Гражданское дело №2-230/2021 (2-7540/2020)

УИД: 66RS0001-01-2020-009125-88

Мотивированное 

решение

 составлено 03 марта 2021 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 февраля 2021 года г. Екатеринбург 

Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Ардашевой Е.С.,

при секретаре судебного заседания Павлюкевич А.А., 

с участием истца ФИО1, ее представителя 

<

ФИО>5, действующей на основании устного ходатайства, представителя ответчика ГУУПФР в Верх-Исетском районе г. Екатеринбурга Свердловской области – 

<

ФИО>6, действующей на основании доверенности от 07.02.2021, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению - Управление пенсионного фонда Российской Федерации в 

<

адрес> г. Екатеринбурга Свердловской области о включении денежных средств в состав наследства, признании права собственности на денежные средства, взыскании денежных средств, 

установил:

ФИО1 обратиласьв Верх – Исетский районный суд г. Екатеринбурга с исковым заявлением к Государственному учреждению - Управление пенсионного фонда Российской Федерации в Верх-Исетском районе г. Екатеринбурга Свердловской области (далее по тексту – ГУ УПФР в Верх-Исетском районе г. Екатеринбурга Свердловской области, Управление), в котором, с учетом уточнений, просила суд включить в состав наследства, открывшегося после смерти отца - 

<

ФИО>9, умершего в ДД.ММ.ГГГГ году денежные средства, поступившие и находившиеся на его банковском счете в ПАО Сбербанк, в общей сумме 91 022,99 руб.; признать за истцом ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, право на получение денежных средств, в размере ? доли (в сумме 45 511,50 руб.) в порядке наследования по закону, оставшиеся после смерти отца - 

<

ФИО>10, умершего в ДД.ММ.ГГГГ году; взыскать с ответчика в пользу истца ФИО1 денежные средства в размере ? доли (в сумме 45 511,50 руб.) в порядке наследования по закону, оставшиеся после смерти отца 

<

ФИО>2, умершего в ДД.ММ.ГГГГ году.

Истец и ее представитель, действующая на основании устного ходатайства, в судебном заседании требования иска поддержали по предмету и основаниям, с учетом уточнений, просили исковые требования удовлетворить, настаивали на том, что 19.10.2018 

<

ФИО>2 совершил последнюю банковскую операцию по своей карте, следовательно неправомерно говорить о том, что датой смерти 

<

ФИО>2 является ДД.ММ.ГГГГ. Полагают, что датой смерти 

<

ФИО>2 должна быть признана - ДД.ММ.ГГГГ.

Представитель ответчика ГУ УПФР в Верх-Исетском районе г. Екатеринбурга Свердловской области – 

<

ФИО>6, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований в полном объеме, в том числе по доводам, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление. Дополнительно указала, что при принятии решения о прекращении выплаты страховой пенсии 

<

ФИО>2 ответчик руководствовался только положениями ч. 10 ст. 25 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее по тексту Закон №400-ФЗ) 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, 

<

ФИО>8, в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена своевременно и надлежащим образом, об отложении судебного заседания не ходатайствовала. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, о дополнении которых сторонами не заявлено, каждое представленное доказательство в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему. 

В силу ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В соответствии со ст. 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В силу ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы, суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Судом установлено, что 

<

ФИО>2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлся получателем пенсии по старости с ДД.ММ.ГГГГ в соответствии со ст. 10 Закона РСФСР от 20.11.1990 № 340-1 ФЗ «О государственных пенсиях в РСФСР», о чем свидетельствует решение Чкаловского отдела социального обеспечения г. Екатеринбурга № от 20.06.1997, соответственно, с 01.01.2015 

<

ФИО>2 является получателем страховой пенсии по старости всоответствии со ст. 8 Закона №400-ФЗ.

Из анализа вышеуказанного Закона №400-ФЗ (в частности ст. 3, ст. 21) следует, что пенсии законодательством отнесены к денежным суммам, представляемым гражданину в качестве средств к существованию, выплачиваемым гражданину при его жизни, право на получение которых, является личным и прекращается смертью лица.

При этом, доставка страховой пенсии производится по желанию пенсионера через кредитную организацию путем зачисления сумм страховой пенсии на счет пенсионера в этой кредитной организации либо через организации почтовой связи и иные организации, занимающиеся доставкой страховых пенсий, путем вручения сумм страховой пенсии на дому или в кассе организации, производящей доставку.

Материалами дела подтверждается, что выплата пенсионного обеспечения по старости 

<

ФИО>2 осуществлялась ответчиком начиная с сентября 1998 года через кредитную организацию ПАО Сбербанк.

Согласно ч. 1, ч. 3, ч.4 ст. 26 Закона №400-ФЗ выплата страховой пенсии на территории Российской Федерации, включая ее доставку, производится за текущий месяц. Начисление за текущий месяц сумм страховой пенсии в случае назначения пенсии другого вида либо в случае назначения другой пенсии в соответствии с законодательством Российской Федерации производится в порядке, устанавливаемом федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере пенсионного обеспечения.

Начисленные суммы страховой пенсии, причитавшиеся пенсионеру в текущем месяце и оставшиеся не полученными в связи с его смертью в указанном месяце, выплачиваются тем членам его семьи, которые относятся к лицам, указанным в ч.2 ст. 10 настоящего Федерального закона, и проживали совместно с этим пенсионером на день его смерти, если обращение за неполученными суммами указанной пенсии последовало не позднее чем до истечения шести месяцев со дня смерти пенсионера. При обращении нескольких членов семьи за указанными суммами страховой пенсии причитающиеся им суммы страховой пенсии делятся между ними поровну.

При отсутствии лиц, имеющих на основании ч. 3 настоящей статьи право на начисленные суммы страховой пенсии, причитавшиеся пенсионеру в текущем месяце и оставшиеся не полученными в связи с его смертью в указанном месяце, или при не предъявлении этими лицами требований о выплате указанных сумм в установленный срок соответствующие суммы наследуются на общих основаниях, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации.

Также из материалов дела следует, что на основании заявлений 

<

ФИО>2 и ФИО1 от 19.07.2017 Управлением 25.07.2017 принято решение о назначении ежемесячной компенсационной выплаты ФИО1 в соответствии Указом Президента Российской Федерации от 26.12.2006 №1455 «О компенсационных выплатах лицам, осуществляющим уход за нетрудоспособными гражданами», как неработающему трудоспособному лицу, осуществляющему уход за престарелым лицом, достигшим возраста 80 лет, начиная с 01.07.2017 на весь период ухода.

При этом, данная компенсационная выплата выплачивалась ФИО1 в составе страховой пенсии по старости 

<

ФИО>2

Обращаясь в суд с настоящим иском ФИО1 указывает на то, что она является дочерью 

<

ФИО>2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который ДД.ММ.ГГГГ ушел из дома и не вернулся. По факту исчезновения отца истцом было подано заявление в полицию и инициированы розыскные мероприятия. 

Из материалов дела следует, что согласно протоколу (опознания личности трупа) от 30.04.2019, труп отца ФИО1 был обнаружен ДД.ММ.ГГГГ вблизи автодороги 

<

адрес>, 319 км., в связи с чем отделом актов гражданского состояния города Первоуральска Свердловской области истцу была выдана справка о смерти отца 

<

ФИО>2 № С- 01508, а также свидетельство о смерти серия № от 06.05.2019, в котором дата смерти 

<

ФИО>11. установлена 2018 год, без указания дня, месяца и времени смерти.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 25 Закона №400-ФЗ выплата пенсии прекращается в случае смерти пенсионера либо в случае объявления его в установленном законодательством Российской Федерации порядке умершим или признания его безвестно отсутствующим - с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором наступила смерть пенсионера либо вступило в законную силу решение суда об объявлении его умершим или о признании его безвестно отсутствующим.

Из пояснений представителя ответчика следует и подтверждается материалами дала, что 13.05.2019 по электронным каналам связи в адрес Управления поступили сведения об умерших пенсионерах, в том числе, в отношении 

<

ФИО>2, СНИЛС № с датой смерти 2018 год, номер записи № от ДД.ММ.ГГГГ.

С учетом положений ч. 1 ст. 25 Закона № 400-ФЗ решением Управления б/н от 13.05.2017 

<

ФИО>2 прекращена выплата страховой пенсии по старости с ДД.ММ.ГГГГ.

Поскольку сведения о смерти пенсионера поступили в адрес Управления значительно позднее даты смерти 

<

ФИО>2, то образовалась переплата страховой пенсии по старости за август 2018 - май 2019 года в общем размере 247 106 руб. 85 коп.

Представитель ответчика в ходе рассмотрения дела указала, что после получения сведений о смерти 

<

ФИО>2 Управлением незамедлительно в адрес кредитной организации, осуществлявшей выплату пенсионного обеспечения умершему пенсионеру, направлены отзывы № и № от ДД.ММ.ГГГГ о возврате излишне выплаченной суммы страховой пенсии по старости за август 2018 - май 2019 года в общем размере 247 106 руб. 85 коп.

В ответ кредитным учреждением возвращена сумма в размере 225 927 руб. 05 коп., в пределах денежных средств, имеющихся на счете пенсионера.

Принимая во внимание вышеизложенное, сумма переплаты страховой пенсии по старости 

<

ФИО>2 составила 21 179 руб. 80 коп., исходя их расчета:247 106 руб. 85 коп. - 225 927 руб. 05 коп., их которых сумма страховой пенсии по старости - 19 799 руб. 80 коп., сумма ежемесячной компенсационной выплаты - 1380 руб. 00 коп.

Данная сумма переплаты пенсионного обеспечения по старости 

<

ФИО>2 учтена как за январь 2019 года.

Из материалов дела следует, что в адрес родственников умершего 

<

ФИО>2 ответчиком направлено уведомление №2287/12 от 27.05.2019 о погашении в добровольном порядке суммы задолженности перед федеральным бюджетом Российской Федерации в размере 19 799 руб. 80 коп. 

Также в адрес ФИО1 направлено уведомление № 2288/12 от 27.05.19 о погашении в добровольном порядке суммы задолженности перед федеральным бюджетом Российской Федерации в размере 1 380 руб. 00 коп.

Вместе с тем, платежные документы об оплате в добровольном порядке суммы переплаты пенсионного обеспечения в Управление не поступали.

Из пояснений сторон следует, что 11.10.2019 ФИО1 обратилась в Управление за получением пособия на погребение умершего пенсионера 

<

ФИО>2, приложив копию свидетельства о смерти, в котором дата смерти указана 2018 год без указания числа и месяца смерти.

Согласно ч. 10 ст. 21 Закона № 400-ФЗ в случае, если в документе, подтверждающем смерть (рождение) застрахованного лица, указан только год без обозначения точной даты смерти (рождения), за дату принимается 1 июля соответствующего года, если не указано число месяца, то таковым считается 15-е число соответствующего месяца, а если указан период, за дату принимается дата начала периода.

Принимая во внимание вышеназванные нормы права, а также учитывая вышеуказанные обстоятельства, суд приходит к выводу об отсутствии законных оснований для удовлетворения требований истца о включении в состав наследства после смерти 

<

ФИО>2 денежных средств поступивших на его счет после ДД.ММ.ГГГГ в качестве страховой пенсии по старости, в связи с чем, что Управление законно и обоснованно приняло решение о прекращении выплаты страховой пенсии по старости 

<

ФИО>2 с ДД.ММ.ГГГГ, то есть с первого числа месяца, следующего за датой смерти, определенной в соответствии с действующим законодательством Российский Федерации в сфере пенсионного обеспечения граждан, указанной в свидетельстве о смерти 

<

ФИО>2 и о возврате излишне выплаченной суммы страховой пенсии по старости за август 2018 - май 2019 года.

При этом суд критически относится к доводам истца и ее представителя со ссылкой на ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, относительно того, что возникновение у ФИО1 права на денежные средства, находящиеся на счете 

<

ФИО>2 (поступившая от ответчика страховая пенсия по старости за период с 01.08.2020 по 13.05.2019) связанно с фактом совместного проживания истца, ее матери и 

<

ФИО>2 в одном жилом помещении. 

Поскольку, действующее законодательство предусматривает, что в состав наследственного имущества умершего пенсионера входит только сумма пенсионного обеспечения, причитающаяся ему в текущем месяце, но не полученная пенсионером самостоятельно по причине смерти.

Заявляя вышеуказанные доводы, истец и ее представитель, как в первоначальном исковом заявлении, так и уточнениях к нему, ссылается на то, что датой смерти 

<

ФИО>2 является ДД.ММ.ГГГГ, вместе с тем указанны обстоятельства противоречат материалам дела, поскольку, как ранее было указанно в свидетельстве о смерти 

<

ФИО>2, оформленном в установленном законом порядке (ни кем не оспоренном), отсутствуют данные о дате и месяце его смерти, имеется указание только на год смерти. 

Ссылки истца и ее представителя, в этой связи, на положения ст. 192 Гражданского кодекса Российской Федерации, являются основанными на неверном толковании норм действующего законодательства, поскольку, к спорным правоотношениям подлежат применению специальные нормы права, в том числе ч. 10 ст. 25 Закона №400-ФЗ, в которой федеральный законодатель установил правило определения даты смерти именно для случаев установления и выплаты страховых пенсий.

В установленном законом порядке дата смерти 

<

ФИО>2, зафиксированная в свидетельстве о смерти серии № №, выданном ДД.ММ.ГГГГ отделом ЗАГС 

<

адрес> Свердловской области, не оспорена. 

Доводы представителя истца о том, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ 

<

ФИО>2 был жив, поскольку совершал действия по снятию денежных средств со счета, открытого на его имя, не свидетельствуют о правомерности заявленного иска, предметом которого не является установление даты смерти 

<

ФИО>2 В рамках настоящего спора судом установлено, что Управление правомерно определило дату, с которой, в соответствии, с положениями действующего законодательства, надлежало прекратить 

<

ФИО>2 выплату пенсии. 

Ссылки представителя истца на справку о выплате 

<

ФИО>2 страховой пенсии по старости, сформированную по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, в которой отметка о смерти проставлена, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, не свидетельствует об обоснованности иска, поскольку указанная справка формируется в соответствии с заданным в программном обеспечении запросом, что подтверждается справкой о выплате 

<

ФИО>2 страховой пенсии по старости, сформированной по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, в которой отметка о смерти проставлена, начиная с ДД.ММ.ГГГГ.

Противоречат материалам дела и указания представителя истца о том, что Управлением были удержаны не только денежные суммы, поступившие на счет 

<

ФИО>2 как страховая пенсия по старости, но и иные поступления, поскольку как следует из пояснений представителя ответчика и подтверждается материалами дела, ответчиком со счет 

<

ФИО>2 удержана сумма переплаты пенсионного обеспечения по старости 

<

ФИО>2 (определенная Управлением с учетом сведений о его смерти) в пределах денежных средств, находящихся на счете 

<

ФИО>2 на момент списания. 

Пунктом 1 ст. 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно не заключалось, и где бы оно не находилось.

В силу положений ст. 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Закон устанавливает два способа принятия наследства - путем подачи по месту открытия наследства нотариусу заявления наследника о принятии наследства либо о выдаче свидетельства о праве на наследство (п. 1 ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации) или совершением действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства (вступление во владение и управление имуществом принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества и т.д.) (п. 2 ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, разрешая настоящий спор, суд считает необходимым отметить, что истец, заявляя требования о включении денежных средств в состав наследства после смерти 

<

ФИО>2, ссылается на то, что она фактически приняла наследство после смерти своего отца, вместе с тем, документы, свидетельствующие об установлении указанного факта, в материалы дела истцом представлены не были (решение суда), в рамках настоящего спора истец не заявляла требований об установлении данного факта, более того Управление не является надлежащим ответчиком по указанным требованиям. Факт того, что ни ФИО1, ни ее мать (умершая ДД.ММ.ГГГГ), ни сестра истца 

<

ФИО>8 в установленном законом порядке не обращалась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, истец не отрицала. 

Ссылаясь на тот факт, что официальная дата смерти 

<

ФИО>2 была установлена - 2018 год, при этом труп отца истца был обнаружен ДД.ММ.ГГГГ, а свидетельство о смерти было выдано только ДД.ММ.ГГГГ, истец, исходя их материалов дела, не обращалась и с заявлением о восстановлении пропущенного ею срока для принятия наследства. 

Принимая во внимание вышеизложенное суд приходит к выводу, что требования истца ФИО1, заявленные в рамках настоящего спора, как основное, так и вытекающие из него, удовлетворению не подлежат в полном объеме. 

Каких-либо достоверных и объективных доказательств, опровергающих выводов суда, в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлено. 

Иных требований на рассмотрение суда не заявлено.

Руководствуясь ст. 194-198Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление ФИО1 к Государственному учреждению - Управление пенсионного фонда Российской Федерации в Верх-Исетском районе г. Екатеринбурга Свердловской области о включении денежных средств в состав наследства, признании права собственности на денежные средства, взыскании денежных средств, – оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, с подачей жалобы через Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области.

Судья Е.С. Ардашева