Дело № 2-85/2024

Поступило в суд 01.03.2023 г.

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 января 2024 года г. Новосибирск

Кировский районный суд г. Новосибирска в составе:

Председательствующего судьи Романашенко Т.О.,

При секретаре Марченко А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ИП ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате ДТП, 

УСТАНОВИЛ:

ИП ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском. В обосновании иска указывая, что ДД.ММ.ГГГГ на а/д 

<

данные изъяты> произошло дорожно- транспортное происшествие с участием двух транспортных средств: MITSUBISHI FUSO г/н № принадлежащего ФИО2, под управлением водителя ФИО3 и автомобиля КАМАЗ Ml840 г/н № с прицепом KOGEL SV 24 г/н № принадлежащего по праву собственности ИП ФИО1, под управлением водителя ФИО 1 Виновником дорожно-транспортного происшествия, признан водитель транспортного средства MITSUBISHI FUSO г/н № ФИО3 Согласно постановлению № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, управляя автомобилем, нарушил п. 9.11 и 11.1. Правил дорожного движения, то есть совершил административное правонарушение, предусмотренное частью 1 статьи 12.15 Кодекса РФ об административных правонарушениях. В нарушение требований действующего законодательства, а именно, Федерального закона об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств (закон об ОСАГО) гражданская ответственность ФИО3 в момент совершения дорожно-транспортном происшествии не застрахована в установленном законом порядке (полис ОСАГО отсутствовал). Согласно экспертному заключению ООО «Абакан-Оценка» № от ДД.ММ.ГГГГ о расчете стоимости восстановления поврежденного полуприцепа марки «KOGEL SV 24 г/н №», стоимость восстановительного ремонта составляет 1171698 рублей. Поскольку на момент совершения дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность ФИО3 не застрахована, у истца возникло право требовать выплаты ущерба в соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса РФ с учетом позиции, изложенной в вышеупомянутом постановлении в размере стоимости ремонта без учета износа заменяемых запчастей. Законным владельцем ТС является ФИО2 Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании, (абз. 2 п. 1 ст. 1064, п. 1 ст. 1068, п. п. 1, 2 ст. 1079 ГК РФ; п. п. 19, 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1). ДД.ММ.ГГГГ ответчикам направлены претензии о возмещении ущерба, в которых предложено добровольно возместить сумму ущерба. Ответ на претензии не получен.

В ходе рассмотрения дела по существу в качестве соответчика был привлечен ФИО3 по ходатайству истца (л.д. 62). В обосновании истцом было указано, что виновником ДТП признан водитель транспортного средства MITSUBISHI FUSO г/н № ФИО3, в связи с чем, он также должен отвечать за вред, причиненный имуществу истца.

На основании изложенного, с учетом уточненного иска, истец просит взыскать солидарно с ФИО2 и ФИО3 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 ущерб, причиненный в результате совершенного дорожно-транспортного происшествия в сумме 1 171 698 рублей, а также взыскать с ответчиков расходов по уплате государственной пошлины в размере 14 058 рублей.

Истец и ответчики в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежаще, обеспечили явку представителей.

Представитель истца в судебном заседании, проведенном с помощью видеоконференц связи, заявленные требования поддержал по доводам, изложенным в заявлении, просила заявленные требования удовлетворить в полном объеме, взыскать с ответчиков солидарно причиненный истцу ущерб, в размере, заявленном истцом, выводы судебной экспертизы не оспаривала. 

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании не возражал против удовлетворения заявленных требований в размере410 000 руб., то есть с учетом износа составных частей.

Суд, исследовав письменные материалы дела, выслушав представителей сторон, приходит к следующим выводам.

В судебном заседании установлено и не оспорено ответчиками, что ИП ФИО1 является собственником транспортного средства КАМАЗ М1840, г/н № с прицепом KOGEL SV 24 г/н №. 

Из справки о ДТП следует, что ДД.ММ.ГГГГ произошло ДТП с участием автомобилей MITSUBISHI FUSO г/н №, принадлежащего ФИО2, под управлением водителя ФИО3 и автомобиля КАМАЗ Ml840 г/н № с прицепом KOGEL SV 24 г/н №, принадлежащего по праву собственности ИП ФИО1, под управлением водителя ФИО 1, в результате чего автомобилю истца причинены механические повреждения (л.д. 7).

Из объяснений ФИО 1, данных им сотрудникам ГИБДД следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 22-40 часов он, управляя автомобилем КАМАЗ перевозил коммерческий груз на автодороге 

<

адрес> он увидел, что навстречу его автомобилю в лоб идет транспортное средство, идущее на обгон. Воронов предпринял съезд на обочину, чтобы избежать столкновения в лоб, после съезда он почувствовал сильный удар в левую сторону, в ДТП не пострадал, в медицинской помощи не нуждался (л.д. 100).

Определением 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренным ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ (л.д. 94). 

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.15 ч.1 КоАП РФ, ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере 1500 руб. (л.д. 97)

Кроме того, судом установлено, что ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ в 22.57 на 

<

адрес> водитель ФИО3, управляя автомобилем MITSUBISHI FUSO, г/н №, двигался со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, не учитывая метеорологические условия (дождь), в части видимости направления движения, при совершении обгона впереди движущегося транспортного средства, выехал на полосу дороги, предназначенную для встречного движения, не убедился, что в процессе обгона он создает опасность для движения и помехи другим участникам дорожного движения, допустил столкновение с а/м КАМАЗ M1840. г/н № с полуприцепом KOGEL SV 24 г/н №, под управлением ФИО 1, который двигался во встречном направлении со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, чем нарушил п. 10.1 и 11.1 ПДД РФ. Кроме того, в результате ДТП пострадал пассажир автомобиля MITSUBISHI FUSO, г/н № ФИО 2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, причинен вред здоровью средней тяжести, что подтверждается протоколом об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д. 95)

С учетом обстоятельств ДТП, суд приходит к выводу о том, что ДД.ММ.ГГГГ в 22 час. 46 мин. по адресу: на 

<

адрес> водитель ФИО3, управляя автомобилем MITSUBISHI FUSO, г/н №, совершил нарушение п. 10.1 и 11.1 ПДД РФ, а именно не учел метеорологические условия (дождь), в части видимости направления движения, при совершении обгона впереди движущегося транспортного средства, выехал на полосу дороги, предназначенную для встречного движения, не убедился, что в процессе обгона что создает опасность для движения и помехи другим участникам дорожного движения, допустил столкновение с автомобилем КАМАЗ M1840. г/н № с полуприцепом KOGEL SV 24 г/н №, под управлением ФИО 1, который двигался во встречном направлении.

Таким образом, суд считает установленным, что в результате совершенных водителем автомобиля MITSUBISHI FUSO, г/н № – ФИО3, нарушений вышеуказанных положений Правил дорожного движения была создана аварийная ситуация и его действия состоят в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, имевшим место ДД.ММ.ГГГГ и наступившими последствиями, и признает указанного водителя виновным в совершении дорожно-транспортного происшествия.

Кроме того, ФИО3 признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ и подвергнут административному наказанию в виде штрафа в размере 25000 руб., что подтверждается постановлением по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 66-67) 

Вины водителя ФИО 1 в данном дорожно-транспортном происшествии суд не усматривает.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании/на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п./. 

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности. 

Пунктом 2 ст. 1079 ГК РФ установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. 

Согласно правовой позиции, изложенной в п. п. 19, 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», предусмотрено, что согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых /служебных, должностных/ обязанностей на основании трудового договора /служебного контракта/ или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. 

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

Положениями п. 2 ст. 209 ГК РФ установлено, что совершение собственником по своему усмотрению в отношении принадлежащего ему имущества любых действий не должно противоречить закону и иным правовым актам и нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц. 

В соответствии со ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не установлено законом или договором.

Согласно абз. 8 ст. 1 Федерального закона от 25.04.2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО), договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств - договор страхования, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховое возмещение в форме страховой выплаты или путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

На основании такого договора потерпевший реализует свое право на возмещение вреда, причиненного ему владельцем транспортного средства, путем получения от страховщика страховой выплаты.

Для случаев, когда риск гражданской ответственности в форме обязательного и (или) добровольного страхования владельцем транспортного средства не застрахован, названный Федеральный закон предписывает возмещать вред, причиненный имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством (п. 6 ст. 4 Закона об ОСАГО), то есть, как следует из п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме.

По смыслу ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке.

Для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу ч. 1 ст. 4 Закона об ОСАГО владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

На основании изложенного, лицо, пользующееся транспортным средством с согласия собственника, без включения его в полис страхования, либо заключения таким лицом самостоятельного договора страхования гражданской ответственности, может считаться законным участником дорожного движения (пункт 2.1.1 Правил дорожного движения Российской Федерации), но не считаться владельцем источника повышенной опасности (пункт 2.1.1(1) Правил дорожного движения Российской Федерации).

Согласно ответа на судебный запрос из ГУ МВД России по НСО, с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время автомобиль MITSUBISHI FUSO, г/н № зарегистрирован на имя ФИО2 (л.д. 37)

Кроме того, из документов, имеющихся в материалах дела, в том числе копии административного материала по факту ДТП, следует, что автомобиль MITSUBISHI FUSO, г/н № по договору ОСАГО на момент ДТП не застрахован.

Автомобиль КАМАЗ М1840, г/н №, на момент ДТП застрахован в страховой компании «ВСК», полис ХХХ №, действителен до ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, на момент ДТП законным владельцем источника повышенной опасности являлся собственник автомобиля MITSUBISHI FUSO, г/н № – ФИО2

Также судом принимается во внимание и то обстоятельство, что ФИО3 эксплуатируя автомобиль, являясь участником дорожного движения, не осуществил обязательное страхование гражданской ответственности за причинение вреда.

Таким образом, передача ФИО2 транспортного средства ФИО3 в техническое управление не освобождает ФИО2, являющегося собственником автомобиля на дату ДТП, от ответственности за причиненный вред водителем при эксплуатации данного транспортного средства.

По смыслу приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежащих истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, законный владелец источника повышенной опасности может быть привлечен к ответственности за вред, причиненный данным источником, наряду с непосредственным причинителем вреда, в долевом порядке при наличии вины.

Вина может быть выражена не только в содействии противоправному изъятию источника повышенной опасности из обладания законного владельца, но и в том, что законный владелец передал полномочия по владению источником повышенной опасности другому лицу, использование источника повышенной опасности которым находится в противоречии со специальными нормами и правилами по безопасности, содержащими административные требования по его охране и защите.

Доказательств, свидетельствующих о том, когда именно был передан автомобиль ФИО3, а также, доказательства, что в момент передачи транспортного средства ФИО3 гражданская ответственность ФИО3 была застрахована, ответчиком не представлено, следовательно, автомобиль не мог использоваться ФИО3 на законных основаниях. В нарушение положений ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации, ФИО2, как собственник, не осуществлял надлежащий контроль за принадлежащим ему источником повышенной опасности. Факт управления ФИО3 автомобилем с разрешения собственника, сам по себе не дает основания для вывода о признании водителя, чья гражданская ответственность в указанном качестве не застрахована, законным владельцем транспортного средства.

Таким образом, транспортное средство ФИО2 передано в пользование ФИО3 с нарушением Закона об ОСАГО, согласно которому обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств направлено, прежде всего, на защиту прав потерпевших на возмещение вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортных средств иными лицами.

Ответчик ФИО2 передавал источник повышенной опасности ФИО3, зная о том, что его ответственность не застрахована, что является препятствием для участия транспортного средства в дорожном движении, следовательно, оснований для освобождения ФИО2 от ответственности за ущерб, причиненный истцу в результате ДТП не имеется.

Таким образом, в силу приведенных законоположений, законный владелец источника повышенной опасности - транспортного средства, передавший полномочия по владению этим транспортным средством лицу, не имеющему страхового полиса обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства, о чем было известно законному владельцу на момент передачи полномочий, в случае причинения вреда в результате использования транспортного средства таким лицом (законным владельцем на момент причинения вреда), будет нести совместную с ним ответственность в долевом порядке в зависимости от вины. Данная правовая позиция нашла свое отражение, в частности, в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 года N 41-КГ16-37.

Поскольку в ходе рассмотрения спора доказательства того, что ФИО2 принял все необходимые и возможные меры для исключения использования транспортного средства ФИО3 в отсутствие полиса ОСАГО представлены не были, суд приходит к выводу о равной степени вины собственника автомобиля ФИО2 и причинителя вреда имуществу ФИО1 – ФИО3

При таких обстоятельствах, суд установил степень вины водителя ФИО3 50 % и собственника ФИО2 – 50 %. 

Действующим законодательством не предусмотрена солидарная обязанность по возмещению ущерба в результате ДТП причинителем вреда и собственником автомобиля.

Истцом, в обоснование суммы заявленного ущерба, в материалы дела представлено экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому полная стоимость восстановительного ремонта (без учета снижения стоимости заменяемых запчастей вследствие их износа) равна 1 171 698 руб., стоимость восстановительного ремонта (с учетом снижения стоимости заменяемых запчастей вследствие их износа) равна 800 258 руб. (л.д. 11-17) 

В ходе рассмотрения дела по существу, по ходатайству стороны ответчика была назначена и проведена судебная автотовароведческая экспертиза в 

<

данные изъяты>, согласно выводов которой, стоимость восстановительного ремонта полуприцепа марки «Kogel SV24», регистрационный номерной знак №, с учетом повреждений, полученных в рассматриваемом ДТП на день ДТП 07.09.2022 года, составляет: без учета износа составных частей - 780 600 руб., учетом износа составных частей - 410 100 руб. 

Суд принимает в качестве доказательства, подтверждающего стоимость восстановительного ремонта заключение эксперта в 

<

данные изъяты>, выполненное на основании определения суда о назначении экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку у суда отсутствуют основания сомневаться в выводах эксперта, при проведении экспертизы эксперт был предупреждён об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. В указанном заключении приведена методика расчета, имеется калькуляция ремонтных работ, заключение выполнено лицом, имеющим необходимую квалификацию. 

Выводы, изложенные в судебной экспертизе, какими-либо доказательствами, отвечающими требованиям относимости и допустимости (ст. ст. 59, 60 ГПК Российской Федерации) сторонами не оспорены и под сомнение не поставлены, ходатайств о назначении дополнительной /повторной/ экспертизы по определению суммы ущерба, не поступило.

Определяя размер причиненного истцу ущерба, суд принимает экспертное заключение, выполненное 

<

данные изъяты> в качестве надлежащего доказательства. 

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из вышеизложенного, в пользу истца подлежит взысканию ущерб, причиненный в результате ДТП, с каждого из ответчиков в сумме 390 300 руб. 

Довод представителя ответчика о том, что ущерб, причиненный транспортному средству истца должен быть взыскан с учетом износа суд находит несостоятельным, исходя из следующего. 

Согласно п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

При этом суд также учитывает, что согласно п. 5 Постановления Конституционного Суда РФ от 10.03.2017 г. N 6-П "По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО4 и других, по смыслу вытекающих из статьи 35 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 19 и 52 гарантий права собственности, определение объема возмещения имущественного вреда, причиненного потерпевшему при эксплуатации транспортного средства иными лицами, предполагает необходимость восполнения потерь, которые потерпевший объективно понес или - принимая во внимание в том числе требование пункта 1 статьи 16 Федерального закона "О безопасности дорожного движения", согласно которому техническое состояние и оборудование транспортных средств должны обеспечивать безопасность дорожного движения, - с неизбежностью должен будет понести для восстановления своего поврежденного транспортного средства.

Между тем замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях – при том, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, то есть необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Таким образом, поскольку размер расходов на устранение повреждений включается в состав реального ущерба истца полностью, основания для его уменьшения (с учетом износа) в рассматриваемом случае суд не усматривает. Размер, подлежащего взысканию с ответчиков ФИО2, ФИО3 в пользу истца ущерба должен быть определен по выводам судебной экспертизы, исходя из стоимости восстановительного ремонта без учета износа на день ДТП в размере 780 600 руб. В связи с чем, заявленные исковые требования ИП ФИО5 подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Таким образом, взысканию с каждого из ответчиков в пользу истца подлежат расходы по оплате государственной пошлины в размере по 5 503 руб., исходя из установленного п.п.1 п.1 ст. 333.19 НК РФ порядка расчета госпошлины.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194, 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ИП ФИО1 удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО2 в пользу ИП ФИО1 ущерб, причиненный в результате ДТП в размере 390 300 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 503 руб. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ИП ФИО1 ущерб, причиненный в результате ДТП в размере 390 300 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 503 руб.

Решение может обжаловано в Новосибирский областной суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 29.02.2024 года. 

Председательствующий – подпись

Копия верна: 

На «29» февраля 2024 г. решение в законную силу не вступило.

Подлинное решение находится в материалах гражданского дела за № 2-85/2024 Кировского районного суда г. Новосибирска (уникальный идентификатор дела 54RS0005-01-2023-001313-89).

Судья-