Дело № 2-4/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

21 мая 2018 года г. Белинский

Белинский районный суд Пензенской области

В составе председательствующего Кругляковой Л.В.

При секретаре Кошкиной Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 об установлении границы земельного участка,

У С Т А Н О В И Л

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 и ФИО3 об установлении границ земельного участка, указав следующее. На основании договора купли-продажи от 17 ноября 2010 года истец является собственником жилого дома, расположенного на земельном участке площадью 

<

данные изъяты> кв.м. с кадастровым номером №, по адресу: 

<

адрес>. Осенью 2017 года кадастровым инженером ФИО6 проведены межевые работы в отношении данного земельного участка, составлен межевой план и акт согласования границ земельного участка с собственниками смежного земельного участка по границе от точки «4» до точки «5». Ответчики межевание своего земельного участка не проводили, отказались подписывать акт согласования границ земельных участков по тем основаниям, что граница «4-5» уточняемого земельного участка расположена на принадлежащем им земельном участке. Правоустанавливающим документом на земельный участок истца является свидетельство на право собственности на землю № от 24 сентября 1998 года, выданное на имя прежнего собственника ФИО5 Белинским районным комитетом по земельным ресурсам и землеустройству Пензенской области, где изображен план земельного участка. Подготовленный кадастровым инженером ФИО6 межевой план полностью соответствует указанному свидетельству с имеющимся планом земельного участка. Поскольку ответчики в добровольном порядке отказались согласовывать границы земельного участка, истец просит суд установить границу «4-5» принадлежащего ему земельного участка площадью 

<

данные изъяты> кв.м. в соответствии с межевым планом, изготовленным кадастровым инженером ФИО6 от 1 ноября 2017 года. 

В судебном заседании ФИО1 поддержал требования, по основаниям, подробно изложенным в исковом заявлении, и пояснил следующее. В 2010 году он с членами своей семьи вселился в жилой дом 

<

адрес>, затем по договору купли-продажи, заключенному 17 ноября 2010 года с ФИО5, он этот дом с земельным участком выкупил. Заключая сделку купли-продажи, он получил от прежнего собственника правоустанавливающие документы на земельный участок, полностью доверился указанным сведениям о площади земельного участка; межевание земельного участка, уточнение его границ и площади при купле-продаже не проводил. На день его заселения в жилой дом, а также на день оформления сделки купли-продажи по спорной границе «4-5» земельного участка с участком ФИО4 располагался ветхий забор. Узнав от ответчиков, что данный забор принадлежит ему, он его снес и решил поставить новый забор в конфигурации, как указано в плане Свидетельства на право собственности на землю от 24 сентября 1998 года. У него трое детей, в связи с чем возникла необходимость в строительстве дополнительной комнаты к дому. Однако, граница земельного участка, установленная на момент купли-продажи дома, располагалась таким образом, что искривляла конфигурацию его двора и не позволяла ему возвести к дому пристрой. Он решил данную границу выпрямить, как указано в свидетельстве на право собственности на землю от 24 сентября 1998 года. Кроме того, обмерив свой земельный участок, он установил, что фактически не хватает около двух соток по сравнению с правоустанавливающими документами. Осенью 2017 года он обратился к кадастровому инженеру ФИО6, который составил план его земельного участка в соответствии со свидетельством от 24 сентября 1998 года, изготовил межевое дело, вбил межевые колышки на местности. Однако, ответчики отказались согласовывать границу «4-5» земельного участка, ссылаясь на то, что новая граница проходит по территории их двора. ФИО1 просит суд установить границу «4-5» земельного участка с кадастровым номером № площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, в соответствии с межевым планом, изготовленным кадастровым инженером ФИО6 от 1 ноября 2017 года.

По заявлению ответчика ФИО2 дело рассмотрено в его отсутствие. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признала и прояснила следующее. В 1958 году её деду в 

<

адрес> органами местного самоуправления был предоставлен земельный участок под строительство жилого дома. По завершению строительства дома, земельный участок площадью 

<

данные изъяты> кв.м. был огорожен забором и его границы существовали по настоящее время, пока ФИО1 не снес часть забора. За период существования жилого дома и земельного участка неоднократно менялись собственники соседнего дома, ныне принадлежащего ФИО1, однако, никогда конфликтов по вопросам землепользования и установлению смежных границ не возникало. Осенью 2017 года она обнаружила во дворе своего дома межевые колья, вбитые кадастровым инженером ФИО6, который по заданию ФИО1 произвел межевание его земельного участка. ФИО1 начал требовать переноса ранее существующей границы земельного участка в сторону её жилого дома, уменьшив тем самым двор. При этом канализационная яма, которую она десять лет назад обустроила во дворе своего дома под забором, разделяющим земельные участки, по новому плану кадастрового инженера ФИО6 частично оказалась на территории участка ФИО1. ФИО3 полагает, что ФИО1 злоупотребляет своими правами, требуя переноса забора в сторону дома Торопогрицких, мотивируя тем, что фактическая площадь его земельного участка не соответствует правоустанавливающим документам. Она полагает, что ФИО1 недостающую площадь своего земельного участка должен искать не во дворе соседей, а по задней меже своего земельного участка, где расположена земля, которая его не интересует. ФИО3 просит суд отказать ФИО1 в удовлетворении его исковых требований, направленных на неправомерный захват части земельного участка Торопогрицких. 

Выслушав пояснения сторон, свидетелей, экспертов, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. 

ФИО1 обратился в суд с иском об установлении границ принадлежащего ему на праве собственности земельного участка, ссылаясь на то обстоятельство, что фактическая площадь принадлежащего ему земельного участка и местоположение границы «4-5» при проведении кадастровых работ оказались не соответствующими правоустанавливающим документам. 

В соответствии со ст. 3,4 ГК РФ, ст. 11 ГК РФ защите подлежит лишь нарушенное право. При этом способ восстановления нарушенного права должен соответствовать объему такого нарушения. 

В соответствии со ст. 12 ГК РФ, к способам защиты гражданских прав относится, в том числе, и восстановление положения, существовавшего до нарушения права и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения. 

Согласно ст. 11.1 Земельного кодекса РФ, земельным участком является часть земной поверхности, границы которой определены в соответствии с федеральными законами. 

Местоположение границ земельного участка и его площадь определяется с учетом фактического землепользования в соответствии с требованиями земельного и градостроительного законодательства. Местоположение границ земельного участка определяется с учетом красных линий, местоположения границ смежных земельных участков (при их наличии), естественных границ земельного участка ( п. 7 ст. 36 ЗК РФ).

Частью 9 статьи 38 Федерального закона № 221-ФЗ от 24 июля 2007 года «О государственном кадастре недвижимости» предусмотрено, что при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа из сведений, содержащихся в документах, определяющих местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае, если указанные документы отсутствуют, границами земельного участка являются границы, существующие на местности пятнадцать и более лет и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.

Согласно договору купли-продажи от 17 ноября 2010 года, ФИО1 купил у ФИО5 земельный участок с кадастровым номером № площадью 

<

данные изъяты> кв.м., с расположенным на нем целым жилым домом по адресу: 

<

адрес>.

Как установлено в судебном заседании, истец ФИО1 при совершении сделки купли-продажи видел, что приобретаемый им в собственность земельный участок огорожен со стороны соседей Торопогрицких забором, определяющим конфигурацию придомовой территории со стороны, примыкающей к передней меже. Поскольку ФИО1 в добровольном порядке совершил сделку купли-продажи, не проведя межевания земельного участка с уточнением местоположения его границ и фактической площади, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 был согласен со сложившимся между соседями порядком землепользования и принял в собственность земельный участок с фактически установленными границами. 

Свидетель ФИО7 пояснил в судебном заседании следующее. Он является жителем 

<

адрес>, давно знаком с членами семьи Торопогрицких, часто бывал на территории их домовладения и осведомлен в том, что в период 1979-1980 годов по согласованию с соседями ФИО16 была установлена смежная граница земельного участка, был установлен забор, местоположение которого не менялось с тех лет.

Таким образом, свидетель ФИО7 подтвердил, что ФИО1 приобрел в собственность земельный участок, граница которого «4-5» со стороны соседей Торопогрицких фактически сложилась в 1979-1980 годах. 

Кадастровый инженер ФИО6 пояснил в судебном заседании следующее. Осенью 2017 года по вопросу межевания земельного участка к нему обратился житель 

<

адрес> ФИО1, который пояснил, что его не устраивает существующая граница смежных земельных участков со стороны Торопогрицких, которая не позволяет по ширине разместить пристрой к его жилому дому. ФИО1 представил свидетельство на право собственности на землю, выданное 24 сентября 1998 года прежнему собственнику земельного участка ФИО5, в данном свидетельстве изображен план земельного участка. Он сопоставил данный план с фактическим местоположением границ, определил, что все границы, кроме «4-5» приблизительно совпадают. Граница «4-5» расположена со стороны земельного участка Торопогрицких, на плане от 24 сентября 1998 года она изображена перпендикулярно передней меже земельного участка и образует с ней прямой угол. Фактически данная граница с передней межой расположена под острым углом в сторону земельного участка ФИО1 Тот просил установить границу, согласно плану от 24 сентября 1998 года, т.е. выпрямить границу в сторону земельного участка Торопогрицких. Он пояснил ФИО1, что установление границы в подобной конфигурации потребует судебного разбирательства, поскольку граница пройдет по территории двора и через канализационную яму, принадлежащую Торопоргицким. ФИО1 это устроило, поэтому он и произвел межевание подобным образом. Он составил межевой план, где изобразил границу земельного участка «4-5», не соответствующую фактическому местоположению, но, как он полагал, согласно плану, указанному в свидетельстве от 24 сентября 1998 года.

Таким образом, из объяснений Кадастрового инженера ФИО6 усматривается, что граница «4-5», установленная им в межевом плане от 1 ноября 2017 года, не соответствует границе, сложившейся в 1979-1980 годах по фактическому землепользованию. 

Согласно заключению судебной землеустроительной экспертизы № от 11 апреля 2018 года, в ходе экспертного осмотра устанавливалось расположение на местности фактических границ земельных участков, расположенных по адресам: 

<

адрес>; в ходе экспертного осмотра были привязаны к фактическим координатам возведенные строения, хозяйственные постройки, ограждения. При этом, сопоставить спорную межевую границу «4-5» земельного участка с кадастровым номером №, установленную в межевом плане, изготовленном кадастровым инженером ФИО6 1 ноября 2017 года, с правоустанавливающим документом – свидетельством на право собственности на землю № от 24 сентября 1998 года, выданным на имя ФИО5, не представляется возможным, в связи с невозможностью установления местоположения границы, отраженной в данном документе, из-за отсутствия в нем математической картографической основы ( масштаб, угловые измерения, координатные сетки, проекция карты, абрисы точек, привязки), необходимой для установления координат характерных точек границы. Сопоставить спорную межевую границу «4-5» указанного земельного участка, установленную в межевом плате, изготовленном кадастровым инженером ФИО6 1 ноября 2017 года, с ситуационным планом объекта индивидуального жилищного строительства технического паспорта от 27 июля 2010 года, также не представляется возможным, в связи с невозможностью установления местоположения границы, отраженной в данном документе, из-за отсутствия в нем математической картографической основы ( масштаб, угловые измерения, координатные сетки, проекция карты, абрисы точек, привязки), необходимой для установления координат характерных точек границы.

Сопоставить спорную межевую границу «4-5» земельного участка, принадлежащего ФИО1, установленную в межевом плате, изготовленном кадастровым инженером ФИО6 1 ноября 2017 года, с фактической границей между спорными земельными участками, не представляется возможным в связи с отсутствием фактической границы между указанными земельными участками.

В судебном заседании установлено, что именно ФИО1, произведя снос забора, установленного на границе «4-5» смежных земельных участков, уничтожил ориентир фактической границы земельных участков, создав тем самым препятствия в проведении экспертного исследования. 

Эксперт ФИО9 пояснил в судебном заседании следующее. Проводя экспертное исследование, он изучил правоустанавливающий документ на земельный участок, принадлежащий ФИО1 – свидетельство на право собственности на землю № от 24 сентября 1998 года, выданное на имя ФИО5, сопоставил его с межевым планом, изготовленным кадастровым инженером ФИО6 от 1 ноября 2017 года. Было установлено, что в плане земельного участка, изображенного в свидетельстве от 24 сентября 1998 года, отсутствует математическая картографическая основа: нет масштаба, угловых измерений, координатных сеток, проекции карты, абрисы точек, привязки, в связи с чем невозможно сделать утвердительный вывод о том, что данный план является достоверным и соответствует фактическому положению границ земельного участка, в т.ч. по точкам «4-5». ФИО9 полагает, что кадастровому инженеру ФИО6 нельзя было принимать данный план за основу межевания, поскольку правильность данного плана вызывает сомнение.

Эксперт ФИО10 пояснила в судебном заседании следующее. В ходе экспертного исследования она произвела измерения на местности и установление координат земельного участка, принадлежащего ФИО1 При этом, в связи с отсутствием по всему периметру фактических границ земельного участка, принадлежащего на праве собственности ФИО1, сопоставить фактическую площадь земельного участка с площадью, указанной в правоустанавливающих документах ( 

<

данные изъяты> кв.м.), не представилось возможным. Она полагает, что имеющийся в свидетельстве на право собственности на землю от 24 сентября 1998 года план земельного участка нельзя принять за основу в качестве достоверного, поскольку указанные в данном плане границы не зарегистрированы в ГКН. Восстановить спорную границу земельных участков в настоящем случае было бы возможно либо по документам, либо по координатам точек на местности. Однако, достоверность имеющегося документа (свидетельства) вызывает сомнения, координаты точек спорной границы отсутствуют. В случае, если бы ФИО1 не произвел снос забора, имелась бы возможность установить границу по имеющимся жестким контурам в виде забора и строений. Установить экспертным путем фактическую площадь земельного участка, принадлежащего ФИО1 не представилось возможным, в связи с чем невозможно сделать суждение о том, со стороны какой из границы его земельного участка произошло уменьшение его площади, и имело ли оно место в действительности. 

Таким образом, доводы ФИО1 о том, что фактическая площадь принадлежащего ему земельного участка на «две сотки» меньше площади, указанной в правоустанавливающих документах, в связи с чем необходимо переместить смежную границу земельных участков «4-5» в сторону участка Торопогрицких, экспертным путем не подтвердились, как не подтвердились они и исследованными в судебном заседании материалами дела. 

В силу положений статьи 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте пункта 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Требуя установить границу «4-5» земельного участка, согласно с межевым планом, изготовленным кадастровым инженером ФИО6 1 ноября 2017 года, истец ФИО1 не представил суду доказательства того, что данная граница когда-либо фактически существовала в указанном месте с данными координатами. Кроме того, истец не представил доказательства того, что спорный участок земли, который при указанном межевании безвозмездно отойдет в пользу ФИО1, когда-либо находился в собственности или пользовании как у него самого, так и у прежних собственников данного земельного участка, и был неправомерно отторгнут в пользу ответчиков. 

Исковые требования ФИО1 об установлении границы «4-5» по указанному им варианту суд расценивает, как попытку изменить сложившийся порядок землепользования с целью безвозмездно увеличить принадлежащую ему придомовую территорию за счет соседей. ФИО1 злоупотребляет своими правами, что в силу ст. 10 ГК РФ является недопустимым. 

С учетом вышеизложенного, суд находит, что установление смежной границы «4-5», согласно межевого плана, изготовленного кадастровым инженером ФИО6, будет сопряжено с безвозмездным изъятием у Торопогрицких в пользу ФИО1 части земельного участка, принадлежащего им на праве общей долевой собственности, что суд находит недопустимым, в связи с чем постановляет отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 

Поскольку настоящее решение суда состоялось не в пользу ФИО1, понесенные им судебные расходы, связанные с рассмотрением настоящего гражданского дела, возмещению не подлежат, в силу ст. 98 ГПК РФ. 

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л

ФИО1 в иске к ФИО2 и ФИО3 об установлении границы «4-5» земельного участка с кадастровым номером № площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, в соответствии с межевым планом, изготовленным кадастровым инженером ФИО6 от 1 ноября 2017 года – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пензенский областной суд через Белинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, т.е. 25 мая 2018 года.

Председательствующий: Круглякова Л.В.