РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 июля 2020 года город Новосибирск

Новосибирский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего - судьи Бахина А.А., при секретаре судебного заседания Половникове Я.С., с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2, его представителя ФИО3, в открытом судебном заседании, в помещении военного суда, рассматривая гражданское дело № 2-59/2020 по исковому заявлению командира войсковой части № о взыскании с бывшего военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> запаса ФИО2 денежных средств в счёт возмещения материального ущерба, причинённого государству,

УСТАНОВИЛ:

Командир войсковой части № обратился в суд с исковым заявлением, в котором указывает, что ФИО2 с 1 августа 2013 года по 15 июня 2020 года проходил военную службу по контракту в войсковой части №, дислоцированной в посёлке 

<

данные изъяты>. На основании приказа командующего войсками Центрального военного округа № 264 от 23 ноября 2013 года (по личному составу) ФИО2 был назначен на должность начальника продовольственной и вещевой службы тыла войсковой части № при войсковой части №. Приказом командира войсковой части № от 23 ноября 2013 года № 219 (по личному составу), ФИО2 был назначен временно исполняющим обязанности начальника продовольственной службы войсковой части №.

Далее истец указывает, что в декабре 2018 года в ходе проведения контрольно-аналитических мероприятий продовольственной службы была выявлена недостача 799 комплекта индивидуальных рационов питания (далее ИРП) на сумму 506869 рублей 35 копеек. По итогам административного расследования истцом были изданы приказы о привлечении ряда должностных лиц к ограниченной материальной ответственности, а ответчика к полной, поскольку ФИО2, будучи материально ответственным лицом, вследствие ненадлежащего исполнения должностных обязанностей, не обеспечил сохранность вверенного ему имущества на сумму 506869 рублей 35 копеек.

На основании изложенного истец, с учётом уточнений, просит суд взыскать с ФИО2 в пользу войсковой части № путём зачисления на лицевой счёт ФКУ «УФО МО РФ по Новосибирской области» материальный ущерб в сумме 506869 рублей 35 копеек.

Истец, командир войсковой части №, а также третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, выступающее на стороне истца - Федеральное казенное учреждение «Управление финансового обеспечения МО РФ по Новосибирской области», надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не прибыли.

Представитель командира войсковой части № ФИО1 поддержал заявленные требования и просил их удовлетворить в полном объёме, указав, что ФИО2 ИРП были вверены установленным порядком и ответчиком, после увольнения с военной службы, в добровольном порядке ущерб не возмещён.

Ответчик требования истца не признал и просил в удовлетворении иска отказать, поскольку утрату военного имущества не допустил. 

Представитель ответчика ФИО3 поддержала довод своего доверителя и просила в удовлетворении заявленных исковых требований истцу отказать.

Выслушав объяснения сторон, а также исследовав материалы дела и представленные сторонами письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам. 

Так, в соответствии с п. 1 ст. 28 Федерального закона «О статусе военнослужащих», военнослужащий в зависимости от характера и тяжести совершенного им правонарушения привлекается к дисциплинарной, административной, материальной, гражданско-правовой и уголовной ответственности в соответствии с настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами.

Согласно ст. 3 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» (в редакции от 01 января 2017 года) (далее Закона), военнослужащие несут материальную ответственность только за причинённый по их вине реальный ущерб.

В ст. 2 Закона указано, что под реальным ущербом понимают утрату или повреждение имущества воинской части, расходы, которые воинская часть произвела либо должна произвести для восстановления, приобретения утраченного или поврежденного имущества, а также излишние денежные выплаты, произведенные воинской частью.

В статье 5 того же Закона установлено, что военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в том числе в случаях, когда ущерб причинен военнослужащим, которому имущество было передано под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей.

В соответствии с ч. 1 ст. 7 того же Закона, командир воинской части при обнаружении ущерба обязан назначить административное расследование для установления причин ущерба, его размера и виновных лиц, которое должно быть закончено в месячный срок со дня обнаружения ущерба.

В силу ст. 6 вышеназванного Федерального закона, размер причиненного ущерба определяется по фактическим потерям, на основании данных учета имущества воинской части и исходя из цен, действующих в данной местности на день обнаружения ущерба, с учетом степени износа имущества по установленным на день обнаружения ущерба нормам, но не ниже стоимости лома (утиля) этого имущества.

В соответствии с п. 2 ст. 7 Закона, административное расследование может не проводиться, если причины ущерба, его размер и виновные лица установлены, в том числе, в результате ревизии.

Согласно ч. 2 ст. 9 настоящего Закона в случае, когда причинивший ущерб военнослужащий уволен с военной службы и не был привлечен к материальной ответственности, взыскание с него ущерба производится судом по иску, предъявленному командиром (начальником) воинской части, в размере, установленном настоящим Федеральным законом. При этом размер оклада месячного денежного содержания и размер месячной надбавки за выслугу лет определяются на день увольнения военнослужащего с военной службы.

Анализ приведенных выше нормативных актов позволяет суду прийти к выводу о том, что основанием для привлечения военнослужащего к материальной ответственности, наряду с наличием реального ущерба, является его вина и наличие причинной связи между действием (бездействием) и причиненным ущербом, а отсутствие хотя бы одного из перечисленных признаков влечёт невозможность возникновения данного вида ответственности.

Как следует из положений ст. 242, 259, 260 Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в ВС РФ, утверждённого приказом Министра обороны РФ от 3 июня 2014 года № 333 (далее Руководства), начальник продовольственной, вещевой службы соединения (воинской части), как должностное лицо, помимо иных обязанностей, обязан знать и доводить до подчинённых требования нормативных правовых актов по вопросам войскового хозяйства, руководствоваться ими в своей деятельности, организовывать контроль за хозяйственной деятельностью, организовывать хранение, сбережение и освежение запасов материальных ценностей, а также принимать меры по предотвращению их утрат. Вести учёт материальных ценностей по службе и не реже одного раза в три месяца организовывать проверку их наличия, содержания и технического состояния.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно выписке из приказа командующего войсками Центрального военного округа № 264 от 23 ноября 2013 года (по личному составу) ФИО2 был назначен на должность начальника продовольственной и вещевой службы тыла войсковой части № при войсковой части №, а приказом командира войсковой части № от 23 ноября 2013 года № 219 (по личному составу), ФИО2 был назначен временно исполняющим обязанности начальника продовольственной службы войсковой части №.

Из акта контрольно-аналитических мероприятий продовольственной службы войсковой части № от 6 декабря 2018 года следует, что в воинской части была произведена проверка наличия и состояние запасов материальных ценностей. Указанный документ содержит сведения о наличии за материально ответственным лицом – инженером технической части 3 батальона ФИО2 недостачи 799 ИРП на общую сумму506869 рублей 35 копеек. Также комиссией установлено, что указанная недостача образовалась в результате нарушения ответчиком, в том числе и требований ст.ст. 242, 259 Руководства.

Согласно инвентаризационной описи (сличительной ведомости) от 12 февраля 2019 года № 

<

данные изъяты>, оборотной ведомости по нефинансовым активам за 6 сентября 2017 года по 30 ноября 2018 года, ведомости расхождения по результатам инвентаризации № 

<

данные изъяты> от 30 ноября 2018 года продовольственной службы войсковой части №, у ФИО2, как материально ответственного лица, выявлена недостача различных единиц материальных средств, в том числе: ИРП-П в количестве 1 штуки, ИРП в количестве 798 штук, на общую сумму506869 рублей 35 копеек. В графе «объяснение» ФИО2 в обоснование причины указывает, что имущество утеряно в ходе эксплуатации. 

Из объяснений ответчика ревизионной комиссии от 5 декабря 2018 года, следует, что недостача 799 ИРП образовалась в результате неполученных им по требованию-накладной № 1705/497 от 11 августа 2018 года 3300 ИРП при убытии батальона на полигон в Ростовскую область, где он по просьбе своего старшего начальника – заместителя командира батальона по тылу 

<

данные изъяты> Е., должен был по подложным расходным документам списать якобы «израсходованные» 3300 ИРП. 

Согласно объяснениям ответчика от 9 декабря 2018 года командиру войсковой части, недостача 799 ИРП образовалась в результате ненадлежащего исполнения им, ФИО2, должностных обязанностей и он готов возместить ущерб в полном объёме.

Заключением по материалам административного расследования по факту недостачи материальных средств войсковой части № установлено, что в нарушение требований приказа МО РФ «Об утверждении Инструкции по делопроизводству в ВС РФ» № 170 от 4 апреля 2017 года, ответчик допускал многочисленные факты списания (выдачи) ИРП по выпискам из приказа командира воинской части, однако информация, указанная в выписках из приказов, не отражалась в приказе командира воинской части, подшитых в делах продовольственной службы, заверялась подписями ответственного лица и не заверялась печатью воинской части. 

На основании проведённого расследования приказом командира войсковой части № от 31 января 2019 года № 97 ФИО2 привлечен к полной материальной ответственности.

Из справки - расчёт по состоянию на 1 декабря 2018 года следует, что недостача ИРП составила 799 комплектов на общую сумму 506869 рублей 35 копеек. 

Согласно выписке из книги учета недостач войсковой части № и сообщению № 1485 от 13 июля 2020 года, остаток не возмещённого ответчиком материального ущерба на 13 июля 2020 года по продовольственной службе составляет 506869 рублей 35 копеек.

Таким образом, судом установлено, что ревизией на день составления акта за ФИО2 была выявлена недостача ИРП в количестве 799 комплектов, на общую сумму506869 рублей 35 копеек.

Из требования-накладной № 13 от 22 августа 2016 года усматривается, что ответчиком со склада было получено 684 рациона питания ИРП-П. Основанием к выдаче указанного количества рационов послужил приказ командира войсковой части № № 216 (по строевой части) от 22 августа 2017 года.

Согласно выписке из приказа командира войсковой части № № 216 (по строевой части) от 22 августа 2017 года личный состав 3 батальона с 23 августа 2016 года следует зачислить на котловое довольствие, при этом 171 человеку в связи с убытием на полевой выход предписано выдать ИРП на 4 (четверо) суток (684 комплекта). 

Из пояснений представителя истца ФИО1 следует, что ФИО2 согласно требованию – накладной № 13 от 22 августа 2016 года получил 684 комплекта ИРП, и осуществлял их выдачу в порядке продовольственного обеспечения для списания с бухгалтерского учёта согласно раздаточной (сдаточной) ведомости № 443 материальных ценностей от 29 июля 2017 года. При этом ответчиком из указанного количества рационов было выдано всего 681 ИРП, в связи с чем за ФИО2 по требованию-накладной № 13 от 22 августа 2016 года числится задолженность в 3 комплекта ИРП.

Согласно раздаточной (сдаточной) ведомости № 443 материальных ценностей от 29 июля 2017 года, указанная ведомость выдавалась к требованию – накладной № 000000001630/465 от 3 августа 2017 года из которой следует, что ФИО2 получил сухой поек ИРП-П в количестве 1252 комплекта. Также из указанной ведомости усматривается, что все 1252 рациона питания были выданы 313 военнослужащим в количестве 156, 415 и 681 штуки. 

Из требования-накладной № 1630/465 от 3 августа 2017 года следует, что ответчиком в тот же день со склада получено 1252 рационов питания ИРП-П.

В судебном заседании ответчик подтвердил факт получения 684 и 1252 ИРП и пояснил, что установленным порядком выдал указанное количество ИРП по раздаточным ведомостям военнослужащим воинской части. Причины, по которым в финансовой службе отсутствуют раздаточные ведомости по 684 ИРП, ему не известны. Сведения об указанных хозяйственных операциях нашли своё подтверждение в карточке счета 105.32 за период с 28 октября 2016 года по 4 февраля 2019 года и карточке счета по нефинансовым активам за 28 августа 2017 года представленных из ФКУ УФО МО РФ по НСО. 

Из карточки счета 105.32 за 28 октября 2016 года по 4 февраля 2019 года, усматривается, что изначально состоялось внутреннее перемещение сухого пойка ИРП-П в количестве 684 комплекта, а затем осуществлён перенос данных остатков по КПС для счетов учёта номенклатуры ИРП с последующей их выдачей и списанием. 

Согласно карточке счета по нефинансовым активам за 28 августа 2017 года, за ответчиком числятся три операции по списанию 1252 ИРП в количестве 156, 415 и 681 штуки.

Доказательств, опровергающих данное утверждение ответчика, истец и его представитель в суд не представили. 

Таким образом, судом установлено, что ответчик установленным порядком выдал 684 и 1252 комплекта ИРП, факт указанной хозяйственной операции нашёл своё отражение в бухгалтерских документах, в связи с чем задолженности за ФИО2 в 3 комплекта ИРП стоимостью 635 рублей 24 копейки каждый, не имеется.

Из акта изъятия материальных ценностей № 670 от 7 июня 2016 года следует, что комиссия из числа военнослужащих войсковой части № произвела изъятие материальных ценностей с длительного хранения на текущее довольствие, а именно 62 ИРП на общую сумму39281 рубль 34 копеек. Указанные материальные ценности на ответственное хранение были приняты ответчиком.

Сведения об указанной выше хозяйственной операции нашли своё подтверждение в карточке счета 105.32 за период с 28 октября 2016 года по 4 февраля 2019 года. При этом какие-либо сведения о дальнейшем движении указанных материальных ценностей либо их выдаче военнослужащим отсутствуют.

В судебном заседании ответчик подтвердил факт получения указанного количества ИРП и пояснил, что установленным порядком выдал указанное количество ИРП по раздаточным ведомостям военнослужащим воинской части. При этом причины, по которым в финансовой службе отсутствуют раздаточные ведомости, ему не известны.

Из пояснений представителя истца ФИО1 следует, что у ФИО2 на ответственном хранении, согласно указанному акту, находились 62 ИРП, отчётных документов ответчиком по указанным ИРП в финансовую службу на день увольнения представлены не были.

Таким образом, судом установлено, что за ответчиком на день обнаружения ущерба по акту изъятия материальных ценностей № 670 от 7 июня 2016 года имелась задолженность в 62 ИРП.

Согласно требованию - накладной № 

<

данные изъяты> от 9 августа 2017 года со склада ФИО2 получил 508 ИРП стоимостью 633 рубля 57 копеек каждый, на общую сумму321853 рублей 56 копеек. Основанием к выдаче ИРП послужил приказ командира войсковой части № № 207 (по строевой части) от 9 августа 2017 года.

Согласно выписке из приказа командира войсковой части № № 207 (по строевой части) от 9 августа 2017 года личный состав 3 батальона в количестве 127 и 128 человек полагается с 10 и 11 августа 2017 года убывшим в служебную командировку на полигон 

<

данные изъяты> области для выполнения специального задания. При этом указанному количеству военнослужащих следует выдать ИРП на 22 (двадцать двое) суток. 

Из карточки счета 105.32 за 28 октября 2016 года по 4 февраля 2019 года, усматривается, что 9 августа 2017 года состоялось внутреннее перемещение сухого пойка ИРП-П в количестве 508 комплектов, однако сведения о его последующем расходовании и списании отсутствуют. 

Из требования-накладной № 

<

данные изъяты> от 11 августа 2017 года, усматривается, что ответчик получил 11 августа 2017 года от заведующего продовольственным складом Р. 3300 ИРП. Основанием к выдаче ИРП явилась телеграмма НШ ЦВО от 26 июня 2017 года № 14/19/530/36-38.

Согласно раздаточным ведомостям №№ 732, 739, 734 от 30 октября, 2 ноября и 12 декабря 2017 года, соответственно, личный состав 3 батальона войсковой части № был обеспечен ФИО2 ИРП: 30 октября 2017 года на 14 человек - в количестве 280 комплектов, 2 ноября 2017 года на 28 человек - в количестве 753 комплекта, 12 декабря 2017 года на 322 человек - в количестве 2254 комплекта. 

Из пояснений представителя истца следует, что ответчиком установленным порядком были получены 508 и 3300 ИРП. Из полученных 3300 комплектов ИРП, ответчик не отчитался по 13 комплектам. Отчётных документов о выдаче 508 ИРП по возвращении из командировки, а также на день увольнения ФИО2 в финансовую службу вовсе не представил. 

В судебном заседании ответчик подтвердил факт получения 508 ИРП, однако получение 3300 ИРП отрицал. Также ФИО2 пояснил, что установленным порядком, находясь в командировке, выдал военнослужащим 508 ИРП по раздаточным ведомостям. Однако указанный факт выдачи он отражал в фиктивных ведомостях, поскольку по просьбе своего старшего начальника – заместителя командира батальона по тылу 

<

данные изъяты> Е., проводил списание по подложным расходным документам о якобы «израсходованные» 3300 ИРП по требованию-накладной № 1705/497 от 11 августа 2018 года, за что в последующем бы осуждён.

Согласно приговору Новосибирского гарнизонного военного суда от 8 ноября 2019 года, требование – накладная № 1705/497 от 11 августа 2017 года, а также раздаточные ведомости №№ 732, 739, 734 от 30 октября, 2 ноября и 12 декабря 2017 года, по которым ответчик получил 3300 и выдал 3287 (280, 753 и 2254) комплектов ИРП содержат фиктивные сведения.

Таким образом, судом установлено, что за ответчиком на день обнаружения ущерба по требованию - накладной № 

<

данные изъяты> от 9 августа 2017 года имелась задолженность в 508 ИРП.

Кроме того, судом установлено, что ответчик 3300 комплектов ИРП установленным порядком не получал так как, представленные истцом в подтверждение указанной хозяйственной операции документы, судебным актом признаны фиктивными, а потому задолженности за ФИО2 в 13 комплекта ИРП не имеется.

Согласно накладной на отпуск материальных ценностей № НВ 000130 от 11 апреля 2018 года на основании извещения № НВ 000052 от 11 апреля 2018 года ФИО2 из 425 военного госпиталя получил 833 ИРП и затем отпустил по требованиям накладным №№ 0768 от 18 мая, 147, 148, 149 от 26 июня, 150, 159 от 27 июня 2018 года, 258, 261, 262 от 6 и 7 августа 2018 года ИРП в количестве 620 комплектов.

Из пояснения представителя истца следует, что ответчиком установленным порядком были получены 833 ИРП. При этом отчётных документов о выдаче 213 ИРП на день увольнения ФИО2 в финансовую службу не представил. 

В судебном заседании ответчик подтвердил факт получения 833 ИРП.

Таким образом, судом установлено, что за ответчиком на день обнаружения ущерба по накладной на отпуск материальных ценностей имеется задолженность в 213 комплектов ИРП.

Следовательно, на день обнаружения ущерба недостача ИРП числящихся за ответчиком составила всего 783 комплекта. 

Из уточнённой справки - расчёта от 3 июля 2020 года следует, что задолженность по 62 и 508 комплектам ИРП стоимостью 633 рубля 57 копеек каждый, составила 39281 рубль 34 копейки и 321 853 рубля 56 копеек, а по 213 комплектам ИРП стоимостью 633 рубля 94 копейки каждый, составила135 029 рублей 22 копеек.

Вышеуказанная справка, по мнению суда, содержит более детальную и точную информацию о цене каждого комплекта ИРП из числящихся в качестве недостачи в отличие от справки-расчёт по состоянию на 1 декабря 2018 года, в связи с чем суд кладёт уточнённую справку в основу решения, а справку-расчёт по состоянию на 1 декабря 2018 года отвергает.

Анализ изложенных доказательств в совокупности с приведёнными требованиями закона позволяет суду прийти к выводу, что ФИО2, как должностное лицо,обязан руководствоваться в своей деятельности правовыми актами по вопросам войскового хозяйства, вести учёт материальных ценностей по службе, организовывать их хранение, сбережение, а также принимать меры по предотвращению их утраты. В результате отсутствия надлежащего контроля и непринятия ФИО2 необходимых мер по обеспечению сохранности вверенных ему материальных ценностей, произошла их утрата. 

При этом ФИО2, в силу образования и достаточного опыта военной службы, должен был знать, что материальные средства продовольственной службы приняты им установленным порядком и числятся за ним, а потому был обязан обеспечить их сохранность и в случае выявления недостачи, доложить рапортом по команде для дальнейшего её документального оформления. Невыполнение ответчиком этих обязанностей, то есть его виновное бездействие, по мнению суда, повлекло за собой утрату государственного имущества - ИРП в количестве 783 комплекта на общую сумму 496 164 рубля 12 копейки. В части 16 комплектов ИРП суд не усматривает вины ФИО2, поскольку истцом не представлено доказательств, что указанные материальные ценности ответчиком были утрачены.

На основании вышеизложенного суд удовлетворяет иск командира войсковой части № к ФИО2 частично – на сумму 496 164 рубля 12 копейки, в остальной части на сумму 10705 рублей 23 копейки считает необходимым отказать.

Утверждение ответчика о том, что все упомянутые выше комплекты ИРП были выданы военнослужащим в порядке продовольственного обеспечения, суд находит несостоятельными и отвергает, как не нашедшее своего подтверждения в ходе рассмотрения дела. 

Ответчик, кроме словесных объяснений о выдаче военнослужащим ИРП, других доказательств, в подтверждение сказанному, суду не представил, поэтому суд к данным утверждениям ФИО2 относится критически и отвергает их.

Ссылку представителя ФИО3 на незаконность привлечения ответчика к материальной ответственности в виду того, что вина ФИО2 установлена на основании документов, которые судебным актом были признаны фиктивными, суд находит несостоятельной и отвергает, поскольку задолженность ответчика по ИРП была установлена в результате ревизии в связи с чем, в силу Закона, в данном случае административное расследование может не проводиться.

Довод ответчика о том, что истцом пропущен срок исковой давности относительно ущерба в отношении 62 комплектов ИРП, суд так же находит несостоятельным и отвергает, поскольку указанный срок следует исчислять с 6 декабря 2018 года, даты обнаружения ущерба (акт ревизии), а не с 7 июня 2016 года, даты составления акта изъятия материальных ценностей.

Оснований для уменьшения, в соответствии со ст. 11 Закона, размера ущерба, подлежащего взысканию с ФИО2, в судебном разбирательстве не установлено.

Поскольку войсковая часть № не имеет собственного лицевого счета и состоит на обеспечении в ФКУ «УФО МО РФ по Новосибирской области», то указанные денежные средства, по мнению суда, подлежат взысканию с ФИО2 в пользу воинской части путём зачисления на лицевой счёт вышеуказанного учреждения.

Кроме того, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, с ответчика подлежит удержанию в бюджет города Новосибирска государственная пошлина, от уплаты которой истец освобождён, в сумме 8161 рублей 64 копеек.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд, 

РЕШИЛ:

Исковое заявление командира войсковой части № о взыскании с бывшего военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО2 денежных средств в счёт возмещения материального ущерба, причинённого государству, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу войсковой части № путём зачисления на лицевой счёт Федерального казённого учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны РФ по Новосибирской области» денежную сумму в размере 496164 (четыреста девяносто шесть тысяч сто шестьдесят четыре) рубля 12 копеек.

Взыскать с ФИО2 в бюджет города Новосибирска государственную пошлину в размере 8161 (восемь тысяч сто шестьдесят один) рубль 64 копейки. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во 2-й Восточный окружной военный суд через Новосибирский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий А.А. Бахин