиатрической экспертизе», суд приходит к выводу о том, что отсутствие невролога в комиссии экспертов не могло повлиять на выводы комиссии экспертов.

Ссылка в заключении специалиста на допущенные при составлении заключения формальные недостатки, не может служить основанием для назначения повторной судебной экспертизы, поскольку указанные недочеты не свидетельствуют о недостоверности проведенного экспертного исследования. Несогласие специалиста ФИО3 с выводами комиссии судебно-психиатрических экспертов никоим образом не подтверждают отсутствие у ФИО1 синдрома зависимости от алкоголя на дату заключения оспариваемых договоров купли-продажи квартир 27.04.2022.

Вопреки выводам специалиста ФИО3 комиссия судебно-психиатрических экспертов пришла к категоричному, а не предположительному выводу о том, что в юридически значимый период ФИО1 не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Каких-либо сомнений при ответе на данный вопрос у комиссии экспертов не возникло, что следует из совокупности фактов и обстоятельств, изложенных в заключении.

Фактически заключение специалиста ФИО3 сводится к критике судебного исследования и состоит из перечня формальных недостатков заключения экспертов, при этом не содержит научно обоснованных доводов о том, что у комиссии имелись основания для иного вывода.

Кроме того, суд учитывает, что в отличие от комиссии экспертов, ФИО3 не знакомился с материалами гражданского дела, медицинской документацией ФИО1, показаниями свидетеля. При составлении своего заключения он располагал лишь текстом рецензируемого заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница № (стационар с диспансером)».

В связи с этим, суд, отдавая предпочтение заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница № (стационар с диспансером)» перед заключением специалиста ООО «Экспертный центр «Сателлит» ФИО3, суд исходит из того, что заключение комиссии полностью отвечает требованиям Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и ст. 86 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные, последовательные и не противоречивые ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты привели соответствующие данные из исследованной ими медицинской документации.

Члены комиссии судебно-психиатрических экспертов имеют значительный стаж экспертной работы (от 20 до 30 лет, являются врачами высшей категории), экспертиза проведена на основании определения суда о поручении проведения экспертизы этому учреждению, в соответствии с профилем и разрешением (лицензированным) видом деятельности этого экспертного учреждения.

Согласно ст. 11 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» государственные судебно-экспертные учреждения одного и того же профиля осуществляют деятельность по организации и производству судебной экспертизы на основе единого научно-методического подхода к экспертной практике, профессиональной подготовке и специализации экспертов.

Заключение №№ соответствует всем требованиям, предъявляемым ст. 86 Гражданского процессуального кодекса РФ, основано на всестороннем исследовании материалов настоящего гражданского дела, медицинской документации, представленной экспертам, эксперты предупреждены судом об уголовной ответственности, заключение не содержит каких-либо неясностей, неполноты исследования, а потому суд полагает его объективным и убедительным. Заключение эксперта оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 настоящего Кодекса.

Доказательств необъективности выводов экспертов не имеется, заключение экспертизы соответствует ст. 86 Гражданского процессуального кодекса РФ, существенных нарушений, влекущих признание заключения недостоверным доказательством, не допущено.

Таким образом, основания, предусмотренные ст. 87 Гражданского процессуального кодекса РФ для проведения соответствующей повторной экспертизы, у суда отсутствуют, а несогласие представителя ответчика ФИО5 с выводами экспертного заключения, к таким основаниям не относится.

Также следует отметить, что нормами Гражданского процессуального кодекса РФ не предусмотрено оспаривание экспертного заключения заключением другого экспертного учреждения, при этом, составитель заключения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения не предупреждался, кроме того, судом была допрошена эксперт ФИО2, после чего у суда не возникло сомнений в правильности или обоснованности ранее данного заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница № (стационар с диспансером)».

В связи с этим, суд считает, что заключение комиссии экспертов №№ от 24.10.2023 следует признать допустимым доказательством по делу и принять его за основу при разрешении настоящего спора.

При проведении судебной посмертной психиатрической экспертизы установлено, что ФИО1 на момент совершения сделок – продажи квартиры, не мог по своему состоянию понимать значение своих действий и руководить ими.

Соответственно, исковые требования о признании недействительным договоров купли-продажи квартир от 27.04.2022 подлежат удовлетворению.

Поскольку сделка купли-продажи признается недействительной, она не влечет правовых последствий в виде перехода права собственности на квартиры на ответчиков. Зарегистрированное право собственности ответчика на спорное недвижимое имущество в силу ст. 167 Гражданского кодекса РФ подлежит аннулированию.

В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчиков в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Признать недействительным договор купли-продажи от 27 апреля 2022 года, заключенный между ФИО1 и ФИО6 в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, кадастровый номер №.

Признать недействительным договор купли-продажи от 27 апреля 2022 года, заключенный между ФИО1 и ФИО5 в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> кадастровый номер №.

Включить квартиру по адресу:, 

<

адрес>, кадастровый номер №, и квартиру по адресу: 

<

адрес>, кадастровый номер №, в состав наследственного имущества после смерти ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Калининский районный суд города Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья

Решение в окончательной форме принято 29.12.2023

УИД 78RS0005-01-2022-009056-09