Решение

 в окончательной форме изготовлено 17 июня 2024 года

УИД: 66RS0014-01-2023-001847-38

Дело № 2-142/2024 (2-1470/2023)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Алапаевск 10 июня 2024 года

Алапаевский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Подкорытовой Е.Д., при секретаре судебного заседания Куткиной А.В.,

с участием помощника Алапаевского городского прокурора Закайдаковой Е.В.,

истца ФИО7 и его представителя в лице адвоката Бочкаревой А.П., действующей на основании ордера № от 28.12.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО7 к ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» об установлении факта нахождения в трудовых отношениях, установлении факта несчастного случая на производстве, изменении даты и формулировки увольнения, обязании внести в трудовую книжку записи о приеме на работу, увольнении, оформлении акта Н-1, взыскании компенсации морального вреда, взыскании заработка за время вынужденного прогула,

УСТАНОВИЛ:

Представитель истца ФИО7 адвокат Бочкарева А.П., истец ФИО7, уточнив исковые требования, обратились в суд с исковым заявлением к ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» с настоящим исковым заявлением.

Так истец ФИО7 просит:

Установить факт нахождения в трудовых отношениях с ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» в период с 26.06.2023 по 04.09.2023 в должности слесаря;

Установить факт несчастного случая на производстве, произошедшего 30.07.2023 в период работы в ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» в должности слесаря;

Изменить дату и формулировку увольнения на увольнение по инициативе работника п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации с даты вынесения решения суда;

Обязать ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» внести в трудовую книжку запись о приеме на работу 26.06.2023 в должности слесаря и увольнении с работы по инициативе работника (п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации) в день вынесения решения суда, оформить акт Н-1 о несчастном случае на производстве по факту полученной им травмы 30.07.2023 при исполнении трудовых обязанностей слесаря;

Взыскать с ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» компенсацию морального вреда в размере 250 000,00 руб.;

Взыскать с ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» заработок за время вынужденного прогула за период с 05.09.2023 по день вынесения решения суда из расчета часовой тарифной ставки 350,00 руб.;

Взыскать с ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» расходы на оплату услуг представителя в размере 12 000,00 руб.

Истец ФИО7 и его представитель в судебном заседании указали на то, что ФИО7 в период с 26.06.2023 по 04.09.2023 работал в ООО «ПКФ «Куб» в должности слесаря в производственном помещении в 

<

...>. В июне 2023 он увидел на здании по адресу 

<

...>, рекламу с приглашением на работу, на предприятии по данному адресу работает его знакомый Свидетель №5 Утром 23.06.2023 ФИО7 приехал на проходную, расположенную за памятником на ул. Мира, спросил у дежурного, как устроиться на работу, его проводили к директору ФИО2, который посмотрел трудовую книжку, выяснил, с какими инструментами он умеет работать, спросил о состоянии здоровья, рассказал в общих чертах, в чем будут состоять трудовые обязанности, по какому графику придется работать и сказал выходить на работу 26.06.2023 с испытательным сроком 3 дня. Работник отдела кадров Свидетель №4 сделала копию трудовой книжки, паспорта, СНИЛС, ИНН, военного билета. 26.06.2023 к 8-00 часам ФИО7 поехал на работу, по дороге забрал Свидетель №5 На проходной его встретила Свидетель №4, которая дала для подписания трудовой договор. Он хотел его прочитать, но Свидетель №4 не дала его читать, показала, где подписать, что он и сделал. ФИО7 попросил экземпляр договора на руки, но она сказала, что выдаст экземпляр после подписания директором. Он хотел сфотографировать договор, но она не дала это сделать, сказала, что нельзя. Потом истец получил у нее электронный пропуск и пошел в цех для выполнения трудовых обязанностей. С должностной инструкцией, инструкциями по охране труда и технике безопасности истца никто не знакомил. ФИО7 показали, где склад инструментов, которые нужно получать в начале смены и сдавать по окончании смены. На складе он получил каску, перчатки, защитные очки, машинку УШМ (болгарку), удлинитель, рулетку. В период стажировки три смены подряд он работал с 8-00 часов до 17-00 часов, зачищал болгаркой наплывы металла на деталях. На третий день он подошел к ФИО2, спросил у него, когда можно будет работать по графику. Он сказал, что тот прошел испытательный срок и может выходить на работу по графику. 29 и 30 июня ФИО7 отдыхал, а с 01.07.2023 вышел на работу по установленному графику. Другие работники показали, где узнать задание на смену: в помещении для мастеров висит стенд, на котором написаны для каждого работника задания на предстоящую смену. В должностные обязанности ФИО7 входило: зачистка сварных швов, подготовка заготовок для металлоконструкций (в т.ч. с использованием гильотины), сборка металлоконструкций. Он работал по графику работы: два дня рабочих с 08-00 часов до 20-00 часов, два выходных. В течение рабочего дня было несколько перерывов: с 10-00 до 10-15, обед с 12-00 до 13-00, с 15-00 до 15-15, с 17-00 до 17-30. Продолжительность рабочего времени в смену составляла 10 часов. При входе на территорию предприятия и выходе с территории предприятия использовался электронный пропуск, а также заполнялся лист, в котором ставились ФИО, время прихода и ухода, подпись. Инструменты он получал в начале каждой смены на складе, в конце смены сдавал инструменты на склад. При получении инструментов, а также при их сдаче, расписывался в журнале у кладовщика. В первый день работы ему были выданы средства защиты: каска, защитное стекло, перчатки. В середине июля 2023 был выдан рабочий костюм и ботинки, но они оказались большими по размеру, он сдал их обратно на склад. При получении и сдаче на склад средств защиты он также расписывался в журнале у кладовщика. В конце смены каску и защитное стекло он оставлял на шкафчике у Свидетель №5, перчатки оставлял в кармане. Заработную плату получал вместе с другими работниками два раза в месяц (с 20 по 25 число аванс, с 5 по 10 – окончательный расчет). Размер часовой тарифной ставки заработной платы составлял 350,00 руб. В начале июля 2023 он получил 7 400,00 руб. за три дня стажировки. Во второй половине июля получил аванс за июль 2023 в размере 10 000,00 руб. В первой декаде августа получил заработную плату за 15 смен июля 2023 (1, 2, 5, 6, 9, 10, 13, 14, 17, 18, 21, 22, 25, 26, 29 июля) в размере 40 000,00 руб. Зарплату выдавал ФИО2 За получение денежных средств он расписывался в листах, расчетные листки не выдавались. 30.07.2023 перед обедом истец вырубал на гильотине детали. После обеда он снова пошел к гильотине, чтобы вырубить заготовку из листа металла толщиной около 3 мм. Он положил деталь на гильотину, держал ее двумя руками, но пока нажимал на педаль, прижимной механизм гильотины начал движение и безымянный палец левой руки попал под него, в результате чего кончик пальца с частью кости и ногтем оторвало. Он зажал палец, чтобы не шла кровь, и сразу пошел в помещение на втором этаже, где находится аптечка. В помещении находилась ФИО1, которая оказала ему первую помощь: обработала рану перекисью водорода, забинтовала палец, но кровь продолжала просачиваться сквозь повязку. ФИО1 отправила его к мастеру ФИО3 отпроситься для обращения в больницу. ФИО3 его отпустил в больницу, но сказал, чтобы он не говорил в больнице, что получил травму на работе. ФИО7 на своей машине уехал в приемный покой ГАУЗ «Алапаевская городская больница», его принимала фельдшер ФИО4, рану зашивал травматолог Свидетель №1 Истец рассказал им, как произошла травма. ФИО4 сказала, что нужно провести проверку на опьянение, дала прибор для продувания, результат зафиксировала в журнале. В период с 31.07.2023 по 29.08.2023 ФИО7 находился на листке нетрудоспособности. 31.07.2023 привез и отдал работнику отдела кадров Свидетель №4 первый электронный листок нетрудоспособности, а 15.08.2023 привез и так же отдал Свидетель №4 второй электронный листок нетрудоспособности. После окончания лечения он вышел на работу по графику 04.09.2023, но через два часа начальство его отправило домой, сказали, что срок действия договора окончился. ФИО2 сказал подписать обходной лист. Истец пытался отдать ФИО2 листок нетрудоспособности с отметкой о его закрытии, но он отказался его принять без объяснений. Работник отдела кадров дала ему обходной лист, он сдал каску, защитное стекло, болгарку, пропуск. Запись о приеме на работу и увольнении с работы в трудовую книжку не внесена. Акт Н-1 о несчастном случае на производстве ответчиком не составлялся. Установление факта трудовых отношений и факта производственной травмы необходимо истцу, чтобы защитить свои трудовые права, возместить причиненный ущерб. Размер утраченного заработка за время вынужденного прогула за период с 05.09.2023 по 10.06.2024 составляет 490 000,00 руб., который он просит взыскать с ответчика. ФИО7 не хотел увольняться с работы, но был уволен работодателем по его инициативе незаконно. После произошедшего случая, на работе восстанавливаться он не хотел, так как с ним поступили не честно. Действиями работодателя истцу причинен моральный вред, у него сильно болел палец сразу после получения травмы. В приемном покое больницы перед зашиванием раны ему ставили обезболивающий укол прямо в рану (было два или три прокола иглой), что было тоже очень больно. В период лечения он каждый день принимал обезболивающие препараты, антибиотики. Первое время ничего не мог делать левой рукой, любое прикосновение вызывало резкую боль вплоть до предплечья, каждый день дома делал перевязки, в день явки перевязку ему делал доктор. В настоящее время кожа на пальце затянулась, ноготь отрос заново. Задевать кончик пальца болезненно, особенно, когда на него идет нагрузка, палец резко реагирует на холод - замерзает даже в перчатке. Моральный вред он оценивает в 250 000,00 руб. Для защиты в суде своих интересов истец нанял представителя - адвоката Бочкареву А.П., услуги представителя оплачены в размере 12 000,00 руб., услуги представителя включают в себя составление искового заявления, консультации, подготовку к делу, участие в судебных заседаниях в суде первой инстанции, копирование документов. На основании ч.1 ст. 100 ГПК РФ просит взыскать расходы на оплату услуг представителя с ответчика.

Представитель ответчика ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб», будучи надлежаще извещенным, в судебном заседание не явился, согласно поступившему письменному отзыву, просил в удовлетворении исковых требований ФИО7 отказать в полном объеме, ссылаясь на то, что трудовых взаимоотношений с данным истцом не имел, а так же на том, что истцом не предоставлено доказательств в подтверждение юридически значимых обстоятельств, на которые он ссылается. Так же ссылался на пропуск истцом срока исковой давности.

Представитель третьего лица Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, как следует из поступившего в суд письменного отзыва, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие, указал на то, что ООО ПКФ «КУБ» стоит на учете в Отделении Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области. Документы, свидетельствующие о факте трудовых отношений между ООО ПКФ «КУБ» и истцом за указанный период отсутствуют. Отсутствие документов не может автоматически свидетельствовать о наличии или отсутствии между ними именно трудовых отношений. Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области не располагает доказательствами, свидетельствующими о наличии либо отсутствии факта несчастного случая, произошедшего с ФИО7 при выполнении трудовых обязанностей в интересах работодателя ООО ПКФ «КУБ». В Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области страхователем ООО ПКФ «КУБ» информация о несчастном случае, произошедшем с ФИО7 не предоставлялась. По общему правилу такие несчастные случаи подлежат учету работодателем, и информация о них доводится до уполномоченных органов в установленные сроки (ст. ст. 228-230.1 ТК РФ). При этом, в соответствии со ст. 231 ТК РФ - разногласия по вопросам расследования, оформления и учёта несчастных случаев рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, то есть Государственной инспекции труда в Свердловской области, решения которой могут быть обжалованы в суд. Однако возникают ситуации, когда по каким-либо причинам акт о несчастном случае вообще не составляется либо утрачивается. Ввиду этого законодателем предусмотрена процедура установления факта несчастного случая. Однако, как указывалось еще в Постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 21 июня 1985 г. № 9 «О судебной практике по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение», суд вправе устанавливать факт несчастного случая лишь тогда, когда возможность его установления во внесудебном порядке исключается, что должно быть подтверждено соответствующим документом. Таким образом, в случае установления факта трудовых отношений в судебном порядке истцу необходимо обратиться к работодателю за составлением Акта Н-1, а в случае отказа в Государственную инспекцию труда в Свердловской области. То есть, по требованию об установлении факта получения 30.07.2023 производственной травмы существует установленный ТК РФ досудебный порядок урегулирования спора. Следовательно, согласно статье 222 ГПК РФ считают, что заявление в части указанного требования подлежит оставлению без рассмотрения.

Представитель третьего лица Межрайонной инспекции ФНС № 23 по Свердловской области в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, как следует из поступившего в суд письменного отзыва, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Представитель привлеченного к участию в деле в качестве государственного органа Государственной инспекции труда в Свердловской области в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, письменного заключения по иску ФИО7 не предоставил.

Допрошенная в качестве свидетеля в судебном заседании ФИО5 суду пояснила, что ФИО7 приходится ей сыном. Летом прошлого года ее сын устроился на работу в организацию Куб, который ранее был Станкозавод, начальником был ФИО2. Его пригласил на работу Свидетель №5. Свидетель №5 был устроен официально, а ФИО7 по договору. ФИО7 была выдана спецодежда - костюм, куртка, штаны, ботинки, нарукавники. При уходе на смену он брал еду, у него был пропуск. ФИО7 проработал там 3 смены, не по графику, а с 8 до 5 часов вечера, за что получил 7 500,00 руб., потом ему поставили смену с Свидетель №5, они ездили вместе на машине, а в конце июля, 29 или 30, до обеда, с ним произошел несчастный случай, палец попал под гильотину, в результате чего отрезало первую фалангу и ноготь. Он побежал к женщине в цех, она ему обработала палец, затем он поехал на своей машине в приемный покой. Вернулся домой он часов в 5 и все рассказал, рассказал, что на работе долго писал объяснительную ФИО2. Они обоюдно договорились, что этот случай не будет заявляться как производственная травма, ему все оплатят. ФИО2 так попросил. Примерно месяц ФИО7 находился на больничном. Когда вышел на работу, ему сказали, что договор с ним не продлен. 10 августа он получил зарплату за проработанный месяц, за июль. В июне он работал с 8 до 5 часов веера, потом у него был график 2 через 2 с 8 утра до 8 вечера. При увольнении ему ничего не было выплачено. Спецодежду он сдал.

Допрошенная в качестве свидетеля в судебном заседании 19.03.2024 ФИО4 суду пояснила, что работает фельдшером в приемном отделении ГАУЗ СО «Алапаевская городская больница», помнит, что в прошлом году летом в приемное отделение обращался ФИО7 с травмой, которую, как он сказал, получил на рабочем месте, упал на острый предмет, наподобие гильотины. Он был одет в рабочую одежду, были опилки на одежде, рука была перебинтована и окровавлена. Врач сказал, что у него была открытая рана, было видно кость, ушивали рану. Кроме местного обезболивающего ему ничего не давали. В связи с тем, что травма была получена на рабочем месте, ФИО7 был сделан тест на наличие алкоголя в крови.

Допрошенный в качестве свидетеля в судебном заседании 19.03.2024 ФИО6 суду пояснил, что ФИО7 приходится ему племянником. Ему стало известно, что ФИО7 устроился на работу в должности слесаря, где находится бывший Станкозавод, там делают кубы, то есть металлические емкости. Прошлым летом сосед ФИО6 пришел домой и сказал, что ФИО7 упала гильотина на палец, они вместе работали. Приехали к нему, у ФИО7 была забинтована рука. Потом был у него когда рука зажила, он сказал, что его уволили. Размер зарплаты ФИО7, заключался ли с ним трудовой договор, он не знает.

Допрошенный в качестве свидетеля в судебном заседании 03.04.2024 Свидетель №1 суду пояснил, что работает в должности врача-травматолога ГАУЗ СО «Алапаевская городская больница». Лицо ФИО7 ему знакомо, возможно тот к нему обращался за медицинской помощью.

С учетом надлежащего извещения ответчика ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб», третьих лиц Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области, Межрайонной инспекции ФНС № 23 по Свердловской области, государственного органа Государственной инспекции труда в Свердловской области, отсутствия от них ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, суд в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решил рассмотреть дело при состоявшейся явке. 

Заслушав истца, представителя истца, заключение Алапаевского городского прокурора, полагавшего, что требования истца подлежат частичному удовлетворению, изучив материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года принята Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В п. 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В силу ч. 1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года N 597-О-О).

В ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя. Получение работником экземпляра трудового договора должно подтверждаться подписью работника на экземпляре трудового договора, хранящемся у работодателя (часть первая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть первая статьи 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора. При приеме на работу (до подписания трудового договора) работодатель обязан ознакомить работника под роспись с правилами внутреннего трудового распорядка, иными локальными нормативными актами, непосредственно связанными с трудовой деятельностью работника, коллективным договором. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", судам необходимо иметь в виду, что трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах (если трудовым законодательством или иным нормативным правовым актом, содержащим нормы трудового права, не предусмотрено составление трудовых договоров в большем количестве экземпляров), каждый из которых подписывается сторонами (части первая, третья статьи 67 ТК РФ). Прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, содержание которого должно соответствовать условиям заключенного трудового договора (часть первая статьи 68 ТК РФ). Приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу должен быть объявлен работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы (часть вторая статьи 68 ТК РФ). Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года).

Таким образом, для разрешения вопроса о возникновении между сторонами трудовых отношений необходимо установление таких юридически значимых обстоятельств, как наличие доказательств самого факта допущения работника к работе и доказательств согласия работодателя на выполнение работником трудовых функций в интересах организации или индивидуального предпринимателя.

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя. 

Вместе с тем, само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя вопреки намерению работника заключить трудовой договор. 

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (трудового договора, гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Согласно ч. 1 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

Как следует из объяснений истца, в период с 26.06.2023 по 04.09.2023 он работал в ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» слесарем, график работы был установлен: два дня рабочих с 08-00 часов до 20-00 часов, два выходных. В течение рабочего дня было несколько перерывов: с 10-00 до 10-15, обед с 12-00 до 13-00, с 15-00 до 15-15, с 17-00 до 17-30. Продолжительность рабочего времени в смену составляла 10 часов. Место работы было определен адрес: 

<

...>. В его должностные обязанности входило: зачистка сварных швов, подготовка заготовок для металлоконструкций (в т.ч. с использованием гильотины), сборка металлоконструкций. При входе на территорию предприятия и выходе с территории предприятия использовался электронный пропуск, а также заполнялся лист, в котором ставились ФИО, время прихода и ухода, подпись. Инструменты он получал в начале каждой смены на складе, в конце смены сдавал инструменты на склад. При получении инструментов, а также при их сдаче, расписывался в журнале у кладовщика. В первый день работы ему были выданы средства защиты: каска, защитное стекло, перчатки. 

Оснований не доверять объяснениям истца у суда не имеется, поскольку они получены в соответствии с требованиями закона и подтверждаются показаниями свидетелей и иными материалами дела. 

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 26.12.2023 № ЮЭ9965-23-176653193 (л.д. 17-20), ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица, основным видом деятельности является «производство металлических бочек и аналогичных емкостей».

Из сообщения Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области от 29.03.2024 № (л.д. 106-107), страхователь ООО «ПКФ «КУБ» (ИНН 

<

***>) с 29.11.2018 по настоящее время состоит на учете в Отделении фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области, регистрационный номер 075-031-134293. Предоставлены сведения о работающих застрахованных лицах, в отношении которых страхователь ООО «ПКФ «КУБ» предоставлял отчетность по персонифицированному учету с 01.06.2023 по 31.08.2023, среди которых ФИО7 нет. В региональной базе данных на ФИО7 с 01.01.2023 сведений от работодателей не имеется. ФИО7 с 18.01.2023 по настоящее время состоит на учете в качестве физического лица, применяющего специальный налоговый режим «Налог на профессиональный доход» (по данным налоговых органов).

По сообщению Межрайонной инспекции ФНС № 23 по Свердловской области от 03.04.2024 № 11-09/03593@ (л.д. 83), сведениями, трудоустроен ли был ФИО7, 

<

данные изъяты>, на 26.06.2023 Инспекция не располагает. По состоянию на 02.04.2024 сведения о доходах по форме 2-НДФЛ в отношении ФИО7 за период с 2023 по настоящее время от налоговых агентов и работодателей в информационные ресурсы налоговых органов не поступали.

Истцом ФИО7 в подтверждение трудовых отношений с ответчиком в материалы дела представлены фотографии, где (как указано истцом в судебном заседании) он находится на рабочем месте в помещении цеха ООО «ПКФ «КУБ» в каске, спецодежде. Представлены фотографии заданий на смену, заготовки деталей, обзорные фотографии производственного здания, расположенного по адресу: 

<

...> (л.д. 88-96). Ответчиком данные пояснения и доказательства не опровергнуты.

Истцом в материалы дела также представлены копии печатного издания «Алапаевская газета» от 06.04.2023, от 29.06.2023 года (л.д. 111-112), где ответчиком размещены объявления о наличии вакансий для трудоустройства. Как пояснил ФИО7, увидев именно эти объявления, он решил трудоустроиться к ответчику.

Оценивая представленные сторонами и полученные по запросу суда доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о доказанности факта наличия между истцом и ответчиком трудовых отношений. Данное обстоятельство подтверждается пояснениями истца, показаниями свидетелей ФИО5, ФИО6, материалами дела.

Объяснения истца, являющиеся в силу ст. ст. 55, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации одним из видов доказательств, о фактическом допуске к работе ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб», согласуются с иными доказательствами, представленными стороной истца и приобщенными к материалам дела по ходатайству сторон.

Так из пояснений истца и его представителя, материалов дела следует, что истец осуществлял трудовую деятельность в ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб», по определенному между сторонами графику (2/2 дня), по согласованному между сторонами вознаграждению - размер часовой тарифной ставки заработной платы 350,00 руб., получал заработную плату два раза в месяц, допуск истца к рабочему месту был осуществлен ответчиком, истец приступил к работе и выполнял ее с ведома работодателя (директора ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» ФИО2) и в его интересах, под его контролем и управлением. Данную трудовую деятельность истец осуществлял в период с 26.06.2023 по 04.09.2023. Данные обстоятельства также подтверждены в ходе судебного заседания показаниями свидетелей, представленными фототаблицами, на которых ФИО7 изображен в рабочей спецодежде на территории предприятия.

Ответчик в предоставленном письменном отзыве оспаривал факт наличия трудовых отношений с ФИО7 Так же указал, что в ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» отсутствует такая должность, как слесарь. Запрошенных документов в суд не предоставил.

Вместе с тем, как следует из скриншотов из Алапаевской газеты за 06.04.2023, 29.06.2023, в данной газете размещено объявление о приеме на работу в производственную компанию, расположенную по адресу: 

<

...> (Станкозавод), в том числе, слесаря по ремонту оборудования, слесаря по сборке м/к (л.д. 111-112).

Как разъяснено в пунктах 21, 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года №15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 ТК РФ необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

Учитывая установленные презумпции, а также фактические обстоятельства дела, суд приходит к выводу, что ответчиком не представлено доказательств отсутствия трудовых отношений с истцом в спорный период. 

Суд отмечает, что работник является более слабой стороной в трудовых правоотношениях (о чем неоднократно указывал в своих определениях Конституционный Суд РФ, например, определение от 19.05.2009 N 597-О-О, определение от 13.10.2009 №1320-О-О, определение от 12.04.2011 N 550-О-О и др.) и основной массив доказательств по делу находится у работодателя. Непредоставление ответчиком суду запрошенных документов в подтверждение наличия или отсутствия трудовых отношений с истцом не является доказательством факта отсутствия трудовых отношений, поскольку такая ситуация прежде всего может свидетельствовать о допущенных нарушениях закона со стороны ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» по надлежащему оформлению трудовых отношений с истцом.

В силу ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации обязательными для включения в трудовой договор является, в том числе, условие оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты).

В силу ч. 1 ст. 56, ст. ст. 57, 68, ч. 2 ст. 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений; доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле; в случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны; непредставление ответчиком доказательств и возражений в установленный судьей срок не препятствует рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам.

Положения ст. ст. 56, 57, 68, 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом разъяснялись сторонам, истцу и ответчику было предоставлено необходимое время для надлежащей подготовки к судебному заседанию, обоснования своих требований и возражений, представления доказательств. 

С учетом изложенного, исходя из положений ст. ст. 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и принимая во внимание правовые позиции Верховного Суда РФ, суд полагает, что совокупность представленных сторонами и исследованных судом доказательств является достаточной для вывода о наличии между сторонами в период с 26.06.2023 по 04.09.2023 трудовых отношений, в рамках которых истец на основании фактического допуска к работе с ведома и по поручению директора ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» ФИО2 лично за плату выполнял трудовые обязанности слесаря в ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб», в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчиняясь правилам внутреннего трудового распорядка, получал заработную плату два раза в месяц. Фактический допуск истца к работе свидетельствует о заключении между сторонами трудового договора и влечет обязанность работодателя по оформлению этого договора в письменном виде (ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса РФ). 

Таким образом, поскольку в ходе рассмотрения дела нашел свое подтверждение тот факт, что истец приступил к работе у ответчика в качестве слесаря с ведома и по поручению работодателя, именно на ответчике лежала обязанность представить доказательства отсутствия между сторонами трудовых отношений. Однако таких доказательств ответчик в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не представил.

Согласно ст. 66 Трудового кодекса Российской Федерации Трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника. 

Работодатель (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями) ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной.

В трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе. 

В материалы дела не представлено доказательств того, что ответчик при трудоустройстве истца на работу требовал от него предоставления трудовой книжки, а тот отказался это сделать. 

С учетом изложенного, суд считает установить факт трудовых отношений с 26.06.2023 по 04.09.2023 ФИО7 и ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» с выполнением ФИО7 обязанностей слесаря. Обязать ООО «Произодственно-коммерческая фирма «Куб» внести в трудовую книжку ФИО7 записи о приеме на работу в ООО «Произодственно-коммерческая фирма «Куб» с 26.06.2023 в должности слесаря и об увольнении 04.09.2023 по инициативе работника на основании п.3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

Стороной ответчика заявлено ходатайство о пропуске истцом срока для обращения в суд с настоящим иском.

В соответствии со ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

При наличии спора о компенсации морального вреда, причиненного работнику вследствие нарушения его трудовых прав, требование о такой компенсации может быть заявлено в суд одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав либо в течение трех месяцев после вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично.

Согласно п. 13 и п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 ТК РФ). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. 

Судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении (ч. 4 ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд, заслушав стороны, полагает, что истцом срок обращения в суд истцом не пропущен, поскольку с настоящим исковым заявлением ФИО7 обратился в суд посредством почтового отправления, направив его 01.12.2023 (л.д. 12), то есть в предусмотренный законодательством трехмесячный срок.

Истец просит также установить факт получения им производственной травмы при выполнении работы в ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» в должности слесаря 30.07.2023 и обязать составить акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве. 

Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливаются гарантии социальной защиты (статья 7, часть 2); каждому гарантируется социальное обеспечение в предусмотренных законом случаях (статья 39, часть 1).

Охрана здоровья граждан - совокупность мер политического, экономического, правового, социального, культурного, научного, медицинского, санитарно-гигиенического и противоэпидемического характера, направленных на сохранение и укрепление физического и психического здоровья каждого человека, поддержание его долголетней активной жизни, предоставление ему медицинской помощи в случае утраты здоровья. Понятие здоровья человека применительно к законодательству - это состояние полного физического и психического благополучия, а право человека на здоровье - его личное неимущественное право находиться в состоянии полного физического и психического благополучия.

Право человека на охрану здоровья является по своему содержанию самостоятельным личным неимущественным правом, тесно связанным с правом на здоровье, при этом его реализация обеспечивается различными отраслями права.

Федеральный закон от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", установивший правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определивший порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, принят в целях реализации названных выше конституционных положений, обязывающих государство разработать эффективный организационно-правовой механизм восполнения гражданам, здоровью которых был причинен вред в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, имущественных потерь, связанных с утратой трудоспособности.

В соответствии со ст. 7 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая.

Согласно ст. 3 указанного Закона страховым случаем является подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья или смерти застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Согласно ст. 5 указанного Закона обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем.

В соответствии с ч. 1 ст. 15 указанного Закона назначение и выплата застрахованному пособия по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием производятся в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для назначения и выплаты пособий по временной нетрудоспособности по государственному социальному страхованию (п. 1).

Согласно ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан:

соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров;

обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда;

обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей;

возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст.ст. 21, 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором;

обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами; 

полную достоверную информацию об условиях труда и требованиях охраны труда на рабочем месте, включая реализацию прав, предоставленных законодательством о специальной оценке условий труда; 

обеспечение средствами индивидуальной и коллективной защиты в соответствии с требованиями охраны труда за счет средств работодателя;

обучение безопасным методам и приемам труда за счет средств работодателя.

В силу ст. 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В соответствии со ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли, в том числе: в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.

Согласно ст. 228 Трудового кодекса Российской Федерации при несчастных случаях, указанных в статье 227 настоящего Кодекса, работодатель (его представитель) обязан:

немедленно организовать первую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию;

принять неотложные меры по предотвращению развития аварийной или иной чрезвычайной ситуации и воздействия травмирующих факторов на других лиц;

сохранить до начала расследования несчастного случая обстановку, какой она была на момент происшествия, если это не угрожает жизни и здоровью других лиц и не ведет к катастрофе, аварии или возникновению иных чрезвычайных обстоятельств, а в случае невозможности ее сохранения - зафиксировать сложившуюся обстановку (составить схемы, провести фотографирование или видеосъемку, другие мероприятия);

немедленно проинформировать о несчастном случае органы и организации, указанные в настоящем Кодексе, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, а о тяжелом несчастном случае или несчастном случае со смертельным исходом - также родственников пострадавшего;

принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с настоящей главой.

В силу ст. 229.1 Трудового кодекса Российской Федерации расследование несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили легкие повреждения здоровья, проводится комиссией в течение трех дней. Расследование несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили тяжелые повреждения здоровья, либо несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом проводится комиссией в течение 15 дней.

В соответствии со ст. 230 Трудового кодекса Российской Федерации по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда и (или) иных федеральных законов и нормативных правовых актов, устанавливающих требования безопасности в соответствующей сфере деятельности. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

После завершения расследования акт о несчастном случае на производстве подписывается всеми лицами, проводившими расследование, утверждается работодателем (его представителем) и заверяется печатью (при наличии печати).

Работодатель (его представитель) в течение трех календарных дней после завершения расследования несчастного случая на производстве обязан выдать один экземпляр утвержденного им акта о несчастном случае на производстве пострадавшему (его законному представителю или иному доверенному лицу), а при несчастном случае на производстве со смертельным исходом - лицам, состоявшим на иждивении погибшего, либо лицам, состоявшим с ним в близком родстве или свойстве (их законному представителю или иному доверенному лицу), по их требованию. При невозможности личной передачи акта о несчастном случае на производстве в указанные сроки работодатель вправе направить акт по месту регистрации пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица) по почте заказным письмом с уведомлением о вручении лично адресату и описью вложения. Второй экземпляр указанного акта вместе с материалами расследования хранится в течение 45 лет работодателем (его представителем), осуществляющим по решению комиссии учет данного несчастного случая на производстве. При страховых случаях третий экземпляр акта о несчастном случае на производстве и копии материалов расследования работодатель (его представитель) в течение трех календарных дней после завершения расследования несчастного случая на производстве направляет в исполнительный орган страховщика по месту регистрации работодателя в качестве страхователя.

Таким образом, квалифицирующими признаками страхового случая являются: факт повреждения здоровья, подтвержденный в установленном порядке; принадлежность пострадавшего к кругу застрахованных; наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора.

Из разъяснений, данных в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 года №2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", следует, что при рассмотрении иска о признании несчастного случая связанным с производством или профессиональным заболеванием необходимо учитывать, что вопрос об установлении причинно-следственной связи между получением увечья либо иным повреждением здоровья подлежит разрешению судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела и имеющихся по нему доказательств.

Судом установлено, что в период с 26.06.2023 по 04.09.2023 истец находился в трудовых отношениях с ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб», соответственно, истец относится к категории лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в силу ст. 5 Федерального закона № 125-ФЗ, поскольку выполнял работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем.

Пояснениями истца, свидетелей, письменными материалами дела подтверждается, что во время выполнения работы слесаря в ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» 30.07.2023, а именно при производстве вырубки детали на гильотине, безымянный палец левой руки попал под неё, в результате чего кончик пальца с частью кости и ногтем оторвало.

Данные обстоятельства подтверждаются объяснительной истца ни имя директора ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» от 30.07.2023 (л.д. 98).

Как следует из журнала травматологических обращений в приемный покой № 12 ГАУЗ СО «Алапаевская городская больница» (л.д. 60-62), информированного добровольного согласия на проведение медицинского вмешательства (л.д. 63, 65), 30.07.2023 в 14.30 мин. ФИО7 обращался по поводу отрывной раны кончика 4-го пальца левой кисти, открытый прелом н/ф 4-го пальца без смещения левой кисти.

Из листка нетрудоспособности ГАУЗ СО «Алапаевская городская больница» № (л.д. 66) следует, что ФИО7 в период с 31.07.2023 по 29.08.2023 находился на листке нетрудоспособности, рекомендовано приступить к работе 30.08.2023.

Получение травмы ФИО7 также подтверждается медицинской картой пациента ФИО7, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, в которой имеется справка от 30.07.2023 года №2821, выданная врачом-травматологом ФИО8, согласно которой ФИО7 действительно обращался в приемное отделение ГАУЗ СО «Алапаевская ГБ» 30.07.2023 в 14-30. Осмотрен дежурным травматологом. Диагноз: отрывная рана н/т кончика 4 пальца левой кисти-ПХО. В свзя с полученной травмой ФИО7 направлен на рентгенографию. С 31.07.2023 по 29.08.2023 находился на лечении, о чем в карте имеются записи приемов и назначений.

В материалах дела также имеется результат теста алкотектора (л.д. 64), который также подтверждает получение производственной травмы ФИО7 при указанных им обстоятельствах, поскольку как пояснил истец и подтвердила в судебном заседании свидетель ФИО4, поскольку травма была получена на рабочем месте, ФИО7 в обязательном порядке был сделан на наличие алкоголя в крови.

Обстоятельств, при наличии которых в силу ч. 6 ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством, судом не установлено. 

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства травмирования истца, в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком суду не представлено. Таким образом, совокупность условий, необходимых для квалификации указанных обстоятельств как несчастного случая на производстве, соблюдена. 

С учетом изложенного суд считает установить факт получения ФИО7 производственной травмы при выполнении работы в качестве слесаря 30.07.2023 в ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб», обязать ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» составить акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве 30.07.2023 с ФИО7 при исполнении трудовых обязанностей в должности слесаря.

Истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 250 000,00 руб.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" от 24 июля 1998 года №125-ФЗ возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В силу ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 32 постановлении от 26 января 2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Принимая во внимание указанные выше обстоятельства, учитывая характер спора, возраст истца, характер полученной травмы, ценность и объем защищаемого права, длительность лечения и нарушения прав работника, степень вины работодателя, который не обеспечил безопасность условий труда работников, не предпринял каких-либо мер к заглаживанию вреда, при том, что в отсутствие акта о несчастном случае на производстве работник не может реализовать свое право на социальное обеспечение, в отсутствие доказательств полного восстановления здоровья работника, суд определяет размер компенсации морального вреда в сумме 100 000,00 руб., данная сумма подлежит взысканию в пользу истца с ответчика.

Такую сумму суд считает разумной и справедливой, то есть позволяющей с одной стороны, максимально возместить причиненный истцу моральный вред, а с другой стороны - не допустить неосновательного обогащения истца. 

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в размере, заявленном истцом (250 000,00 руб.), суд не находит.

Вместе с тем суд полагает необоснованными требования истца об обязании ответчика внести в трудовую книжку запись об увольнении с работы по инициативе работника (п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации) в день вынесения решения суда, а также взыскании с ответчика заработка за время вынужденного прогула за период с 05.09.2023 по день вынесения судом решения из расчета часовой тарифной ставки 350,00 руб., по следующим основаниям. Как следует из пояснений истца ФИО7, последний день он работал 04.09.2023, после этого на работу не выходил, добровольно передал работнику отдела кадров по обходному листу: каску, защитное стекло, болгарку, пропуск. Сведений о том, что в период с 05.09.2023 по настоящее время намерен был продолжить трудовую деятельность именно у ответчика, суду не представлено. Напротив как пояснял сам истец в судебном заседании, после произошедшего случая, на работе восстанавливаться он не хотел, так как с ним поступили не честно. Следовательно, суд приходит к выводу, что истец добровольно решил прекратить свои трудовые отношения с ответчиком. Истец ФИО7 требований о восстановлении на работе не заявил, с настоящим иском обратился только почти через 3 месяца после прекращения трудовых отношений. С учетом данных обстоятельств в удовлетворении данного требования следует отказать.

Истец просит также взыскать с ответчика понесенные им расходы на оплату услуг представителя в размере 12 000,00 руб.

Согласно ст. ст. 88, 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к последним относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителя, другие признанные судом необходимыми расходы.

Порядок возмещения расходов на оплату услуг представителя регламентирован положениями ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Как разъяснено в п. п. 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, часть 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 4 статьи 2 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что интересы истца в рамках рассмотрения настоящего спора представлял адвокат Бочкарева А.П. на основании ордера. За оказанные услуги истцом оплачено 12 000,00 руб., что подтверждается квитанцией.

Учитывая характер и сложность спора, длительность рассмотрения дела и объем оказанных представителем услуг (составление искового заявления, заявления об уточнении исковых требований, участие в судебных заседаниях 28.12.2023, 25.01.2024, 14.02.2024, 19.03.2024, 03.04.2024, 12.04.2024, 10.06.2024), отсутствие возражений ответчика в отношении заявленной суммы расходов на представителя, а также принципы разумности и справедливости, суд считает взыскать с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в заявленном размере 12 000,00 руб.

Согласно ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Истец в силу закона освобожден от уплаты госпошлины при подаче данного иска. Его требования судом удовлетворены. С учетом этого суд считает взыскать с ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» в доход местного бюджета госпошлину в сумме 1 500,00 руб.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО7 (

<

данные изъяты>) к ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) об установлении факта нахождения в трудовых отношениях, установлении факта несчастного случая на производстве, изменении даты и формулировки увольнения, обязании внести в трудовую книжку записи о приеме на работу, увольнении, оформлении акта Н-1, взыскании компенсации морального вреда, взыскании заработка за время вынужденного прогула, удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений ФИО7 с ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» в период с 26.06.2023 по 04.09.2023 в должности слесаря.

Обязать ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» внести в трудовую книжку ФИО7 записи о приеме на работу в ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» с 26.06.2023 в должности слесаря и об увольнении 04.09.2023 по инициативе работника на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

Установить факт получения ФИО7 производственной травмы при выполнении работы в должности слесаря 30.07.2023 в ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб».

Обязать ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» составить акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве 30.07.2023 с ФИО7 при исполнении трудовых обязанностей в должности слесаря. 

Взыскать с ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» в пользу ФИО7 компенсацию морального вреда в размере 100 000,00 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 12 000,00 руб.

В остальной части исковых требований ФИО7 отказать

Взыскать с ООО «Производственно-коммерческая фирма «Куб» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1 500,00 руб.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение одного месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Алапаевский городской суд.

Судья Е.Д. Подкорытова