Председательствующий – судья Муштакова Л.Д. № 22-4978/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Красноярск 11 июля 2024 года

Суд апелляционной инстанции Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Бондаренко Е.А., 

при помощнике судьи Иголкиной Е.К., 

с участием прокурора Красноярской краевой прокуратуры Красиковой Ю.Г.

лица, в отношении которого применены принудительные меры медицинского характера ФИО3, его законного представителя ФИО1,

защитника - адвоката Маланчука И.И., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Маланчука И.И. в интересах ФИО3 на постановление Свердловского районного суда г. Красноярска от 03 мая 2024 года, которым 

ФИО3, 

<

дата> года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин РФ, не судимый, 

освобожден от уголовной ответственности за совершенное в состоянии невменяемости общественно – опасное деяние, предусмотренное ч. 2 ст. 207 УК РФ с применением принудительной меры медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, специализированного типа; 

мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении сохранена до помещения ФИО3 в стационар специализированного типа; 

разрешена судьба вещественных доказательств. 

Доложив обстоятельства дела, заслушав ФИО3, законного представителя ФИО1, защитника Маланчука И.И., поддержавших доводы жалоб, мнение прокурора Красиковой Ю.Г., возражавшей против удовлетворения доводов жалоб, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Постановлением Свердловского районного суда г. Красноярска от 03 мая 2024 года ФИО3 освобожден от уголовной ответственности за совершенное им в состоянии невменяемости запрещенное уголовным законом общественно – опасное деяние, предусмотренное ч. 2 ст. 207 УК РФ – заведомо ложное сообщение о готовящемся взрыве, создающем опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, из хулиганских побуждений, в отношении объекта социальной инфраструктуры.

В отношении ФИО3 применена принудительная мера медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, специализированного типа.

В апелляционной жалобе адвокат Маланчук И.И. в интересах ФИО3 выражает несогласие с судебным постановлением, просит его отменить, прекратить уголовное дело за отсутствием в деянии состава преступления.

Указывает, что исходя из диспозиции ч. 2 ст. 207 УК РФ, ложное сообщение должно содержать в себе сведения о конкретных, хотя и не соответствующих действительности, действиях по подготовке взрыва, из хулиганских побуждений, а не о признаках приготовления к такому акту. Заведомо ложное сообщение только о желании лица совершить данный акт не образует состава преступления.

Полагает, что сообщение ФИО3 данные сведения не содержало. Мотивом его обращения явилось недовольство результатами рассмотрения его обращений должностными лицами правоохранительных и надзорных органов г. Красноярска и Красноярского края. Цели дезорганизации деятельности органов власти, организаций, прекращения деятельности объектов социальной инфраструктуры ФИО3 не преследовал. Доказательств проведения каких-либо поисковых мероприятий по сообщению ФИО3 в материалах дела не имеется, что, по его мнению, свидетельствует о том, что данные мероприятия не проводились. 

Ссылаясь на заключение лингвистической экспертизы № 247 от 01 февраля 2024 года, указывает, что в тексте обращения ФИО3 эксперт фактически исключил хулиганские побуждения, и пришел к выводу, что в тексте обращения автор только имеет намерение совершить террористический акт, что не может расцениваться как сообщение о совершении конкретных действий по подготовке взрыва.

Также обращает внимание на допущенные судом, по его мнению, процессуальные нарушения, поскольку суд в постановлении самостоятельно установил место совершения преступления как место нахождения отдела полиции по адресу: 

<

адрес>, что не основано на исследованных доказательствах. 

Кроме того, в ходе судебного разбирательства судом не было разрешено ходатайство адвоката об исключении из числа доказательств заключения эксперта № 103 от 12 октября 2023 года как не соответствующего требованиям уголовно-процессуального закона.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о совершении ФИО3 запрещенного уголовным законом общественно опасного деяния, подпадающего под признаки преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 207 УК РФ, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства, подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании и приведенными в постановлении, а именно, показаниями свидетеля ФИО2 о поступлении из Министерства здравоохранения Красноярского края обращения ФИО3, содержащего, в том числе угрозы взрыва детского сада, о чем она сообщила в отдел полиции; рапортом начальника смены ДЧ ОП № 6 МУ МВД «Красноярское» о поступлении данного сообщения; протоколом осмотра места происшествия – помещения КГБУЗ КМБ № 3, в ходе которого было изъято обращение ФИО3; заключениями почерковедческой и лингвистических экспертиз, согласно которым текст обращения выполнен ФИО3 и содержит угрозы осуществления взрыва детского сада при помощи синтетического взрывчатого вещества, направленного на гибель детей и самого ФИО3; показаниями свидетеля ФИО1 об известных ей обстоятельствах дела.

Дав надлежащую оценку исследованным доказательствам, суд пришел к обоснованному выводу о том, что они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, являются относимыми, допустимыми, в своей совокупности достаточными для принятия решения о совершении ФИО3 запрещенного уголовным законом общественно-опасного деяния.

Каких-либо оснований для признания недопустимым доказательством заключение лингвистической экспертизы № 103 от 12 октября 2023 года, вопреки доводам жалобы адвоката, у суда первой инстанции не имелось, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Оспариваемая защитником лингвистическая экспертиза проведена экспертом, имеющим необходимую квалификацию и стаж экспертной деятельности в области судебной лингвистики, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". 

Тот факт, что при назначении данной экспертизы следователем не были поставлены перед экспертом вопросы стороны защиты, не свидетельствует о недопустимости данного заключения. 

Впоследствии сторона защиты, воспользовавшись своим правом, заявила ходатайство о назначении дополнительной лингвистической экспертизы, которое было удовлетворено, по делу проведена дополнительная экспертиза. 

Вопреки доводам жалобы адвоката, с учетом установленных обстоятельств, суд пришел к верному выводу о том, что действия ФИО3 содержат в себе признаки запрещенного уголовным законом деяния, предусмотренного ч. 2 ст. 207 УК РФ - заведомо ложное сообщение о готовящемся взрыве, создающем опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, совершенное из хулиганских побуждений, в отношении объекта социальной инфраструктуры, о чем привел убедительные мотивы, с которыми соглашается суд апелляционной инстанции.

Содержащаяся в апелляционной жалобе адвоката собственная оценка приведенным в постановлении доказательствам и основанное на этой оценке его несогласие с выводами о фактических обстоятельствах дела основанием для отмены судебного решения не являются.

Принимая решение об освобождении ФИО3 от уголовной ответственности за совершенное запрещенное уголовным законом общественно опасное деяние, суд обоснованно руководствовался положениями ст. 21 УК РФ, ст. 442 УПК РФ, и заключением амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы № 3228/д от 20 июля 2023 года, согласно которому задолго до совершения деяния ФИО3 страдал и в настоящее время страдает хроническим психическим расстройством, которое лишало его на момент совершения деяния и лишает в настоящее время способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать показания, самостоятельно осуществлять свое право на защиту. Данное психическое расстройство связано с опасностью для него и для других лиц, возможностью причинения им существенного вреда, в связи с чем ФИО3 нуждается в принудительном лечении в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа.

Оценив выводы эксперта, суд не усмотрел оснований ставить их под сомнение, поскольку каких-либо противоречий данные выводы не содержат, заключение получено в установленном законом порядке, соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, дано лицом, обладающим специальными познаниями, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

Несогласие ФИО3 с заключением эксперта основанием для назначения по делу повторной либо дополнительной экспертизы не является. 

Исходя из выводов эксперта, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что ФИО3 подлежит освобождению от уголовной ответственности как лицо, совершившее предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние в состоянии невменяемости, с назначением ему принудительной меры медицинского характера в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 97 УК РФ, п. «в» ч. 1 ст. 99 УК РФ, в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа.

Судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Судом были созданы все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, приняты предусмотренные законом меры по обеспечению состязательности процесса и равноправия сторон.

В ходе судебного разбирательства были исследованы и разрешены все вопросы, предусмотренные ст. 442 УПК РФ. Вынесенное по его итогам судебное постановление соответствует положениям ст. 443 УПК РФ.

Доводы жалобы адвоката о том, что судом не разрешено ходатайство о признании недопустимым и исключении из числа доказательств заключения лингвистической экспертизы № 103 от 12 октября 2023 года не свидетельствует о наличии процессуального нарушения, влекущего отмену постановления, поскольку оценка доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности дана судом при принятии решения.

Уточнение судом при описании запрещенного уголовным законом деяния места нахождения КГБУЗ «Красноярская межрайонная больница № 3» и Отдела полиции № 6 МУ МВД России «Красноярское» не влечет изменение существа обвинения и квалификацию содеянного, не ухудшает положение лица, в отношении которого применены принудительные меры медицинского характера и не свидетельствует о нарушении положений ст. 252 УПК РФ.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Свердловского районного суда г. Красноярска от 03 мая 2024 года в отношении ФИО3 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Маланчука И.И. в интересах ФИО3 - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление, постановление суда первой инстанции могут быть обжалованы в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ.

Судья Е.А.Бондаренко

Копия верна. Судья