Судья ФИО1 Дело № 22к-0450

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Иваново 13 февраля 2020 года 

Ивановский областной суд

в составе: 

председательствующего судьи А.В. Замазкина,

при секретаре А.В. Кудрявцевой, 

с участием:

прокурора Астафьева Р.Г.,

защитника – адвоката Кокина А.В., ордер № 2060,

обвиняемого ФИО2 (с использованием систем видеоконференцсвязи),

рассмотрел в открытом судебном заседании в апелляционном порядке жалобу защитника Кокина А.В. на постановление судьи Октябрьского районного суда города Иваново от 23 января 2020 года, которым в отношении 

ФИО2, 

<

данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст.115 УК РФ (3 состава преступления) и п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, продлен срок действия меры пресечения на 1 месяц, а всего до 11 месяцев 28 суток, то есть до 24 февраля 2020 года. 

Заслушав доклад председательствующего о содержании постановления и доводах жалобы, мнения защитника и обвиняемого, просивших об отмене постановления, и суждение прокурора о законности и обоснованности постановления и отсутствии оснований для отмены меры пресечения в виде заключения под стражу, суд апелляционной инстанции 

установил:

В производстве первого отдела по РОВД СУ СК России по Ивановской области находится уголовное дело по соединенным в одно производство 03.09.2019 г. уголовным делам, возбужденным 24 февраля 2019 года по ч. 1 ст. 105 УК РФ по факту убийства ФИО3, 15 августа 2019 г. в отношении ФИО2 по трем преступлениям по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ по фактам причинения легкого вреда здоровью ФИО4, ФИО5, ФИО6 с применением оружия.

26 февраля 2019 года ФИО2 задержан подозреваемым по ч. 1 ст. 105 УК РФ в порядке ст.ст. 91,92 УПК РФ. Ему постановлением Тейковского районного суда Ивановской области от 28 февраля 2019 года избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок которой неоднократно продлевался, последний раз - постановлением Октябрьского районного суда города Иваново от 21 ноября 2019 года до 24 января 2020 года.

28 февраля 2019 года ФИО2 предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 105 УК РФ, 13 сентября 2019 года ему перепредъявлено обвинение по п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и по трем преступлениям по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ.

20 января 2020 года срок предварительного следствия продлен руководителем СУ СК России по Ивановской области до 24 февраля 2020 года.

Постановлением судьи Октябрьского районного суда города Иваново от 23 января 2020 года срок содержания ФИО2 под стражей продлен до 11 месяцев 28 суток. 

С принятым решением не согласился защитник обвиняемого, адвокат А.В. Кокин, подал на него апелляционную жалобу, в которой указал, что:

· обвиняя в постановлении ФИО2 в совершении 4 преступлений против личности, в том числе и особо тяжкого, следствием, а позже и судом лишь констатирован уголовный закон, применяемый органом предварительного следствия по делу. Помимо прочего, в действиях ФИО2 усматривается идеальная совокупность, что исключает вывод о склонности ФИО2 к противоправному поведению, поскольку в рамках предъявленного обвинения вред всем потерпевшим причинен в ходе единого умысла на совершение преступления. Фактически следствие обвиняет ФИО2 в совершении одного деяния, квалифицированного 4 составами преступлений. Таким образом, вывод суда о склонности ФИО2 к антиобщественному поведению, мотивированный количеством совершенных преступлений, не верен; 

· указание в отношении ФИО2 на наличие прошлых привлечений к уголовной ответственности и отбывание в местах лишения свободы наказания неправомерно, поскольку судимость погашена, а следовательно, аннулированы все последствия; 

· суд посчитал, что наличие иждивенцев и семьи не влияет на действие меры пресечения, чем напрямую нарушил требования процессуального закона, изложенные в положениях статьи 99 УПК РФ; 

· представленные материалы не указывают, что ФИО2 в случае изменения ему меры пресечения может скрыться от органа следствия, имеет такое желание и материальную возможность; 

· при анализе объяснений ФИО2 о причинах отъезда в г. Владимир невозможно сделать однозначный вывод, что он пытался скрыться от следствия. Обстоятельства о постановке ФИО2 на сторожевой учет и показания его жены о том, что он не выходил с ней на связь, в совокупности с показаниями ФИО2 не могут однозначно указывать на то, что он скрывался от следствия или скроется в случае изменения меры пресечения; 

· оспаривает неполноту проведенного следствия, в частности непроизводство по делу судебной баллистической экспертизы, при том, что ФИО2 объявлено об окончании следственных действий и лишь после очередного продления срока содержания под стражей следователем было возобновлено следствие и назначена указанная экспертиза. При этом вывод суда об отсутствии неэффективности расследования не выдерживает критики; 

· суд не указал, по каким критериям иные меры пресечения не смогут обеспечить судопроизводство по делу. ФИО2 состоит в браке, проживает на территории Ивановской области, имеет детей, что свидетельствует о наличии прочных социальных связей и отсутствии желания скрыться от следствия, кроме того, ФИО2 явился с повинной; 

· суд отказал в допросе свидетеля ФИО2 по формальным основаниям, чем нарушил право на защиту и иные права обвиняемого; 

· просит об изменении меры пресечения на иную, не связанную с лишением свободы. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Доводы о нарушении права на защиту обвиняемого, усмотренные адвокатом в том, что суд отказал в удовлетворении ходатайства о допросе свидетеля, юридически некорректны. Принятие определенного процессуального решения по поводу заявленного ходатайства является сутью отправления правосудия в указанной форме и не может указывать само по себе на ущемление процессуального права. Как следует из протокола судебного заседания, данное ходатайство стороны защиты было обсуждено в судебном заседании, судом в порядке статьи 256 УПК РФ принято решение, которое отражено в протоколе, оно отвечает критерию мотивированности. Невозможность допроса свидетеля по обстоятельствам, ставшим производными от её действий, в частности, от того, что она явилась в суд с грудным ребенком, что препятствовало полноценному допросу, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает. 

Позиция свидетеля - жены обвиняемого по вопросу о мере пресечения изложена в материалах дела (протоколе её допроса), и защитник не был лишен возможности оглашения ее показаний из материалов дела. Нарушений процессуальных прав стороны защиты в рассматриваемой ситуации суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Суд не рассматривает доводов апелляционной жалобы, которые через призму анализа квалификации действий обвиняемого интерпретируют применительно к предъявленному обвинению основания действия меры пресечения, а вернее их отсутствие. 

Суд первой инстанции на досудебной стадии уголовного судопроизводства обоснованно исходил из формально-юридического критерия — наличия обвинения ФИО2 в совершении нескольких преступлений. При этом анализ категорий направленности умысла, а также количества преступлений, невозможен на досудебной стадии уголовного судопроизводства в принципе. 

Судья, разрешая вопрос о продлении действия меры пресечения, проверил обоснованность подозрения в причастности ФИО2 к инкриминируемым в настоящее время ему преступлениям и пришёл к правильному выводу о том, что эти обстоятельства проверялись при разрешении вопроса об избрании и продлении срока действия меры пресечения в виде заключения под стражу и изменений не претерпели. 

Как установлено по материалам дела, продолжение предварительного следствия вызвано необходимостью завершения предварительного следствия и выполнения требований статей 218-219 УПК РФ, которые, исходя из общей нормы статьи 162 УПК РФ, входят в общий срок предварительного следствия. 

Доводы защиты о том, что судом оставлена без оценки неэффективность расследования, суд апелляционной инстанции отклоняет, как несоответствующие существу обжалуемого решения. Судом прямо указано, что по делу проведено большое количество экспертиз, осмотры видеозаписей, с учетом наличия 6 томов уголовного дела, 6 потерпевших по уголовному делу, расследование четырех преступлений в одном производстве свидетельствует не только об особой сложности при производстве предварительного расследования, но и об отсутствии неэффективности предварительного следствия, в том числе и в его завершающей стадии. 

Как следует из материалов дела, пролонгирование предварительного следствия обусловлено необходимостью реализации прав участников уголовного судопроизводства уже после ознакомления с материалами дела (статьи 218-219 УПК РФ), что свидетельствует о завершении, по мнению органа предварительного следствия, сбора доказательств на досудебной стадии стороной обвинения. 

Суд не разделяет позицию защитника о том, что неэффективность расследования обусловлена тем, что первоначально по делу не была назначена судебная баллистическая экспертиза. 

Момент назначения экспертизы в силу прямого указания закона, установившего процессуальную независимость следователя, определяется им самим и может быть в любой период расследования, в том числе и после возобновления производства по делу после стадии ознакомления с материалами дела, а также по указанию должностных лиц, осуществляющих процессуальный контроль или надзор за расследованием. 

Обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого ФИО2, изучены судом первой инстанции в надлежащем для разрешения ходатайства органа предварительного следствия объёме. Учтены обстоятельства того, что он проживает в семье, имеет социальные обязательства, малолетних детей, один из которых грудной, положительно охарактеризован соседями, по месту работы.

Доводы защитника о том, что суд учёл обстоятельства, не подлежащие учету в силу правовых позиций Верховного Суда РФ, изложенных в профильном постановлении его Пленума, в частности, сведения об уголовной ответственности ФИО2, с учетом погашения судимости, суд апелляционной инстанции не разделяет. 

Суд первой инстанции не ссылался на данные обстоятельства, как основания действия меры пресечения. Сведения о привлечении к уголовной ответственности являются содержательной частью характеристики личности обвиняемого, данной участковым уполномоченным полиции, не учитывать которую, наравне с другими характеристиками, у суда, исходя из нормативного содержания статьи 99 УПК РФ, оснований не было. 

Вместе с тем, приведение в постановлении близкого к тексту содержания характеристики не свидетельствует о том, что суд учел факты прошлых привлечений ФИО2 к уголовной ответственности. Каких-либо ссылок на это обстоятельство, как обоснование действия меры пресечения, в выводах суда не имеется. 

Суд, указывая на обвинение ФИО2 в совершении совокупности преступлений, среди прочего особо тяжкого, и учет этого обстоятельства при избрании меры пресечения, лишь констатировал факт объективной действительности, который основан на соответствующих процессуальных документах органа предварительного следствия и суда.

Доводы апеллятора о том, что судом не указаны конкретные обстоятельства, приведшие к выводу о необходимости продления действия меры пресечения, о том, что ранее установленные по делу основания для действия меры пресечения отпали, ошибочны.

ФИО2 обвиняется в совершении 4 преступлений, среди которых особо тяжкое. В связи с инкриминируемыми событиями ФИО2 находился на сторожевом учете. Отсутствие ФИО2 по месту жительства в период после инкриминируемых деяний следует из показаний его супруги, оглашенных в суде апелляционной инстанции. Также свой отъезд в г. Владимир не отрицал и ФИО2. 

Трактовка защитником в жалобе этих обстоятельств, как не свидетельствующая о намерении ФИО2 скрыться, а указывающая, по мнению защиты, на иные мотивы: избежание мести с чьей-либо стороны, не опровергает фактических обстоятельств того, что ФИО2 после инкриминируемых ему в качестве преступных фактических обстоятельств покинул территорию Ивановской области, имея возможность сразу обратиться в органы, обладающие уголовно-процессуальной юрисдикцией, в том числе и за защитой, если чувствовал какую-либо угрозу в связи с произошедшими событиями. 

Вывод суда о том, что ФИО2 может скрыться от органа предварительного следствия, с учётом установленных по делу фактических обстоятельств существа предъявленных обвинений, является верным.

Суд апелляционной инстанции указывает, что наличие оснований для продления действия меры пресечения, исходя из законодательных формулировок части 1 статьи 97 УПК РФ, Кодекс связывает с самой достаточной вероятностью их наступления, которая судом первой инстанции правильно признана обоснованной. 

Доводы защитника о том, что суд проигнорировал требования закона об учете при решении вопроса о мере пресечения сведений о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий, являются превратным истолкованием судебного постановления.

Суд привел анализ указанных обстоятельств в отношении ФИО2 и пришел к выводу о том, что они не являются основанием для изменения меры пресечения. Это в свою очередь свидетельствует не об игнорировании норм закона, а о мотивированной позиции суда по данному вопросу, как того и требует процессуальный закон. 

Указанные фактические обстоятельства, как инкриминируемые, так и характеризующие личность и социальные связи обвиняемого, позволили суду определить паритет между реализацией частных прав гражданина, в том числе и на личную свободу, и публичных интересов государства, состоящих в обеспечении надлежащего уголовного судопроизводства по делу. В связи с этим, в отношении ФИО2 действует мера пресечения, инструментарий ограничений которой адекватно упреждает саму возможность поведения обвиняемого по воспрепятствованию судопроизводству, как того требует закон. 

Учитывая перечисленные обстоятельства, суд апелляционной инстанции полагает, что иные меры пресечения, с меньшей степенью изоляции и ограничения общегражданских прав, не смогут обеспечить уголовного судопроизводства по уголовному делу в отношении ФИО2. Пояснения супруги ФИО2 в показаниях о ее готовности предоставить место возможного исполнения домашнего ареста не влияют на существо установленных судом первой инстанции обстоятельств, правильно свидетельствующих о необходимости действия в отношении ФИО2 меры пресечения в виде заключения под стражу. 

Объективная необходимость продления срока предварительного расследования предоставила суду возможность принять правильное решение о продлении срока действия меры пресечения в отношении ФИО2 в виде заключения под стражу на 1 месяц. Этот срок соответствует затратам процессуального времени на осуществление завершающей стадии предварительного следствия и необходимости производства запланированных к таковой процессуальных действий.

Оснований для изменения или отмены меры пресечения по доводам жалобы не имеется. 

Описательно-мотивировочная и резолютивная части постановления подлежат уточнению в части общего срока, на который продлена мера пресечения в виде заключения под стражу. Это уточнение неоднократно вносилось при предшествующих апелляционных ревизиях решений о мере пресечения в отношении ФИО2. 

Общий срок содержания ФИО2 под стражей, который в настоящем случае продлён судом первой инстанции на 1 месяц, составляет 11 месяцев 29 суток. Уточнение в подсчёте срока на существо решения не влияет. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Постановление судьи Октябрьского районного суда города Иваново от 23 января 2020 года о продлении ФИО2 срока содержания под стражей оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника обвиняемого – адвоката А.В. Кокина — без удовлетворения.

Уточнить описательно-мотивировочную и резолютивную части постановления указанием на то, что срок содержания под стражей ФИО2 продлен до 11 месяцев 29 суток. 

Постановление может быть обжаловано в кассационную инстанцию в порядке, установленном Главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: А. Замазкин