Дело№-2-115/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 августа 2019 года город Карачаевск Карачаевский городской суд Карачаево-Черкесской Республики в составе председательствующего судьи Долаева А.С., при секретаре судебного заседания Семеновой Ф.С., 

с участием: 

- представителя истца ФИО4 ФИО30, по доверенности №(адрес обезличен)1 от (дата обезличена) ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело возбужденное судом по исковому заявлению ФИО4 ФИО32 к Караевой ФИО33, ФИО13 ФИО34 об оспаривании доверенности, договоров дарения и купли-продажи, компенсации морального вреда 

установил:

ФИО4 ФИО35 обратился в суд иском к Караевой ФИО36, ФИО13 ФИО31 о признании недействительной: - доверенность (адрес обезличен)9, выданной (дата обезличена) при жизни Бархозовой ФИО39, умершей (дата обезличена) на имя Караевой ФИО37, удостоверенной нотариусом ФИО14 ФИО38; - договор дарения (адрес обезличен), расположенной в (адрес обезличен) в (адрес обезличен), заключенного от имени Бархозовой ФИО41 в пользу Караевой ФИО43 и ФИО4 ФИО44 от (дата обезличена); - договора купли-продажи от (дата обезличена), заключенного между Бархозовой ФИО40 и Караевой ФИО42 и договор купли-продажи квартиры заключенного между ФИО13 ФИО45 и Караевой ФИО46 от (дата обезличена).

В последствии истец изменил заявленные в иске требования, просил суд признать недействительными: - доверенность (адрес обезличен)9, выданную (дата обезличена) при жизни Бархозовой ФИО54, умершей (дата обезличена) на имя Караевой ФИО47, удостоверенной нотариусом ФИО14 ФИО48; 

- договор дарения (адрес обезличен), расположенной в (адрес обезличен) в (адрес обезличен), заключенного от имени Бархозовой ФИО53 в пользу Караевой ФИО55 и ФИО4 ФИО56 от (дата обезличена); 

- договор купли-продажи ? доли указанной квартиры заключенный между Бархозовой ФИО51 и Караевой ФИО52 от (дата обезличена), и договор купли-продажи квартиры заключенного между ФИО13 ФИО49 и Караевой ФИО50 от (дата обезличена); 

- истребовать имущества и чужого незаконного владения ФИО13 ФИО58 и прекращении права собственности на спорную квартиру;

- взыскать с Караевой ФИО57 в счет компенсации причиненного морального вреда денежную сумму в размере 100 000 рублей.

Заявленные в иске требования истец ФИО4 обосновал тем, что является племянником умершей (дата обезличена) Бархозовой ФИО59, которой на праве собственности принадлежала (адрес обезличен), в (адрес обезличен) в (адрес обезличен). Поскольку других родственников у ФИО5 не было, он опекал ее, однако в связи с имеющимся онкологическим заболеванием нуждаясь в постоянном лечении, сам осуществлять надлежащий уход за своей престарелой тетей ФИО6 не мог, в связи с чем обратился в начале 2016 года к соседке тети - Караевой ФИО60 с просьбой присматривать за его престарелой тетей, в качестве вознаграждения передал ФИО7 100 000 тысяч рублей, а также, чтобы тетя не оставалась без присмотра, предложил ФИО7 впоследствии передать ей долю квартиры, принадлежащую его тете после ее смерти и принятия наследства. На данную его просьбу ответчик ФИО7 ответила согласием, приняв денежную сумму в размере 100 000 рублей. 

При этом, он сам также продолжал опекать свою тетю, приезжал, постоянно созванивался с ответчиком, чтобы узнавать о ее состоянии.

20.05.2016 года ФИО7 сообщила ему, что она поговорила с ФИО6 и она дала согласие на оформление договора дарения в равных долях, и что ему необходимо приехать, при этом по ее просьбе он продиктовал ей свои паспортные данные по телефону. Приехав в город Карачаевск он вместе с ФИО7, своей супругой ФИО7 пошли в контору, где им составили договор дарения, который он подписав предложил пойти к тете, т. к. в договоре дарения не было подписи ФИО6, на что ФИО7 сообщила, что ФИО6 дала нотариальную доверенность на имя ее дочери - ФИО8 на переоформление квартиры и необходимости везти к нотариусу ФИО6 не имеется. После того, как они подписали в МФЦ необходимые документы, он уехал в г. Ростов-на-Дону на лечение, при этом у него закрались сомнения по поводу законности доверенности и переоформлении квартиры при жизни тети ФИО6, которая всегда боялась остаться без жилья. Приехав в г. Карачаевск к тете ФИО6 с ее слов ему стало известно, что она никакой доверенности не давала, и не собиралась распоряжаться своим имуществом при жизни. В связи с чем он возвратил тете переоформленную на него 1/2 долю квартиры по договору дарения, фактически вернув ей долю в квартире. После чего у него состоялся разговор с ФИО7 о том, что ее действия по оформлению доли в квартире являются незаконными и что ей необходимо вернуть долю в квартире ФИО6 После смерти тети ему стало известно, что ФИО7 не вернула ФИО6 незаконно переоформленную на себя ? долю в квартире, а напротив стала единоличным владельцем квартиры умершей ФИО6, оформив 08.12.2016 года договор купли-продажи оставшуюся ? долю. По причине того, что имущество незаконно выбыло из владения ФИО6 за наследством к нотариусу не обращался. В связи с незаконными действиями ФИО7 он обратился в правоохранительные органы, по результатам проведенной проверки на основании заключения эксперта (номер обезличен) от (дата обезличена), было установлено, что рукописные записи «ФИО5» на оборотной стороне доверенности (адрес обезличен)9 от (дата обезличена), зарегистрированной в реестре за (номер обезличен) в графе «подпись» выполнена Караевой ФИО61. В ходе проведения проверки обратился в суд для установления родственных отношений. Однако правоохранительными органами длительное время проводилась проверка по заявлению. Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 18.07.2018 года в материале проверки усматриваются признаки гражданско-правовых отношений. По указанной причине о обратился в суд с требованием о признании договора дарения от 20.05.2018 года недействительным, так как договор был подписан дочерью ФИО9, которая действовала на основании недействительной доверенности от 20.05.2016 года, в которой подпись согласно заключению эксперта № 290-1 от 16 июля 2018 года учинена самой ФИО7, а не ФИО10, что вынуждено, спустя год, признала и сама ФИО7 давая объяснения в ходе проведения проверки по заявлению ФИО4 в порядке ст. 144 УПК РФ. Данное обстоятельство является безусловным доказательством, что доверенность является не соответствующей закону и соответственно недействительной.

Также считает, что нотариус не выезжал на дом к ФИО6 для подписания доверенности, т. к. в доверенности нет указания на то, что она была составлена с выездом, при этом экспертизой установлено, что подпись в доверенности вместо ФИО3 учинена ответчиком ФИО7 Согласно указанной доверенности ФИО6 уполномочивает ФИО2 ФИО62 то ли подарить, то ли продать за цену и на условиях по своему усмотрению, получить деньги, подписать договор купли-продажи, а также предварительный договор, документ о передаче недвижимости. Однако на основании указанной доверенности был заключен договор дарения от 20.05.2018 года.

Недействительность доверенности свидетельствует об отсутствии полномочий у доверенного лица ФИО8 на совершение сделки от имени дарителя, поэтому такая сделка является ничтожной в силу норм ст. 168 ГК РФ.

Личностные особенности ФИО6 в силу преклонного возраста (80 лет), состояния здоровья и образовательного уровня, а также отсутствие доказательств выражения ФИО6 намерений подарить принадлежащую ей квартиру, лицу, не состоящему с ней в родстве, лишившись тем самым единственного жилья, отсутствие факта наступления правовых последствий, вытекающих из договора дарения, подделанная ФИО7 подпись в доверенности, дает основание признать договор дарения от 20.05.2016 года - ничтожным.

Кроме того, тетя - ФИО6 последние три месяца перестала узнавать людей, хотя они и были близкими родственниками, ей необходимо было все объяснять по несколько раз, после объяснений она через короткий промежуток времени все забывала, испытывала затруднения в ходьбе, у нее было неконтролированное мочеиспускание, способность к восприятию информации была снижена, снижено наличие умения справляться с жизненными ситуациями, поэтому нуждалась в постоянном постороннем уходе, т. к. сама себя не могла обслуживать. Указанные обстоятельства дают основания утверждать, что при подписании договора купли-продажи ФИО6 не могла в полной мере понимать значения своих действий и руководить ими, что является основанием для признания его недействительным.

В представленных суду возражениях ответчик исковые требования ФИО4 не признала, просила суд в удовлетворении исковых требований ФИО4 ФИО67 к Караевой ФИО68 и ФИО13 ФИО63 отказать в полном объеме, обосновав тем, что оспариваемые договора составлены и зарегистрированы в соответствии с действующим законодательством. В иске ФИО4 указывает, поскольку других родственников у ФИО6 не было, однако это не соответствует действительности, так как у неё есть родная сестра ФИО3 ФИО65, кроме сестры есть еще и другие племянники ФИО6, которые являются наследниками той же очереди, что и ФИО4 Однако никто из них не обратился к нотариусу за получением наследства, так как все знали, что она ухаживала за ФИО6, которая передала ей квартиру по договору дарения и купли-продажи. Наследственное дело после смерти Бархозовой ФИО66 не открыто. Согласно ст. ч.2 ст. 1143 ГК РФ, ФИО4 является наследником второй очереди по праву представления как и ФИО3 ФИО64. 

Для подачи иска в суд в защиту своего нарушенного права ФИО4 должен был принять наследства (ч. 1 ст. 1152. ГК РФ). Принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство в соответствии с ч. 1. ст. 1153 ГК РФ после смерти тети. Однако данных действий ФИО4 не предпринял.

Согласно ч. 1 ст. 1154ГК РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

ФИО4 не воспользовался данным правом, хотя ему достоверно была известно дата смерти тети ФИО6, так как он присутствовал на похоронах. Тем самым пропустил срок для принятия наследства.

Кроме того, согласно объяснениям данным нотариусом ФИО14 ФИО69, что ему пояснили, что ФИО6 лежачая больная и предложили составить документы в нотариальной конторе, а затем пойти к ФИО3 на дом, чтобы она расписалась в доверенности, на что он согласился. Составив доверенность вместе с ФИО7 и ФИО4 пошли к ФИО3. На месте он ознакомил ФИО3 с текстом доверенности и договором дарения, ФИО6 собственноручно подписала документы, так же собственноручно расписалась в реестре нотариальных действий. ФИО3 на момент подписания данного документа находилась в ясном уме и осознавала свой действия. ФИО6 также собственноручно подписала договор купли-продажи у нотариуса и в МФЦ во всех документах, где указывали на необходимость подписи. В МФЦ девушка принимающая документы объяснила, что после подписания указанных документов владельцем данной квартиры станет ФИО7 На что ФИО3 пояснила, что ради этого они здесь находятся. Стоимость указанную в договоре приобретаемой 1/2 доли квартиры, она оплатила ФИО3 полностью до подписания договора. ФИО6 знала о том, что квартира перешла в ее собственность на основании договора дарения 1/2 доли квартиры и на основании договора купли-продажи 1/2 доли квартиры. ФИО6 зная о данных сделках, не предпринимала никаких действии к признанию недействительным указанных договоров, данное обстоятельство говорит о волеизъявлении ФИО6 на отчуждении принадлежащей ей квартиры. Доводы истца о том, что в силу возраста и состоянии здоровья, образовательного уровня вызывают сомнения в законности сделки, не состоятельны, так как ФИО6 была в ясной памяти, всех узнавала, на лечение она в указанный в иске период госпитализирована в реанимационное отделение, в связи с отеком легких и отеком нижних конечностей и общей слабостью.

ФИО4 ФИО70 не по доброте души вернул подаренную 1/2 доли квартиры ФИО6, а связи с тем, что ФИО3 потребовала вернуть подаренную долю пригрозив обратиться в правоохранительные органы, так как он перестал приезжать и ухаживать за ней. В настоящее время ФИО4 злоупотребляет правом, обратившись в суд о признании сделок недействительными. ФИО4 не обращался в суд о признании сделки договора дарения недействительным в защиту интересов ФИО6 при её жизни. Так как ему было известно о том, что ФИО6 не позволила бы ему этого сделать, так как это было её решение о распоряжении своим имуществом и ему данные обстоятельства были известны, что могут подтвердить свидетели. В иске истец ссылается на заключение эксперта (номер обезличен) от (дата обезличена), данное заключение эксперта считает незаконным. Своими правами предусмотренным УПК РФ воспользоваться не представилось возможным в связи с тем, что вынесено постановление на стадии материала проверки для оспаривания данной экспертизы. 

В судебном заседании истец ФИО4, представитель истца ФИО11 поддержали заявленные в иске требования о признании недействительной доверенности от 20 мая 2016 года, выданной якобы ФИО6 на имя Караевой ФИО71, удостоверенной нотариусом ФИО14 ФИО72 и признании недействительным договора дарения (адрес обезличен), расположенной по адресу: (адрес обезличен), подписанной на основании указанной доверенности, которая была подписана не надлежащим лицом, что подтверждается проведенной в ходе до следственной проверки почерковедческой экспертизой, которой установлено, что действительно, доверенность от имени ФИО6 была подписана ФИО7 и которая подтвердила данный факт в ходе дачи объяснений, таким образом доверенность была подписана не надлежащим лицом, на основании которой была совершена сделка, в связи с чем сделка произведенная по доверенности не законна. Ответчик ФИО7 и ее представитель ФИО12 Х-М., ответчик ФИО13 и привлеченные к участию в деле третьим лицом нотариус ФИО14 и представитель Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по КЧР в судебное заседание не явились о причинах неявки суд не известили. Из пояснений ответчика ФИО7 приведенных в протоколе судебного заседания следует, что с ФИО4 была устная договоренность о совместном уходе за ФИО6, ФИО6 сама подарила ей половину квартиры, а вторую потом продала. 

Суд в целях соблюдения предусмотренных ст.154 ГПК РФ, процессуальных сроков рассмотрения дела, исходя из требований ст. 167 ГПК РФ обязывающей лиц участвующих в деле, известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин, учитывая, что лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного заседания, и ими не представлены сведения о причинах неявки рассмотрел дело в отсутствие ответчиков, извещенных о времени и месте судебного заседания, не сообщивших суду об уважительных причин неявки и не просивших о рассмотреть дело в их отсутствии.

Заслушав доводы истца и его представителя, приведенные в обоснование заявленных в иске требований, исследовав материалы дела, приходит к следующему. 

Согласно статье 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. 

Статьей 1114 Гражданского кодекса Российской Федерации днем открытия наследства является день смерти гражданина. 

Согласно ч.1 ст. 181 ГК РФ (в действующей редакции) срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом, срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. 

В соответствии с ч.2 ст. 45 Конституции РФ каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

В силу п.1 ст.9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии со ст.12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными названной статьей, либо иными способами, предусмотренными законом.

Указанной правовой нормой (ст. 12 ГК РФ) предусмотрен такой способ защиты гражданских прав, как признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки.

Специальным вещно-правовым способом защиты прав собственника выступает виндикационный иск (ст. 301 - 303 ГК РФ).

Гражданское законодательство не ограничивает гражданина в выборе способа защиты нарушенного права и не ставит использование общих гражданско-правовых способов защиты в зависимость от наличия специальных, вещно-правовых, способов; граждане и юридические лица в силу статьи 9 ГК Российской Федерации вправе осуществить этот выбор по своему усмотрению.

При этом в абз.3 п.3 Постановления от 21.04.2003 N 6-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что из ст.120 (часть 2) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее ст. ст. 76 (части 3, 5 и 6), 118, 125, 126 и 127 следует, что суды общей юрисдикции и арбитражные суды самостоятельно решают, какие нормы подлежат применению в конкретном деле.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - Постановление N 10/22) разъяснено, если суд придет к выводу о том, что избранный способ защиты права собственности или другого вещного права не может обеспечить его восстановление, то он должен определить, из какого правоотношения возник спор и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

Из приведенных положений закона и акта их толкования следует, что выбор судом норм права, подлежащих применению в конкретном споре, не является произвольным и зависит от установленного судом характера правоотношений сторон, фактически указывается на то, что конкуренция реституционного и виндикационного исков не допускается. На данное обстоятельство обращено внимание и в пункте 34 Постановления N 10/22, которым разъяснено, что спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения. В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ.

В соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. Пунктом 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли. Поскольку добросовестное приобретение в смысле статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, последствием сделки, совершенной с таким нарушением, является не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация). Исходя из вышеизложенного, правовая природа таких способов защиты прав, как признание сделки недействительной или применение последствий недействительности сделки и истребование имущества из чужого незаконного владения, исключает одновременное их избрание лицом при выборе способа защиты своих прав. В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка); согласно статье 167 ГК Российской Федерации считается недействительной с момента совершения и не порождает тех юридических последствий, ради которых заключалась, в том числе перехода титула собственника к приобретателю; при этом, по общему правилу, применение последствий недействительности сделки в форме двусторонней реституции не ставится в зависимость от добросовестности сторон. Согласно ст. ст. 50, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, и суд оценивает имеющиеся в деле доказательства. В силу указанных положений закона суд, при установлении того, что кто-либо из сторон уклоняется от участия в деле и выяснения необходимых по делу обстоятельств, вправе расценивать это обстоятельство как нежелание участвовать в состязательном процессе и признать, что данная сторона не доказала правомерность своих действий. В соответствии с требованиями ст.55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. Согласно ст.79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам. Стороны, другие лица, участвующие в деле, имеют право просить суд назначить проведение экспертизы в конкретном судебно-экспертном учреждении или поручить её конкретному эксперту; заявлять отвод эксперту; формулировать вопросы для эксперта; знакомиться с определением суда о назначении экспертизы и со сформулированными в нём вопросами; знакомиться с заключением эксперта; ходатайствовать перед судом о назначении повторной, дополнительной, комплексной или комиссионной экспертизы. Согласно статье 82 данного Кодекса комплексная экспертиза назначается судом, если установление обстоятельств по делу требует одновременного проведения исследований с использованием различных областей знания или с использованием различных научных направлений в пределах одной области знания. Комплексная экспертиза поручается нескольким экспертам. По результатам проведённых исследований эксперты формулируют общий вывод об обстоятельствах и излагают его в заключении, которое подписывается всеми экспертами. Эксперты, которые не участвовали в формулировании общего вывода или не согласны с ним, подписывают только свою исследовательскую часть заключения. В соответствии с частями 1, 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Согласно части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 данного Кодекса, то есть во взаимной связи и совокупности с другими доказательствами по делу. Из показаний свидетеля ФИО15 следует, что он является участковым, в зону обслуживания которого входит дом № 17, расположенный по ул. Мира, 17 в г. Карачаевске и занимался рассмотрением заявлений, поступивших от ФИО7 в отношении ФИО16, а также от ФИО4 в отношении ФИО7 В ходе этих проверок с Бархозовой ФИО73 он общался раза три-четыре в период времени с мая по сентябрь 2016 года. В ходе общения ФИО6 была нормальной, она все осознавала, понимала, кто он, различала людей. Единственное, она никому не доверяла. Общение проходило всегда у нее дома, так как в силу возраста она на улицу не выходила. 

Из показаний свидетеля ФИО17 следует, что он знаком с ФИО6 больше 15-ти лет. Приходил к ней в гости, последнее время она плохо себя чувствовала. В его присутствии ФИО6 говорила ФИО4, что после ее кончины все, что у нее есть, будет его. Последние, несколько месяцев она его уже не узнавала, пока он ей не скажет кто он. Навещал ее в месяц примерно один, два, три раза, последнее время примерно до двух месяцев до смерти ее состояние резко ухудшилась. У нее стало с памятью плохо, она его не узнавала. Она какое-то время разговаривала, а потом забывала, что говорила, примерно минут через 15 она по новой начинала разговор, путала слова, людей.

Из показаний свидетеля ФИО18 следует, что Мамурхан была крепкая бабушка. ФИО4 с женой попросили за ней присматривать квартирантку ФИО16, которая проживала в квартире ФИО6, при этом оплатили ей денежную сумму в размере 100 000 рублей, которые Т-вы передали этой девушке через нее, как она поняла за то, что она ухаживала за Мамурхан. При ней Бархозова Мамурхан говорила, что квартиру хочет отписать ФИО4 больше никому. Месяца два-три до смерти ФИО6 лежала, не вставала. До этого, когда ее выводили на улицу, она спала под навесом в кресле. После того, как ФИО16 сменила место жительства, ФИО4 с женой приехали и ухаживали за бабушкой, а потом когда ФИО4 заболел, за бабушкой стала ухаживать ФИО2. Когда ФИО4 заболел, тогда они с ФИО7 и договорились о том, что ФИО7 будет ухаживать за бабушкой. К ФИО10 много родственников приходило, родственников она близко не подпускала, как-то она одиночество любила. Из родственников Т-вых видели часто, а так племянницы вроде приходили. Людей она особо не любила. Последний раз ее видела, когда скорая забирала и после этого она скончалась. ФИО7 за бабушкой смотрела полгода наверное. 

Согласно свидетельства о смерти ФИО6 (дата обезличена) года рождения, уроженка а. Верхняя (адрес обезличен) КЧР, умерла (дата обезличена) году. Решением Урупского районного суда КЧР от (дата обезличена) установлен факт родственных отношений между племянником ФИО4 ФИО74 и тетей Бархозовой ФИО75, умершей (дата обезличена), следовательно истец по делу ФИО4 является наследником имущества Бархозовой ФИО77, которая является тетей по отцу. Судом установлено, что квартира площадью 43.8 кв.м. (номер обезличен), в (адрес обезличен) в (адрес обезличен) КЧР принадлежала на праве собственности Бархозовой ФИО76 до отчуждения произведенного по договору дарения от (дата обезличена) подписанному от имени дарителя ФИО6 действующей по доверенности от (дата обезличена) ФИО8, в пользу ФИО7 и ФИО4 по ? (одной второй доли каждому).

При этом ФИО4 на основании договора дарения от (дата обезличена) полученная в дар от ФИО6 ? доли (адрес обезличен), в (адрес обезличен) в (адрес обезличен) КЧР была подарена назад ФИО6 Впоследствии на основании удостоверенного нотариусом Карачаевского городского нотариального округа ФИО14 договора купли-продажи от (дата обезличена) ФИО6 произвела отчуждение принадлежащей ей ? доли (адрес обезличен), в (адрес обезличен) в (адрес обезличен) КЧР ФИО7 

Согласно заключения эксперта ЭКЦ МВД по КЧР за (номер обезличен) от (дата обезличена), рукописные записи «ФИО3 ФИО78» на оборотной стороне доверенности (адрес обезличен)9 от (дата обезличена) зарегистрированной в реестре за (номер обезличен). в графе «подпись» выполнена ФИО7

Данный факт подтверждается объяснениями ФИО19 на л.д. 143 материала проверки МО МВД России «Карачаевский» №447/2336 КУСП от 27.07.2017 г по факту подделки документов ФИО7, в которых ФИО7 подтверждает факт учинения ею подписи в доверенности от имени ФИО6 Определением суда по делу была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза для установления психического состояния ФИО6 в момент составления договора дарения, проведение экспертизы поручено экспертам государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница №2». Согласно заключения проведенной указанным учреждением посмертной комплексной судебно-психиатрической экспертизы от 23.07.2019 г. за № 1-2548, эксперты не исключают наличие у ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей 06.03.2017г. при жизни, в том числе в юридически значимый период времени – заключения подписания договора купли-продажи от 08.12.2016 года признаков психического расстройства в форме органического расстройства личности и поведения преимущественно сосудистого изменения со стороны психики. В указанной части заключение подписано всеми экспертами включенными в состав комплексной экспертизы. При этом, на вопрос в каком психическом состоянии находилась ФИО6 в период заключения договора купли-продажи от 08.12.2016 г. и могла ли она понимать значение своих действий и руководить ими не представляется возможным достоверно оценить в связи с невозможностью выявить возрастные и индивидуально-психологические особенности ФИО6

Суд принимает в основу решения заключение судебно-психиатрической экспертизы которое как на ряду с показаниями свидетелей, допрошенных по делу указывающих на то, что в силу своего возраста и заболеваний с верифицированными диагнозами ее соматических и неврологических заболеваний, наличие в анамнезе гипертонической болезни 2 ст., риск 3, хронической ишемии головного мозга, гипоксическая энцефалопатия 2-3 ст. на фоне интелектуально-мнестического снижения, ФИО3 не осознавала значение своих действий и не могла руководить ими, при подписании оспариваемого договора купли-продажи, при отсутствии иных доказательств опровергающих данный факт. 

Руководствуясь положениями, предусмотренными статьями 167, 177, 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, приходит к выводу об удовлетворении исковых требований, исходя из того, что представленными суду доказательствами, подтверждается, что на момент подписания договора купли-продажи от 08.12.2016 года ФИО6 не осознавала значение своих действий и не могла руководить ими, поскольку согласно приведенного заключения посмертной комплексной судебно-психиатрической экспертизы от (дата обезличена) за (номер обезличен) не исключается наличие у ФИО6 (дата обезличена) года рождения, умершей (дата обезличена) при жизни в том числе в юридически значимый период времени – заключения подписания договора купли- продажи от (дата обезличена) признаков психического расстройства в форме органического расстройства личности и поведения преимущественно сосудистого изменения со стороны психики. 

Исходя из совокупности установленных по делу обстоятельств подтверждающих, что ФИО7 осуществляя по договоренности с племянником ФИО6 ФИО4 с апреля 2016 года уход за нуждающейся в постороннем уходе в силу возраста 80 лет и болезни ФИО6, по доверенности оформленной от имени ФИО3 на имя своей дочери ФИО8, которая была подписана не ФИО6, а самой ФИО7 (то есть по недействительной доверенности) оформив на себя ? доли квартиры принадлежащей при жизни ФИО6 (адрес обезличен).17 по (адрес обезличен) в (адрес обезличен). Продолжая осуществлять уход за ФИО6 ФИО7 выступая покупателем заключила (дата обезличена) договор купли-продажи ? доли (адрес обезличен), расположенной в (адрес обезличен) в (адрес обезличен), с продавцом ФИО6, у которой в силу психического расстройства в форме органического расстройства личности и поведения преимущественно сосудистого изменения со стороны психики, отсутствовала воля на отчуждение квартиры. После чего приобретенную по недействительным сделкам квартиру ФИО7 по договору купли-продажи от (дата обезличена) оформила на свою родную сестру ФИО13 ФИО79. Исходя из приведенных установленных судом обстоятельств по делу свидетельствующих о том, ФИО6 (дата обезличена) года рождения, в юридически значимый период времени – тое сть в момент заключения подписания договора купли-продажи от (дата обезличена) имела признаки психического расстройства в форме органического расстройства личности и поведения преимущественно сосудистого изменения со стороны психики, в связи с чем по своему психическому состоянию не могла понимать значение своих действий и руководить ими, следовательно не могла осознавать юридически значимые особенности сделки и прогнозировать ее последствия, суд приходит к выводу что требования истца в части признания недействительным договора купли-продажи спорной квартиры от (дата обезличена), подлежащими удовлетворению, и прекращению право собственности на спорную (адрес обезличен), расположенную в (адрес обезличен) в (адрес обезличен) КЧР перешедшую по заключенному ФИО7 с сестрой ФИО13 договору купли-продажи от (дата обезличена). 

Таким образом, приведенные доказательства свидетельствуют о наличии обстоятельств, предусмотренных статьями 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации и свидетельствующих о возможности истребования квартиры у ФИО20 В соответствии с пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. 

Разрешая требования истца в части взыскания морального вреда, суд исходит из требований ст. 12 ГК РФ и требований ст. 151 ГК РФ.

При этом учитывая, что в соответствии с п.2 ст.1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от (дата обезличена) (номер обезличен) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная (данные изъяты) и т.п.), либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из приведенных правовых норм следует, что право на компенсацию морального вреда возникает при нарушении личных неимущественных прав гражданина или посягательстве на иные принадлежащие ему нематериальные блага, нарушении 

имущественных прав гражданина такая компенсация может взыскиваться только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Исходя из приведенных правовых норм, установив что доказательств причинения нравственных и (или) физических страданий истцу действиями ответчиков суду не предоставлено а также учитывая отсутствие по делу доказательств указывающих на то что действия ответчика были направлены на нарушение личных имущественных либо нематериальные прав истца, суд находит не подлежащими удовлетворению требования истца в части взыскании с ответчика денежной суммы в счет компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь требованиями ст.194-ст. 198 ГПК РФ, суд решил: Исковые требования заявленные ФИО4 ФИО91 к ответчикам Караевой ФИО93, ФИО13 ФИО83 – удовлетворить частично. Признать недействительной доверенность (адрес обезличен)9, выданную (дата обезличена) умершей (дата обезличена) Бархозовой ФИО94 на имя Караевой ФИО84, удостоверенную нотариусом ФИО14 ФИО90; Признать недействительным договор дарения (адрес обезличен), расположенной в (адрес обезличен) в (адрес обезличен) КЧР, заключенный (дата обезличена) между действующей по доверенности (адрес обезличен)9 от (дата обезличена) от имени Бархозовой ФИО95 - Караевой ФИО96 и Караевой ФИО89, ФИО4 ФИО88. Признать недействительным договор купли-продажи (адрес обезличен), расположенной в (адрес обезличен) в (адрес обезличен) от (дата обезличена), заключенный между Бархозовой ФИО87 и Караевой ФИО86. 

Истребовать из незаконного владения ФИО13 ФИО82, (дата обезличена) года рождения, уроженки а. Верхняя (адрес обезличен) КЧР, квартиру, расположенную по адресу: КЧР, (адрес обезличен), кадастровый номер (номер обезличен).

Прекратить право собственности ФИО13 ФИО85, (дата обезличена) года рождения, уроженки а. Верхняя (адрес обезличен) КЧР на квартиру, расположенную по адресу: КЧР, (адрес обезличен), дата регистрации (дата обезличена) номер регистрации (номер обезличен).

В части требования о взыскании с Караевой ФИО80 в пользу ФИО4 ФИО81 в счет компенсации морального вреда денежной суммы в размере 100 000 (ста тысяч) рублей – отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики через Карачаевский городской суд КЧР в течение месяца с даты составления мотивированного решения. 

Мотивированное решение составлено 26 августа 2019 года. 

Председательствующий судья А.С. Долаев