Дело № 2-53/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 февраля 2018 года г. Ипатово

Ипатовский районный суд Ставропольского края в составе

председательствующего судьи Новиковой О.Е.,

при секретаре Шаповаловой Н.М.,

с участием истца ФИО1 с использованием видеоконференц-связи,

представителя ответчиков УМВД России по Ставропольскому краю, ОМВД России по Ипатовскому району ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к МВД России, УМВД России по Ставропольскому краю, ИВС ОМВД России по Ипатовскому району о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к МВД России, УМВД России по Ставропольскому краю, ИВС ОМВД России по Ипатовскому району о взыскании компенсации морального вреда 

В обоснование своих требований истец указал, что при содержании в ИВС ОМВД России по Ипатовскому району грубо нарушались его права, гарантированные Конституцией РФ, Федеральным законом № 103-ФЗ от 15.07.1995 года, а также нарушались Правила внутреннего распорядка ИВС подозреваемых, обвиняемых ОВД, утвержденные приказом МВД России от 22.11.2005 года № 950, и требования ч. 1 и ч. 2 ст. 9, ч. 3 ст. 10 УПК РФ.

В ИВС ОМВД России по Ипатовскому району он содержался неоднократно с 1995 года по 2003 год. В данном ИВС на тот момент не было обеспечено исполнение требований Федерального закона в части создания подозреваемым, обвиняемым условий содержания в ИВС, отвечающих действующему законодательству и международным стандартам. Имели место ненадлежащие материально-бытовые и медико-санитарные обеспечения содержащихся в ИВС лиц, а также нарушение порядка и условия их содержания в ИВС.

В период его содержания в ИВС с 1995 года по 2003 год он не был обеспечен индивидуальным спальным местом в камере, поэтому ему приходилось спать на сплошных нарах без каких-либо человеческих удобств и в стесненных условиях. Вследствие чего он испытывал недосыпание на утро и не мог в полной мере вести свою защиту по уголовному преследованию в совершенных им преступлениях, что негативно повлияло на исход уголовных дел.

В камеру сотрудники ИВС не выдавали матрац, одеяло, подушку, а также постельные принадлежности – простыню, наволочку, полотенце. По этой причине ему приходилось спать без человеческих удобств. Данное обращение он воспринимает как унижение человеческого достоинства, плохое, жестокое, бесчеловечное отношение, подпадающее под действие ст. 3 Европейской Конвенции, ч. 1 и ч. 2 ст. 21 Конституции РФ, вследствие чего он был морально унижен, эмоционально подавлен.

Кроме того, в ИВС отсутствовал прогулочный дворик, по этой причине он был лишен права на ежедневную прогулку на свежем воздухе, продолжительностью не менее 1 часа. А также был лишен возможности проводить физические занятия на прогулке, делать физическую нагрузку. Вследствие чего от малоподвижного образа, находясь круглосуточно в одной камере, он испытывал усталость ног, тела, в камере не было свободного пространства для передвижения, в связи с чем, он волновался о своем здоровье и был лишен психического благополучия, которое является элементом здоровья.

На период его содержания в камере на одного заключенного приходилось менее 4 кв.м, что ущемляло его личное пространство. Также в камерах ИВС отсутствовали столы для приема пищи и скамьи, в связи с чем, он вынужден был принимать пищу на полу. Он был подавлен психологически и морально, поскольку с ним обращались как с животным.

В период его содержания в камеру не выдавались таз и хозяйственное мыло для гигиенических нужд, не был проведен водопровод с краном, отсутствовала вешалка для одежды и полка для гигиенического набора, в связи с чем, он вынужден был складывать все на пол, в помещении ИВС отсутствовали санпропускник и дезинфекционная камера, в связи с чем у него не было возможности соблюдать личную гигиену, стирать белье, поэтому была угроза заболеваемости педикулезом и чесоткой. Кроме того, санитарный узел был оборудован без соблюдения необходимых требований приватности, что создавало ему страдания и унижение человеческого достоинства.

Считает, что действиями ответчиков ему причинен моральный вред и просит взыскать в его пользу денежную компенсацию морального вреда в сумме 80000 рублей.

Истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме и просил их удовлетворить. 

Представитель ответчиков УМВД России по Ставропольскому краю, ОМВД России по Ипатовскому району ФИО2 иск не признала, поскольку истцом не представлено письменных доказательств нарушения его прав. За указанный истцом период нахождения в ИВС ОМВД России по Ипатовскому району с 1995 года по 2003 год представлений о ненадлежащем содержании со стороны контролирующих или надзирающих органов не поступало.

Представитель ответчика МВД России и ГУ МВД России по Ставропольскому краю в судебное заседание не явился, в своих возражениях просил в удовлетворении иска ФИО1 отказать, поскольку истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что условия его содержания в ИВС отдела МВД России по Ипатовскому району не в полной мере соответствовали предъявляемым к ним требованиям, а также доказательств незаконности действий (бездействия) должностных лиц ИВС, которые могли повлечь для него физические и нравственные страдания.

Суд, выслушав стороны, исследовав письменные доказательства по делу, приходит к следующему. 

Согласно положениям ст. 4 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ (ред. от 28.12.2016) «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В силу ст. 9 указанного Закона изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел предназначены для содержания под стражей задержанных по подозрению в совершении преступлений.

В изоляторах временного содержания в случаях, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, могут временно содержаться подозреваемые и обвиняемые, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу.

Изоляторы временного содержания органов внутренних дел являются подразделениями полиции и финансируются за счет средств федерального бюджета по смете федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел. 

Главой второй Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» предусмотрены права подозреваемых и обвиняемых и их обеспечение.

В соответствии со ст. 13 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в следственных изоляторах, могут переводиться в изоляторы временного содержания в случаях, когда это необходимо для выполнения следственных действий, судебного рассмотрения дел за пределами населенных пунктов, где находятся следственные изоляторы, из которых ежедневная доставка их невозможна, на время выполнения указанных действий и судебного процесса, но не более чем на десять суток в течение месяца.

Согласно сообщению начальника отдела МВД России по Ипатовскому району от *** следует, что представить сведения о периодах нахождения истца в ИВС не представляется возможным, поскольку книга учета лиц, содержащихся в ИВС в соответствии с приказом МВД России от 30 июня 2012 года № 655 «Об утверждении Перечень документов, образующихся в деятельности органов внутренних дел Российской Федерации, с указанием сроков хранения» не является документом строгой отчетности и длительному хранению не подлежит.

Также представить сведения о площади камер, в которых содержался истец, невозможно в связи с отсутствием сведений о камерах, в которых содержался истец. Сведений о проведении санитарной обработки и выдаче постельных принадлежностей при помещении в ИВС истца в 1995-2003 годах не имеется, поскольку указанная документация не относится к строгой отчетности и хранению не подлежит.

В силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Для применения ответственности, предусмотренной ст. 1069 ГК РФ, лицо, требующее возмещения убытков за счет государства должно доказать противоправность действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) названных органов и возникшими убытками, а также размер причиненного вреда.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение вреда является вина причинителя.

В судебном заседании обозревались уголовные дела в отношении ФИО1. Установлено, что он в разные периоды с 1995 года по 2003 год содержался под стражей и находился в изоляторе временного содержания отдела МВД России по Ипатовскому району.

Однако в нарушение ст. 56 ГПК РФ истец не представил достоверных и допустимых доказательств того, что в результате содержания в изоляторе в указанные периоды он испытывал нравственные и психологические страдания. Доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями сотрудников ИВС Отдела МВД России по Ипатовскому району и наступлением негативных последствий для истца им также не представлено.

С учетом вышеизложенного, исковые требования истца ФИО1 не подлежат удовлетворению. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований к МВД России, УМВД России по Ставропольскому краю, ИВС ОМВД России по Ипатовскому району о взыскании компенсации морального вреда ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке, в Ставропольский краевой суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения. 

Мотивированное решение изготовлено 12 февраля 2018 года.

Председательствующий –