РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

02 декабря 2024 года город Плавск Тульской области

Плавский межрайонный суд Тульской области в составе:

председательствующего судьи Половой Ю.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Гераськиным С.О.,

с участием

представителя истца ФИО5 по доверенности ФИО6, 

ответчика ФИО7, 

представителя ответчика ФИО7 – ФИО8, допущенной в порядке ч.6 ст.53 ГПК РФ,

ФИО9, ФИО10, привлеченных в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело № 2-496/2024 по иску ФИО5 к ФИО7 о признании договора купли-продажи недействительным,

установил:

ФИО5 обратился в суд с иском к ФИО7 о признании недействительным заключенного 10.08.2022 между ФИО1 и ФИО7 договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>; о включении вышеуказанной квартиры в наследственную массу после смерти ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ; о признании за истцом права собственности на вышеуказанную квартиру. 

В обоснование заявленных исковых требований ФИО5 сослался на то, что ДД.ММ.ГГГГ умер его отец ФИО1. Он (истец) после смерти отца, как наследник первой очереди обратился к нотариусу, где ему стало известно о том, что имущество умершего, а именно 

<

адрес> в 

<

адрес> была передана ФИО7 по договору купли-продажи. Истец полагает, что договор купли-продажи, заключенный между ФИО1 и ФИО7, является недействительным, так как сделка была совершена лицом, не способным понимать значение своих действий в силу возраста и наличия заболеваний. Указывает, что ФИО1 страдал рядом заболеваний: инсульты в 2020г. и в 2021г., сердечные заболевания, повышенное давление, в связи с чем, неоднократно был госпитализирован в терапевтическое и хирургическое отделение. Кроме того ФИО1 систематически употреблял спиртные напитки. На основании изложенного и в соответствии с ч.1 ст.177, абз.3 п.1 ст.171 ГК РФ полагал, что исковые требования подлежат удовлетворению.

В судебное заседание ФИО5 не явился, в заявлении просил суд рассмотреть дело в его отсутствие, указал, что исковые требования поддерживает в полном объёме, просил их удовлетворить полностью по основаниям и фактам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель истца ФИО5 по доверенности ФИО6 в судебном заседании поддержала исковые требования и просила их удовлетворить в полном объёме по основаниям, изложенным в иске. Ранее в судебных заседаниях в обоснование исковых требований указывала на то, что ФИО1 страдал серьезными заболеваниями, не мог себя обслуживать и самостоятельно передвигаться, а использовал ходунки. При жизни ФИО1 в личной беседе обещал все своё имущество передать своему сыну ФИО5, в связи с чем, был подан иск. Близкому окружению ФИО1 было известно о его пристрастии к спиртным напиткам, о злоупотреблении алкоголем. Полагала, что ФИО1 был внушаемым человеком и на него оказали давление, договор и завещание написано было им не по своей воле. 

Ответчик ФИО7 и её представитель по доверенности ФИО8 возражали против удовлетворения исковых требований ФИО5, полагали, что они заявлены необоснованно, поскольку при совершении договора купли-продажи ФИО1 был абсолютно вменяемым, психически здоровым и осознавал фактический характер своих действий, это подтверждается результатами экспертизы. 

ФИО9, привлеченный в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований ФИО5 В судебном заседании 25 июля 2024 года пояснял, что его брат ФИО1 несмотря на перенесенные инсульты был психически здоров и адекватен, самостоятельно принимал решения и распоряжался деньгами. Спорную квартиру ФИО1 хотел оставить сестре ФИО7 и был юридически грамотен, поэтому сначала написал завещание, а потом решил заключить договор купли-продажи квартиры. Дополнил, что с сыном ФИО1 практически не общался, и не мог обещать ему оставить наследственное имущество.

Привлеченная в качестве третьего лица ФИО10 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований.

ФИО11, ФИО12, ФИО13 в судебное заседание не явились, в заявлении просили суд рассмотреть дело в их отсутствие, указали, что возражают против удовлетворения исковых требований.

Представители ОСФР по Тульской области, ПАО Сбербанк, привлеченных в качестве третьих лиц, в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного заседания извещались, ходатайств об отложении судебного заседания не заявляли.

Суд посчитал возможным рассмотреть дело согласно ст.167 ГПК РФ в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав доводы лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 являлся собственником однокомнатной квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 

<

данные изъяты> кв. м.

В соответствии с договором купли-продажи от 29 июля 2022 года ФИО1 продал ФИО7 указанную квартиру за 

<

данные изъяты> рублей. Пунктом 3.6 данного договора предусмотрено, что право собственности на квартиру возникает у покупателя с момента внесения записи в Единый государственный реестр недвижимости о переходе права собственности в установленном законом порядке к покупателю. Право собственности зарегистрировано 10.08.2022, о чем в ЕГРН сделана запись о регистрации права.

В дальнейшем по договору купли-продажи от 19 марта 2023 года ФИО7 продала квартиру ФИО10, ФИО12, ФИО14, ФИО11 по цене 

<

данные изъяты> рублей, оплаченных за счет кредитных средств, предоставленных покупателям ПАО Сбербанк и за счет средств материнского капитала, перечисленных ОСФР по Тульской области. Переход права собственности и ипотека в пользу банка зарегистрированы 20 марта 2024 года. В настоящее время семья Ф-вых является собственником указанной квартиры.

Из записи акта о смерти от 8 декабря 2023 года следует, что ФИО1 умер ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>.

Из исследованных материалов судом установлено, что истец ФИО5 являлся сыном ФИО1, а ответчик ФИО7 сестрой ФИО1

Согласно представленным сведениям к нотариусу Плавского нотариального округа Тульской области ФИО5 обратился как наследник первой очереди с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ. Также к нотариусу обратились ФИО7, ФИО9 с заявлением о принятии наследства по завещанию.

ФИО5 обратился в суд с иском о признании недействительным заключенного между ФИО1 и ФИО7 договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, поскольку претендует как наследник первой очереди после смерти ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ, на указанную квартиру.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (абзац первый пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В подтверждение доводов о том, что ФИО1 на момент заключения договора купли-продажи квартиры, в отношении которого заявлены требования о признании его недействительным, стороной истца заявлено ходатайство об истребовании медицинской документации. 

Согласно сведениям, представленным ГУЗ «Плавская ЦРБ им.С.С.Гагарина», ФИО1 на диспансерном наблюдении у врача психиатра-нарколога, психиатра не состоял. Из представленной медицинской документации следует, что ФИО1 в период с 27.09.2020 по 08.10.2020 находился на стационарном лечении в неврологическом отделении с диагнозом: «Инфаркт головного мозга по атеротромботическому типу с левосторонним умеренно выраженным центральным гемипарезом, центральным левосторонним прозопарезом, левосторонней гемигипестензией, вестибуло-атаксическим синдромом, дизартрией. Атеросклероз БЦА. Артериальная гипертензия 3 ст., 3 ст. с поражением сердца, мозга, риск 4,НК1, ФК2.» В описании состояния пациента отмечалась ясность сознания, дизартрия речи, сохранность памяти. В дальнейшем наблюдался врачом –неврологом. В период с 25.06.2021 по 06.07.2021 находился на стационарном лечении с диагнозом: «Ищемический инфаркт головного мозга в правом каротидном бассейне от 24.06.2021 по атеротромбатическому типу с левосторонней центральной гемиплегией. Дисциркуляторная энцефалопатия 3 ст. Последствия инфаркта головного мозга в б.ПСМА от 25.09.2020 по атеротромботическому типу с левосторонним умеренно выраженным центральным гемипарезом, центральным левосторонним прозопарезом, левосторонней гемигипестензией, вестибуло-атаксическим синдромом, дизартрией. Атеросклероз БЦА. Стеноз. Артериальная гипертония 3 ст., 3 ст. с поражением сердца, риск 4. ИБС: атеросклеротический кардиосклероз. НМК 1-2ст. Сопутствующий диагноз: Дислипидемия.Фоновая ангиопатия сетчаток. Лагофтальм слева. При осмотре состояния пациента указано о ясности сознания, шаткости походки, слабости в левых конечностях. Был выписан в удовлетворительном состоянии, отмечено уменьшение неврологического дефицита, вестибуло-атаксического синдрома. Рекомендовано наблюдение неврологом, терапевтом, офтальмологом по месту жительства. ФИО1 регулярно получал консультации врача-невролога ГУЗ «Плавская ЦРБ им.С.С.Гагарина», при этом в неврологическом статусе отмечено: сглаженность левой носогубной складки, ресурсы орального автоматизма.

В направлении на медико-социальную экспертизу в разделе « клинико-функциональные данные гражданина» указаны результаты НПО от 29.08.2022 : легкая лобная дисфункция в виде лёгкой дизартрии, выраженного снижения произвольного внимания, умеренного когнитивного снижения с умеренным нарушением операционной компоненты мыслительной деятельности; психо-эмоциональное состояние без значимых отклонений.

Из справки №551, выданной врачом-психиатром ГУЗ «Плавская ЦРБ им.С.С.Гагарина», протокола проведения медико-социальной экспертизы от 15.02.2023, следует, что 16.12.2022 ФИО1 был проконсультирован врачом-психиатром, указан диагноз: Органическое астеническое расстройство в связи с сосудистым заболеванием с интеллектуально-мнестическим снижением, нарушением функции ходьбы. Психотический статус: в сознании, ориентирован верно, контакт формальный, эмоционально лабилен, интеллектуально-мнестически снижен, настроение изменчивое, без психотики, критика снижена.

Также из представленных материалов судом установлено, что ФИО1 была с 2020 года установлена третья группа инвалидности по общему заболеванию, а с 10 февраля 2023 года – вторая группа инвалидности.

По ходатайству стороны истца судом допрошена свидетель Свидетель №1, которая является матерью истца и бывшей женой ФИО1 Так, из показаний свидетеля Свидетель №1 следует, что она состояла в браке с ФИО1, в браке у них родился сын ФИО5(истец). ФИО1 злоупотреблял алкоголем и это стало причиной их развода. Сын с 2013 года проживает в Москве, в Плавске бывает редко, иногда встречался с отцом. Со слов сына ей известно, что ФИО1 в разговоре весной 2021 или 2022 года сказал, что всё его имущество достанется сыну. Также со слов сына ей известно, что при встрече осенью 2023 года у ФИО1 была заторможенная речь. 

По ходатайству стороны ответчика были допрошены в качестве свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №3 Из показаний указанных свидетелей следует, что они длительное время были знакомы с ФИО1 и общались с ним до его смерти. Поясняли, что ФИО1 после второго инсульта восстановился и проживал в своей квартире один, не употреблял алкоголь, общался с родственниками и друзьями, мог самостоятельно себя обслуживать, но имелись проблемы с передвижением (слабость в левой ноге и руке), по внешним признакам ( разговор и поведение) был абсолютно адекватным, каких-либо признаков, свидетельствовавших о наличии у него психического отклонения не было. 

Показания свидетелей суд оценивает как относимые и допустимые доказательства по делу, оценивает их в соответствии с положениями ст. ст. 67, 69 ГПК РФ с учетом того, что свидетели предупреждены об уголовной ответственности по ст. ст. 307, 308 УК РФ, при этом суд полагает необходимым оценивать показания допрошенных свидетелей в совокупности с прочими представленными в материалы дела доказательствами.

Основание недействительности сделки, предусмотренное статьёй 177 ГК РФ, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению.

Сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее заключения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством является установление психического состояния лица в момент заключения сделки, что требует специальных познаний, каковыми стороны не обладают.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у лица в момент совершения сделки, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Установление же на основании этих и других имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний, каковыми, как правило, ни свидетели, ни суд не обладают.

С целью проверки доводов истца судом по делу назначена посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, и ГУЗ «Тульская областная клиническая психиатрическая больница № 1 имени Н.П. Каменева» суду представлено заключение комиссии экспертов от 23 сентября 2024 года № 203.

Так, согласно выводам комиссии экспертов, комиссия пришла к заключению, что ФИО1 на дату заключения договора купли-продажи квартиры от 29.07.2022 обнаруживал признаки органического астенического расстройства сосудистого генеза (шифр по МКБ-10 F06.61). на это указывают данные анамнеза и медицинской документации, свидетельствующие о наличии у ФИО1 на протяжении длительного времени гипертонической болезни, цереброваскулярного заболевания (дисциркуляторной энцефалопатии, атеросклероза сосудов головного мозга), что привело к повторным инфарктам головного мозга в 2020 и 2021 годах с последующим развитием церебрастенической симптоматики в виде головных болей, головокружений, шума в голове, утомляемости и установлению группы инвалидности. Данные жалобы отражены в медицинской документации. Врачом неврологом во время обращений ФИО1 в поликлинику по месту жительства( в период близкий к юридически значимому 24.06.2022, 05.08.2022) врачом- неврологом отмечалась неврологическая симптоматика в виде двигательных и чувствительных нарушений в левых конечностях при отсутствии указаний на психотические, выраженные интеллектуально-мнестические, эмоционально-волевые, критико-прогностические нарушения. При осмотре ФИО1 врачом-психиатром от 16.12.2022 для переосвидетельствования в МСЭ отмечены ясность сознания, правильная ориентировка, эмоциональная лабильность, интеллектуально-мнестическое снижение, снижение критики, однако также без указания на наличие у подэкспертного выраженных когнитивных, критико-прогностических, эмоционально-волевых и психотических расстройств. В пользу данного заключения указывают и показания ответчика ФИО7, показания ФИО9, свидетельские показания Свидетель №2, Свидетель №3 о достаточной социально-трудовой адаптации подэкспертного, отсутствии у него выраженных расстройств психики. Показания представителя истца ФИО6, свидетеля Свидетель №1 также не указывают на наличие у ФИО1 выраженных нарушений психики, которые могли бы оказать существенное влияние на способность подэкспертного понимать характер и значение своих действий и руководить ими. Таким образом, на основании изложенного комиссия пришла к выводу, что по своему психическому состоянию на юридически значимый период – заключение договора купли-продажи квартиры от 29.07.2022 ФИО1 мог понимать характер и значение своих действий и руководить ими. Также психолог указывает, что у ФИО1 в период заключения договора купли-продажи квартиры от 29.07.2022 таких индивидуально-психологических особенностей, как повышенная внушаемость и подчиняемость, которые могли бы существенно снизить или ограничить его способность понимать значение своих действий и руководить ими, не выявлено.Не усматривается наличие у ФИО1 состояния выраженного эмоционального напряжения ( а также состояния растерянности, стресса, фрустрации) в момент заключения спорной сделки; на тот период у него не отмечалось признаков частичного сужения сознания и дезорганизации волевой регуляции поведения. Таким образом, ФИО1 на период совершения договора купли-продажи квартиры от 29.07.2022 не был подвержен влиянию других лиц, не был внушаем и подчиняем, мог произвольно проявлять свою волевую активность, предвидеть прямые и косвенные результаты своей деятельности и принял самостоятельное решение распорядиться своим имуществом.

Экспертное заключение является подробным и мотивированным, логически последовательным, содержит категоричные выводы экспертной комиссии по всем поставленным судом вопросам, выполнено экспертами ФИО2, ФИО3, ФИО4, имеющими необходимую квалификацию и стаж работы в области экспертной деятельности, отвечает требованиям ст. 67 ГПК РФ об относимости, допустимости и достоверности доказательств, в связи с чем может быть положено в основу выводов суда.

Выводы экспертов не противоречат исследовательской части экспертного заключения, при проведении экспертизы использовались материалы гражданского дела и медицинская документация в отношении ФИО1, что позволяет считать результаты экспертизы объективными, при этом эксперты предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ.

Доводов о несогласии с заключением судебной экспертизы лицами, участвующими в деле, не заявлено. 

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Стороной истца с позиции статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не предоставлено достаточных и достоверных доказательств того, что свидетельствующих о том, что ФИО1 в момент подписания с ФИО7 договора купли-продажи от 29 июля 2022 года не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Стороной истца суду заявлялось о признании сделки недействительной и по мотивам заключения под давлением со стороны ответчика, поскольку по состоянию здоровья ФИО1 был зависим и внушаем, что своего объективного подтверждения в ходе рассмотрения судом дела не нашло. 

Объективных сведений о наличии у ФИО1 индивидуально-психологических особенностей, как повышенная подчиняемость или внушаемость, нарушения критичности мышления, которые могли бы повлиять на свободу волеизъявления ФИО1, могли бы лишить его способности понимать значение своих действий и руководить ими при составлении договора купли-продажи квартиры, в материалах дела не имеется. Более того в заключении комиссии экспертов от 23 сентября 2024 года № 203 указано, что ФИО1 на период совершения договора купли-продажи квартиры от 29.07.2022 не был подвержен влиянию других лиц, не был внушаем и подчиняем, мог произвольно проявлять свою волевую активность, предвидеть прямые и косвенные результаты своей деятельности и принял самостоятельное решение распорядиться своим имуществом.

Из пояснений ответчика, третьего лица ФИО9 и показаний свидетелей следует, что между ФИО1 и ФИО7 существовали доверительные семейные отношения, ответчик проявляла заботу о брате, оказывала ему помощь по восстановлению после перенесенных инсультов, они поддерживали постоянное общение. При этом ФИО1 со своим сыном ФИО5 в силу сложившихся обстоятельств отношений не поддерживал, они виделись и общались редко.

Доводы стороны истца о том, что в личной беседе ФИО1 обещал ФИО5 оставить ему своё наследственное имущество, не свидетельствует о том, что ФИО1 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, учитывая при этом и то, что сделка была совершена им не с посторонним человеком, а со своей сестрой.

Спорная квартира была передана ФИО7 по договору купли-продажи при жизни ФИО1, который свое волеизъявление впоследствии не изменил и указанную сделку при жизни никогда ни по каким основаниям (более года) не оспаривал. 

При этом суд учитывает, что ФИО1 в завещании от 13 июля 2021 года, удостоверенном нотариусом Чернского нотариального округа, завещает спорную квартиру ФИО7, а остальное имущество в равных долях ФИО7 и ФИО9 3 мая 2023 года ФИО1 составлено завещательное распоряжение в отношении своих банковских счетов, размещенных в Тульском региональном филиале АО «Россельхозбанк», согласно которому он завещает денежные средства в равных долях ФИО7 и ФИО9 Из этого суд приходит к выводу, что ФИО1 имел намерение передать спорную квартиру именно ФИО7, а истца в качестве наследника не указывает. 

Сведений о том, что ФИО1 на момент заключения спорного договора купли-продажи квартиры был признан недееспособным, материалы дела не содержат, в связи с чем иск по основаниям, изложенным в ст. 171 ГК РФ, удовлетворен быть не может. 

Необходимым условием оспаривания сделки по основанию, предусмотренному статьей 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, является доказанность того, что в момент совершения сделки лицо находилось в таком состоянии, когда оно не было способно понимать значение своих действий или руководить ими.

Установленные по делу обстоятельства, в частности с учетом выводов комиссии экспертов, позволяют суду прийти к выводу об отсутствии оснований для признания договора купли-продажи квартиры недействительным по мотивам, изложенным в положениях ст. 177 ГК РФ, согласно п. 1 которой, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

При установленных выше обстоятельствах и на основании изложенного, оценивая собранные по делу доказательства с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, достаточную и взаимную связь доказательств в их совокупности, с учетом вышеприведенных правовых норм, установленных по делу обстоятельств, суд не усматривает оснований для удовлетворения требований истца и приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО5 к ФИО7 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, от 10 августа 2022 года, заключенного между ФИО1 и ФИО7; о включении в наследственную массу после смерти ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ, квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>; о признании за ФИО5 права собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. 

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд 

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО5 к ФИО7 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, от 10 августа 2022 года, заключенного между ФИО1 и ФИО7; о включении в наследственную массу после смерти ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ, квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>; о признании за ФИО5 права собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, отказать

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Плавский межрайонный суд Тульской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Мотивированное решение изготовлено 13 декабря 2024 года.

Председательствующий Ю.А. Половая