дело № 2-1765/2020

61RS0007-01-2020-001513-33

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

28 мая 2020 года г. Ростов – на – Дону 

Пролетарский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего судьи Черникова С.Г., при секретаре Минаенко К.В.,

с участием:

-от истца: представителей по доверенности: ФИО1,

-от ФССП: представителя по доверенности ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 ФИО9 к Министерству финансов РФ, ФССП РФ, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований: прокуратура Ростовской области, - о компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в Пролетарский районный суд г. Ростова-на-Дону с исковым заявлением к Министерству финансов РФ, третье лицо прокуратура Первомайского района г. Ростова-на-Дону, в котором просит:

«Взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 500000 руб. Судебные расходы возложить на ответчика» (л.д.8).

Определением от ДД.ММ.ГГГГ, судом к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФССП РФ, как распорядитель денежных средств. Также привлечена прокуратура Ростовской области в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований (л.д.2). 

По ходатайству представителя истца из числа лиц, участвующих в деле исключена прокуратура Первомайского района г. Ростова-на-Дону (третье лицо) (прот. с\з от 28.05.2020).

Свою просьбу заявитель объясняет тем, что ДД.ММ.ГГГГ., Первомайский районный ОСП г. Ростова-на-Дону возбудил в отношении него уголовное дело по ст. 157 ч.1 УК РФ, в связи с неуплатой родителем без уважительных причин средств на содержание несовершеннолетних детей. Этим же органом, ДД.ММ.ГГГГ в отношении него избрана мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении.

Однако, ДД.ММ.ГГГГ, Первомайским РОСП г. Ростова-на-Дону данное уголовное дело прекращено, в связи с отсутствием в действиях ФИО3 состава преступления (ст. 24 ч.1 п.1 УПКРФ). 

Обращаясь в суд заявитель сообщает, что в результате уголовного преследования он не мог устроиться на работу, был лишен возможности свободно передвигаться, посещать родителей.

В судебном заседании от 28.05.2020 года, представитель истца ФИО1 поддержала заявленные требования и показала, что в связи с незаконным уголовным преследованием ФИО3 имеет право на реабилитацию. Она же не поддержала заявление о взыскании судебных расходов.

В том же судебном заседании представитель ФССП России ФИО2 исковые требования не признала и показала, что заявитель не представил доказательств нанесения ему морального вреда.

Вместе с тем прокурор Филиппова Е.А. показала, что возмещение морального вреда с ФССП РФ за счет средств казны РФ в пользу реабилитированного предусмотрено действующим законодательством по основаниям прекращения уголовного преследования, в связи с чем просила исковые требования удовлетворить с применением принципа разумности при взыскании морального вреда. 

Дело рассмотрено в отсутствие истца, представителя министерства финансов РФ по ст. 167 ГПК РФ.

Рассмотрев гр.дело, суд приходит к следующему.

На основании ст. 133 УПК РФ, – право на реабилитацию включает право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда.

Защита нематериальных благ: жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, и другие личные неимущественные права, предусмотрена ст. 151 ГК РФ.

Из материалов дела известно, что ДД.ММ.ГГГГ, Первомайским РОСП г. Ростова-на-Дону было возбуждено уголовное дело по основаниям ст. 157 ч.1 УК РФ (Неуплата родителем без уважительных причин в нарушение решения суда или нотариально удостоверенного соглашения средств на содержание несовершеннолетних детей, а равно нетрудоспособных детей, достигших восемнадцатилетнего возраста, если это деяние совершено неоднократно). В отношении ФИО3, избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (л.д.11,12).

Однако, ДД.ММ.ГГГГ, Первомайский РОСП г. Ростова-на-Дону данное уголовное дело прекратил, в связи с отсутствием в действиях ФИО3 состава преступления (ст. 24 ч.1 п.1 УПКРФ) (л.д.13).

Таким образом, факт нарушения прав и интересов заявителя в виде незаконного привлечения к уголовной ответственности и вынесения меры пресечения подписки о невыезде и надлежащем поведении подтвердился.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно абзацу 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (с последующими изменениями и дополнениями) разъяснено, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.

Кроме того, необходимо учитывать, что Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 4 ноября 1950 г., с изменениями от 13 мая 2004 г.) признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации.

Из положений статьи 46 Конвенции, статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" следует, что правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в его окончательных постановлениях, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", применение судами Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие "семейная жизнь" не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми.

В пунктах 2 и 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 (с последующими изменениями и дополнениями) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъясняется, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В пунктах 2 и 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъясняется, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Требования о компенсации морального вреда истцом мотивированны, в частности причинением нравственных и физических страданий.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Учитывая данные разъяснения, при определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд исходит из фактических обстоятельств дела, периода уголовного преследования, характера и степени причиненных истцу нравственных страданий, данных о личности истца, а также требований разумности и справедливости, в связи с чем, полагает достаточным определить компенсацию в размере 55000 руб.

Принимая решение о взыскании компенсации морального вреда, суд учитывает, что надлежащим ответчиком по делу является ФССП России, действиями сотрудников которого истцу причинён моральный вред.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ,

Решил:

Взыскать в пользу ФИО3 ФИО10 с ФССП России за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 55000 руб., в остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Пролетарский районный суд г.Ростова-на-Дону в течение месяца. 

Судья С.Г.Черников

полный текст 

составлен: 04.06.2020.