Решение

 в окончательной форме принято 27 сентября 2019 г.

Дело № 2-477/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

24 сентября 2019 года Пермский край, г. Оса

Осинский районный суд Пермского края в составе 

председательствующего судьи Мялицыной О.В.,

при секретаре судебного заседания Кузнецовой А.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

прокуроров Миндубаевой Л.А., ФИО3, Богачевой Н.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Осинская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратилась с иском к ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда в размере 9 000 000 рублей.

В обоснование требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ» в реанимационном отделении скончался супруг ФИО1 – Ш., с 2012 г. которому был поставлен диагноз 

<

данные изъяты>) средней степени тяжести, на учет поставлен не был, обследований не проводилось. В 2018 г. на рентгенографии был поставлен 

<

данные изъяты>, было выдано направление в г. Пермь, заболевание входит в перечень подлежащих группе инвалидности. Состояние резко ухудшилось. На рабочей комиссии в октябре 2018 года был направлен к врачу-пульмонологу. В декабре 2018 г. обратился в Осинскую ЦРБ с высокой температурой, слабостью, одышкой. Находился на листке нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, никакие обследования не проводились. Был списан на работу при наличии диагноза 

<

данные изъяты> В феврале 2019 г. был вызван врач на дом, так как ухудшилось состояние здоровья, была высокая температура, сильная слабость. Выписали уколы и таблетки, выдан листок нетрудоспособности, на котором находился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, списан с диагнозом 

<

данные изъяты>, сопутствующий – 

<

данные изъяты> тяжести, никаких обследований не проводилось. Затребовала направление на рентген, на котором выявлен диагноз: 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ Ш. стало плохо, бригадой скорой помощи доставлен в приемное отделение, госпитализирован в терапевтическое отделение, где сказали, что у мужа нет легких. Состояние ухудшалось, был переведен в реанимационное отделение, где сделали пункцию и перевели на аппарат ИВЛ, ночью ДД.ММ.ГГГГ Ш. скончался. Флюорографию муж делал ежегодно, патология не была выявлена. Считает, что смерть наступила из-за не постановки Ш. на диспансерный учет в 2012 г., правильно не обследовали, должен был каждый год обследоваться в г. Перми, куда направления не выдавали. Направление выдали только в 2018 г., но из регистратуры не позвонили, не сообщили, когда записали на прием. Обследование компьютерной томографии (КТ) сделали в последний день перед смертью (л.д. 6, 11 – 12, 105). Ненадлежащим оказанием медицинской помощи, приведшей к смерти Ш., причинен моральный вред.

В судебном заседании истец на исковых требованиях настаивала, дополнительно пояснила, что с 2012 г. у Ш. при физической нагрузке стала появляться одышка, врачом-пульмонологом был поставлен диагноз 

<

данные изъяты>, никакого обследования кроме флюорографии не проводилось, были назначены ингаляторы. Работал токарем на вредном производстве более 40 лет, является ветераном труда, курил около 40 лет по пачке сигарет в день, полгода не курил, затем стал курить по три сигареты в день, потом перестал курить. Была профессиональная болезнь, так как металлическая пыль оседала в легких, ежегодно от работы проходил комиссии, данные флюорографии – без патологий. В больницу до 2018 г. с жалобами на одышку не обращался и не обследовался, обращался один раз – в 2013 г. к офтальмологу, в глаз попала стружка, при простудных заболеваниях ОРВИ всегда говорил, что одышка увеличивается при физической нагрузке. В медицинской карте нет ни одного анализа от больницы, только от работы, когда проходил профессиональные комиссии. Комиссия по месту работы руководствовалась данными флюорографии, на которых патологии не было выявлено. В 60 лет в 2015 г. проходил диспансеризацию, без патологий. В 61 год от работы проходил комиссию, где дано заключение о годности к работе токарем. После 60 лет диспансеризацию не проходил, ориентировался на данные ежегодной профессиональной комиссии с работы, данные флюорографии. Ежегодно проходил спирографию, данные которой ежегодно ухудшались. В 2018 г. состояние здоровья стало ухудшаться, на приеме в больнице назначали противопростудные лекарства, для лечения легких ничего не назначали, только «Беродуал» принимал 5 лет, который одышку не снимал. На комиссии было назначено пройти пульмонолога, обращался к врачу, который приезжал из г. Перми, было рекомендовано бросить курить, назначено два аэрозоля. В декабре 2018 г. просудился, находился на листке нетрудоспособности, на рентгене был установлен фиброз правой макушки легкого, через три дня выписан на работу в связи с ремиссией, выздоровлением. В феврале 2019 г. вновь заболел, находился на листке нетрудоспособности с 5 по ДД.ММ.ГГГГ, были назначены уколы, таблетки, дополнительные ингаляторы, была сильная одышка, был не в состоянии подняться на второй этаж. Врач назначил рентген для исключения воспаления легких, что не выявилось, был списан на работу в связи с выздоровлением. ДД.ММ.ГГГГ был вынужден уволиться, так как не смог работать по состоянию здоровья, работал, сидя на табурете. ДД.ММ.ГГГГ в тяжелом состоянии доставлен в больницу бригадой скорой помощи, доктор в терапевтическом отделении сказал, что у него нет легких. Состояние ухудшилось, была гипоксия, переведен в реанимационное отделение, где динамика стала более стабильной, сделали рентген. Врач терапевтического отделения консультировался с врачом Пермской краевой клинической больницы, направил снимки, где сказали, что у Ш. 

<

данные изъяты>, не понимают, как с такой тяжелой болезнью пациент не наблюдался в краевой больнице, сказали пожизненно наблюдаться в пульмонологическом центре г. Перми. Торакальный хирург не приезжал, консультация была по телефону. В отделении сделали пункцию легких, которая при буллезной болезни и острой гипоксии не показана. За 7 лет Ш. один раз сделали КТ перед смертью. Заведующий отделением реанимации Б. сказал, что делать пункцию нельзя, но она была назначена врачом Г., сделана хирургом П. после этого состояние ухудшилось до комы и насупила смерть. При оперативном вмешательстве не было взято согласие пациента или родственников. 

С результатами судебно-медицинской экспертизы не согласна, в качестве дефекта указано, что не был поставлен на диспансерный учет, что не состоит в причинно-следственной связи с наступившей смертью, но если бы был поставлен на диспансерный учет, то наблюдался бы в динамике, обследовался бы 2 – 3 раза в год, был бы своевременно поставлен диагноз 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, назначено лечение, 

<

данные изъяты> просматривается на флюорографии. Указано, что курил, но у Ш. была профессиональная вредность. Не указано, что в феврале 2019 г. он 10 дней находился на листке нетрудоспособности, был списан с тотальной болезнью легких. Не согласна с указанием фонового заболевания хронический алкоголизм, так как алкоголь не употреблял, возникает при полиорганной недостаточности из-за нехватки в крови кислорода, на фоне гипоксии пострадали все внутренние органы. В экспертизе акцент сделан на курение более 40 лет, акцент на профессиональное заболевание не поставлен, 40 лет дышал чугунной пылью. 

По существу аналогично об обстоятельствах ФИО1 указано в протоколе допроса потерпевшего от ДД.ММ.ГГГГ (в уголовном деле №).

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании пояснил, что с исковыми требованиями не согласны, так как неправомерных действий или бездействий при оказании медицинской помощи Ш., повлекших смерть, сотрудниками ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ» не допущено, причинная связь между действиями ответчика и моральными страданиями истца по поводу смерти мужа отсутствует. Ш. с 2012 г. страдал 

<

данные изъяты>, более 30 лет курения. В октябре 2018 г. был обследован и направлен для консультации к пульмонологу в Пермскую краевую клиническую больницу, но необходимые анализы не сдал, на консультацию не поехал. В феврале 2019 г. перенес 

<

данные изъяты>, был списан с листка нетрудоспособности, так как была восстановлена трудоспособность. 

<

данные изъяты> была и до заболевания 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ бригадой скорой помощи доставлен в больницу в связи с выраженной нехваткой воздуха, продолжавшейся в течение нескольких дней. При поступлении установлен диагноз: 

<

данные изъяты> Обследование и лечение проведено в соответствии со стандартами при 

<

данные изъяты> К лечению привлекали специалистов Пермской краевой клинической больницы, проводились консультации по телефону с заведующим пульмонологическим отделением, выполнены все рекомендации, ДД.ММ.ГГГГ приезжал и консультировал торакальный хирург С., поскольку решался вопрос о возможности перевода пациента в краевую больницу, в переводе было отказано. Назначенное лечение было проведено, включая внутривенное введение лекарственных препаратов, выполнена плевральная пункция и установлен плевральный дренаж для устранения пневмоторакса, но ночью ДД.ММ.ГГГГ состояние резко ухудшилось, реанимационные мероприятия не дали положительных результатов, ДД.ММ.ГГГГ наступила смерть. Комиссия по изучению летальных исходов пришла к выводу, что в медицинской помощи Ш. каких-либо существенных замечаний не имеется. Смерть наступила в следствие тяжелого, фактически смертельного заболевания, а не в результате неправомерных действий сотрудников больницы, в связи с чем больница не может являться причинителем вреда в виде смерти.

<

данные изъяты> поставлен по результатам патологоанатомического исследования, имелись изменения, характерные для 

<

данные изъяты>, сформулированы в диагноз основного сопутствующего заболевания. 

Периодические профессиональные медицинские осмотры проводились Ш. в поликлинике медработниками больницы ежегодно, при этом проводились необходимые обследования, в том числе спирография, назначались новые препараты, так как прежние переставали быть эффективными. Результаты осмотра давали основания для допуска Ш. к работе токарем, что не значит, что он был здоров. Противопоказанием к работе является не наличие заболевания, а невозможность выполнять трудовую функцию. То, что Ш. продолжал работать, это не дефект в медицинской помощи, так как данное заболевание не препятствует работе токарем. 

Оснований для направления на медико-социальную экспертизу для получения инвалидности не было, так как ими является не только наличие заболевания, а наличие стойкой утраты трудоспособности, что у Ш. не было. 

Флюорографические исследования проводятся для диагностики не всех заболеваний легких, а для скрининга туберкулеза и онкологии. Рентгенологические и КТ исследования не применяются при лечении бронхов, 

<

данные изъяты> выявляется осмотром, спирометрией, что пациенту проводилось. В марте 2019 г. рентгенография и КТ легких сделаны пациенту не для диагностики, а в связи с развитием 

<

данные изъяты> 

Самому пациенту было понятно, что вредная работа, многолетнее курение подорвали здоровье, был израсходован личный ресурс. В данном случае 

<

данные изъяты> – неизлечимая болезнь, медленно прогрессирующее заболевание. От закономерных процессов произошел 

<

данные изъяты>, при котором легкое перестало выполнять свою роль, в таком состоянии пациент был доставлен бригадой скорой помощи. Фактически организм функционировал на одном легком, которое также было повреждено. Добились некоторого улучшения, была проведена пункция, легкое расправилось. В дальнейшем на фоне дыхательной недостаточности наступила смерть. 

Диагностика и лечение проведены в полном объеме как на этапе диагностирования, так и на стационарном, что подтверждает заключение комиссии экспертов. То, что пациент не был взят на диспансерный учет, причиной смерти не является, так как ежегодно проводился профессиональный медицинский осмотр, проводились те же исследования, что проводились бы и при диспансерном обследовании. 

Представлены письменные возражения, по существу в которых приведены аналогичные доводы (л.д. 56).

Прокурор Богачева Н.Ю. в заключении указала на отсутствие оснований для удовлетворения исковых требований, Ш. в больнице проводилась спирометрия, флюорографические исследования, по выданному направлению в 2018 г. в краевую больницу на консультацию не поехал, курил более 40 лет, что является фактором, вызывающим имеющееся заболевание, то есть не ответственно относился к своему здоровью. Экспертизы выявили нарушения в не постановке на диспансерный учет, неправильное заполнение документов, что не повлияло на смерть пациента. Ответчик не является причинителем вреда. 

Свидетель Ш. пояснил, что его отец Ш. скончался по причине 

<

данные изъяты>, которая была выявлена 7 лет назад, болезнь прогрессировала, при этом 7 лет в больнице оказывали не лечение, а услуги, на учет поставлен не был, не принимали надлежащих мер, списывали на работу, токарем с таким заболеванием работать нельзя. Считали, что одышка у отца, это возрастное. Знает, что отец обращался в больницу с жалобами на одышку. При изучении заключения экспертов обнаружили, что со стороны больницы была фальсификация документов, не указано, что в феврале 2019 г. был списан с тотальным поражением. Отец принимал ингаляторы, курил, но с сигаретой его не видел.

Свидетель К. пояснила, что Ш. был ее соседом, лет 5 назад заметила у последнего одышку, пользовался ингалятором, в последние годы состояние ухудшалось, когда шел, останавливался, наклонялся, задыхался. В феврале 2019 г. Ш. болел, одышка была и до заболевания в феврале, и после. Ни разу не видела в состоянии опьянения. 

Изучив материалы дела, обозрев материалы уголовного дела №, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, показания свидетелей, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что Ш., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 14). ФИО1 является женой Ш. (л.д. 13). По заявлению ФИО1 по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи врачами ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ» Ш. в Осинском МСО Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 Уголовного кодекса РФ (л.д. 46 – 47). ФИО1 признана потерпевшей по уголовному делу постановлением от ДД.ММ.ГГГГ. 

Из копии медицинских карт амбулаторного больного № (л.д. 15 – 38, в уголовном деле №) установлено, что пациент Ш. наблюдался с 

<

данные изъяты> у врача-пульмонолога Осинской ЦРБ с декабря 2012 г., на диспансерный учет поставлен не был. Диагноз 

<

данные изъяты>. Рекомендованы: спирива, ингалятор «ханди-халер» постоянно, беродуал при одышке, амлодипин, осмотр в 2013 г. – сведений о явке нет. Диагноз подтвержден с помощью спирографии от ДД.ММ.ГГГГ и бронходилатационного теста ДД.ММ.ГГГГ Хронический бронхит курильщика поставлен впервые в 1999 г.

ДД.ММ.ГГГГ обращение к офтальмологу. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ был на листке нетрудоспособности по поводу 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ осмотрен кардиологом, диагноз: 

<

данные изъяты> Рекомендован прием блоктрана, назначена явка через месяц – сведений о явке нет. ДД.ММ.ГГГГ обращение к неврологу по поводу болей в поясничной области, листок нетрудоспособности по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ жалобы на боли в левой грудинной полости. По протоколу исследования № от ДД.ММ.ГГГГ проведена рентгенография органов грудной полости. 

<

данные изъяты> Находился на листке нетрудоспсобности по ДД.ММ.ГГГГ. 

ДД.ММ.ГГГГ в кабинете УЗД проведено исследование почек, заключение: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ жалобы на одышку при физической нагрузке, удушье, принимает 

<

данные изъяты> Консультация пульмонолога Пермской краевой клинической больницы. 

Консультативное заключение от ДД.ММ.ГГГГ Пермской поликлиники ООО «Клиника комплексной медицины «Клиницист», в анамнезе курение 45 лет, проф.вредность токарь 30 лет. Диагноз: 

<

данные изъяты>. Базисная терапия: аноро элипта, беродуал при приступах, СПМ+4д. сальбутамола, ан.мокрот. отделяемого, рентген ОГК ежегодно. 

ДД.ММ.ГГГГ жалобы на повышение температуры тела, кашель, одышку, насморк, боль в горле, слабость. Заболел остро ДД.ММ.ГГГГ, работает токарем. Диагноз основной: 

<

данные изъяты> Назначены цефтриаксон, коделак, компливит, при температуре выше 38 – тера-флю, беродуал. Открыт листок нетрудоспособности. ДД.ММ.ГГГГ отмечает улучшение. Диагноз основной: 

<

данные изъяты> Не переохлаждаться, ЗОЖ, закрыт листок нетрудоспособности ДД.ММ.ГГГГ.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на листке нетрудоспособности у врача-терапевта участкового с диагнозом основным: 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> сопутствующие: 

<

данные изъяты>. Из обследований выполнена рентгенография ОГК ДД.ММ.ГГГГ для исключения внебольничной пневмонии, по протоколу исследования № установлено 

<

данные изъяты>

Имеются отметки о прохождении флюорографии без патологии: и рентгенографии ОГК – ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, данных о прохождении флюорографии в 2016 г. нет.

По результатам спирометрии от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ предварительное заключение: 

<

данные изъяты>

Имеются данные периодических медосмотров в мае 2014 г., в сентябре 2015 г., в июне 2016 г. Во всех осмотрах выставлен диагноз: 

<

данные изъяты>, рекомендован отказ от курения, муколитики, наблюдение терапевта. ДД.ММ.ГГГГ также - направление к пульмонологу, контроль СПГ с бронхитом. Противопоказаний к работе токарем нет.

Аналогично о диагнозах, поставленных при обращениях Ш. в 2018 – 2019 гг. указано в выписке медицинской карты Промеда (л.д. 99 – 100).

Из копии карты вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ (в уголовном деле №) следует, что врачи скорой медицинской помощи прибыли по вызову в 22:13, у Ш. жалобы на одышку, нехватку воздуха. Ухудшение состояния в течение нескольких дней. До СМП пользовался ингалятором – беродуал, эффекта нет. Подобное состояние впервые. В анамнезе: 

<

данные изъяты> Регулярно принимает беродуал, сальбутамол, эналаприл. Состояние средней тяжести. Доставлен в ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ», диагноз приемного покоя: 

<

данные изъяты>. 

Из копии медицинской карты стационарного больного № Ш. (в уголовном деле №) следует, что ДД.ММ.ГГГГ осмотр дежурного врача, жалобы на кашель, сильную одышку. Считает себя больным несколько лет (

<

данные изъяты> 5 лет), постоянно пользуется ингаляторами (беродуал, будесонид), ухудшение в течение двух дней с усиления кашля и одышки. Госпитализирован, составлен план обследования: анализы, ЭКГ, ПТИ, УЗИ сердца, органов брюшной полости, почек. План лечения: антибактериальная, сосудистая, витаминотерапия, бронхолитики, гормональные препараты. 

ДД.ММ.ГГГГ жалобы на одышку в покое, кашель, состояние средней тяжести. ДД.ММ.ГГГГ в 19:00 отмечает ухудшение самочувствия. Общее состояние средней тяжести. 

ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ проведена рентгенография органов грудной полости в прямой проекции. Заключение: 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ – 

<

данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ общее состояние тяжелое, переведен на ИВЛ. Из исследовании компьютерной томографии (КТ) легких от 22.03.20149 – 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>. В переводе в Пермскую краевую клиническую больницу отказано, консультация реаниматолога Пермской краевой клинической больницы. Проведена пункция, дренирование плевральной полости справа. Состояние тяжелое, стабильное. 

ДД.ММ.ГГГГ в 20:00 осмотрен торакальным хирургом ПККБ. Учитывая распространенность процесса, отсутствие продувания по дренажу – операционное лечение (радикальное) не показано. Рекомендовано рентгенконтроль, санация ТБД, активная аспирация после расправления легкого (купирования пневмоторакса), выполнить плевродез. Лечение у пульмонолога пожизненно.

ДД.ММ.ГГГГ в 20:25 начаты реанимационные мероприятия. ДД.ММ.ГГГГ в 02:15 реанимационные мероприятия не эффективны, констатирована биологическая смерть больного.

Ш. ДД.ММ.ГГГГ подписано информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство.

Из посмертного эпикриза, Ш. находился на стационарном лечении в терапевтическом отделении ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Диагноз: 

<

данные изъяты> 

Согласно протоколу патологоанатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ, основное заболевание: 

<

данные изъяты> Фоновые заболевания: 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> Из заключения врача-патологоанатома следует, что смерть Ш., 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, наступила от 

<

данные изъяты> (л.д. 48 – 52).

Из протокола допроса свидетеля С. от ДД.ММ.ГГГГ, заведующего терапевтическим отделением ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ», следует, что ДД.ММ.ГГГГ заступил на смену в качестве дежурного врача. Согласно анамнезу Ш. курил более 40 лет, работал токарем, более 5 лет страдает 

<

данные изъяты>, постоянно принимает ингаляторы. При осмотре состояние средней степени тяжести, сохранялась дыхательная недостаточность. Препараты были назначены правильно, в соответствии со стандартами, получал их в полном объеме. ДД.ММ.ГГГГ на фоне лечения улучшения состояния не наступало, дополнительно для уменьшения одышки и дыхательной недостаточности назначил преднизолон внутривенно, увлажняющий кислород через маску, капельницу, выполнен рентген легких, выявлен 

<

данные изъяты>. При осмотре хирург пояснил, что в удалении пневмоторакса Ш. не нуждается. Для дальнейшего лечения был переведен в отделение реанимации, где получал антибактериальную, антикоагулянтную, бронхолитическую, гормональную, кислородотерапию. Ежедневно осматривал Ш. в отделении реанимации, состояние пациента не улучшалось. Ввиду прогрессирования дыхательной недостаточности был переведен на искусственную вентиляцию легких. Выполнена КТ легких, на которой выраженная тотальная эмфизема легких, справа пневмоторакс. Данные о пациенте переданы пульмонологу Пермской краевой клинической больницы Х., диагноз и лечение согласованы: 

<

данные изъяты>. Было рекомендовано пунктировать 

<

данные изъяты>, продолжить лечение. В переводе в Пермскую краевую клиническую больницу было отказано из-за не транспортабельности пациента. ДД.ММ.ГГГГ Ш. был консультирован очно торакальным хирургом С., учитывая распространенность процесса, отсутствия продувания по дренажу оперативное лечение не показано, рекомендован рентген контроль легких, санация трахео-бронхиального дерева, расправление легкого (купирование пневмоторакса), лечение у пульмонолога пожизненно. Лечение и обследование Ш. было назначено в соответствии с федеральными стандартами оказания медицинской помощи по заболеванию ХОБЛ. ХОБЛ структурная болезнь легких, на рентгене можно выявить только на последних стадиях. Диагноз ставится клинически и при лабораторных методах, различных обследованиях, формируется длительное время, годами. При состоянии Ш. организм не может сопротивляться, обмен кислорода в легких фактически не происходит, кровь кислородом не насыщается.

Из протоколов допросов свидетелей Д., Г. от ДД.ММ.ГГГГ, фельдшеров скорой медицинской помощи ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ», следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 22:06 поступило сообщение об ухудшении состояния здоровья Ш., в 22:13 был помещен в служебный автомобиль и осмотрен, установлено состояние средней степени тяжести, диагноз установлен на основании анамнеза: 

<

данные изъяты> тяжелое течение, ДН II, в 22:26 был доставлен дежурному врачу.

Из протокола допроса свидетеля Б. от ДД.ММ.ГГГГ, заведующего реанимационным отделением ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ», следует, что ДД.ММ.ГГГГ заступил на дежурство. Ш. назначено лечение в соответствии со стандартами оказания услуг, на протяжении лечения состояние не улучшалось, было стабильно тяжелым. При заболевании 

<

данные изъяты> в запущенном состоянии, которое было у Ш., практически всегда наступает летальный исход, так как ткани легких изменяются настолько, что обмен кислорода в легких практически не происходит, кровь не насыщается кислородом. До ДД.ММ.ГГГГ Ш., был в сознании, в 07:42 в связи с ухудшением переведен в реанимационное отделение, где была оказана вся необходимая помощь, однако в связи с тяжелой стадией заболевания наступила смерть. 

Из протокола допроса Д. от ДД.ММ.ГГГГ, врача-рентгенолога ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ», следует, что при проведении флюорографии могут быть выявлены 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> не проявляется ни на флюорографических, ни на рентгенснимках, так как не предоставляет каких-либо объемных патологий. Диагноз 

<

данные изъяты> ставится клинически, то есть на основании жалоб больного, кашель и т.д. ДД.ММ.ГГГГ была проведена компьютерная томография пациенту Ш., выявлен 

<

данные изъяты>. Около 90 % поверхности легочной ткани были представлены булами (воздушная полость в легком), фактически легочной ткани было очень мало, легкие фактически не функционировали. ХОБЛ встречается часто, при нем часто проявляется пневмоторакс, является неизлечимым, может только прогрессировать.

Из протоколов допросов свидетелей от ДД.ММ.ГГГГ Б., зам.главного врача по поликлиническому обслуживанию населения, В., зав.отделом ЭВН и КМП ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ», следует, что участвовали в разборе случая оказания медицинской помощи Ш., в ходе которого были выявлены недостатки, указанные в протоколе КИЛИ, на поликлиническом этапе при проведении диспансерного наблюдения, пациент активно не вызывался на прием, не проконтролировано выполнение назначенных обследований и консультаций в октябре 2018 г., не полностью обследован в феврале 2019 г. Ш. не выполнял план диспансерного наблюдения, рекомендации врачей. Для улучшения состояния должен был для начала бросить курить, выполнять указания врача. Супруга Ш. также является медицинским работником, ранее работала медицинской сестрой, должна была выявить у Ш. одышку. Заболевание 

<

данные изъяты> является неизлечимым, в любом случае происходят необратимые изменения в легких, бронхах, что приводит к осложнениям. Лечение как правило дорогостоящее, в основном направлено на смягчение симптомов и снижение одышки. 

Из протокола допроса свидетеля П. от ДД.ММ.ГГГГ, заведующего хирургическим отделением ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ», следует, что в марте 2019 г. осматривал больного Ш. в реанимационном отделении, торакальным хирургом рекомендован плевральный дренаж, проводил данную операцию. Состояние Ш. до операции было тяжелым. Операция была проведена в соответствии с показаниями и консультацией торакального хирурга и норм оказания помощи больным с пневмотораксом. 

Из сообщения Филиала ООО «Капитал МС» в Пермском крае от ДД.ММ.ГГГГ № (в уголовном деле №) следует, что по обращению ФИО1 экспертами-специалистами Филиала ООО «Капитал МС» в Пермском крае проведена экспертиза качества медицинской помощи, оказанной Ш. в ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ». Экспертом врачом – терапевтом выявлены нарушения в оказании Ш. медицинской помощи с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ поДД.ММ.ГГГГ (ненадлежащее выполнение диагностических и лечебных мероприятий), не повлиявшие на состояние здоровья Ш. Нарушений в оказании медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ экспертом не выявлено, медицинская помощь оказана в полном объеме в соответствии с порядками и стандартами оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации. Экспертами врачом-терапевтом и врачом анестезиологом-реаниматологом в период лечения Ш. в стационаре выявлены нарушения (ненадлежащее выполнение диагностических и лечебных мероприятий), не повлиявшие на состояние его здоровья. Выявлены нарушения в оформлении медицинской документации Ш., не повлиявшие на состояние его здоровья. 

В акте экспертизы качества медицинской помощи (целевой) от ДД.ММ.ГГГГ № и экспертном заключении (протокол оценки качества медицинской помощи) при оказании терапии с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ указаны дефекты: ДД.ММ.ГГГГ жалобы не детализированы, анамнез представлен не в полном объеме. Не указана дата следующей явки. План обследования назначен не в полном объеме. Назначен беродуал, который не оказывает эффекта. Нет дневниковых записей за ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. 

В акте экспертизы качества медицинской помощи (целевой) от ДД.ММ.ГГГГ № и экспертном заключении (протокол оценки качества медицинской помощи) при оказании терапии с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ указаны дефекты: ДД.ММ.ГГГГ дневниковая запись мало читабельна, нет плана обследования, не указываются курсовые, суточные препараты, не указана дата следующей явки в записи от ДД.ММ.ГГГГ, за время пребывания на б/листе больной не был обследован кроме протокола исследования от ДД.ММ.ГГГГ.

В акте экспертизы качества медицинской помощи (целевой) от ДД.ММ.ГГГГ № и экспертном заключении (протокол оценки качества медицинской помощи) при оказании скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ дефектов не выявлено. 

В акте экспертизы качества медицинской помощи (целевой) от ДД.ММ.ГГГГ № и экспертном заключении (протокол оценки качества медицинской помощи) при оказании терапии, анестезиологии и реанимации с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ указаны дефекты: нет консультации реаниматолога ПККБ, нет анализа мокроты на чувствительность к антибиотикам. В клиническом диагнозе не указано наличие 

<

данные изъяты>; нет хронологии записей (сопутствующие специалисты пишут отдельно, анализы – не указано время забора, перевод пациента на ИВЛ. Отсутствуют указания на краниальную гипотермию, терапию, ВЭН, КЩР у пациента. Расхождение диагнозов клинического и патологоанатомического в части фоновых заболеваний. Отсутствует указание на лечение ранней постреанимационной болезни, нарушение хронологии в документации, поздний перевод на ИВЛ. 

Из протокола заседания КИЛИ (комиссии по исследованию летальных исходов) ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что пациент Ш. с 

<

данные изъяты> с 2012 г. не был взят на диспансерный учет, в медкарте не отражен контроль выполнения рекомендаций пульмонолога. В 2015 г. проходил ДВН (диспансеризация взрослого населения), в диагнозе не указана 

<

данные изъяты>, не даны рекомендации по отказу от курения. В 2018 г. ДВН не проходил. В мед.карте нет направлений на ПМО с указанием вредных производственных факторов. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в период нахождения на листке нетрудоспособности из обследований выполнена только рентгенография ОГК ДД.ММ.ГГГГ. Врачом К. не рекомендованы: СПГ, анализ мокроты, ОАК, нет контроля консультации пульмонологом Пермской краевой клинической больницы от 2018 г. На поликлиническом этапе оказания медицинской помощи имеются недостатки в проведении диспансерного наблюдения пациента Ш. Пациент активно не вызывался на прием. Не проконтролировано выполнение назначенных обследований и консультаций в октябре 2018 г. Не полностью обследован в феврале 2019 г. На этапе оказания СМП нарушений не выявлено. На стационарном этапе мед.помощь оказана согласно Приказу МЗ РФ № 327 от 11.05.2007 «Об утверждении стандарта медицинской помощи больным с 

<

данные изъяты> (при оказании специализированной помощи)». Существенных замечаний не выявлено (л.д. 58 – 61). 

В рамках указанного выше уголовного дела ДД.ММ.ГГГГ назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза ГКУЗ особого типа Пермского края «Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» (л.д. 75 – 76). В ходе экспертизы исследованы уголовное дело №, медицинская карта № стационарного больного, амбулаторная карта №, рентгеновские снимки в количестве 6 шт., CD-диск с результатами КТ ОГК от ДД.ММ.ГГГГ, карта вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ.

Из заключения № комплексной судебно-медицинской экспертизы по материалам уголовного дела следует, что изучение представленных медицинских документов на имя Ш. показывает, что в 2012 г. мужчина обратился с жалобами на одышку при физической нагрузке в течение года. Из анамнеза известно, что Ш. курил в течение 40 лет по 30 сигарет в день. Ему был установлен диагноз: 

<

данные изъяты> назначено лечение. После чего пациент наблюдался у терапевта в рамках профосмотров. В октябре 2018 г. пациент консультирован пульмонологом, установлен диагноз: 

<

данные изъяты> назначено лечение. С жалобами на усиление одышки, чувство нехватки воздуха пациенту ДД.ММ.ГГГГ вызвана бригада скорой помощи, после оказания медицинской помощи пациент был госпитализирован в ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ», где ему был установлен диагноз, составлен план обследования и лечения, проводилась симптоматическая, инфузионная, антибактериальная и оксигенотерапия. Несмотря на проводимые лечебные мероприятия ДД.ММ.ГГГГ у Ш. произошла остановка кровообращения, реанимационные мероприятия эффекта не дали. Изучение представленных медицинских документов с учетом проведения гистологического исследования в рамках настоящей экспертизы позволяет сделать вывод, что смерть Ш. наступила в результате прогрессирования 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> Анализ представленных документов показывает, что при оказании медицинской помощи Ш. на этапе амбулаторного лечения был допущен дефект: отсутствовало диспансерное наблюдение по имевшимся хроническим заболеваниям, все обследования мужчина проходил в рамках профилактических осмотров в соответствии с приказами Министерства здравоохранения РФ от 03.02.2015 № 36ан «Об утверждении порядка проведения диспансеризации определенных групп взрослого населения», от 13.03.2019 № 124н «Об утверждении порядка проведения профилактического медицинского осмотра и диспансеризации определенных групп взрослого населения». За весь период наблюдения как на амбулаторном, так и на стационарном этапах, лечение было назначено верно и в полном объеме в соответствии с Приказами Министерства здравоохранения РФ от 15.11.2012 № 916н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «пульмонология», от 20.12.2012 № 1214н «Об утверждении стандарта первичной медико-санитарной помощи при обострении ХОБЛ», от 09.11.2012 № 708н «Об утверждении стандарта первичной медико-санитарной помощи при первичной артериальной гипертензии (гипертонической болезни). Выявленный дефект оказания медицинской помощи Ш. не оказал влияния на течение заболевания, а следовательно не находится в причинно-следственной связи с ухудшением состояния здоровья пациента. Согласно п. 24 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 № 194н, ухудшение состояния здоровья, вызванное характером и тяжестью заболевания, поздними сроками начала лечения как причинение вреда здоровью не рассматривается.

Приложение к указанному заключению № – заключение эксперта (судебно-гистологическая экспертиза) №, согласно которой судебно-гистологический диагноз: 

<

данные изъяты> (л.д. 124 – 127).

Приказом Министерства здравоохранения РФ от 20.12.2012 № 1214н утвержден стандарт первичной медико-санитарной помощи при обострении 

<

данные изъяты>, при которых предусмотрены медицинские услуги: при диагностике заболевания - прием (осмотр) врачом общей практики, врачом-пульмонологом (первичный), врачом-терапевтом (первичный); лабораторные методы исследования: различные исследования свойств мокроты; инструментальные методы исследования: регистрация электрокардиограммы, флюорография и рентгенография легких, исследование неспровоцированных дыхательных объемов и потоков, с применением лекарственных препаратов, пульсоксиметрия; для лечении заболевания, состояния и контроля за лечением – прием (осмотр, консультация) врача по лечебной физкультуре, общей практики, врача-пульмонолога, врача-терапевта (повторные), врача-фтизиатра (первичный), осмотр (консультация) врача-физиотерапевта; наблюдение и уход – внутримышечное, ингаляторное введение лекарственных препаратов, очаговая проба с туберкулином, лабораторные методы исследования – цитологические исследования мокроты, мазков, определение антител классов к вирусам и т.п., эхокардиография, компьютерная томография органов грудной полости, сцинитиграфия легких, исследование неспровоцированных дыхательных объемов и потоков с помощью пикфлоуметра. 

Приказом Министерства здравоохранения РФ № 1344н утвержден Порядок проведения диспансерного наблюдения (действовал с 06.05.2013, утратил силу 06.05.2019), согласно которому диспансерное наблюдение представляет собой динамическое наблюдение, в том числе необходимое обследование, за состоянием здоровья лиц, страдающих хроническими заболеваниями, функциональными расстройствами, иными состояниями, в целях своевременного выявления, предупреждения осложнений, обострений заболеваний, иных патологических состояний, их профилактики и осуществления медицинской реабилитации указанных лиц. Диспансерное наблюдение осуществляется в отношении граждан, страдающих отдельными видами хронических неинфекционных и инфекционных заболеваний или имеющих высокий риск их развития, а также в отношении граждан, находящихся в восстановительном периоде после перенесенных тяжелых острых заболеваний (состояний, в том числе травм и отравлений).

Из п. 3 названного Приказа от 21.12.2012 № 1344н следует, что диспансерное наблюдение за гражданами, страдающими хроническими неинфекционными заболеваниями, являющимися основной причиной инвалидности и преждевременной смертности населения Российской Федерации, входит в часть комплекса мероприятий по проведению диспансеризации и профилактических медицинских осмотров населения. Диспансерное наблюдение осуществляют медицинские работники медицинской организации (структурного подразделения иной организации, осуществляющей медицинскую деятельность), где гражданин получает первичную медико-санитарную помощь: 1) врач-терапевт (врач-терапевт участковый, врач-терапевт участковый цехового врачебного участка, врач общей практики (семейный врач)) (далее - врач-терапевт); 2) врачи-специалисты (по профилю заболевания гражданина); 3) врач (фельдшер) отделения (кабинета) медицинской профилактики; 4) врач (фельдшер) отделения (кабинета) медицинской профилактики или центра здоровья; 5) фельдшер фельдшерско-акушерского пункта (фельдшерского здравпункта) (п. 4).

Наличие оснований для проведения диспансерного наблюдения, группа диспансерного наблюдения, его длительность, периодичность диспансерных приемов (осмотров, консультаций), объем обследования, профилактических, лечебных и реабилитационных мероприятий определяются медицинским работником, указанным в п. 4 настоящего Порядка, в соответствии с порядками оказания медицинской помощи по отдельным ее профилям, заболеваниям или состояниям (группам заболеваний) и стандартами медицинской помощи, утвержденными Министерством здравоохранения РФ в соответствии со ст. 37 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также клиническими рекомендациями (протоколами лечения), разрабатываемыми и утверждаемыми медицинскими профессиональными некоммерческими организациями, с учетом состояния здоровья гражданина, стадии, степени выраженности и индивидуальных особенностей течения заболевания (состояния) (п. 5).

Медицинский работник, указанный в п. 4 названного Порядка, при проведении диспансерного наблюдения: 1) ведет учет граждан, находящихся под диспансерным наблюдением; 2) информирует гражданина о порядке, объеме и периодичности диспансерного наблюдения; 3) организует и осуществляет проведение диспансерных приемов (осмотров, консультаций), обследования, профилактических, лечебных и реабилитационных мероприятий (п. 8).

Диспансерный прием (осмотр, консультация) медицинским работником включает: 1) оценку состояния гражданина, сбор жалоб и анамнеза, физикальное обследование; 2) назначение и оценку лабораторных и инструментальных исследований; 3) установление или уточнение диагноза заболевания (состояния); 4) проведение краткого профилактического консультирования; 5) назначение по медицинским показаниям профилактических, лечебных и реабилитационных мероприятий, в том числе направление гражданина в медицинскую организацию, оказывающую специализированную (высокотехнологичную) медицинскую помощь, на санаторно-курортное лечение, в отделение (кабинет) медицинской профилактики или центр здоровья для проведения углубленного индивидуального профилактического консультирования и (или) группового профилактического консультирования (школа пациента); 6) разъяснение гражданину с высоким риском развития угрожающего жизни заболевания (состояния) или его осложнения, а также лицам, совместно с ним проживающим, правил действий при их развитии и необходимости своевременного вызова скорой медицинской помощи.

Врач (фельдшер) отделения (кабинета) медицинской профилактики или центра здоровья также осуществляет коррекцию факторов риска развития хронических неинфекционных заболеваний (курение табака, избыточная масса тела или ожирение, низкая физическая активность, нерациональное питание, пагубное потребление алкоголя) (п. 9).

В перечень заболеваний (состояний), при наличии которых устанавливается группа диспансерного наблюдения врачом-терапевтом, включено 

<

данные изъяты> нетяжелого течения без осложнений, в стабильном состоянии (п. 24 Приложения к названному Порядку), для которого установлена периодичность осмотров – по рекомендации врача-пульмонолога, длительность диспансерного наблюдения - по рекомендации врача-пульмонолога, включает в себя прием (осмотр, консультация) врача-пульмонолога 1 раз в год.

Из описания 

<

данные изъяты>, данном в «Клинических рекомендациях 

<

данные изъяты> (утв. Минздравом России, применяются до их пересмотра в соответствии с Федеральным законом от 25.12.2018 № 489-ФЗ) следует, что это заболевание, характеризующееся персистирующим ограничением воздушного потока, которое обычно прогрессирует и является следствием хронического воспалительного ответа дыхательных путей и легочной ткани на воздействие ингалируемых повреждающих частиц или газов. Обострения и коморбидные состояния являются неотъемлемой частью болезни и вносят значительный вклад в клиническую картину и прогноз. В развитии 

<

данные изъяты> играют роль как эндогенные факторы, так и воздействие факторов внешней среды. Курение остается основной причиной 

<

данные изъяты> Этиологическую роль также могут играть профессиональные вредности, пассивное курение и загрязнение воздуха вне помещений. К необратимым компонентам 

<

данные изъяты> относятся: фиброз и сужение просвета дыхательных путей; потеря эластичной тяги легких вследствие альвеолярной деструкции; потеря альвеолярной поддержки просвета малых дыхательных путей. Основной причиной смерти пациентов с 

<

данные изъяты> является прогрессирование основного заболевания. Основные симптомы 

<

данные изъяты> - это одышка при физической нагрузке, снижение переносимости физических нагрузок и хронический кашель. Всем пациентам с подозрением на 

<

данные изъяты> рекомендуется проводить спирометрию для выявления и оценки степени тяжести обструкции дыхательных путей. Рекомендуется проведение рентгенографии органов грудной клетки в передней прямой проекции всем пациентам с подозрением на 

<

данные изъяты> для исключения других заболеваний органов дыхания. Рентгенография органов грудной клетки не обладает достаточной чувствительностью для выявления эмфиземы умеренной и средней степени выраженности. Всем пациентам с 

<

данные изъяты> рекомендуется отказ от курения, что является самым эффективным вмешательством, оказывающим большое влияние на прогрессирование 

<

данные изъяты>

В соответствии с ч. 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011 № 323-ФЗ вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Согласно ст. 1095 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ним в договорных отношениях или нет.

В силу положений ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых служебных, должностных) обязанностей.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 Гражданского кодекса РФ).

По смыслу закона необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. 

С учетом установленных в судебном заседании обстоятельств, оценив исследованные доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, а также исходя из приведенных выше норм действующего законодательства, регулирующего вопросы возмещения вреда, суд приходит к выводу, что стороной истца не представлено достаточно доказательств, свидетельствующих о некачественном оказании Ш. медицинской помощи на амбулаторном и стационарном этапе, о наличии причинно-следственной связи между противоправными действиями ответчика и наступившими последствиями.

Некачественное оказание медицинской помощи - оказание медицинской помощи с нарушением медицинских технологий и правильности их проведения.

Для возложения гражданско-правовой ответственности на конкретное лицо необходима совокупность перечисленных условий: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом отсутствие хотя бы одного из указанных условий ответственности исключает ее применение. 

Учитывая положения ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, предусматривающей, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается в обоснование своих требований, истцом не представлено суду доказательств несомненно подтверждающих, что смерть Ш. наступила в результате противоправных виновных действий ответчика, представленными в материалы дела доказательствами не подтверждается допущение сотрудниками ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ» ненадлежащего оказания медицинской помощи пациенту Ш., которое повлекло за собой преждевременную смерть. 

Из медицинской документации, протоколов допросов свидетелей следует, что ухудшение состояния здоровья Ш. наступило за несколько дней до вызова скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ, Ш. был активным курильщиком 40 лет, работал токарем во вредных условиях труда. На диспансерный учет поставлен не был, вместе с тем после выявления в 2012 г. врачом-пульмонологом диагноза: 

<

данные изъяты> было назначено лечение и назначен осмотр в 2013 г., на который Ш. не явился (сведений в мед.карте нет). Обратился только в 2018 г., когда заболевание, исходя из его описания, перешло в необратимую, тяжелую стадию. Ш. ежегодно проходил профилактические медицинские осмотры, в ходе которых отбирались все анализы, проводилась спирометрия, ЭКГ, то есть проводились процедуры, которые подлежат проведению и при диспансерном наблюдении. Диагноз 

<

данные изъяты> хронический бронхит курильщика отмечался в данных осмотра. Ежегодно Ш. давались рекомендации по отказу от курения, которые не соблюдал. Диспансеризацию взрослого населения прошел только один раз в 2015 г. В период нахождения в ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ» медицинская помощь Ш. оказывалась в соответствии с медицинскими стандартами. 

Представленное в материалы дела заключение комплексной судебно-медицинской экспертизы, данные экспертизы, проведенной Филиалом ООО «Капитал медицинское страхование» в Пермском крае судом оцениваются в совокупности со всеми иными доказательствами по делу по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ. Заключения содержат подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате них выводы и ответы на поставленные вопросы, соответствуют исследовательской части и материалам гражданского дела. 

Выявленные нарушения на амбулаторном этапе не состоят в причинно-следственной связи с наступившим летальным исходом, доказательств иного суду не представлено.

Суд не может согласиться с доводами стороны истца о том, что виновные действия сотрудников ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ» связаны с неверно назначенным лечением медицинскими препаратами, недостаточным исследованием, не назначением КТ, несвоевременно выявленными диагнозами 

<

данные изъяты>, что было бы связано с наступившим летальным исходом, так как доказательств тому не представлено, комплексной судебно-медицинской экспертизой таких недостатков не выявлено. Метод исследования - флюорография согласно Приказу Минздрава России от 21.03.2017 № 124н проводится при профилактических медицинских осмотрах граждан в целях выявление патологических состояний, свидетельствующих о наличии туберкулеза, при иных заболеваниях легких применяются иные методы, в частности, для диагностики 

<

данные изъяты> – спирометрия, консультация врача. 

Также суд отклоняет доводы стороны истца о фальсификации стороной ответчика сведений амбулаторной карты Ш., представленной на комплексную судебно-медицинскую экспертизу, в заключении которой не отражено нахождение на листке нетрудоспособности в феврале 2019 г., по следующим основаниям. 

На экспертизу была представлена амбулаторная карта Ш. следователем, в полном объеме, которая до этого находилась у родственников Ш., следователю амбулаторная карта была предоставлена истцом ФИО1 под расписку ДД.ММ.ГГГГ, что установлено из материалов уголовного дела. Так, из сопроводительного письма от ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ» в адрес Осинского межрайонного следственного отдела следует, что медицинская карта амбулаторная пациента Ш. находится на руках у родственников пациента, следователю по запросу представлена карта вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ, медицинская карта стационарного больного № терапевтического отделения с протоколом патологоанатомического вскрытия, рентгенснимки с диском КТ (л.д. 57). В копии медицинской карты амбулаторного больного в уголовном деле данные об обращениях Ш. в больницу в феврале 2019 г. имеются.

Экспертиза проведена в соответствии с «Порядком организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации», утвержденным приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 12.05.2010 № 346н, с использованием аналитического метода исследования. Исследовательская часть заключения включает основные моменты, которые могут повлиять на выводы экспертов. 

То обстоятельство, что Ш. около 40 лет работал токарем, в том числе на вредном производстве, не опровергает того, что, согласно анамнезу, пациент курил в течение 40 лет в большом количестве, что повлияло на развитие болезни. 

Не представлено доказательств, подтверждающих необоснованное указание в экспертном заключении как сопутствующего диагноза: 

<

данные изъяты> поставленного по результатам патологоанатомического исследования, поскольку имелись изменения, характерные для 

<

данные изъяты>. 

Суду не представлено доказательств, свидетельствующих о необоснованном закрытии листков нетрудоспособности ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ при наличии 

<

данные изъяты>, что повлияло бы на наступление смерти пациента. 

<

данные изъяты> согласно описанию – болезнь неизлечимая, прогрессирующая, в конкретном случае при обращении Ш. в феврале 2019 г. – сопутствующая основному заболеванию 

<

данные изъяты>

Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 12.04.2011 № 302н «Об утверждении перечней вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования), и Порядка проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров (обследований) работников, занятых на тяжелых работах и на работах с вредными и (или) опасными условиями труда» предусмотрено для работников, выполняющих непосредственно на механическом оборудовании, имеющем открытые движущиеся (вращающиеся) элементы конструкции (токарные, фрезерные и другие станки, штамповочные прессы и др.) обязательное проведение 1 раз в 2 года периодических медицинских осмотров. В медицинских противопоказаниях заболевания, имевшиеся у Ш., не поименованы. Хронические заболевания бронхолегочной системы с частотой обострения 2 и более раз за календарный год при периодических медицинских осмотрах у Ш. не выявлялись, таких данных в материалы дела не представлено, в медицинской документации отсутствуют.

Также в материалы дела не представлено доказательств того, что оперативное вмешательство – дренирование плевральной полости справа ДД.ММ.ГГГГ, проведенное без письменного согласия пациента и его родственников, было противопоказано и явилось причиной смерти Ш. Пункция плевральной полости как метод лечения показана при лечении пневмоторакса (Приказ Минздрава России от 24.12.2012 № 1407н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при спонтанном пневмотораксе напряжения»).

Причины не назначения Ш. группы инвалидности для решения поставленного перед судом вопроса о взыскании компенсации морального вреда правового значения не имеют. Вместе с тем суд отмечает, что заболевание 

<

данные изъяты> входит в перечень, используемый при количественной системе оценки степени выраженности стойких нарушений функций организма человека, которая рассчитывается в процентах, применительно к клинико-функциональной характеристике стойких нарушений функций организма, наличие заболевания не является безусловным основанием для назначения инвалидности, а учитывается наряду с иными классификациями, используемыми при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан, что утверждено Приказом Министерства труда РФ от 17.12.2015 № 1024н «О классификациях и критериях, используемых при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы». 

Показания свидетелей Ш., К. о наличии заболевания, одышки в течение нескольких лет у Ш. не опровергают исследованные письменные доказательства, данные медицинских документов, заключения экспертов об отсутствии причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощи и наступившими последствиями в виде смерти Ш., что является предметом доказывания по данному делу. 

Таким образом, поскольку судом не установлена вина ответчика в наступлении смерти Ш., причинно-следственная связь между оказанием медицинской помощи и наступившими последствиями отсутствует, не имеется оснований для взыскания компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Осинская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда в размере 9 000 000 рублей отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Осинский районный суд Пермского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья -