Дело № 2-1049/2021

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

22 марта 2021 года г. о.Щелково Московской области

Щёлковский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Кулагиной И.Ю.,

при помощнике судьи Даутовой Ф.Д.,

в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО6 к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 ФИО7 об установлении факта трудовых отношений, о компенсации морального вреда, признании увольнения незаконным, обязании внести записи в трудовую книжку о приеме на работу и об увольнении, взыскании заработной платы, компенсации за не использованный отпуск, взыскании упущенной выгоды, обязании произвести выплаты по пенсионным и страховым взносам, 

Установил:

ФИО1, уточнив исковые требования, обратился в Щёлковский городской суд Московской области с иском к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, о компенсации морального вреда, признании увольнения незаконным, обязании внести записи в трудовую книжку о приеме на работу и об увольнении, взыскании заработной платы, компенсации за не использованный отпуск, взыскании упущенной выгоды, обязании произвести выплаты по пенсионным и страховым взносам.

В обоснование иска указал, что он работал у индивидуального предпринимателя (далее - ИП) «ФИО2» в должности водителя автобуса с 01 января 2018 года по 09 июня 2018 года, руководителем которого является ФИО2 Трудовые отношения при трудоустройстве оформлены не были, трудовой договор ему не выдавался. Несмотря на то, что он не подписывал трудовой договор, считает, что между ним и ответчиком имели место трудовые отношения. ФИО2 предложил ему трудоустроиться к нему на работу на условиях, которые заключались в том, что трудовую деятельность истец будет осуществлять согласно гражданско-правовому договору по принципу доверия до тех пор, пока не будет разрешен вопрос, связанный с отсутствием необходимого для трудоустройства документа. ФИО2 обещал, что впоследствии будет заключен трудовой договор. Он и ФИО2 находились в доверительных отношениях. ФИО2 было известно, почему он не мог официально устроиться к нему на работу и не мог предоставить ему трудовую книжку. Поскольку его трудовая книжка находилась в распоряжении судебного пристава-исполнителя Щелковского районного отдела судебных приставов УФССП России по Московской области и на тот момент устроиться на работу другим способом не было возможности, ему пришлось согласиться на условия и временные неудобства, предложенные ответчиком. При приеме на работу ФИО2 назначил ему испытательный срок два месяца. По поручению ответчика и с его ведома он, истец, приступил к работе и стал выполнять обязанности водителя автобуса, обсуживать закрепленное за ним транспортное средство, принимать участие в его ремонте. Работу исполнял в соответствии с требованиями работодателя и в срок, исправно и без нареканий. Заказчик и сам работодатель ФИО2 претензий по объему, качеству и срокам оказания услуг не имели. У ФИО2 не имелось оснований не доверять ему осуществление трудовой функции, у него не имелось запретов по исполнению обязанности водителя автобуса. При трудоустройстве ему обещали заключить трудовой договор и своевременно выплачивать оклад в виде заработной платы в размере 40000 рублей в месяц или 2000 рублей за одну смену, равную продолжительности работы с 06 часов 00 минут по 18 часов 00 минут. В ходе его трудовой деятельности в ИП ФИО2 за выполненную работу ответчик ФИО2 выдавал ему заработную плату в указанном выше размере. При наличии пакета документов, а именно: водительское удостоверение, полис ОСАГО, договор фрахтовки, заключенный ИП ФИО2 с заказчиком ООО «ФИО8», ООО «ФИО9», необходимых для выполнения работы и подтверждающих право на управление автобусом СЕТРА государственный регистрационный номер № пассажирские перевозки он осуществлял по заданному маршруту в указанное время и по определенному графику согласно схеме движения, установленной упомянутыми заказчиками. Следовательно, он фактически осуществлял трудовую деятельность у ИП ФИО2 длительное время. У него, истца, было рабочее место, он выполнял единообразную работу, перевозил пассажиров, подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка и графику работы, поэтому имеются основания для переквалификации гражданско-правовых отношений в трудовые. Испытательный срок истек 01 мая 2018 года, однако трудовой договор работодатель с ним не заключил, а, напротив, начал искать повод для того, чтобы с ним расстаться. Из-за боязни потерять работу ему приходилось терпеть унижения и ущемления прав и свобод. 09 июня 2018 года между ним и ответчиком произошел конфликт, в результате которого ответчик безосновательно избил его, причинил побои и нанес ему телесные повреждения. Затем работодатель незаконно отстранил его от работы и объявил ему, что он уволен, после чего перестал допускать его к автобусу, запретив при этом находиться на территории его стоянки. Его требования выплатить остаток заработной платы за период его трудовой деятельности с 01 июня 2018 года по 09 июня 2018 года и произвести окончательный расчет, работодатель ФИО2 выполнять отказался. В результате им недополучено 28 884 рубля 32 копейки. Данная денежная сумма исходит из остатка заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск согласно расчету. Ответчик отказался признавать трудовые отношения и сослался на то, что он, истец, не работал в ИП ФИО2 и на то, что у него отсутствует трудовой договор, акты приема-передачи работ/услуг и иные правые документы, которые должны служить подтверждением размера заработной платы. Истец указал, что не был ознакомлен в трехдневный срок с приказом об увольнении, его не ознакомили под роспись с приказом о прекращении трудового договора и в связи с тем, что приказ об увольнении отсутствует, истец считает, что нарушение трудовых отношений является длящимся. Когда его якобы уволили, не был сделан расчет заработной платы за отработанное время, не произведена выплата денежных средств. Незаконными действиями работодателя ему причинен моральный вред, который выразился в том, что он претерпел стресс, унижение, физическую боль, впоследствии утратил возможность трудиться и получать зарплату. Также моральный вред выразился в том, что он перенес страдания из-за незаконного отстранения от работы, переживал по поводу утраты возможности получать заработную плату и содержать семью. Когда ответчик на рабочем месте нанес ему побои, причинил телесные повреждения, физическую боль, он испытал нервный стресс, перенес душевные страдания. Истец считает, что в действиях и (или) бездействии ответчика усматриваются признаки преступления, предусмотренного статьей 145.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. Также имеются основания, позволяющие обвинять ФИО2 в причастности и совершении преступлений, предусмотренных статьей 159 Уголовного кодекса Российской Федерации «Мошенничество», статьей 158 Уголовного кодекса Российской Федерации «Кража», статьей 199 Уголовного кодекса Российской Федерации «Уклонение от уплаты налогов и взносов». Обращения в полицию не принесли результатов. Были вынесены постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, однако данные постановления были признаны незаконными, необоснованными и отменены Щелковской городской прокуратурой. Ответчик не удовлетворил его запрос о предоставлении информации от 26 марта 2019 года. По утверждению истца, так как ответчик взял на себя ответственность быть работодателем, он является налоговым агентом, поэтому при выплате доходов наемным работникам должен перечислить суммы удержанного налога на доходы физических лиц (далее-НДФЛ) по месту учета налогового агента в налоговом органе, а суммы НДФЛ с доходов, выплачиваемых работнику, перечисляются в соответствующий бюджет исходя из сумм этого налога, удержанного с доходов физических лиц, нанятых для работы в данном субъекте РФ. Ответчик пренебрег обязательствами уплачивать за него страховые взносы в Пенсионный фонд России, Фонд социального страхования РФ, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования. 

Истец просит суд:

- признать увольнение ФИО1 ФИО10 незаконным;

- установить трудовые отношения между ФИО1 ФИО11 и индивидуальным предпринимателем ФИО2 ФИО12, установить размер заработной платы 40000 (сорок тысяч) рублей в месяц;

- обязать ФИО2 ФИО13 внести в трудовую книжку записи о приеме на работу с указанием даты 01.03.2018 года; об увольнении с работы в соответствии с пунктом 3 статьи 77 Трудового кодекса РФ с указанием даты 01.11.2020 года;

- взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО14 в пользу ФИО1 ФИО15 неполученную заработную плату и компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 28884 рубля 32 копейки;

- взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО16 в пользу ФИО1 ФИО17 всю недополученную сумму денежных средств за все время простоя за период с 01.06.2018 года по 01.11.2020 года в размере 1307482 (один миллион триста семь тысяч четыреста восемьдесят два) рубля 09 копеек;

- взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО18 в пользу ФИО1 ФИО19 моральный вред за причинение побоев, нанесение телесных повреждений, унижение чести и достоинства в размере 500000 (пятьсот тысяч) рублей;

- обязать индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО20 произвести в пользу ФИО1 ФИО21 перечисления пенсионных отчислений в Пенсионный фонд России и уплатить за ФИО1 ФИО22 страховые взносы в Фонд социального страхования РФ, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования в размере 392244 (триста девяносто две тысячи двести сорок четыре) рубля 61 копейка.

В судебное заседание истец ФИО1 явился, уточненные исковые требования поддержал, просил иск удовлетворить по основаниям, изложенным в уточненном исковом заявлении, заявил ходатайство о признании причин пропуска срока обращения в суд уважительными и восстановлении срока обращения в суд по трудовому спору. 

В судебное заседание ответчик ИП ФИО2 не явился, извещен, его представитель ФИО3, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал, в материалы дела представил письменные возражения, в которых просил в иске отказать по следующим основаниям. Истец в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представил в материалы дела доказательств в обоснование иска. Ответчик обстоятельства, изложенные в иске, отрицает и не признает. Никаких соглашений, трудовых и (или) гражданско-правовых, между истцом и ответчиком о личном выполнении истцом работы в качестве водителя автобуса не заключалось и не подписывалось. Доказательств того, что трудовая книжка истца находилась и удерживалась ответчиком в материалы дела не представлено. Ответчик не допускал истца к выполнению у него какой-либо работы. Истец не подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка ответчика. Истец не выполнял никакой работы в интересах, под контролем и управлением ответчика в спорный период. Ответчик каких-либо денежных средств в качестве заработной платы истцу не выплачивал. Истец с заявлением о приеме на работу к ответчику не обращался, кадровых решений в отношении истца ответчиком не принималось, приказа о приеме на работу истца ответчиком не издавалось, с правилами внутреннего трудового распорядка истец не знакомился, табель учета рабочего времени в отношении истца ответчиком не велся. Согласно полученному ответчиком патенту, он не имел права привлекать и не привлекал наемных работников для перевозки пассажиров, в том числе по договорам гражданско-правового характера. Истцом не представлен в материалы дела акт приема-передачи транспортного средства – автобус Сетра от ответчика в пользу истца, то есть не представлено доказательств передачи указанного автобуса во владение и пользование. Истцом не представлено доказательств того, что ответчик приговором суда был признан виновным в совершении тех преступлений, о которых истец указывает в иске. Следовательно, истцом не доказан факт совершения ответчиком в отношении истца противоправных действий, поэтому отсутствуют правовые основания для взыскания компенсации морального вреда. На основании статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации просил суд применить к исковым требованиям срок исковой давности. По изложенным основаниям представитель ответчика просил суд в иске отказать.

Выслушав истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 г. принята Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении (далее также - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит, в том числе, свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В соответствии со статьей 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовыми отношениями признаются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Статьей 16 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В силу статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя. Сторонами трудового договора являются работодатель и работник.

Статьей 57 Трудового кодекса Российской Федерации установлены обязательные для включения в трудовой договор условия, к которым, в частности, относятся: место работы с указанием обособленного структурного подразделения и его местонахождения, трудовая функция, дата начала работы и срок, условия оплаты труда, компенсации и другие выплаты.

Согласно части 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя.

В силу части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах (если трудовым законодательством или иным нормативным правовым актом, содержащим нормы трудового права, не предусмотрено составление трудовых договоров в большем количестве экземпляров), каждый из которых подписывается сторонами (части первая, третья статьи 67 ТК РФ). Прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, содержание которого должно соответствовать условиям заключенного трудового договора (часть первая статьи 68 ТК РФ). Приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу должен быть объявлен работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы (часть вторая статьи 68 ТК РФ).

Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ). 

В силу статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Из смысла приведенных норм следует, что к признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию; подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер (оплата производится за труд).

Действующее трудовое законодательство устанавливает два возможных варианта возникновения трудовых отношений между работодателем и работником: на основании заключенного в установленном порядке между сторонами трудового договора либо на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

При этом в силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания факта возникновения и наличия трудовых отношений возлагается на истца.

Из материалов дела усматривается, что ФИО2 27 марта 2017 года был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя (л.д.158), указав в качестве основного вида деятельности деятельность прочего сухопутного пассажирского транспорта, не включенная в другие группировки, что следует из выписки из Единого государственного реестра Индивидуальных предпринимателей ( л.д.153-157).

Судом установлено и не оспаривалось сторонами, что ответчику ФИО2 принадлежит на праве собственности транспортное средство автобус СЕТРА государственный регистрационный знак № (л.д.144-145).

Судом установлено и не оспаривалось сторонами, что ответчику ФИО2 в спорный период был выдан патент от 16.01.2018 года № (л.д.149-151), согласно которому ФИО2 в качестве индивидуального предпринимателя осуществляет деятельность по оказанию автотранспортных услуг по перевозке пассажиров автомобильным транспортом, за исключением деятельности такси, при этом средняя численность привлекаемых наемных работников, в том числе по договорам гражданско-правового характера за указанный налоговый период 01.02.2018 по 31.12.2018 года составляет 0 (ноль) человек. Аналогичный патент был получен ФИО2 за 2019-2020 годы ( л.д.146-148,152).

В обоснование исковых требований и в подтверждение факта наличия между сторонами трудовых отношений истцом в материалы дела представлены претензия от 26 марта 2019 года в адрес ответчика (л.д.17), заявление о предоставлении достоверной информации от 26 марта 2019 года в адрес ответчика (л.д.18), договор-оферта № от 26 марта 2019 года (л.д.20), заявление об увольнении от 01 ноября 2020 года (л.д.24), досудебная претензия от 02 ноября 2020 года (л.д.25), копия реквизитов счета в Сбербанке, а также копия постановления от 25 июня 2018 года об отказе в возбуждении уголовного дела, копия постановления от 02 июля 2018 года об отказе в возбуждении уголовного дела, копия постановления от 19 июля 2018 года Щелковской городской прокуратуры о частичном удовлетворении жалобы ФИО1

Суд, дав оценку представленным доказательствам в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями ст. ст. 15, 16, 56, 61, 66, 67 Трудового кодекса Российской Федерации о трудовых отношениях и порядке заключения трудового договора, приходит к выводу о том, что представленные доказательства не подтверждают возникновение между сторонами трудовых отношений с 01 января 2018 года и существования их на протяжении периода, указанного в исковом заявлении.

Возражая против удовлетворения иска, ответчик указал, что у него истец трудовые обязанности не выполнял, истец на работу не принимался, необходимые для оформления трудовых отношений документы не предоставлял, отрицал совершение им каких-либо противоправных действий в отношении ФИО1

Суд исходит из того, что каких-либо достоверных доказательств, свидетельствующих о возникновении трудовых правоотношений между сторонами в заявленный период с 01 января 2018 года по 09 июня 2018 года, о выполнении истцом обязанностей работника, предусмотренных статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации, о соблюдении им правил внутреннего трудового распорядка, трудовой дисциплины, режима рабочего времени, выполнении установленных норм труда, а также о том, что ответчиком ИП ФИО2 было принято обязательство по выполнению обязанностей работодателя, установленных статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации не представлено.

Судом установлено, что трудовой договор и (или) гражданско-правовой договор между сторонами не заключался, приказ о приеме на работу не издавался, запись в трудовую книжку истца о приеме на работу истца ответчиком не вносилась, соглашение в установленном законом порядке об исполнении истцом определенной трудовой функции и об иных существенных условиях трудового договора не заключалось, доказательств фактического выполнения ФИО1 какой-либо работы в ИП ФИО2 в интересах, под контролем и управлением ответчика в спорный период не представлено, в связи с чем, оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Кроме того, каких-либо доказательств, свидетельствующих о допущении истца к работе у ответчика с ведома или по поручению ответчика, получении истцом у ответчика заработной платы в спорный период, о нахождении и удержании ответчиком трудовой книжки истца в спорный период, истцом в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено.

Поскольку судом установлено, что между истцом и ответчиком каких-либо гражданско-правовых договоров не заключалось, и, следовательно, не возникло каких-либо отношений гражданско-правового характера, то не имеется оснований для применения статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями.

При таких обстоятельствах, оснований, предусмотренных статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации для удовлетворения производных требований о взыскании компенсации морального вреда, не имеется, поскольку основанием такой компенсации являются факты нарушения работодателем трудовых прав работника, неправомерные действия работодателя. 

Вместе с тем, судом установлено отсутствие трудовых отношений между истцом и ответчиком, и, следовательно, отсутствуют нарушения трудовых прав истца со стороны ответчика.

В соответствии с частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации в редакции федеральных законов РФ № 86-ФЗ от 20.12.2017 года, № 87-ФЗ от 29.12.2017 года, № 88-ФЗ от 31.12.2017 года, № 89-ФЗ от 05.02.2018 года, действовавших за период исковых требований 01 января 2018 года по 09 июня 2018 года, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

В пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 ТК РФ, статья 24 ГПК РФ).

Поскольку в своем исковом заявлении (л.д.7) истец утверждает, что он фактически был допущен к работе 01 января 2018 года без оформления трудового договора, то в соответствии с частью 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе. При незаключении трудового договора в указанный срок истец о нарушенном праве должен был узнать 04 января 2018 года, соответственно обратиться в суд не позднее 04 апреля 2018 года, в то время как истец обратился в суд 20 ноября 2020 года, то есть с пропуском установленного законом срока.

Следовательно, по исковым требованиям в части установления трудовых отношений и установления в трудовом договоре размера заработной платы 40000 рублей в месяц, пропущен предусмотренный частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации трехмесячный срок обращения в суд.

В соответствии частью 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации в редакции федеральных законов РФ № 86-ФЗ от 20.12.2017 года, № 87-ФЗ от 29.12.2017 года, № 88-ФЗ от 31.12.2017 года, № 89-ФЗ от 05.02.2018 года, действовавших за период исковых требований 01 января 2018 года по 09 июня 2018 года, за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Так, в своем исковом заявлении (л.д.8) истец утверждает, что 09 июня 2018 года в результате конфликта ответчик безосновательно избил его, незаконно отстранил его от работы и объявил ему, что он уволен, после чего перестал допускать его к автобусу, запретив при этом находиться на территории его стоянки, следовательно, суд приходит к выводу, что именно 09 июня 2018 года истец должен был узнать о нарушении его права на своевременное получение заработной платы и окончательного расчета при увольнении, между тем, исковое заявление о взыскании задолженности по заработной плате им было подано в суд лишь 20 ноября 2020 года, то есть с существенным пропуском установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срока.

В силу части 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что вопрос о пропуске истцом срока для обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком. Признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок (ч. 3 ст. 390 и ч. 3 ст. 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

В ходе судебного заседания 10 марта 2021 года представителем ответчика в письменной форме было заявлено о пропуске истцом срока обращения в суд, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

В ходе судебного заседания 22 марта 2021 года истцом было заявлено ходатайство о признании причин пропуска срока обращения в суд уважительными и восстановлении срока обращения в суд по трудовому спору по иску ФИО1 к ИП ФИО2 об установлении трудовых отношений, взыскании компенсации морального вреда, согласно которому в качестве одной из основных причин, указывающих на невозможность своевременного обращения в суд, является бездействие правоохранительных органов, а также сознательное затягивание сроков проведения служебных проверок, несоблюдение обязанностей и требований соответствующих инструкций должностного лица. По мнению истца, недобросовестные действия Отдела полиции МВД «Щелковское» были сознательно направлены против интересов истца с целью лишить его судебной защиты. Кроме того, в качестве уважительной причины пропуска срока обращения в суд истцом было указано на непредоставление ответчиком информации.

Суд приходит к выводу, что бездействие правоохранительных органов, сознательное затягивание сроков проведения служебных проверок, а также непредоставление ответчиком информации, не являются препятствием для своевременного обращения истца в суд за разрешением трудового спора.

При этом, связывая начало течения срока для обращения за разрешением индивидуального трудового спора с днем, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права, законодатель исходит из того, что своевременность обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора зависит от его волеизъявления.

Рассматривая вопрос об уважительности причин пропуска, установленного законом срока для обращения в суд с требованиями, указанными в исковом заявлении истца ФИО1 с учетом их дополнений, суд, основываясь на положениях статьи 205 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 392 Трудового Кодекса Российской Федерации и пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17 марта 2004 года "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", не усматривает законных оснований для признания перечисленных истцом в ходатайстве причин пропуска срока уважительными.

Таким образом, доказательств наличия уважительных причин пропуска срока для обращения в суд, в частности, наличие болезни истца, нахождении в командировке, невозможности обращения в суд, вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи, истцом не представлено.

Исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда за причинение побоев, нанесение телесных повреждений, унижение чести и достоинства, изложенные в иске (л.д.7-12), судом не принимались и не рассматривались, поскольку определением суда от 20 ноября 2020 года, оставляя исковое заявление без движения, суд предлагал истцу представить только сведения о вручении или иные документы, подтверждающие направление другим лицам, участвующим в деле, копий искового заявления и приложенных к нему документов, которые у других лиц, участвующих в деле, отсутствуют.

Данные сведения в установленный судом срок поступили, в связи с чем, в соответствии с частью 2 статьи 136 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к производству суда было принято первоначальное исковое заявление (л.д.47-49). В дальнейшем, требования истцом уточнялись и судом принимались в части увеличения компенсации морального вреда в связи с потерей работы до 500 000 рублей и обязании перечислить денежные средства в соответствующие фонды ( л.д.80).

Поскольку в удовлетворении основных исковых требований судом было отказано, не подлежат удовлетворению производные требования о компенсации морального вреда, признании увольнения незаконным, обязании внести записи в трудовую книжку о приеме на работу и об увольнении, взыскании заработной платы, компенсации за не использованный отпуск, взыскании упущенной выгоды, обязании произвести выплаты по пенсионным и страховым взносам.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении искового заявления ФИО1 ФИО23 к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 ФИО24 об установлении факта трудовых отношений, о компенсации морального вреда, признании увольнения незаконным, обязании внести записи в трудовую книжку о приеме на работу и об увольнении, взыскании заработной платы, компенсации за не использованный отпуск, взыскании упущенной выгоды, обязании произвести выплаты по пенсионным и страховым взносам.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Щелковский городской суд Московской области в течение одного месяца путем подачи апелляционной жалобы.

Председательствующий:

Судья И.Ю. Кулагина.