дело № 2-358/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Махачкала 26 ноября 2025 года 

Ленинский районный суд г. Махачкалы Республики Дагестан в составе:

председательствующего – судьи Абдурахманова С.Г.,

при секретаре судебного заседания Сотеевой Б.У., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО8, ФИО9, ФИО11 о признании сделок недействительными и истребовании имущества из чужого незаконного владения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО8, ФИО9, ФИО11 о признании сделок недействительными и истребовании имущества из чужого незаконного владения.

В обоснование иска указано, что Истец, ФИО1, 

<

данные изъяты> Давно и долго болеет, лечилась от последствий ковида. У нее плохое зрение. До 2008г., она, с семьей (муж и 5 детей) жили в 

<

адрес>.

В 1985г.г. ее муж, упокоился. Умерла одна дочь. В 2008г., после окончания строительства нового дома, они переехали в Коркмаскалу, где она фактически проживает в настоящее время, с семьей своего покойного сына.

Дом по ул. 

<

адрес>, был ею продан, а на вырученные деньги она приобрела квартиру и оставшиеся деньги распределила так, чтобы каждому из ее детей досталась равная доля.

Старшей дочери ФИО13 она приобрела в строящемся кооперативном доме 

<

адрес>), которую сразу решили оформить на ее сына, он и делал в ней ремонт. В 2010г. ее сына не стало, а дочь ФИО13 проживала в Москве, и не имела возможности заниматься документами, в связи с чем, указанную квартиру Истец оформила на себя, путем переоформления договора с застройщиком.

Сама квартира в Индустриальном переулке, была оплачена Истцом еще в 2008г., а свидетельство о праве собственности она получила в 2011г. Тогда же она, в связи с тем, что проживала с сыном в доме в 

<

адрес>, поселила туда квартиранта, и в дальнейшем получала дополнительный доход, помимо пенсии.

В последние 15 лет, в связи с ухудшившимся здоровьем, и преклонным возрастом, Истец находилась под сильным влиянием родственников, без ухода и помощи которых, в ее возрасте, очень сложно. Между тем, в 2019г. на семейном совете, в связи с тем, что обнаружилось, что у сына Истца, были какие то долги и неприятности с законом, Истец переоформила жилой 

<

адрес>, в 

<

адрес>, в котором проживает с семьей сына, на свою среднюю дочь ФИО12 – ФИО4 И.М. К сожалению, ее сын в дальнейшем, упокоился, но указанный жилой дом, так же остался оформленным на ФИО4 И.М., которая, под разными предлогами отказывается оформить его обратно, хотя бы, на семью покойного сына Истца.

Примерно в середине 2022г., средняя дочь Истца, ФИО4, не спросив у Истца, выселила из 

<

адрес> переулке Индустриальном, 

<

адрес>, квартирантов и, как ей сообщили родственники, заселила туда своего зятя. Истец несколько раз попыталась выяснить у нее, в чем дело и почему она заселяет туда своих родственников - родную дочь с мужем и детьми, так как эта квартира, фактически, являлась квартирой ее старшей дочери М-ны, которая оставила ее оформленной на нее, и разрешила ей сдавать ее. На это она обещала Истцу, что заселила их туда временно, а ее зять будет платить ей за найм квартиры вместо квартиранта.

В январе 2024г., ФИО4 И.М., сообщила истцу, что в документах на жилой дом в 

<

адрес> «а», отсутствует ее подпись и ей необходимо проехать к нотариусу для того, чтобы привести документы в порядок. У нотариуса ей дали на подпись документы, которые она, человек в возрасте 87 лет, не смогла даже прочесть, из-за того, что не взяла свои очки, а очки, которые ей предоставляла нотариус, не помогали что-либо видеть. Сам текст документа или документов Истцу никто не читал. Тем не менее, она подписала предложенные ей документы, так как доверяла своей дочери. Спустя некоторое время после этого, у Истца из сундука пропали все документы на дом и на квартиру в Индустриальном переулке.

В дальнейшем, Истец несколько раз пыталась поговорить с ФИО4 И.М. о необходимости приведения документов на их жилой дом в порядок, а также попросила ее наконец освободить квартиру в Индустриальном переулке и вернуть ей ранее дочерью у нее одолженные денежные средства в количестве 100000 руб.

В ходе последнего разговора в апреле 2024г., ФИО4 И.М. категорически отказалась что то возвращать, и сказала, что эта квартира ее и она будет поступать с ней как посчитает нужным. Тогда Истец сообщила об этом совей старшей дочери ФИО13, которая прилетела из Москвы и они вместе пошли к нотариусу ФИО18 3. М., так как именно к ней ответчица привозила Истца для подписания каких то документов. 

Нотариус сообщила им, что тогда, в январе 2024г., Истец подарила указанную квартиру своей дочери ФИО12. А та, в свою очередь, в июле 2024г., подарила ее уже своей внучке ФИО2, чьи интересы представляла ее мать ФИО5

Как выяснилось в последующем, ДД.ММ.ГГГГ

<

адрес> подписала договор дарения указанной квартиры в пользу своей дочери ФИО12, и с этого времени до 16.01.2024г., она числилась собственником квартиры. 16.01.2024г. ФИО4 И.М. оказывается, подарила назад Истцу, эту же квартиру. При этом, от имени истца, действовала дочь ФИО4 И.М. - ФИО5, и Истец, соответственно, об этом ничего не знала. А уже через два дня, 18.01.2024г., она же, Истец, не по доверенности, а лично, подарила эту же квартиру самой ФИО12.

Истец уверена и настаивает на том, что никогда, ни в 2015г., ни в 2024г., не собиралась, не имела права и не дарила никому 

<

адрес> на десятом этаже 

<

адрес> переулке Индустриальном 

<

адрес>, а подписание указанных договоров явилось результатом намеренных противоправных действий со стороны ФИО4, которая решила присвоить себе не только их жилой дом, но и квартиру, которая, фактически должна была остаться старшей дочери. 

Сам договор дарения квартиры, датированный 01.08.2015г. не заверен нотариусом. В нем нет подписи Истца, а ее инициалы прописаны не рукой Истца. Она никогда не выражала свою волю на распоряжение данной квартирой и считает указанную сделку совершенной без ее решения, помимо ее желания или ее воли.

Полагает, что все дальнейшие сделки, а именно, договор дарения квартиры от 16.01.2024г., договор дарения от 18.01.2024г., являются ничтожными в силу ст. 170 ГК РФ.

Так, договор дарения от 16.01.2024г. является мнимой сделкой, которая совершена с целью прикрыть другую сделку - договор дарения от 01.08.2015г. Зная, что данный договор дарения не подписан Истцом, ФИО4 И.М. привлекла свою родственницу - ФИО6, на которую, 12.01.2024г., Истцом была выписана нотариальная доверенность (указанную доверенность Истец могла подписать, считая, что родственники помогают ей с оформлением документов). ФИО5, представляя Истца по доверенности, формально, приняла в дар указанную квартиру и ничего не сообщила о ней Истцу, которая, как ранее было изложено, ничего не знала о договоре дарения от 01.08.2015г, и, соответственно, считала себя законным собственником указанной квартиры.

На основании изложенного, просит суд:

1.Признать договоры дарения 

<

адрес> Индустриальном переулке 

<

адрес>, кадастровый №, от 01.08.2015г., от 16.01.2024г., от 18.01.2024г., недействительными сделками.

2.Истребовать 

<

адрес> Индустриальном переулке 

<

адрес> с кадастровым номером № из чужого незаконного владения ФИО10, в лице ее законного представителя ФИО6, в пользу ФИО3.

3.Указать в решении суда, что оно является основанием для внесения в единый государственный реестр прав на недвижимое имущество, сведений о регистрации за ФИО7, права собственности на 

<

адрес> Индустриальном переулке 

<

адрес> с кадастровым номером 05:40:000060:8312.

Истец ФИО3, надлежаще извещенная о месте и времени рассмотрения дела, в суд не явилась и не сообщила суду об уважительности причин неявки, на предыдущем судебном заседании исковые требования поддержала и просила их удовлетворить.

Представитель истца (по доверенности) ФИО15, в судебном заседании исковые требования поддержал, просил суд удовлетворить иск по изложенным в нем основаниям.

Ответчики ФИО4 И.М., ФИО2, ФИО5, надлежаще извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в суд не явились.

Представитель ответчиков ФИО4 И.М. и ФИО5 (по доверенности) ФИО19, в судебном заседании возражал против удовлетворения иска.

Третьи лица - Нотариус Махачкалинского нотариального округа РД ФИО18, ГКУ РД «Управление социальной защиты населения в муниципальном образовании «

<

адрес>», извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, в суд не явились, своих представителей не направили.

Суд, выслушав стороны, изучив материалы дела, приходит к следующему.

На основании ч. 2 ст. 209 ГК РФ, собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с ч.2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу ст.432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункты 1, 2 статьи 223 ГК РФ).

В силу положений п.1 ст.572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права, либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила предусмотренные п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, ФИО3 принадлежала на праве собственности квартира, находящаяся по адресу: 

<

адрес>, состоящая из двух комнат, общей площадью 49,2 кв.м., расположенная на 10 этаже.

ДД.ММ.ГГГГ, между ФИО3 и ФИО4 И.М. заключен договор дарения, по условиям которого, ФИО3, подарила ФИО4 И.М. квартиру, общей площадью 49,2 кв.м, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

Указанный объект зарегистрирован в установленном законом порядке за ФИО4 И.М.

Далее, ДД.ММ.ГГГГ, между ФИО4 И.М. и ФИО5, действующей от имени ФИО3 по доверенности, заключен договор дарения квартиры, по условиям которого ФИО4 И.М. подарила ФИО3 квартиру, общей площадью 49,2 кв.м, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ произведена государственная регистрация права собственности в ЕГРН.

ДД.ММ.ГГГГ, между ФИО3 и ФИО4 И.М. заключен договор дарения квартиры, по условиям которого ФИО3 подарила ФИО4 И.М. квартиру, общей площадью 49,2 кв.м, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ, между ФИО4 И.М. и ФИО5, действующая как законный представитель своей несовершеннолетней дочери ФИО2, заключен договор дарения квартиры, по адресу: 

<

адрес>.

Судом установлено, что в настоящее время собственником спорной квартиры является ФИО2

Обращаясь в суд с иском, истец указывает, что договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ она не заключала и никогда не выражала свою волю на распоряжение данной квартирой и считает указанную сделку совершенной помимо ее желания или ее воли. Соответственно, все дальнейшие сделки, а именно, договор дарения квартиры от 16.01.2024г., договор дарения от 18.01.2024г., являются ничтожными в силу ст. 170 ГК РФ, поскольку совершены с целью прикрыть другую сделку - договор дарения от 01.08.2015г.

Согласно п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Из п. 2 ст. 168 ГК РФ следует, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

По смыслу п. 2 ст. 170 ГК РФ по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. При этом обе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

Из содержания указанной нормы следует, что в случае заключения притворной сделки действительная воля стороны не соответствует ее волеизъявлению. В связи с этим для установления истиной воли сторон имеет значение выяснение фактических отношений между сторонами, а также намерений каждой стороны. По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий, прав и обязанностей, не образующих известного Кодексу состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке именно тех ее условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец.

С учетом приведенных норм права суду следует определить юридически значимые обстоятельства, подлежащие доказывания по спору о признании сделки недействительной по признаку притворности: выяснить вопрос о том, какие юридическое последствия стороны действительно имели в виду при заключении сделки, правильно ли понималось истцом существо подписанного ею договора на момент заключения сделки, соответствовали ли действия сторон после заключения сделки по ее исполнению тем юридическом последствиям, которые вытекают из существа и юридической природы заключенной сделки, либо соответствуют правовым последствиям какой-либо иной сделки, которые стороны имели в виду при подписании сделки.

Для признания сделки мнимой на основании ст. 170 ГК РФ необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

Между тем, таких доказательств стороной истца суду не представлено. 

Как следует из материалов дела, в спорной квартире истица не проживала, бремя содержания квартиры несла ответчица ФИО4 И.М. 

Из доводов искового заявления следует, что еще в 2022 году истица узнала, что из спорной квартиры были выселены квартиранты и ответчица заселила в квартиру свою дочь с семьей. При этом, никаких действий по выселению данных лиц, истица, считавшая себя собственником спорной квартиры, не предприняла.

Обосновывая свои доводы тем, что договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ не подписывала, истица, имея возможность реализовать свои процессуальные права, в том числе, представить доказательства, обосновывающие свою позицию, заявлять ходатайства, каких-либо достоверных и достаточных доказательств, опровергающих доводы ответчика, в суд не представила.

При этом суд учитывает, что принцип состязательности, на основе которого осуществляется гражданское судопроизводство, реализуется в процессе обоснования сторонами своей правовой позиции (своих требований и возражений), где каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иной не предусмотрено федеральным законом (статья 56 ГПК РФ).

Довод истицы об отсутствии намерения проводить сделки с оспариваемым имуществом, опровергается выданной доверенностью на имя ФИО5, а также договором дарения от ДД.ММ.ГГГГ, подписанные истицей собственноручно.

Ссылки на состояние здоровья, возраст истца сами по себе не определяют наличие оснований для признания сделки недействительной.

В ходе судебного заседания, представителем истца было заявлено ходатайство о назначении судебной психиатрической экспертизы, для выяснения, могла ли ФИО16 понимать значение своих действий при подписании договоров дарения квартиры от 16.01.2024г. и от 18.01.2024г.

Определением Ленинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГг. по делу назначена судебно-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено экспертам ГБУ РД «Республиканский психоневрологический диспансер».

Из заключения амбулаторной судебно-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, каким-либо психическим расстройством не страдала ранее и не страдает в настоящее время. ФИО3 могла правильно и всесторонне осмысливать внутреннее содержание совершаемых действий и прогнозировать их юридические последствия, понимала существо договоров дарения квартиры от 16.01.2024г. и от 18.01.2024г., могла понимать значение своих действий и руководить ими. 

Оснований сомневаться в достоверности указанного заключения у суда не имеется, поскольку оно содержит развернутые, логичные, исключающие двоякое толкование ответы на поставленные судом вопросы, исследования произведены экспертами в соответствии с нормативными и методическими документами, указанными в заключении. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

Оценив вышеуказанное экспертное заключение в совокупности со всеми материалами дела, суд приходит к выводу о том, что преклонный возраст, а также наличие у ФИО3 заболеваний, сами по себе также не могут являться достаточными и бесспорными доказательствами порока воли относительно составленного договора дарения квартиры. Напротив, по мнению суда, истица правильно оценивала правовые последствия отчуждения своей родной дочери спорной квартиры.

Суд полагает необходимым отметить, что наличие заболевания, не связанного с психическим расстройством, само по себе не исключает дееспособности и способности понимать значение своих действий и руководить ими.

Нарушений порядка составления, подписания договора дарения, а также недостатков договора, искажающих волеизъявление его сторон, в ходе рассмотрения дела не установлено.

С учетом изложенного, оценив предоставленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание отсутствие со стороны истца доказательств, подтверждающих того, что стороны, заключая оспариваемый договор, преследовали иные цели, чем предусматривает договор дарения, доказательств того, что при заключении договора дарения ФИО3 давала основания полагать, что она не осознает значимость своих действий или заблуждается относительно последствий сделки, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований ФИО3 в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО8, ФИО9, ФИО11 о:

-признании договоров дарения 

<

адрес>, кадастровый №, от 01.08.2015г., от 16.01.2024г., от 18.01.2024г., между ФИО1 и ФИО8 недействительными сделками;

- истребовании 

<

адрес> Индустриальном переулке 

<

адрес> с кадастровым номером № из чужого незаконного владения ФИО10, в лице ее законного представителя ФИО6, в пользу ФИО3.

- указании в решении суда, что оно является основанием для внесения в единый государственный реестр прав на недвижимое имущество, сведений о регистрации за ФИО7, права собственности на 

<

адрес> с кадастровым номером 05:40:000060:8312 - отказать.

Резолютивная часть решения суда оглашена 26 ноября 2025 года.

Мотивированное решение суда в окончательной форме изготовлено 10 декабря 2025 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Республики Дагестан в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий С.Г. Абдурахманов 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>