Мотивированное 

решение

 изготовлено 29 мая 2020 года Дело № 2-1716/2020

66RS0007-01-2020-000913-59

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Екатеринбург 25 мая 2020 года

Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Прокопенко Я.В., с участием помощника прокурора Чкаловского района г. Екатеринбурга Милюхиной К.И., при секретаре Шулаковой Е.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Газпромнефть-Терминал» о восстановлении на работе, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 предъявил к акционерному обществу «Газпромнефть-Терминал» иск о восстановлении на работе, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

В заявлении и в судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО2 указали, что 29.10.2012 года Истец был принят в ЗАО «Газпромнефть-Терминал» на должность заместителя начальника управления. Это подтверждаются Трудовым договором №№ от 29.10.2012 г. В процессе трудовой деятельности ЗАО было переименовано в АО, и 24.01.2018 г. Истец был переведен на должность главного специалиста по организации технического обслуживания и ремонта оборудования в Блок операционной деятельности Управления эксплуатации нефтебазового хозяйства с повременно-премиальной системой оплаты труда с должностным окладом 95 000 руб. в месяц. Место постоянной работы истца: 620904, Свердловская область, поселок Шабровский. Указанные обстоятельства подтверждаются заключенным 24.01.2018 г. дополнительным соглашением об изменении условий трудового договора №№. Приказом №№ от 27.01.2020 г. трудовой договор расторгнут по сокращению штата работников организации по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Основания издания приказа об увольнении истца указаны: приказ от 08.11.2019 г. №№, уведомление о предстоящем увольнении в связи с сокращением штата от 25.11.2019 г., уведомление о вакансиях от 25.11.2019 г., уведомление о вакансиях от 13.01.2020 г., уведомление о вакансиях от 27.01.2020 г. Действия, направленные на примирение, сторонами не предпринимались. Увольнение Истец считает незаконным по причине нарушения ответчиком процедуры увольнения - в период с 25.11.2019 г. по 27.01.2020 г. ему не были предложены все имеющиеся вакантные должности, имеющиеся у ответчика в данной местности, а также не было учтено преимущественное право на оставлении на работе. Как следует из уведомлений о вакансиях от 25.11.2019 г., 13.01.2020 г., 27.01.2020 г. Истцу были предложены только лишь должности: оператор, мастер, электрослесарь по ремонту оборудования, ведущий специалист по ит и связи. Однако, в период с 25.11.2019 г. по 27.01.2020 г. в данной местности по словам работников кадровой службы ответчика и размещения вакантных должностей на сайте поиска работы - Хэд Хантер, в организации имелись иные должности, которые не были предложены Истцу: ведущий специалист по ремонту оборудования, главный специалист по оперативным процессам, ведущий специалист блока корпоративной защиты, метролог, заместитель генерального директора по Шабровской нефтебазе, заместитель генерального директора по Серовской нефтебазе, ведущий специалист по сопровождению услуг хранения. К примеру, на должность ведущего специалиста по ремонту оборудования был принят с 01.01.2020 г. ФИО3, который принят в организацию 11.11.2019 г. незадолго о предупреждении Истца об увольнении. Факт его принятия на работу к ответчику подтверждается личным заявлением, табелями учета рабочего времени за ноябрь, декабрь 2019 г. и январь 2020 г.

Должность главного специалиста по оперативным процессам также была вакантна. Её в ноябре, декабре 2019 г. совмещала ФИО4, а в январе совмещения уже нет. Это подтверждается табелями учета рабочего времени. Должность ведущего специалиста блока корпоративной защиты также была вакантна. Её совмещал ФИО5 до января 2020 г. это подтверждается табелями учета рабочего времени за ноябрь, декабрь 2019 г., январь 2020 г. Должность заместителя генерального директора по Шабровской нефтебазе была предложена ФИО6 в период предупреждения Истца об увольнении. Это подтверждается приложенными уведомлением. Данная должность также подходила Истцу, однако предложена ему не была. Помимо этого, в период времени с 25.11.2019 г. по 27.01.2020 г. в организацию были приняты новые сотрудники на вакантные должности. Истец имеет стаж работы в группе компаний ПАО Газпром Нефть 17 лет. Помимо этого, имеет квалификацию Экономист по бухгалтерскому учету, что подтверждается дипломом о высшем образовании по специальности Бухгалтерский учет и аудит. Неоднократно повышал профессиональное мастерство, поощрялся корпоративными наградами. Эти обстоятельства подтверждаются приложенными документами. Однако эти обстоятельства не были учтены Ответчиком при увольнении. Расчет среднего заработка производится в соответствии со ст. 139 Трудового Кодекса РФ. Сумма задолженности по выплате среднего заработка за время вынужденного прогула с 28.01.2020 г. по 28.03.2020 г. составляет 107 689 руб. В связи с незаконностью увольнения Истец испытывает нравственные страдания. Унижение, волнение и переживания — это те нравственные страдания, что испытывает Истец с момента своего незаконного увольнения. Для защиты своих трудовых прав Истец понес расходы на оплату услуг представителя. Размер расходов составил 30 000 руб. Также Истец понес расходы на оформление доверенности представителю. Расходы составили 2000 руб.

Дополнительно истец и его представитель указали, что истцу не были предложены вакантные должности в Серове, Невьянске, Баженово. Должность заместителя генерального директора по Шабровской нефтебазе не предложена истцу, ответчик руководствовался квалификационными требованиями, указанными в должностной инструкции, которая утверждена 20.12.2019, на момент вакансии ее не было, не было оснований полагать, что истец не подходит на замещение данной должности. Ответчиком не учтено преимущественное право на оставление на работе. Ответчик сам предложил истцу представить сведения о наличии преимущественных прав оставления на работе. Под сомнение ставят правомерность приема на работу ФИО3, замещение должностей ФИО4, ФИО5. Полагает порядок увольнения был нарушен, чем нарушены права истца.

Просит, с учетом уточнения, восстановить ФИО1 с 28.01.2020 г. на работе в Акционерном Обществе «Газпромнефть - Терминал» в должности главного специалиста Блока операционной деятельности Управления эксплуатации нефтебазового хозяйства, взыскать с Акционерного Общества «Газпромнефть - Терминал» в пользу ФИО1: средний заработок за время вынужденного прогула по состоянию на 25.05.2020 в размере 293 831 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., расходы на оплату услуг юриста в размере 30 000 руб., расходы на выдачу доверенности в размере 2000 руб.

Представители ответчика – ФИО7, ФИО8 исковые требования не признали, просили в удовлетворении отказать. В письменном отзыве и в объяснениях в судебном заседании указали, что ответчик считает требования Истца необоснованными и не подлежащими удовлетворению ввиду нижеследующего. Процедура сокращения проведена Ответчиком в полном соответствии с законодательством. Установленный ст. 180 ТК РФ срок соблюден - Истец уведомлен о сокращении более, чем за 2 месяца, Истцу были предложены все, имеющиеся в штатном расписании ответчика в период сокращения вакантные должности. Истец утверждает, что ему были предложены не все вакантные должности. Данный доводы не соответствуют действительности ввиду нижеследующего. 08.11.2019г. АО «Газпромнефть-Терминал» (далее - «АО ГПН-Т») издан приказ №№ «О внесении изменений в штатное расписание АО «Газпромнефть-Терминал». Указанным приказом с 15.11.2019г. в связи с проведением организационно-штатных мероприятий из штатного расписания в числе прочих штатных единиц, выводились должности структурного подразделения «Управление эксплуатации нефтебазового хозяйства»: Начальник управления (1 штатная единица); Главный специалист (4 штатные единицы); Главный специалист по организации технического обслуживания и ремонта оборудования (1 штатная единица); Главный специалист по организации контроля качества (1 штатная единица). По итогам организационно-штатных мероприятий Управление эксплуатации нефтебазового хозяйства упразднялось как структурное подразделение АО ГПН-Т. Истец являлся работником АО ГПН-Т в должности Главного специалиста по организации технического обслуживания и ремонта оборудования Блока операционной деятельности Управления эксплуатации нефтебазового хозяйства на основании Трудового договора от 29.10.2012 г. №№ 25.11.2019 г. Истцу было вручено уведомление о предстоящем увольнении в связи с сокращением штата и список вакансий АО ГПН-Т по состоянию на 25.11.2019 г. 13.01.2020г. в адрес Истца Ответчиком направлено уведомление с перечнем вакансий по состоянию на 12.01.2020г. (получено Истцом). 27.01.2020г. в адрес Истца Ответчиком направлено уведомление с перечнем вакансий по состоянию на 27.01.2020г. (получено Истцом). В исковом заявлении Истец указывает на отсутствие предложений о вакансиях, размещенных в сети интернет на портале компании HeadHunter, что по его мнению нарушило его права при проведении процедуры сокращения штата работников. На указанный довод искового заявления поясняем, что информация, размещенная на ресурсе HeadHunter, а также в иных открытых источниках, не является фактическим подтверждением наличия вакансий и используется ГПН-Т для целей мониторинга рынка труда, анализа социальных потребностей кандидатов. Размещение работодателями Группы Компаний Газпром нефть информации на интернет порталах о вакансиях практикуется с целью формирования кадрового резерва. Объявления на сайте HeadHunter не являются доказательством наличия вакантных должностей. Наличие вакансий подтверждается исключительно штатным расписанием работодателя. Довод Истца о наличии не предложенных ему вакансий не соответствует фактическим обстоятельствам. Истцом заявлен довод о нарушении его прав отсутствием уведомления от Ответчика о вакансии заместителя генерального директора по Шабровской нефтебазе, которая соответствовала его рабочей квалификации. На указанный довод искового заявления поясняем следующее. По смыслу положений ч. 3 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (далее «ТК РФ») предлагаемые работнику вакансии должны либо полностью соответствовать квалификации работника, либо требовать более низкой квалификации (вакантные нижестоящие должности). При определении круга уведомляемых работников АО ГПН-Т (находящихся в процедуре сокращения штата) о вакантной должности заместителя генерального директора по Шабровской нефтебазе Ответчик руководствовался квалификационными требованиями, предъявляемыми к этой должности (Должностная инструкция Заместителя генерального директора по нефтебазе). Помимо прочих требований, к работнику этой должности предъявлялось требование о наличии высшего технического образования. Истец не соответствовал указанным требованиям - имеет образование Экономиста по бухгалтерскому учету (специальность «бухгалтерский учет и аудит»). В связи с этим обстоятельством Ответчик не наделялся обязанностью по уведомлению Истца о наличии указанной вакансии. Трудовой договор с Истцом был расторгнут 27.01.2020г. - по истечении более, чем 2 месяцев с момента уведомления о сокращении, за период сокращения Истцу трижды были вручены перечни вакансий. Исходя из вышеизложенного Ответчик, выполнил все требования ТК РФ при проведении процедуры сокращения должности, занимаемой Истцом. Доводы Истца о принятии новых работников на вакантные должности в период проведения процедуры сокращения не соответствуют действительности. Истец указывает на то, что с января 2020г. в АО ГПН-Т была вакантна должность Главного специалиста по оперативным процессам (в ноябре-декабре 2019 г. данную должность занимала ФИО17.), однако должность не была предложена истцу в период с момента открытия этой вакансии и до наступления даты сокращения занимаемой истцом должности. Данное утверждение истца не соответствует фактическим обстоятельствам. ФИО15 являлась внутренним совместителем по должности Главного специалиста по оперативным процессам на 0,2 ставки с 01.08.2019г. (Приказ №724к от 24.07.2019г.). Штатная единица данной должности делилась на 0,2 ставки (г. Екатеринбург) и 0,8 ставки (г. Санкт- Петербург). 22.10.2019г. Приказом № № с 24.10.2019г. введено в действие изменение в штатное расписание, согласно которому должность Главного специалиста по оперативным процессам выводилась из штатного расписания. Таким образом, вакансия по должности, занимаемой ФИО16 в г. Екатеринбург, в штатном расписании ответчика отсутствовала и не могла быть предложена Истцу. Истец указывает на то, что с января 2020г. в АО ГПН-Т также была вакантна должность Ведущего специалиста блока корпоративной защиты, которая не была предложена истцу. До января 2020г. должность занимал ФИО18 являлся внутренним совместителем по должности Ведущего специалиста блока корпоративной защиты на 0,5 ставки. Штатная единица данной должности делилась на 0,5 ставки (г. Екатеринбург) и 0,5 ставки (г. Нижний Тагил). 20.01.2020г. Приказом № ТРМ-9 внесены изменения в штатное расписание АО ГПН-Т, должность Ведущего специалиста блока корпоративной защиты выведена из штатного расписания. Необходимым условием замещения должности Ведущего специалиста блока корпоративной защиты является практический опыт работы не менее трех лет в оперативных, следственных подразделениях правоохранительных органов, или в сфере безопасности государственных коммерческих организаций, которого не было ни у Истца, ни у остальных работников, должности которых подлежали сокращению. Поэтому указанная должность не могла быть предложена Истцу. Это подтверждается требованиями должностной инструкции по указанной должности. Истец указывает, что незадолго до его сокращения на работу в АО ГПН-Т был принят ФИО21 на должность Ведущего специалиста, первый день работы - 11.11.2019г. Трудоустройство ФИО19 в АО ГПН-Т на должность Ведущего специалиста не является нарушением процедуры сокращения штата, и также не является нарушением прав истца, ввиду нижеследующего. 16.10.2019г. в адрес ФИО20 со стороны АО ГПН-Т направлено предложение о работе на должности Ведущего специалиста. 25.10.2019г. ФИО22 выразил свое согласие на занятие предложенной должности и определил дату выхода на работу - 11.11.2019г. На основании подписанного предложения о работе ФИО23 написал заявление об увольнении с предыдущего места работы. Согласно данным трудовой книжки ФИО24 увольнение с прежнего места работы состоялось 08.11.2019г (пятница). 11.11.2019г. (понедельник) ФИО25 вышел на работу, в соответствии с ранее подписанным сторонами предложении о работе. Указанные факты свидетельствуют о том, что процедура принятия на работу ФИО3 началась, длилась и завершилась вне рассматриваемого периода сокращения штата и не может быть квалифицирована как нарушение трудовых прав истца. Довод Истца о нарушении его преимущественного права на оставление на работе при сокращении штата не состоятелен, поскольку, сокращались все штатные единицы должности «Ведущий специалист». В соответствии с положениями ст. 179 ТК РФ при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией. При равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным - при наличии двух или более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком; работникам, получившим в период работы у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание; инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий по защите Отечества; работникам, повышающим свою квалификацию по направлению работодателя без отрыва от работы. Служебной запиской от 28.11.2019г. Истец проинформировала Ответчика о наличии ряда фактов, которые, по его мнению, наделяют его правом преимущественного оставления на работе при сокращении штата. Указывалось наличие стажа работы в ПАО Газпром нефть (17 лет), наличие иждивенца, наличие корпоративных наград, повышения квалификации. Полагает, что все эти факты подлежали обязательному анализу и учету в случае проведения процедуры одновременного сокращения штата и численности работников АО ГПН-Т. В рассматриваемой процедуре сокращения штата работников АО ГПН-Т отсутствовали основания для применения ст. 179 ТК РФ о преимущественном праве на оставление на работе, поскольку по смыслу действующего трудового законодательства преимущественное право на оставление на работе исследуется работодателем, если подлежит сокращению одна из одинаковых должностей определенного структурного подразделения, т.е. между работниками, занимающими одинаковые должности, часть из которых подлежит сокращению, поскольку степень производительности труда и квалификации работников, а так же учет иных факторов (при равной производительности труда и квалификации) возможно сравнить и учесть, лишь оценив выполнение ими одинаковых трудовых функций. В рассматриваемом случае речь идет о сокращении единственной существующей должности Главный специалист по организации технического обслуживания и ремонта оборудования, что делает доводы Истца о нарушении ответчиком его права на преимущественное оставление на работе несостоятельными. Анализ соответствия фактических обстоятельств процедуры сокращения штата доводам искового заявления показал необоснованность требований истца. Изложенные в настоящем отзыве факты и прилагаемые подтверждающие документы свидетельствуют о полном соблюдении ответчиком положений ст.ст. 81, 179, 180 Трудового кодекса Российской Федерации РФ при планировании и проведении мероприятий по сокращению штата работников АО «Газпромнефть-Терминал», в том числе в отношении ФИО1 Ввиду необоснованности требований о восстановлении на работе, требования Истца о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации оплаты юридических услуг, платы за оформление доверенности, компенсации морального вреда также являются необоснованными и неподлежащими удовлетворению.

Дополнительно пояснили, что порядок увольнения не нарушен, трижды истец уведомлялся о наличии вакансий, соответствующих его квалификации, в данной местности – в г. Екатеринбурге, предлагать вакансии в других местностях это право работодателя, но не его обязанность. Квалификационные требования к должности заместитель генерального директора не позволили предложить данную должность истцу. В период сокращения работодатель формулировал четкие требования к должности заместителя генерального директора, работодатель при этом изначально понимал, что соискатель на данную должность должен иметь высшее техническое образование. Кроме того, должность заместителя является вышестоящей по отношению к должности истца, это следует из организационной структуры предприятия. На ответчика возложена обязанность предлагать должности равноценные занимаемой ии нижестоящие. В остальном поддержали доводы отзыва на исковое заявление.

Помощник прокурора Чкаловского района г. Екатеринбурга Милюхина К.И. в своем заключении полагала требования истца не подлежащими удовлетворению, поскольку ответчиком соблюден порядок увольнения истца.

Заслушав объяснения сторон, исследовав представленные сторонами доказательства, заключение прокурора, суд находит, что исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и выражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Пунктом 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ предусмотрено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации.

В соответствии с ч. 3 ст. 81 ТК РФ увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или 3 части первой настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Согласно положениям ст. 180 ТК РФ при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью третьей статьи 81 настоящего Кодекса.

О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.

В пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора с работником по п. 2 ч. 1 ст. 81 Кодекса возможно при условии, что он не имел преимущественного права на оставление на работе (ст. 179 ТК РФ), был предупрежден персонально и под роспись не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении (ч. 2 ст. 180 ТК РФ).

В соответствии с ч. ч. 1, 2 ст. 179 ТК РФ при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией. При равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным - при наличии двух или более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком; работникам, получившим в период работы у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание; инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий по защите Отечества; работникам, повышающим свою квалификацию по направлению работодателя без отрыва от работы.

С учетом приведенных норм материального права юридически значимым обстоятельством для правильного разрешения спора являлось исполнение ответчиком требований ст. 179 ТК РФ об определении преимущественного права истца по сравнению с другими сотрудниками организации на оставление на работе с учетом производительности труда, уровня квалификации, образования, профессиональных качеств и других обстоятельств.

Судом установлено, что ФИО1 принят на работу в ООО «Газпромнефть-Терминал» 29.10.2012 на должность заместителя начальника управления, при устройстве на работу с ним был заключён трудовой договор № № от 29.10.2012.

В соответствии с дополнительным соглашением от 24.01.2018 об изменении условий трудового договора № № от 29.10.2012, заключенным истцом и ответчиком, стороны пришли к соглашению о внесении с 01.02.2018 изменений в трудовой договор, а именно: истец переведен на должность главного специалиста по организации технического обслуживания и ремонта оборудования Блока операционной деятельности Управления нефтебазового хозяйства, установлен оклад в размере 95 000 рублей в месяц.

08.11.2019 АО «Газпромнефть-Терминал» издан приказ № № «О внесении изменений в штатное расписание АО «Газпромнефть-Терминал», в соответствии с которым с 15.11.2019 в связи с проведением организационно-штатных мероприятий из штатного расписания, в том числе, выводились должности структурного подразделения «Управление эксплуатации нефтебазового хозяйства» (начальник управления 1 ед., главный специалист 4 ед., главный специалист по организации технического обслуживания и ремонта оборудования 1 ед., главный специалист по организации контроля качества 1 ед.); Управление эксплуатации нефтебазового хозяйства упразднялось как структурное подразделение АО «Газпромнефть-Терминал». 

25 ноября 2019 года истцу ФИО1 вручено уведомление от 25.11.2019 о предстоящем увольнении в связи с сокращением штата, ФИО1 был уведомлен о вакантных должностях АО «Газпромнефть-Терминал» по состоянию на 25.11.2019, а также ознакомлен с перечнем оснований преимущественных прав на оставление на работе при сокращении численности или штата. Согласие на замещение какой-либо должности из предложенного перечня не выразил.

25.11.2019 ФИО1 обратился к ответчику с требованием предоставить для ознакомления Приказ от 08.11.2019 № №, уведомил о согласии рассмотреть вакантные должности, соответствующих опыту и компетенции, во всех регионах присутствия ответчика, выразил согласие на переезд в другие города.

27.11.2019 ответчиком был дан ответ истцу на запрос от 25.11.2019, направлена копия приказа № № от 08.11.2019, перечень вакансий, введенных с 15.11.2019 г.

В служебной записке № 25-03/413 от 28.11.2019 ФИО1 уведомил ответчика о наличии следующих преимущественных прав на оставление на работе: наличие стажа работы в группе компаний ответчика 17 лет, наличие одного иждивенца (сын ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения), признан лучшим руководителем нефтебазы по итогам 2010 года, наличие корпоративных наград, представил документы о повышении квалификации.

13.01.2020 ответчиком ФИО1 было направлено уведомление о наличии вакантных должностей оператора, электрослесаря по ремонту оборудования, мастера на Шабровской нефтебазе. Получено ФИО1 13.01.2020 г. Согласие отсутствует.

27.01.2020 ФИО1 был уведомлен о наличии вакансий на указанную дату: электрослесаря по ремонту оборудования, мастера на Шабровской нефтебазе, ведущего специалиста по ИТ и связи. Согласие отсутствует.

27.01.2020 ответчиком издан приказ о прекращении трудового договора с работником № 127-1у, в соответствии с которым действие трудового договора от 29.10.2012 № №, заключенного со ФИО1, прекращено 27.01.2020, трудовой договор расторгнут по инициативе работодателя в связи с сокращением штата работников организации, п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. ФИО1 ознакомлен с приказом 27.01.2020.

Увольнение истца произведено с соблюдением установленного законом двухмесячного срока предупреждения об увольнении.

Истец утверждает, что в период с 25.11.2019 по 27.01.2020 в организации ответчика имелись следующие вакантные должности, которые не были предложены истцу: ведущий специалист по ремонту оборудования, главный специалист по оперативным процессам, ведущий специалист блока корпоративной защиты, метролог, заместитель генерального директора по Шабровской нефтебазе, заместитель генерального директора по Серовской нефтебазе, ведущий специалист по сопровождению услуг хранения, начальника цеха в Невьянске, Баженово.

Так, на должность ведущего специалиста по ремонту оборудования был принят с 01.01.2020 ФИО26 который был принят на работу 11.11.2019 незадолго до увольнения истца.

Как следует из материалов дела, ФИО27 с 2016 был трудоустроен на должность оператора станков с программным управлением АО «Нижне-Исетский завод металлоконструкций», уволен 08.11.2019 по собственному желанию.

Ответчиком ФИО28 16.10.2019 направлено предложение о работе на должности ведущего специалиста, Управление эксплуатации нефтебазового хозяйства, Центрально-Уральское отделение, БОД.

ФИО29 25.10.2019 выразил свое согласие с данным предложением, сообщил о выходе на работу с 11.11.2019.

11.11.2019 ответчиком издан приказ о приеме ФИО30 на постоянную работу в Блок операционной деятельности, Центрально-Уральское отделение, Управление эксплуатации нефтебазового хозяйства ведущим специалистом.

Таким образом, вопреки доводам истца, должность ведущего специалиста по ремонту оборудования в период с 25.11.2019 по 27.01.2020 не была вакантна, в связи с чем не могла быть предложена истцу, кроме того, материалами дела подтверждается, что прием на работу ФИО31 проведен до начала периода сокращения штата, в связи с чем отсутствует нарушение прав истца со стороны ответчика в указанной части.

Истец указывает, что должность главного специалиста по оперативным процессам была вакантна. Данную должность в ноябре и декабре 2020 года совмещала ФИО33 в январе совмещения уже нет.

В соответствии с представленными документами администратор проектов ФИО32 с 01.08.2019 по 31.12.2019 являлась внутренним совместителем и занимала должность главного специалиста по оперативным процессами на 0,20 ставки (приказ № № от 24.07.2019).

Согласно штатному расписанию должность главного специалиста по оперативным процессам подразделена на 0,2 ставки (г. Екатеринбург) и 0,8 ставки (г. Санкт-Петербург).

22.10.2019 приказом № ТРМ-87 с 24.10.2019 изменено штатное расписание, должность главного специалиста по оперативным процессам выведена из штатного расписания.

Как указывает ответчик, ФИО34 по согласованию с работодателем фактически исполняла обязанности по данной должности до конца декабря 2019 г.

Соответственно, вакансия главного специалиста по оперативным процессам в период с 12.11.2019 по 27.01.2020 отсутствовала и не могла быть предложена истцу.

Истец указывает, что должность ведущего специалиста блока корпоративной защиты также была вакантна, данную должность до января 2020 совмещал ФИО35

В соответствии с представленными документами ФИО5 являлся совместителем и занимал должность занимал должность ведущего специалиста блока корпоративной защиты на 0,5 ставки (приказ № № от 25.01.2017).

Согласно штатному расписанию должность ведущего специалиста блока корпоративной защиты подразделена на 0,5 ставки (г. Екатеринбург) и 0,5 ставки (г. Нижний Тагил).

20.01.2020 приказом № № изменено штатное расписание, должность ведущего специалиста блока корпоративной защиты выведена из штатного расписания.

Как следует из должностной инструкции ведущего специалиста блока корпоративной защиты необходимым условием замещения данной должности, среди прочего, является опыт работы не менее 3 лет в оперативных, следственных подразделениях правоохранительных органов, или в сфере безопасности государственных, коммерческих организаций.

Как следует из должностной инструкции главного специалиста по организации технического обслуживания и ремонта оборудования Управления эксплуатации нефтебазового хозяйства, с которой ознакомлен истец 11.04.2018, такое требование как опыт работы не менее 3 лет в оперативных, следственных подразделениях правоохранительных органов, или в сфере безопасности государственных, коммерческих организаций для замещения указанной должности не предъявлялся. Из представленных в материалы дела документов о трудовой деятельности истца следует, что подобный опыт работы у истца отсутствует. 

Согласно трудовой книжке ФИО5 имеет опыт работы в органах внутренних дел 17 лет 09 месяцев 00 дней с 01.11.1988 по 01.08.2006 г.

Анализ представленных должностных инструкций позволяет сделать вывод о не соответствии истца должности ведущего специалиста блока корпоративной защиты.

Соответственно, указанная должность обоснованно не была предложена ответчиком истцу, поскольку истец не соответствует квалификационным требованиям.

Кроме всего прочего, должности: ведущий специалист по ремонту оборудования, главный специалист по оперативным процессам, ведущий специалист блока корпоративной защиты в период с 25.11.2019 по 27.01.2020 не являлись вакантными, вследствие чего не могли быть предложены ответчиком истцу.

Истец указывает, что должность заместителя генерального директора по Шабровской нефтебазе была предложена ФИО6 в период предупреждения истца об увольнении. Данная должность подходила и истцу, однако предложена ему не была.

20.12.2019 ответчиком была разработана и утверждена должностная инструкция по должности заместитель генерального директора по нефтебазе.

Согласно должностной инструкции заместителя генерального директора по нефтебазе к претенденту на замещение указанной должности предъявляются требования к образованию, профессиональным знаниям и опыту работы, в частности, требуется наличие высшего технического образования.

Между тем, указанному требованию ФИО1 не соответствует, ФИО1 окончил Уральскую государственную сельскохозяйственную академию, присуждена квалификация «экономист по бухгалтерскому учету» по специальности «бухгалтерский учет и аудит».

При этом дата утверждения указанной должностной инструкции правового значения для рассмотрения настоящего спора не имеет, поскольку должностная инструкция утверждена в период процедуры сокращения с 25.11.2019 по 27.01.2020, в случае соответствия истца квалификационным требованиям данная должность могла бы быть предложена истцу, после утверждения данной инструкции работодателем состоялось заседание комиссии по рассмотрению квалификации работников, претендующих на вакансии при сокращении. На должность заместителя генерального директора по Шабровской нефтебазе рекомендован ФИО36 

Также суд отмечает, что в соответствии с организационной структурой предприятия занимаемая истцом должность (специалист) является нижестоящей по отношению к должности заместитель генерального директора (руководитель).

Таким образом, у ответчика отсутствовала обязанность в силу ч. 3 ст. 81 ТК РФ уведомлять истца о наличии вакансии заместителя генерального директора по нефтебазе, так как указанная должность не соответствует квалификации истца, не является нижестоящей должностью, кроме того, на указанную должность комиссией рекомендован ФИО37

Как следует из представленных стороной ответчика штатных расписаний, подтверждающих движение вакансий на предприятии в период с 25.11.2019 по 27.01.2020, иные вакантные должности, соответствующие квалификации истца, а также вакантные нижестоящие должности, в данной местности (г. Екатеринбург) отсутствовали.

Как следует из трудового договора, заключенного между истцом и ответчиком, в редакции дополнительного соглашения от 24.01.2018 место постоянной работы работника – г. Екатеринбург, п. Шабровский.

Согласно п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" под другой местностью понимается местность за пределами административно-территориальных границ соответствующего населенного пункта.

Соответственно, в силу ст. 81 ТК РФ на ответчика не возложена обязанность предлагать вакансии в других местностях, т.е. за пределами административно-территориальных границ г. Екатеринбурга. В рассматриваемом случае данная обязанность не предусмотрена также и коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

В связи с чем, довод стороны истца о том, что ответчик не предложил истцу вакантные должности заместителя генерального директора Серовской нефтебазы, начальника цеха в г. Невьянске, начальника цеха в Баженово судом отклоняется.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что работодателем соблюдены требования ч. 3 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, в силу предложения истцу всех вакантных должностей в данной местности – г. Екатеринбург, имеющихся у ответчика.

Размещение на интернет-ресурсах ответчиком предложений о работе не является однозначным подтверждением наличия вакантных должностей на предприятии в отсутствие иных доказательств. Ответчиком представлено действующее на предприятии штатное расписание, которым опровергаются доводы стороны истца о наличии вакансий.

Ответчик не оспаривал размещение в Интернете предложений о работе, пояснив, что информация используется для целей мониторинга рынка труда, анализа социальных потребностей кандидатов, формирования кадрового резерва.

Табель учета рабочего времени, который не представлен ответчиком, является основанием для начисления и расчета работнику заработной платы и иных причитающихся выплат, в рассматриваемом случае истцом не оспаривается правильность начисления ему заработной платы и компенсационных выплат. 

Довод истца о том, что ответчиком нарушена обязанность по соблюдению преимущественного права, предусмотренного ст. 179 Трудового кодекса Российской Федерации несостоятелен, поскольку по смыслу данной статьи обстоятельства наличия преимущественного права на оставление на работе исследуются работодателем, если подлежит сокращению одна из одинаковых должностей структурного подразделения, т.е. между работниками, занимающими одинаковые должности, часть из которых подлежит сокращению, поскольку степень производительности труда и квалификации работников возможно сравнить, лишь оценив выполнение ими одинаковых трудовых функций.

Таким образом, оснований для применения ответчиком положений данной статьи не имелось, должность истца была единственной в штате ответчика, соответствующей его квалификации, что исключало обязанность ответчика оценивать преимущественное право на оставление истца на работе, учитывая, что такая оценка может производиться среди двух и более работников, занимающих одноименные (равноценные) должности.

В связи с изложенным, из материалов дела достоверно усматривается, что сокращение должности, ранее занимаемой истцом, фактически произошло, процедура увольнения, в связи с сокращением штата, проведена ответчиком в точном соответствии с требованиями законодательства, права истца при данном увольнении не нарушены, а следовательно, оснований для признания увольнения ФИО6 незаконным, восстановлении в должности у суда не имеется.

Поскольку в удовлетворении требования истца о восстановлении на работе судом отказано, оснований для удовлетворения производных исковых требований о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов у суда также не имеется.

Руководствуясь ст.ст.194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Газпромнефть-Терминал» о восстановлении на работе, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга. 

Судья