Приговор

именем Российской Федерации 

город Черемхово 26 января 2024 года

Черемховский районный суд Иркутской области в составе судьи Новиковой О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Федосеевой А.Н., с участием государственных обвинителей - старшего помощника прокурора г.Черемхово Артемьевой Т.И., помощника прокурора г.Черемхово Шишкина Ф.А., потерпевшей Ч, подсудимого ФИО1, защитника-адвоката Григорьева Е.А., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело № 1-17/2024 в отношении:

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, с образованием 6 классов, в зарегистрированном браке не состоящего, детей не имеющего, трудоустроенного по найму, на воинском учете не состоящего, проживавшего до задержания по месту работы и регистрации по адресу: 

<

адрес>, не судимого,

по данному уголовному делу задержанного в порядке ст.91 УПК РФ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находящегося под домашним арестом, с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время содержащегося под стражей, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, 

установил:

ФИО1 умышленно, причинил Х тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности ее смерть, при следующих обстоятельствах: ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 

<

данные изъяты> минут, у ФИО1, находящегося совместно с Х в доме по адресу: 

<

адрес>2, на почве возникших личных неприязненных отношений и ссоры, возник преступный умысел, направленный на причинение последней тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека. Реализуя свой преступный умысел, ФИО1 в вышеуказанное время в доме по вышеуказанному адресу, умышленно нанес Х множественные удары кулаками по голове, чем причинил последней телесное повреждение в виде ссадины левой щечной области в виде участков красно-бурого прокрашивания, которое расценивается, как не причинившее вред здоровью, а также телесное повреждение в виде черепно-мозговой травмы в форме ушиба головного мозга с раной, кровоподтеками головы, раны в проекции средней части надбровной дуги слева, кровоизлияния в окружности глаз и лобной области слева на границе роста волос с мелкоочаговыми геморрагиями головного мозга, которое расценивается, как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека и состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью Х, которая наступила на месте происшествия. При этом ФИО1 не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде смерти Х, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть их. 

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину по предъявленному обвинению признал, воспользовавшись правом, предоставленным ст.51 Конституции РФ показания давать отказался.

В связи с отказом подсудимого от дачи показаний, судом в соответствии с п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя, были исследованы показания ФИО1, данные им при производстве предварительного следствия. 

Так, из оглашенных показаний ФИО1, которые он подтвердил в ходе очных ставок со свидетелями Ж, Ё и Д, следует, что ДД.ММ.ГГГГ он с Х находился дома по адресу: 

<

адрес>2, затем та куда-то ушла и вернулась около 21 часа 00 минут. Они стали распивать принесенное Х спиртное, около 

<

данные изъяты> к ним присоединился Ж, который через некоторое время ушел спать в зал. Тогда Х стала ругаться на него, выгонять из дома, говорила, что он устраивает гулянки и она пожалуется на него его сестре, на что он разозлился на Х и нанес ей кулаком один удар по лицу, от чего та повалилась назад на диван, от его удара на ее брови появилось рассечение и пошла кровь. Затем Х встала с дивана, и он нанес ей по лицу еще примерно пять ударов кулаком, от которых та упала на пол. Тогда он поднял ее одной рукой за одежду спереди, а второй рукой нанес еще один удар по лицу, бросил ее на пол, и та ударилась о порог головой. После этого Х ушла спать, а он заснул в зале в кресле. Проснувшись, он пошел будить Х и понял, что та мертва. Испугавшись, что он убил ее, решил избавиться от трупа, на санках укатил ее тело к проруби 

<

адрес>, где люди набирают воду, и сбросил туда тело Х. Через некоторое время после возвращения домой к нему пришел Ю В.К., которому он сказал, что спрятал Х так, что ее никто не найдет. Всем кто к нему приходил в последующем он говорил, что Х куда-то ушла (т.1 л.д.159-163, 202-205, 212-215, 216-218, 219-221). 

Свои показания о месте, времени, способе и мотивах совершенного в отношении Х преступления, ФИО1 подтвердил в ходе их проверки на месте происшествия, проведенной с участием защитника и применением видеозаписи, указав на дом по адресу: 

<

адрес>2, где он причинил Х телесные повреждения, а также на прорубь реки Белая 

<

адрес>, куда он в последующем вывез и сбросил труп Х, продемонстрировал на манекене механизм нанесения ударов кулаками Х (т.1 л.д.177-181). 

После оглашения вышеприведенных показаний подсудимый их подтвердил, пояснил, что они записаны следователем в присутствии защитника с его слов. С его участием проводилась проверка показаний на месте в ходе которой, он добровольно указывал изложенные в соответствующем протоколе и зафиксированные на видеозаписи обстоятельства. При этом при производстве всех следственных и процессуальных действий с его участием присутствовал защитник, какого-либо давления на него не оказывалось. Дополнил, что в настоящее время вину в совершенном преступлении он признает полностью, раскаивается. Исковые требования потерпевшей, связанные с расходами на погребение матери признает в полном объеме, с суммой, заявленной в качестве компенсации морального вреда не согласен, поскольку потерпевшая такой вред не понесла, ранее отказалась от своей матери, не проживала с ней. 

Кроме показаний ФИО1 его виновность в совершении инкриминируемого ему преступления объективно подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в числе которых показания потерпевшей и свидетелей. 

Так, потерпевшая Ч суду показала, что Х приходится ей матерью. До 

<

данные изъяты> года мать проживала с ней, не работала, злоупотребляла спиртным, могла уйти из дома на продолжительное время. В состоянии опьянения она становилась доброй, никогда не ругалась. С 

<

данные изъяты> года мать стала проживать отдельно по 

<

адрес>2 

<

адрес>, затем проживала с У в доме последнего. В 

<

данные изъяты> года на праздники к ним приехал ФИО1, какое-то время также проживал вместе с матерью. ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ Д стал говорить, что мать куда-то пропала, поиски были безрезультатны, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ она обратилась в полицию, ФИО1 в свою очередь говорил, что не видел ее. В результате смерти матери она испытала и продолжает испытывать нравственные страдания, несмотря на образ жизни своей матери, который та вела в последнее время, она всегда навещала ее и беспокоилась о ней. 

Свидетель А суду показала, что У и ФИО1 приходятся ей братьями. ФИО1 фактически проживал у своего работодателя в 

<

адрес>, материально помогал матери и брату У, у которого установлена категория инвалидности. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 приехал в 

<

адрес> к У, который проживал с Х по адресу: 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ она забрала У, а участковый забрал ФИО1. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 отпустили и он остался в доме с Х. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 сказал ей, что Х ушла, а 11 или ДД.ММ.ГГГГ он уехал назад в 

<

адрес>. 

Свидетель Ю суду показал, что последний раз он видел Х до ДД.ММ.ГГГГ в доме по адресу: 

<

данные изъяты> с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ ее уже не было. 

В связи с наличием существенных противоречий между показаниями, данными свидетелем Ю в ходе предварительного и судебного следствия, в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ были исследованы его показания, полученные при производстве предварительного следствия. 

Из оглашенных показаний свидетеля Ю следует, что ДД.ММ.ГГГГ он распивал спиртное с Х, после чего та ушла. ДД.ММ.ГГГГ по просьбе ФИО1 он пришел к нему домой отремонтировать печь, в доме спал Ж, в ходе ремонта печи ФИО1 сказал, что Х куда-то ушла, большее ее он не встречал (т.1 л.д.125-128)

Оглашенные показания свидетель Ю подтвердил, сославшись на давность произошедших событий. 

Свидетель Ю В.К. суду показал, что выпивал с Х на 

<

адрес> года, после чего та пошла к ФИО1. На следующий день он приходил к ФИО1, там находился Ю, но Х уже не было. В тот день ФИО1 сказал, что надежно спрятал ее, о чем он рассказал Э.

Свидетель Ж суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ он видел Х у ФИО1, поскольку был в состянии опьянения, заснул, а ночью видел, как Х выходила и возвращалась к себе в комнату. В 09 часов 00 минут следующего дня его разбудил ФИО1, сказал, что Х куда-то ушла, после чего приходил Ю ремонтировал печь. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 переспрашивал его о том, помнит ли он, что Х ушла. 

В связи с наличием существенных противоречий между показаниями, данными свидетелем Ж в ходе предварительного и судебного следствия, в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ были исследованы его показания, полученные при производстве предварительного следствия. 

Из оглашенных показаний свидетеля Ж следует, что ночью ДД.ММ.ГГГГ он зпшел в гости к ФИО1, где тот находился с Х, он прошел в зал и лег на диван, пока засыпал, слышкал, как ФИО1 и Х ругались между собой из-за того, что тот приставал к ней, она ему говорила, чтобы тот к ней не лез. После чего ФИО1 прошел в кухню, больше он ничего не слышал поскольку засн

<

адрес> он просыпался и видел, как Х выходила из комнаты, после чего снова заснул. ДД.ММ.ГГГГ в 08 часов 00 минут он проснулся, на диване, где спала Х лежала ее куртка. В этот день ФИО1 говорил ему, что Х куда-то ушла. ДД.ММ.ГГГГ находясь в гостях у своего знакомого, ФИО1 снова спросил его, помнит ли он о том, что Х ушла, что ему показалось странным (т.1 л.д.112-116)

Оглашенные показания свидетель Ж подтвердил, сославшись на давность произошедших событий. 

Свидетель Д суду показала, что с 

<

данные изъяты> года в период времени с 

<

данные изъяты> минут у проживающего по соседству ФИО1, в доме был грохот, будто что-то падало., ФИО1 и Х разговаривали на повышенных тонах, после этого Х она не видела. 

Свидетель Г суду показал, что последний раз видел Х в Рождественские праздники ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ, каких-либо видимых повреждений у нее не имелось, более с ней не встречался. Со слов ФИО1 Х куда-то исчезла. 

Свидетель Э суду показала, что ДД.ММ.ГГГГ Ю В.К. сказал ей о том, что со слов ФИО1 он спрятал Х так, что ее никто не найдет. ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 интересовался, не видели ли они Х

Свидетель стороны защиты Ф суду показал, что на протяжении длительного времени ФИО1 работает у него по найму, ответственно относится к порученной ему работе. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 вернулся на работу, в последующем был задержан сотрудниками полиции. 

По ходатайству государственного обвинителя, с согласия всех участников процесса, в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ оглашены показания свидетелей Ъ, О

Так, из оглашенных показаний свидетеля Ъ следует, что ДД.ММ.ГГГГ к его дому приходила Х, но родственники ее не впустили. После праздников от О ему стало известно, что несколько дней назад тот слышал крики из дома, проживающего с ним через стенку ФИО1, после чего Х пропала (т.1 л.д.139-141).

Из оглашенных показаний свидетеля О следует, что ДД.ММ.ГГГГ в обеденное время он видел Х, которая временно проживала совместно в доме с ФИО1, каких-либо видимых телесных повреждений на ней не имелось. Со слов его супруги Д, ему известно, что ночью та слышала крики и разговоры на повышенных тонах между ФИО1 и Х, хлопки дверей, грохот, звуки характерные для соударений (т.2 л.д.66-69). 

Подсудимый ФИО1 оглашенные показания свидетелей Ъ, О не оспорил, на вызове названных свидетелей в судебное заседание не настаивал.

При этом, достоверность показаний ФИО1, потерпевшей и свидетелей, в той части, в которой они положены в основу приговора, объективно подтверждается иными исследованными в ходе судебного следствия нижеприведенными доказательствами. 

Так, ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов 51 минуту в дежурную часть МО МВД России «

<

данные изъяты>» от Ч поступило сообщение, о том, что ее мать Х ДД.ММ.ГГГГ ушла из дома и до настоящего времени не вернулась (т.1 л.д.7).

В зарегистрированном в тот же день заявлении Ч просит принять меры к установлению места нахождения ее матери Х (т.1 л.д.8).

ДД.ММ.ГГГГ с целью установления места нахождения Х осмотрено место происшествия: дома по адресу: 

<

адрес> и по адресу: 

<

адрес>2, где Х отсутствовала (т.1 л.д.43-52,73-87).

В тот же день осмотрено место происшествия – дом и его ограда по адресу: 

<

адрес>2, около калитки обнаружены и изъяты санки с похожим на кровь веществом, в комнате обнаружены и изъяты штаны, две куртки, образцы вещества, похожего на кровь, в смежной с залом комнате с двух подушек от дивана изъяты два отрезка ткани с похожим на кровь веществом (т.1 л.д.53-72).

ДД.ММ.ГГГГ у Я и Ч, а также ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 получены биологические образцы для сравнительного исследования (т.1 л.д.33-34, л.д.40-41, 194-195).

ДД.ММ.ГГГГ осмотрен участок местности на 

<

адрес> на расстоянии 

<

данные изъяты> метров в 

<

данные изъяты> направлении от вышеуказанного дома, где обнаружена прорубь (т.1 л.д.182-191). 

ДД.ММ.ГГГГ осмотрен участок местности на берегу 

<

адрес> на расстоянии 

<

данные изъяты> метров в 

<

данные изъяты> направлении от 

<

адрес>, где обнаружен труп Х, который направлен на исследование (т.2 л.д.8-19).

ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> СМО ГБУЗ «ИОБСМЭ» изъят образец крови трупа Х (т.2 л.д.27-30).

Все отобранные биологические образцы наряду с предметами, изъятыми в ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ после осмотра признаны вещественным доказательством по делу (т.1 л.д.101-105, т.2 л.д.31-35).

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на представленных для исследования санках, двух фрагментах ткани (в постановлении о назначении экспертизы указаны как «вырезы ткани с веществом бурого цвета с двух подушек от дивана») в объектах №, 18, изъятых по месту проживания обнаружена кровь Х (т.2 л.д.96-119).

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что при исследовании трупа Х установлены следующие повреждения: поверхностная рана лобной области слева, кровоподтеки обеих глаз, ссадина щечно-скуловой области слева, которые причинены перед наступлением смерти либо переживаемости до 3-4 суток, от не менее 3-4 воздействия твердым тупым предметом, являются прижизненными и расцениваются, как не причинившие вред здоровью человека. с указанными повреждениями Х могла совершать активные действия неограниченный период времени, взаимное расположение нападавшего и погибшего могло быть любым, при условии доступности области лица нанесения ударов. Смерть Х наступила не менее одного месяца назад ко времени исследования трупа, причину смерти установить не представляется возможным ввиду поздних гнилостных изменений. При судебно-химическом исследовании в почке Х обнаружен этиловый алкоголь 1,3 %о (т.2 л.д.141-143).

Из заключения эксперта №-С от ДД.ММ.ГГГГ следует, что при обстоятельствах, изложенных ФИО1 в протоколе допроса подозреваемого, в протоколе проверки показаний на месте и на видеозаписи прилагаемой к нему от ДД.ММ.ГГГГ, протоколе допроса обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ, при нанесении множественных ударов рукой сжатой в кулак по жизненно-важным органам (в данном случае по голове потерпевшей) Х наиболее вероятно могла быть причинена тяжелая черепно-мозговая травма в форме внутричерепного кровоизлияния с наружными повреждениями (раны головы), которая могла явиться причиной смерти и относится к категории повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Не исключается возможность совершения активных действий Х неопределенный промежуток времени, вплоть до наступления смерти в результате сдавления головного мозга внутричерепной гематомой. При обстоятельствах, изложенных ФИО1, в протоколе допроса подозреваемого от ДД.ММ.ГГГГ, в протоколе проверки показаний на месте и на видеозаписи, прилагаемой к нему от ДД.ММ.ГГГГ, протоколе допроса обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ, Х могла быть причинена тяжелая черепно-мозговая травма, которая могла явиться причиной смерти последней. Достоверно высказаться о причине и давности наступления смерти Х не представляется возможным в виду отсутствия судебно-медицинского исследования трупа, однако не исключается возможность наступления ее смерти от тяжелой черепно-мозговой травмы в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.133-137).

Из заключения эксперта №-С от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что достоверно высказаться о причине и давности наступления смерти Х не представляется возможным в виду выраженных, поздних гнилостных изменений трупа, установленных заключением эксперта №. Учитывая установленные при судебно-медицинском исследовании трупа наружные телесные повреждения головы (рана, кровоподтеки), наличие мелкоочаговых геморрагий в пиакортикальной зоне головного мозга (кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку) выявленные при судебно-гистологическом исследовании №, а также отсутствие выраженных болезных изменений внутренних органов, которые могли бы повлечь смерть, можно высказаться о том, что наиболее вероятно смерть Х наступила в результате черепно-мозговой травмы в форме ушиба головного мозга с раной, кровоподтеками головы. Учитывая степень выраженности гнилостных изменений трупа - смерть Х наступила свыше 1 месяца ко времени исследования трупа в морге от ДД.ММ.ГГГГ. 

При судебно-медицинской экспертизе трупа Х выявлены следующие повреждения: 

а) рана в проекции средней части надбровной дуги слева, кровоизлияния в окружности глаз и лобной области слева на границе роста волос с мелкоочаговыми геморрагиями головного мозга, которая причинена не менее чем двукратным ударным воздействием твердым тупым предметом (возможно и более), по одному в левую и правую область лица, с формированием наружных телесных повреждений в виде раны в проекции средней части надбровной дуги и кровоизлияния в лобной области слева; кровоизлияния в окружности глаз. Указанное повреждение причинено прижизненно. Достоверно высказаться о давности причинения не представляется возможным, ввиду выраженных гнилостных изменений трупа. Наличие субарахноидальных кровоизлияний (геморрагий в пиакортикальной зоне головного мозга) свидетельствуют об ушибе головного и указывают на значительную силу травматического воздействия, в результате которого одновременно с формированием наружных контактных телесных повреждений причиняется травма головного мозга. Данная черепно-мозговая травма относится к категории повреждений причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и могла явиться причиной наступления смерти Х. 

б) ссадина левой щечной области в виде участков красно-бурого прокрашивания, которая причинена прижизненно в результате не менее чем однократного воздействия тупого твердого предмета в левую щечную область и расценивается, как не причинившая вред здоровью и не состоит в причинной связи с наступлением смерти. 

Все установленные повреждения могли быть причинены при обстоятельствах, изложенных ФИО1, то есть при нанесении множественных ударов кулаком по голове Х

Поскольку при контактных повреждениях не отразились типоспецифические признаки травмирующего предмета, высказаться конкретно о вероятном травмирующем предмете нельзя, но все имевшиеся повреждения причинены твердыми тупыми предметами. В связи с выраженными гнилостными изменениями головного мозга - определить характер (степень) травмы головного мозга, а, следовательно, определить через какое время после травмы наступила смерть Х, могла ли она после причинения травмы совершать активные целенаправленные действия (в том числе передвигаться) и в течение какого времени, достоверно нельзя. В тоже время, нельзя исключить, что после причинения черепно-мозговой травмы Х могла жить и совершать активные действия (в том числе передвигаться) в течение некоторого времени (до нескольких часов и суток). При причинении повреждений положение потерпевшей могло быть любым, при условии доступности зон травматизации воздействию травмирующего предмета. 

Каких-либо признаков механической асфиксии, признаков наступления смерти Х от утопления в воде, а равно морфологических признаков того, что ее смерть наступила от массивной кровопотери, либо в результате переохлаждения организма от воздействия низких температур окружающей среды, либо от совокупности данных причин при судебно-медицинском исследовании трупа не установлено (т.2 л.д.150-160).

Таким образом, судом с соблюдением требований ст.240 УПК РФ в ходе судебного следствия проверены все представленные сторонами доказательства. У суда не имеется оснований не доверять показаниям подсудимого, положенным в основу выводов суда, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, после разъяснения всех предоставленных законом прав, в том числе права не свидетельствовать против себя. Допрос ФИО1 проводился при участии защитника, что само по себе исключало возможность занесения следователем в протокол сведений не со слов ФИО1. По окончании следственного действия, ФИО1 и его защитник подтвердили правильность изложенных в протоколе сведений, каких-либо замечаний по содержанию протокола не приносили. По своему содержанию эти показания являются логичными, подробными и последовательными, не содержат существенных противоречий, согласуются с исследованными в ходе судебного следствия доказательствами, потому суд находит их достоверными и исключает самооговор подсудимого. 

Оценивая изложенные выше показания потерпевшей и свидетелей, суд находит их также непротиворечивыми, взаимно дополняющими друг друга, а в целом сведения, установленные из их показаний об обстоятельствах исчезновения Х, которая непосредственно перед исчезновением находилась в доме с ФИО1 и обстоятельствах, предшествующих ее исчезновению, в частности о возникшей между ней и ФИО1 ссоре, а равно о допущенном ФИО1 высказывании, свидетельствующем о его причастности к исчезновению Х, в той части, в которой каждый из них был очевидцем установленных судом событий, согласуются с показаниями самого подсудимого, не отрицавшего факт нахождения в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ с Х в доме, где они распивали спиртное, возникновения между ними ссоры, послужившей мотивом к причинению им Х телесных повреждений, повлекших смерть последней. При этом никаких оснований для оговора подсудимого со стороны свидетелей и потерпевшей судом не установлено, не указал на данные обстоятельства и сам подсудимый, а равно его защитник.

В свою очередь, оценивая иные исследованные доказательства, суд также приходит к выводу об их допустимости, поскольку они относятся к уголовному делу, получены в установленном уголовно-процессуальным законом порядке, уполномоченным должностным лицом в пределах его компетенции, в рамках возбужденного уголовного дела. 

Оценивая вышеприведенные заключения экспертов, суд исходит из того, что экспертизы назначены и проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона РФ. Исследовательские части заключений не противоречат выводам экспертов. В свою очередь сами выводы проведенных экспертиз не противоречат друг другу, а равно совокупности других доказательств, добытых по делу и представленных к судебному исследованию. Оснований сомневаться в компетенции экспертов, имеющих соответствующие образование, специализацию и достаточный стаж работы в области специальных познаний, предупреждённых, об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, у суда также не имеется, в связи с чем, суд признает вышеприведенные заключения также в качестве допустимых доказательств по делу. 

Таким образом, совокупность приведенных доказательств является достаточной для разрешения уголовного дела и свидетельствует о том, что вышеуказанное событие преступления имело место и совершено оно ФИО1 При этом, нарушений уголовно-процессуального закона РФ при осуществлении уголовного преследования, влияющих на вывод суда, не установлено, не указано на наличие таковых нарушений и стороной защиты. 

Переходя к вопросу о юридической оценке содеянного ФИО1, суд исходит из установленных в судебном заседании фактических обстоятельств, согласно которым подсудимый в ходе конфликта с Х, на почве внезапно возникших неприязненных отношений, обусловленных высказанным желанием последней выгнать его из дома, умышленно нанес ей со значительной силой множественные удары кулаками по голове, причинив тем самым Х телесные повреждения, повлекшие ее смерть. 

Поведение ФИО1, целенаправленный характер его действий, локализация и количество нанесенных со значительной силой ударов кулаками по голове Х, а равно механизм их нанесения, свидетельствуют об умысле подсудимого на причинение Х именно тяжкого вреда здоровью. При этом, между действиями подсудимого и наступившими последствиями в виде смерти Х имеется прямая причинная связь, однако, ФИО1 не предвидел возможности наступления смерти Х, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности мог и должен был предвидеть возможность наступления этих последствий. 

В момент совершения противоправных действий, ФИО1 не находился в состоянии физиологического аффекта или ином эмоциональном состоянии, способном существенно повлиять на его сознание и поведение, что следует из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.124-127), выводы которого суд в изложенной части оценивает наряду с поведением ФИО1, который осознавал происходящее, действовал последовательно и целенаправленно, после совершенного преступления адекватно соотносил свои действия с объективными требованиями ситуации, что также свидетельствует об отсутствии признаков аффективного состояния.

При изложенных обстоятельствах, действия ФИО1 суд квалифицирует по ч.4 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего. 

Разрешая вопрос о психическом статусе подсудимого, суд исходит из заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что ФИО1 в период, относящийся к совершению данного преступления, не обнаруживал признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности. Выявленные у него лёгкая умственная отсталость и синдром зависимости от алкоголя, средней стадии, активная зависимость, не препятствовали ему в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию опасности для себя или других лиц он не представляет, его психическое состояние не связано с возможностью причинения им иного существенного вреда, потому в применении принудительных мер медицинского характера он не нуждается, принимать участие в следственных и иных процессуальных действиях, самостоятельно осуществлять свои процессуальные права по своему психическому состоянию ФИО1 может. Как лицо, у которого отмечается эпизодическое употребление каннабиноидов без клинических признаков зависимости, в лечебно-реабилитационных мероприятиях по данному поводу он не нуждается (т.2 л.д.124-127).

Принимая во внимание указанное заключение, которое является мотивированным, выполнено квалифицированными экспертами, а также наблюдая поведение подсудимого в ходе судебного заседания, которое являлось адекватным, сомнений во вменяемости ФИО1 у суда не возникло, в связи с чем, суд признает подсудимого подлежащим уголовной ответственности. 

Обсуждая вопрос о виде и размере наказания, суд, руководствуясь принципами ст.6 и ст.60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, смягчающие и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Оценивая характер общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, суд принимает во внимание, что совершенное им преступление, предусмотренное ч.4 ст.111 УК РФ, носит оконченный характер, является умышленным, в силу ст.15 УК РФ с учетом положений об обратной силе уголовного закона относится к категории особо тяжких преступлений, направлено против здоровья человека, а равно сопряжено с обеспечением права человека на жизнь. 

В числе данных о личности подсудимого суд учитывает, что ФИО1 впервые привлекается к уголовной ответственности (т.2 л.д.174), к административной ответственности ранее также не привлекался (т.2 л.д.175-177), проживал по месту работы, по месту регистрации ОУУП МО МВД России 

<

данные изъяты>» охарактеризован, как лицо, проживающее с братом, фактов привлечения к ответственности не имеющее, замеченное в употреблении спиртного, в употреблении наркотических средств не замеченное, жалоб на его поведение со стороны иных лиц, не поступал (т.2 л.д.178), главой администрации Узколугского муниципального образования 

<

адрес> охарактеризован, как лицо, осуществляющее трудовую деятельность по договору в 

<

адрес>, редко приезжающее по месту регистрации, по приезду замеченное в систематическом употреблении спиртного, жалоб на поведение которого в администрацию от соседей, не поступало (т.2 л.д.187), свидетелем Ф, являющимся работодателем, охарактеризован с положительной стороны, в зарегистрированном браке не состоит, детей не имеет, осуществлял материальное содержание матери, до ее смерти и брата Я, у которого установлена категория инвалидности, на воинском учете не состоит (т.2 л.д.180), установленной категории инвалидности, государственных и ведомственных наград не имеет, на учете у нарколога не состоит (т.2 л.д.182, 184, 185). 

В качестве обстоятельств, смягчающих в силу ст.61 УК РФ наказание подсудимого, суд учитывает признание вины, раскаяние, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче подробных показаний о событии преступления, в частности о времени его совершения, мотиве преступления, механизме причинения телесных повреждений Х, месте нахождения ее трупа, которые стали известны органу предварительного следствия из его показаний, данных в ходе допроса и проверки его показаний на месте, и в последующем положены в основу предъявленного обвинения, а также явку с повинной, в которой он добровольно сообщил о совершенном им преступлении, и содержание которой подтвердил в судебном заседании, поскольку на момент такого сообщения ФИО1 по подозрению в совершении этого преступления не задерживался, сведений о наличии какой-либо оперативной информации о его причастности к совершению данного преступления, не имелось (п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ), осуществление заботы о близких родственниках, состояние здоровья.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, предусмотренных ст.63 УК РФ, судом не установлено. 

Определяя вид наказания, суд исходит из санкции ч.4 ст.111 УК РФ, предусматривающей только один вид основного наказания - лишение свободы на определенный срок. Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, которые могли послужить основанием для применения положений ст.64 УК РФ, то есть назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено санкцией, по данному делу не установлено. Наряду с этим и принимая во внимание конкретные обстоятельства преступления, характер и степень его общественной опасности, а равно личность ФИО1, исходя из принципа социальной справедливости, в целях исправления виновного и предупреждения совершения им новых преступлений, суд приходит к убеждению о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы. По мнению суда, именно данное наказание будет справедливым, поскольку будет способствовать достижению целей уголовного наказания, предусмотренных ст.43 УК РФ, которые с учетом изложенных обстоятельств не могут быть достигнуты без реального отбывания подсудимым наказания в условиях изоляции от общества. Исправление виновного без реального отбывания наказания в виде лишения свободы, с применением ст.73 УК РФ, по мнению суда, будет являться явно несправедливым, вследствие чрезмерной мягкости.

Предусмотренное санкцией ч.4 ст.111 УК РФ дополнительное наказание в виде ограничения свободы не является обязательным. С учетом наличия смягчающих наказание обстоятельств, суд считает достаточным основного наказания, потому считает возможным не назначать подсудимому указанное дополнительное наказание. 

При определении размера наказания в виде лишения свободы, суд исходит из санкции статьи, предусматривающей ответственность за содеянное, а равно принимает во внимание наличие в действиях подсудимого смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ, в связи с чем наказание последнему должно быть назначено по правилам ч.1 ст.62 УК РФ, то есть не более двух третей от максимального срока лишения свободы, предусмотренного санкцией. Также суд учитывает наличие иных смягчающих наказание обстоятельств, что дает основания назначить подсудимому наказание не в максимальном размере.

Исходя из принципа социальной справедливости, в целях исправления виновного и предупреждения совершения им новых преступлений, суд приходит к убеждению о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы, которое в соответствии с положениями п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ, ему необходимо отбывать в исправительной колонии строгого режима.

В целях исполнения приговора меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу необходимо оставить прежней в виде заключения под стражей. По вступлению приговора в законную силу меру пресечения подсудимому необходимо отменить. 

Срок наказания ФИО1 надлежит исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

В соответствии с п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 186-ФЗ) в срок лишения свободы ФИО1 надлежит зачесть время его задержания в порядке ст.91 УПК РФ в ходе предварительного следствия по делу с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, время его содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы, а также в соответствии с ч.3.4 ст.72 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 186-ФЗ), в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, время его нахождения под домашним арестом из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы. 

Разрешая заявленные исковые требования потерпевшей Ч, признанной судом гражданским истцом, о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда, причиненного нравственными страданиями, перенесенными в результате смерти близкого родственника – матери, а равно о взыскании материальных расходов, понесенных на погребение матери, суд исходит из следующего. 

Исходя из положений ч.1 ст.1064 ГК РФ, а равно в соответствии со ст.ст.151, 1100, 1101 ГК РФ моральный вред, причиненный преступлением, подлежит возмещению лицом, виновным в его совершении. 

По смыслу закона моральный вред, в числе прочего, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с потерей родственников.

Судом установлено, что в результате совершенного ФИО1 преступления потерпевшая Ч потеряла мать, вследствие чего, безусловно, испытала и продолжает испытывать невосполнимые нравственные и физические страдания, потому, суд признает заявленные ею к ФИО1, привлеченному в ходе судебного следствия в качестве гражданского ответчика, требования о взыскании морального вреда, правомерными и подлежащими удовлетворению. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание характер нравственных страданий потерпевшей, вызванных утратой ею матери, а также принимает во внимание степень вины ФИО1, совершившего умышленное особо тяжкое преступление. Кроме того, суд учитывает материальное положение подсудимого, который до задержания был трудоустроен, ограничений к труду не имеет, осуществлял материальную помощь матери, которая в настоящее время умерла, и брату, который является получателем пенсии по инвалидности, а также принимает во внимание требования разумности и справедливости наряду с позицией подсудимого относительно заявленных исковых требований, в связи с чем, считает необходимым удовлетворить исковые требования потерпевшей в части компенсации морального вреда в сумме 500000 рублей. 

Довод подсудимого о том, что потерпевшая до смерти матери с ней не проживала, не интересовалась ею, не может повлечь уменьшения определенной судом суммы, поскольку, гибель близкого родственника сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, в связи с чем в данном случае моральный вред, причиненный дочери погибшей, презюмируется. Кроме того как следовало из показаний потерпевшей она проживала со своей матерью одной семьей, в последующем мать стала злоупотреблять спиртным и самовольно уходила из дома, тогда она арендовала ей отдельный дом, при этом всегда беспокоилась о ней и навещала ее, инициатором начала поисков матери также была также потерпевшая, в связи с чем говорить об отсутствии семейной связи между матерью и дочерью также невозможно. 

Исковые требования потерпевшей в части возмещения материальных расходов, понесенных на погребение матери, в числе которых расходы, связанные с захоронением в сумме 48500 рублей, с которыми согласился ФИО1, суд полагает возможным удовлетворить частично в сумме 35000 рублей, поскольку несение названных расходов в указанной сумме достоверно подтверждается представленными потерпевшей к судебному исследованию квитанцией от ДД.ММ.ГГГГ и кассовым чеком от ДД.ММ.ГГГГ со справкой подтверждением, в которой перечислены услуги, полученные потерпевшей в связи с погребением матери, в числе которых приобретение похоронных принадлежностей. В свою очередь из представленного кассового чека от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 13500 рублей не представляется возможным определить приобретателя похоронных принадлежностей и их содержание, в связи с чем указанную сумму невозможно соотнести с погребением Х. 

В соответствии с положениями ст.81 УПК РФ по вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства: биологические образцы Ч, Я, ФИО1, Х, одежду (штаны, две куртки), соскобы похожего на кровь вещества, отрезки ткани, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по 

<

адрес> СУ СК России по 

<

адрес>, уничтожить.

На основании изложенного, руководствуясь ст.304, 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу, оставить без изменения. По вступлению приговора в законную силу меру пресечения, отменить.

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

В соответствии с п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 186-ФЗ), зачесть в срок лишения свободы время задержания ФИО1 в порядке ст.91 УПК РФ в ходе предварительного следствия по делу с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, время его содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы, а также в соответствии с ч.3.4 ст.72 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 186-ФЗ), в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы. 

Гражданский иск потерпевшей Ч удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО1 в пользу Ч, в счет компенсации морального вреда - 500000 рублей, в счет возмещения материальных затрат, понесенных на погребение - 35000 рублей. 

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства: биологические образцы Ч, Я, и ФИО1, соскобы, лоскуты ткани, санки, одежду (штаны, две куртки), хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по 

<

адрес> СУ СК России по 

<

адрес>, уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Черемховский районный суд 

<

адрес> в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня получения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. О желании участвовать в суде апелляционной инстанции, осужденный указывает в своей апелляционной жалобе или возражениях на жалобы, представления, принесенных другими участниками уголовного процесса.

Судья: О.А. Новикова 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>