КОПИЯ

Дело № 2-127/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 апреля 2020 года село Октябрьское

Октябрьский районный суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Столбовой О.А.,

при секретаре Бобылковой П.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием прокурора Киртьянова А.Г. гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ГБУЗ «Районная больница села Октябрьское» о возмещении морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к ГБУЗ «Районная больница села Октябрьское» (далее - ГБУЗ) о взыскании компенсации морального вреда в сумме по 500000 рублей каждому из истцов и судебных расходов, в обоснование указав, что в результате несвоевременно и некачественно оказанной медицинской помощи, выразившейся в неверной постановке диагноза, неправильном лечении, транспортировке их деда и брата ФИО2 в лечебное учреждение 

<

--хх--> силами родственников, ХХ месяца ХХХХ года наступила его смерть, вследствие чего они лишились близкого и родного человека и испытывают по этому поводу глубокие моральные страдания.

В судебном заседании стороны не участвовали, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, просили о рассмотрении дела в их отсутствие с предоставлением отзывов, не возражали против рассмотрения иска по существу в условиях распространения пандемии коронавируса (л.д.43-47, 52-68, том 2).

Суд с учетом мнения участника процесса считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав заключение прокурора, исследовав письменные материалы дела, материалы об отказе в возбуждении уголовного дела по факту смерти ФИО2, суд приходит к выводу, что исковое заявление подлежит частичному удовлетворению.

В судебном заседании установлено, что истцы ФИО1, ФИО3 являются внуками, а истец ФИО2 - братом ФИО2, умершего ХХ месяца ХХХХ года (л.д.15-21, 30-31, том 1).

По данным медицинских документов, ФИО2 поступил в терапевтическое отделение ГБУЗ ХХ месяца ХХХХ года с диагнозом «Острый коронарный синдром под вопросом»; ХХ месяца ХХХХ года переведен в хирургическое отделение ГБУЗ с диагнозом «Острый холецистит»; ХХ месяца ХХХХ года был выписан из больницы для перевозки силами родственников в лечебное учреждение 

<

--хх-->, однако по дороге скончался (л.д.44, 75, 154-196, том 1).

По заключению судебно-медицинской экспертизы причиной смерти ФИО2 явилась тупая травма живота, включающая в себя разрыв капсулы и паренхимы печени с массивными подкапсульными кровоизлияниями и расслаивающими кровоизлияниями в толще ткани печени с выходом крови в брюшную полость; данная травма осложнилась кровопотерей; между повреждениями, их осложнением и смертью имеется причинно-следственная связь; тупая травма живота образовалась около 1-2 суток до наступления смерти в результате удара либо соударения с тупым твердым предметом областью туловища справа, реализация данной травмы возможна при падении пострадавшего с высоты собственного роста и при ударе о твердую поверхность (л.д.45-49, 91-98, том 1). 

Согласно актам и заключениям экспертизы качества медицинской помощи (л.д.32-43, 50-51, 71-74, 76-90, 99-108, том 1) были выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи ФИО2, не находящиеся в прямой причинно-следственной связи с наступлением его смерти: 

- дефекты сбора жалоб и анамнеза: болевой синдром при остром коронарном синдроме и ИБС не детализированы, анамнез в отношении острого холецистита не собран;

- дефекты осмотра: описание осмотра живота краткое без уточнения симптомов острого холецистита, отсутствие осмотров врачом-хирургом 15 и ХХ месяца ХХХХ года;

- дефекты обследования: не проведен тропониновый тест при поступлении на лечение, повторная ЭКГ в динамике произведена только ХХ месяца ХХХХ года; ХХ месяца ХХХХ года после купирования болевого синдрома не снята ЭКГ в динамике для исключения острой коронарной патологии; при проведении УЗИ ХХ месяца ХХХХ года отсутствует описание иных органов брюшной полости: печени, селезенки, почек; 

- дефекты лечения: не назначена антибактериальная терапия после перевода в хирургическое отделение ввиду установления лейкоцитоза; транспортировка пациента была осуществлена не транспортом ГБУЗ и без медицинского сопровождения;

- дефекты ведения медицинской документации: не оформлен переводной эпикриз из терапевтического в хирургическое отделение; редкая кратность осмотра больного с острой хирургической патологией; отсутствие интерпретаций лечащего врача-хирурга по поводу появления новых данных в динамике при повторном УЗИ брюшной полости, забрюшинного пространства и резком снижении эритроцитов крови и гемоглобина в общем анализе крови. 

ХХ месяца ХХХХ года в возбуждении уголовного дела по факту смерти ФИО2 было отказано на основании п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием события преступления (л.д.52-55, 109-149, том 1).

Статьей 41 Конституции РФ к числу основных прав человека отнесено право на охрану здоровья. Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Согласно ст.2 Федерального закона от ХХ месяца ХХХХ года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Закон № 323-ФЗ) здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма. Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг. 

В силу ст.4 Закона № 323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч.ч.1, 2 ст.19 Закона № 323-ФЗ).

Пунктом 1 ст.150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу п.1 ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ХХ месяца ХХХХ года ХХ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума ВС РФ ХХ), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. 

В силу п.4 постановления Пленума ВС РФ ХХ отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Таким образом, исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В ст.151 ГК РФ закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ХХ месяца ХХХХ года № «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», под общепризнанными принципами международного права следует понимать основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом, отклонение от которых недопустимо.

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от ХХ месяца ХХХХ года N 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»), поэтому применение судами вышеназванной конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (п.10 данного постановления).

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Пунктом 1 ст.1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции РФ, Семейного кодекса РФ, положениями ст.ст.150, 151 ГК РФ следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину при оказании ему медицинской помощи, а равно как в случае оказания ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого пациента, другими близкими ему людьми, поскольку в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи такому лицу, лично им в силу сложившихся семейных отношений, характеризующихся близкими отношениями, духовной и эмоциональной связью между членами семьи, лично им также причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).

Пунктом 2 ст.150 ГК РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Статьей 1064 ГК РФ установлены общие основания ответственности за причинение вреда. Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу ч.ч.2 и 3 ст.98 Закона № 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Таким образом, в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, право на семейную жизнь, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Совокупность исследованных в судебном заседании доказательств позволяет суду сделать вывод об отсутствии прямой причинной связи между действиями медицинских работников ГБУЗ и последствиями в виде смерти ФИО2, которая наступила вследствие тупой травмы живота с разрывом капсулы и паренхимы печени с кровоизлияниями в брюшную полость, при этом лиц, виновных в причинении ФИО2 данных телесных повреждений, в ходе проведенной процессуальной проверки установлено не было. При таких обстоятельствах у суда отсутствуют основания полагать, что ответчики должны каким-либо образом компенсировать истцам моральные страдания, причиненные смертью их родственника.

Вместе с тем, в судебном заседании достоверно установлены факты некачественно и несвоевременно оказанной ФИО2 медицинской помощи, что выразилось в неосуществлении должного сбора жалоб и анамнеза пациента, его осмотра, обследования, последующего лечения и транспортировки, что во-многом способствовало установлению неверного диагноза больного и, как следствие, - его неправильному лечению. По мнению суда, обстоятельства ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО2, приведшего к явному ухудшению его здоровья за время нахождения в стационаре ГБУЗ, неосуществления должного контроля за состоянием его здоровья, непринятия всех возможных мер к установлению верного диагноза и переводу в более квалифицированное лечебное учреждение силами ГБУЗ, несомненно, осознавались истцами, которые, понимая, какие страдания испытывал их родственник, находясь в стационаре лечебного учреждения без необходимой медицинской помощи, переживали и нервничали, испытывая тем самым нравственные страдания по поводу состояния здоровья близкого им человека. 

Таким образом, в результате действий ответчика в лице ГБУЗ было нарушено личное неимущественное право истцов на семейную жизнь и семейные связи, что повлекло причинение им морального вреда, требующего денежной компенсации в соответствии с положениями ст.1101 ГК РФ

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины ГБУЗ и его финансовое положение (л.д.40, том 2); характер и глубину нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истцов, степенью их родства с ФИО2 и обусловленных их эмоциональной и духовной близостью с погибшим, о чем они пояснили в судебном заседании при рассмотрении аналогичного дела, а также в своих письменных пояснениях, представленных суду (л.д.61, 69-78, том 2); состояние здоровья престарелого брата ФИО2 (л.д.22-28, 56-64, том 1; л.д.59, том 2); фактические обстоятельства, при которых был причинен вред, а также требования разумности и справедливости, и приходит к выводу, что достаточной суммой компенсации морального вреда в данном случае будет 10000 рублей, взыскиваемых с ГБУЗ в пользу каждого из истцов. Оснований для взыскания компенсации морального вреда с соответчиков - администрации Октябрьского муниципального района 

<

--хх--> и Министерства здравоохранения 

<

--хх--> суд по делу не усматривает, в связи с чем в удовлетворении исковых требований, предъявленным к указанным лицам, следует отказать.

Расходы истца ФИО1 на оплату государственной пошлины в размере 300 рублей (л.д.7, том 1) подлежат удовлетворению в полном объеме со взысканием указанной суммы с ГБУЗ в пользу данного истца.

Руководствуясь ст.ст.12, 56, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО2, ФИО1, ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ «Районная больница села Октябрьское» в пользу ФИО2, ФИО3 компенсацию морального вреда в размере по 10000 (десять тысяч) рублей каждому.

Взыскать с ГБУЗ «Районная больница села Октябрьское» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10000 (десять тысяч) рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 (триста) рублей, всего взыскать 10300 (десять тысяч триста) рублей.

В остальной части иска ФИО2, ФИО1, ФИО3 отказать. 

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Октябрьский районный суд в течение одного месяца со дня вынесения.

Председательствующий подпись.

Копия верна.

Судья О.А.Столбова.

Секретарь П.И.Бобылкова.