Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

12 февраля 2020 года г. Самара

Самарский районный суд г. Самары в составе: 

председательствующего судьи Чернякова Н.Н.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2

при секретаре Павельевой Ю.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-121/2020 по иску ФИО3 к Государственному автономному профессиональному учреждению «Самарский государственный колледж» о признании недействительным соглашения от 13.12.2017 года об определении границ ответственности по содержанию общего имущества,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО4 обратилась в суд с иском к Государственному автономному профессиональному учреждению «Самарский государственный колледж» (далее ГАПОУ «СГК») о признании недействительным Соглашения от 13.12.2017 года об определении границ ответственности по содержанию общего имущества (далее - Соглашение), в обоснование требований указав, что ей на праве собственности принадлежит нежилое помещение по адресу: 

<

адрес> (ФИО7), площадью 489.2 кв.м., что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права собственности от ДД.ММ.ГГГГ.

Часть нежилого помещения, площадью 1807.40 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес> (ФИО7-АЗ,Г), предоставлена на праве оперативного управления ГАПОУ «Самарский государственный колледж», что подтверждается Приказом № 3159 от 20.10.2011 г. О внесении изменений в приказ министерства имущественных отношений Самарской области от 02.12.2010 № 3108 «О закреплении государственного имущества на праве оперативного управления за государственным образовательным учреждением среднего профессионального образования Самарским техникумом транспорта и коммуникаций» и прилагаемым к нему изменением в Акт приема-передачи государственного имущества от 02.12.2010.

Полагает, что Соглашение является недействительным, так как фактически приводит к изменению размера долей собственников помещений в праве общей собственности на общее имущество здания, что является нарушением приведенных выше норм закона, являющихся императивными.

При заключении Соглашение истица совершала сделку под влиянием существенного заблуждения в отношении предмета сделки. Она предполагала, что в предмет сделки входит исключительно вопрос очистки крыши от снега в зимний период, а не полное содержание имущества.

С учетом изложенного, истец просил суд признать Соглашение недействительной сделкой.

В судебном заседании представитель истца доводы иска поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика, возражая против иска, указал на пропуск срока для обращения в суд. Кроме того, по мнению ответчика, Соглашение прав истца не нарушает, соответствует закону, заключено на основании взаимной договоренности в целях содержания общего имущества.

Представитель третьего лица - Министерства имущественных отношений Самарской области, в судебное заседание не явился, будучи извещенным о времени и месте, ходатайств об отложении и уважительных причин неявки не представил, в связи с чем, суд полагает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Выслушав явившиеся стороны, исследовав представленные материалы, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст. ст. 12, 56, 61, 67, 150 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел (ст. 12). Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (ст. 56). Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ст. 67). При непредставлении сторонами соответствующих доказательств ко дню судебного разбирательства суд вправе рассмотреть дело на основании имеющихся в нем материалов (ст. 150).

Согласно ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В силу ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии со ст.168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Положения ст.178 ГК РФ устанавливают, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Из представленных сторонами доказательств следует, что истице на праве собственности принадлежит нежилое помещение по адресу: 

<

адрес> (ФИО7), площадью 489.2 кв.м., что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права собственности от ДД.ММ.ГГГГ.

Остальная часть нежилого помещения по адресу: 

<

адрес> (ФИО7-АЗ,Г), предоставлена на праве оперативного управления ГАПОУ «Самарский государственный колледж», что подтверждается Приказом № 3159 от 20.10.2011 г. О внесении изменений в приказ министерства имущественных отношений Самарской области от 02.12.2010 № 3108 «О закреплении государственного имущества на праве оперативного управления за государственным образовательным учреждением среднего профессионального образования Самарским техникумом транспорта и коммуникаций» и прилагаемым к нему изменением в Акт приема-передачи государственного имущества от 02.12.2010.

Фактически все помещения, принадлежащие истице расположены в Литере А, а ответчику предоставлены помещения во всех литерах.

13 декабря 2017 года истец и ответчик заключили Соглашение от 13.12.2017 года об определении границ ответственности по содержанию общего имущества.

Пункты 1, 2 Соглашения содержит указание, что истцу принадлежат помещения, площадью 489,2 кв.м., а ответчику на праве оперативного управления – 481,2 кв.м.По условиям Соглашения (п.п.2,3, 4): «с целью реализации требований статьи 210 Гражданского кодекса РФ стороны достигли соглашения установить границы ответственности в отношении надлежащего содержания недвижимого имущества (крыши) указанного нежилого здания, определив их в соответствии со схемой границ ответственности по содержанию имущества, являющейся неотъемлемым приложением к настоящему соглашению.

Площадь крыши над нежилыми помещениями, здания по 

<

адрес> (по техническому плану ФИО7) - составляет 562,8 кв.м. Общая длина по фронтальному фасаду здания составляет 21,55 м, ширина - 19,2 м. Таким образом, каждая Сторона обязана содержать 1/2 площади. Площадь крыши разделяется в равных пропорциях по фасаду здания, согласно Приложению №1. В целях, надлежащего содержания имущества, Стороны обязуются своевременно, за свой счет и от своего имени заключать с компетентными третьими лицами, определяемыми по своему усмотрению, соответствующие договоры оказания услуг в отношении закрепленных за ними настоящим соглашением участков крыши указанного здания. Стороны понимают, что в полном объеме несут бремя ответственности за ненадлежащее содержание имущества (крыши), закрепленного за каждой Стороной настоящим соглашением.

Приложение к Соглашению содержит схему крыши, разделяя ее на две стороны, длинной по 11.275 м., левая сторона для содержания ответчиком, правая – истцом.

Суд отмечает, что здание по адресу: 

<

адрес>, имеет несколько литер. Соглашение относится только к крыше ФИО7, которая обособлена от крыш других литер.

В этой связи, доводы иска в части указания общей площади помещений, принадлежащих ответчику во всех литерах, не могут повлиять на решение суда, так как Соглашение определяет обязанности только в ФИО7

Доводы иска о заключении сделки под влиянием существенного заключения ничем не подтверждены и явно надуманы. 

В качестве такого обстоятельства истец указывает, что, подписывая Соглашение, полагала его предметом обязательства исключительно по очистке крыши от снега в зимний период, а не полное содержание имущества.

Во-первых, Соглашение, как и полагала истица, не относится к полному содержанию всего имущества, а только крыши.

Во-вторых, независимо от Соглашения, истица обязана нести бремя содержания крыши в полном объеме, а не только ее очистку. Пункт 2 определил часть крыши 1/2; приложение к Соглашению определило конкретную сторону крыши для истицы; п.4 прямо указывает: «Стороны понимают, что в полном объеме несут бремя ответственности за ненадлежащее содержание крыши, закрепленной за каждой Стороной».

В-третьих, условия Соглашения содержат ясные понятные формулировки. Текст, где указаны обязанности сторон, выделен по отношению к другой части текста Соглашения, что позволяет сделать вывод об одинаковом понимании предмета Соглашения.

Вопреки позиции истца, оспариваемое Соглашение не изменяет размера долей собственников помещений, которые определяются исходя из зарегистрированных прав собственности.

Более того, указанное Соглашение даже не определяет обязанностей собственников по содержанию общедомового имущества в полном объеме. 

Оспариваемое соглашение устанавливает между собственниками порядок несения бремени содержания только крыши. 

Между тем, к общедомовому имуществу, кроме крыши, относятся стены, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, системы учета потребления коммунальных ресурсов и услуг, иные объекты, предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства здания.

Суд полагает, что независимо от пропорциональности принадлежащих собственникам помещений долей, в целях надлежащего содержания общего имущества, собственники вправе заключать Соглашения по содержанию отдельных элементов общего имущества даже с отступлением от принципа пропорциональности. 

При этом, по мнению суда, в целом ко всему общедомовому имуществу пропорциональность участия в содержании соразмерно площади помещений, находящихся в собственности, должна соблюдаться.

Истец не представил доказательств, что размер его участия в содержании всего общедомового имущества в результате Соглашения превышает долю принадлежащих ему помещений. 

Более того, суд полагает, что доводы истца о возложении на него обязанности по содержанию общего имущества не пропорционально площади принадлежащих ему помещений, противоречат представленным доказательствам.

В Соглашении отражено, что истцу в здании по адресу: 

<

адрес> (ФИО7) принадлежат помещения, площадью 481,2 кв.м., а ответчику 489,2 кв.м.

В иске истец указывает, что ответчику принадлежит 1807,40 кв.м., в судебном заседании представитель истца со ссылкой на технический план указал, что ответчику в ФИО7 принадлежит 1702,5 кв.м., тем самым при равенстве обязанностей по содержанию крыши нарушаются права истца, так как ей принадлежит намного меньше нежилых помещений.

В судебном заседании исследован технический паспорт ГУП Самарской области «Центр технической инвентаризации»от 17.12.2009 года в отношении нежилого здания по адресу: 

<

адрес>, ФИО7-А3,Г.

В разделе 4 «Общие сведения» указано, что площадь ФИО7 (подвал, 1 этаж на отм.0.000, 1 этаж на отметке +2,85, 2 этаж) составляет 1702,5 кв.м. 

Представитель истца в судебном заседании также указывал на эту площадь, отраженную в разделе 4 «Общие сведения». Вместе с тем, площадь 1702,5 кв.м. относится к площади по наружнему обмеру (прямо указано в третьем столбце), в то время как в Соглашении указаны площади помещений по внутреннему периметру. 

В разделе «Экспликация к поэтажному плану строения» указаны площади помещений по внутреннему обмеру, а именно (ФИО7): подвал 281 кв.м., 1 этаж на отм.0.000 – 254,9 кв.м.; 1 этаж на отм. +2,85 – 112,7 кв.м.; 2 этаж – 321,1 кв.м., то есть всего 969,7 кв.м.

Таким образом, заключенное Соглашение не нарушает прав истца, так как на нее возложена предусмотренная законом обязанность по содержанию общего имущества, а именно крыши, пропорционально площади принадлежащих ей помещений в здании по адресу: 

<

адрес>, ФИО7, а именно ? часть площади крыши.

При этом, истцу в ФИО7 принадлежат помещения большей площади, чем ответчику (489,2 кв.м. против 481,2 кв.м.) 

Соглашение является справедливым, не нарушающим права истца, так как составлено с учетом реальных долей собственников в указанном помещении, даже с незначительным отступлением в пользу истца, а не ответчика. 

Кроме того, по мнению суда, истец пропустил срок исковой давности для обращения в суд с требованием о признании сделки недействительной, о чем заявлено ответчиком.

Так, согласно ч.2 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

С учетом положений ст.168 ГК РФ Соглашение от 13.12.2017 года относится к оспоримым сделкам.

Вопреки доводам истца, содержание и условия сделки были известны ей в момент подписания, в связи с чем, срок исковой давности исчисляется с даты подписания Соглашения, то есть с 13.12.2017 года.

Обратившись в суд с иском 11.12.2019 года, истец пропустила годичный срок исковой давности, в отсутствие уважительных причин и ходатайств о его восстановлении, в связи с чем, указанное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в иске. 

Доводы истицы о том, что о нарушенном праве ей стало известно после того, как с нее потребовали возместить ущерб, причиненный в результате ненадлежащего содержания крыши, правового значения при установлении обстоятельств по данному делу не имеют. Содержание Соглашения было известно ей с момента подписания.

При таких обстоятельствах, иск не подлежит удовлетворению в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО3 к Государственному автономному профессиональному учреждению «Самарский государственный колледж» о признании недействительным соглашения от 13.12.2017 года об определении границ ответственности по содержанию общего имущества, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Самарского областного суда через Самарский районный суд г. Самары в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: Н.Н. Черняков 

Мотивированное решение изготовлено 19.02.2020 года