Дело № 2-409/2020

УИД 74RS0038-01-2019-003172-56

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

19 мая 2020 года с. Долгодеревенское

Сосновский районный суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Гладких Е.В.

при секретаре судебного заседания Кабирове Д.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1 к государственному учреждению – Управление пенсионного фонда Российской Федерации в Сосновском районе Челябинской области (межрайонное) об отмене решения об отказе в установлении пенсии, назначении досрочной пенсии по старости, перерасчете пенсии, взыскании морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к государственному учреждению – Управление пенсионного фонда Российской Федерации в Сосновском районе Челябинской области (межрайонное) (далее - УПФР в Сосновском районе Челябинской области), в котором с учетом уточнений (л.д. 24-25) просит отменить решение от ДАТА, назначить досрочную трудовую пенсию по старости с даты наступления пенсионного стажа, пересчитать пенсию, учитывая все индексации и повышения, возместить моральный вред 100 000 руб.

В качестве основания иска указал, что ДАТА обратился в УПФР в Сосновском районе Челябинской области с заявлением о назначении страховой пенсии по старости. Решением УПФР в АДРЕС от ДАТА истцу отказано в назначении пенсии в связи с отсутствием необходимого стажа. АДРЕС, вступившим в законную силу ДАТА, в специальный стаж дополнительно включен период работы с ДАТА по ДАТА. УПФР в АДРЕС назначило истцу пенсию с момента обращения, то есть с ДАТА, хотя 25 лет педагогического стажа у истца было ДАТА. Решением от ДАТА выплата пенсии истцу отменена до марта 2020.

Истец ФИО1 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал.

Представитель ответчика УПФР в Сосновском районе Челябинской области ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск (л.д. 22-23).

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Из материалов дела суд установил, что ДАТА ФИО1 обратился в УПФР в АДРЕС с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в связи с педагогической деятельностью.

Решением УПФР в АДРЕС от ДАТА № ФИО1 отказано в установлении страховой пенсии по старости по причине отсутствия необходимого для назначения пенсии стажа на соответствующих видах работ. 

Согласно вышеуказанному решению продолжительность стажа педагогической деятельности ФИО1 составляет 19 лет 08 месяцев 25 дней, что недостаточно для назначения досрочной страховой пенсии по старости. 

ФИО1 обратился в Аргаяшский районный суд АДРЕС с иском о возложении обязанности включить в специальный стаж периода службы в Вооруженных силах с ДАТА по ДАТА, период работы в МОУ Курмановская средняя школа в должности пионервожатого с ДАТА по ДАТА, период работы в должности тренера преподавателя в МУ ДО Аргашская детско-юношеская спортивная школа, МОУ Курмановская средняя школа и назначить досрочно страховую пенсию. 

Решением Аргаяшского районного суд Челябинской области от ДАТА, вступившим в законную силу ДАТА, признано незаконным решение УПФР в АДРЕС об отказе в установлении пенсии от ДАТА № в части невключения в специальный стаж ФИО1 периода работы в должности пионервожатого в Курмановской средней школе с ДАТА по ДАТА, периода работы в должности учителя в МОУ Курмановская средняя школа с ДАТА по ДАТА. Суд обязал УПФР в Сосновском районе Челябинской области включить в специальный стаж ФИО1 период службы в Вооруденных силах с ДАТА по ДАТА, период работы в должности пионервожатого в КУрмановской средней школе с ДАТА по ДАТА, период работы в должности учителя в МОУ Курмановская средняя школа с ДАТА по ДАТА. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано (л.д. 11-16).

Вышеуказанным решением суда установлено, что при включении вышеуказанных спорных периодов с ДАТА по ДАТА (1 год 11 месяцев 15 дней), с ДАТА по ДАТА (6 месяцев 7 дней), с ДАТА по ДАТА (2 года 5 месяцев), всего 4 года 10 месяцев 22 дня в специальный трудовой стаж, принятый к зачету УПФР в АДРЕС 19 лет 08 месяцев 25 дней истец не имеет необходимый стаж педагогической деятельности 25 лет, в связи с чем не имелось оснований для назначения досрочной пенсии.

ДАТА ФИО1 повторно обратился в УПФР в Сосновском районе Челябинской области с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости, приложив вышеуказанное решение суда.

Решением УПФР в Сосновском районе Челябинской области от ДАТА истцу с ДАТА назначена досрочная страховая пенсия по старости на основании п. 19 ч. 1 ст. 30 Закона № 400-ФЗ (л.д. 17 – справка).

Решением УПФР в Сосновском районе Челябинской области от ДАТА № вышеуказанное решение УПФР в Сосновском районе Челябинской области от ДАТА о назначении пенсии отменено, выплата страховой пении по старости ФИО1 прекращена с ДАТА по причине не наступления сроков назначения страховой пенсии по старости, указанных в приложении 7 к Закона № 400-ФЗ. ФИО1 рекомендовано обратиться в территориальный орган ПФР с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 19 ч. 1 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» от ДАТА № 400-ФЗ не ранее чем за месяц до соответствующего срока, то есть до ДАТА. 

Согласно вышеуказанному решению от ДАТА ФИО1 приобрел требуемую продолжительность стажа на соответствующим видах работ 25 лет со дня вступления решения суда в законную силу, то есть ДАТА, право на досрочную страховую пенсию с учетом включаемых судом периодов возникло ДАТА, страховая пенсия по старости может назначаться не ранее, чем через 6 месяцев со дня возникновения права на нее, то есть не ранее чем ДАТА.

Разрешая заявленные требования, суд учитывает следующее.

Согласно части 1 статьи 4 Федерального закона от ДАТА № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Закон «О страховых пенсиях»), право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении ими условий, предусмотренных этим федеральным законом.

По общему правилу право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 65 лет, и женщины, достигшие возраста 60 лет (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону) (статья 8 Закона «О страховых пенсиях»). Страховая пенсия по старости назначается при наличии не менее 15 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30.

Порядок и условия сохранения права на досрочное назначение страховой пенсии определены статьей 30 указанного Закона.

В силу пункта 19 части 1 статьи 30 Закона «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, лицам, не менее 25 лет осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, независимо от их возраста с применением положений части 1.1 настоящей статьи.

Страховая пенсия по старости лицам, имеющим право на ее получение независимо от возраста в соответствии с пунктами 19 - 21 части 1 настоящей статьи, назначается не ранее сроков, указанных в приложении 7 к настоящему Федеральному закону (часть 1.1 статьи 30).

Приложением 7 к Федеральному закону от 28 декабря 2013 № 400-ФЗ " Закона «О страховых пенсиях» установлено, что в случае возникновения в 2019 г. права на досрочную страховую пенсию по старости лицам, указанным в пунктах 19 - 21 части 1 статьи 30 указанного закона, срок назначения такой страховой пенсии составляет не ранее чем через 12 месяцев со дня возникновения права на страховую пенсию по старости.

При этом положением части 3 статьи 10 Федерального закона от 03 октября 2018 № 350-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий» установлено, что гражданам, которые указаны в части 1 статьи 8, пунктах 19 - 21 части 1 статьи 30, пункте 6 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» и которые в период с 1 января 2019 года по 31 декабря 2020 года достигнут возраста, дающего право на страховую пенсию по старости (в том числе на ее досрочное назначение) в соответствии с законодательством Российской Федерации, действовавшим до 1 января 2019, либо приобретут стаж на соответствующих видах работ, требуемый для досрочного назначения пенсии, страховая пенсия по старости может назначаться ранее достижения возраста либо наступления сроков, предусмотренных соответственно приложениями 6 и 7 к указанному Федеральному закону, но не более чем за шесть месяцев до достижения такого возраста либо наступления таких сроков.

Таким образом, законом установлено право лиц, осуществляющих педагогическую деятельность в учреждениях для детей не менее 25 лет, в случае наличия у них индивидуального пенсионного коэффициента не менее 30, и которые в период с 01 января 2019 по 31 декабря 2020 приобретут стаж на соответствующих видах работ, требуемый для досрочного назначения пенсии в соответствии с законодательством Российской Федерации, действовавшим до 1 января 2019, страховая пенсия по старости может назначаться ранее достижения возраста либо наступления сроков, предусмотренных соответственно приложениями 6 и 7 к указанному Федеральному закону, но не более чем за шесть месяцев до наступления такого срока.

В этом случае право истца на досрочное пенсионное обеспечение (с учетом наличия указанных выше обстоятельств), возникнет через 6 месяцев до достижения срока, установленного приложением 7 к Федеральному закону «О страховых пенсиях».

Согласно материалам дела на момент повторной подачи заявления ФИО1 о назначении пенсии (ДАТА) ответчиком определена продолжительность стажа педагогической деятельности истца с учетом решения суда и с учетом доработанного специального стажа – 26 лет 6 месяцев 10 дней, величина индивидуального пенсионного коэффициента (ИПК) – 46,790 (л.д. 33-34).

Таким образом, у ФИО1 с учетом периодов работы, включенных решением Аргаяшского районного суда Челябинской области от ДАТА (4 года 10 месяцев 22 дня) и специального стажа, установленного решением УПФР в АДРЕС от ДАТА № (19 лет 08 месяцев 25 дней), право на досрочную пенсию в связи с педагогической деятельностью (25 лет) возникло ДАТА.

В связи с тем, что ФИО1 повторно обратился с заявлением о назначении досрочной пенсии ДАТА, то есть по истечении шести месяцев со дня возникновения такого права, при этом на ДАТА у него имелся необходимый специальный стаж для льготного пенсионного обеспечения (25 лет педагогической деятельности), ИПК более 30, суд приходит к выводу, что истцу обоснованно назначена досрочная пенсия с указанной даты решением УПФР в Сосновском районе Челябинской области от ДАТА. Оснований для последующей отмены данного решения, прекращении выплаты страховой пении по старости с ДАТА ФИО1 у ответчика не имелось.

Доводы возражений ответчика о том, что требуемая продолжительность стажа на соответствующих видах работ приобретена истцом со дня вступления в законную силу решения Аргашяского районного суда Челябинской области от ДАТА, то есть с ДАТА, необоснованны. 

Решение Аргашяского районного суда Челябинской области от ДАТА не является документом, подтверждающим какие-либо отдельные периоды работы истца, а является судебным актом (обязательным к исполнению всеми лицами на всей территории Российской Федерации), которым суд в установленном законом порядке признал незаконность первоначальных действий УПФР в АДРЕС по не включению в специальный стаж истца соответствующих периодов. В этом случае у истца изначально в силу действующего законодательства возникло право на включение спорных периодов в специальный стаж. Данное право является неотъемлемым и принадлежит истцу вне зависимости от факта его признания (не признания) соответствующими органами и должностными лицами, включая Пенсионный фонд.

На основании изложенного, решение УПФР в Сосновском районе Челябинской области № от ДАТА об отказе в установлении пенсии является незаконным и подлежит отмене, на ответчика необходимо возложить обязанность назначить истцу досрочную страховую пенсию по старости с ДАТА и произвести перерасчет страховой пенсии по старости с указанной даты.

Разрешая требования истца о взыскании морального вреда, суд учитывает следующее.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 ГК РФ).

Согласно разъяснениям п. 2и п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему от рождения или в силу закона нематериальные блага. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на личные неимущественные права гражданина и другие нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Согласно положениям ст. 39 Конституции РФ каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом. Государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом.

Суд учитывает, что меры социальной поддержки, предоставляемые в силу закона отдельным категориям граждан, направлены на создание им достойных условий жизни, поддержание их жизнедеятельности, сохранение их здоровья (состояние физического, психического и социального благополучия человека) и в связи с этим на обеспечение достоинства их личности.

Согласно статье 22 Всеобщей декларации прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948) каждый человек, как член общества, имеет право на социальное обеспечение и на осуществление необходимых для поддержания его достоинства и для свободного развития его личности прав в экономической, социальной и культурной областях через посредство национальных усилий и международного сотрудничества и в соответствии со структурой и ресурсами каждого государства.

В соответствии с частью 1 статьи 25 Всеобщей декларации прав человека каждый человек имеет право на такой жизненный уровень, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необходимое социальное обслуживание, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния его самого и его семьи, и право на обеспечение на случай безработицы, болезни, инвалидности, вдовства, наступления старости или иного случая утраты средств к существованию по не зависящим от него обстоятельствам.

Статьей 7 Конституции Российской Федерации установлено, что Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты.

Исходя из предназначения социального государства механизм социальной защиты, предусмотренный законодательством, должен позволять наиболее уязвимым категориям граждан получать поддержку, включая материальную, со стороны государства и общества и обеспечивать благоприятные, не ущемляющие охраняемое государством достоинство личности условия для реализации ими своих прав. 

Несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на социальное обеспечение, осуществляемое, в том числе в виде назначения досрочной страховой пенсии по старости, может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда в связи с тем, что социальное обеспечение граждан неразрывно связано с их нематериальными благами и личными неимущественными правами.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что право истца на досрочное назначение страховой пенсии по старости носит не только имущественный характер, но и тесно связано с личными неимущественными правами гражданина и другими нематериальными благами, соответственно, действия, нарушающие это право, лишают гражданина не только возможности поддерживать необходимый жизненный уровень, но и, в свою очередь, отрицательно сказываются на его здоровье, эмоциональном состоянии, затрагивают достоинство личности, то есть одновременно нарушают личные неимущественные права гражданина и другие нематериальные блага, причиняя ему тем самым моральный вред (физические и нравственные страдания).

Принимая во внимание, что компенсация морального вреда, о взыскании которой заявлено истцом в связи с неправомерными действиями ответчика по прекращению выплаты ранее назначенной страховой пенсии, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, то нормы ГК РФ (статьи 1064, 1069), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда, причиненного государственными органами и их должностными лицами.

К спорным отношениям также применимы нормы Федерального закона от 2 мая 2006 № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», согласно части 1 статьи 16 которого гражданин имеет право на возмещение убытков и компенсацию морального вреда, причиненных незаконным действием (бездействием) государственного органа, органа местного самоуправления и должностного лица при рассмотрении обращения, по решению суда.

В силу п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание период, в течение которого истец был лишен права на получение гарантированной законом страховой пенсии по страсти (с 01 декабря 2019 по 14 марта 2020), необходимость обращения в суд с настоящим исковым заявлением, возраст истца, статус ответчика (государственное учреждение, финансируемое за счет федерального бюджета), и считает разумным и справедливым взыскать с ответчика в пользу истца моральный вред в сумме 3 000 руб. 

Руководствуясь ст. ст. 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить в части.

Признать незаконным и отменить решение государственного учреждения – Управления пенсионного фонда Российской Федерации в Сосновском районе Челябинской области (межрайонное) № от ДАТА об отказе в установлении пенсии.

Возложить на государственное учреждение – Управление пенсионного фонда Российской Федерации в Сосновском районе Челябинской области (межрайонное) обязанность назначить ФИО1 досрочную страховую пенсию по старости с ДАТА и произвести перерасчет страховой пенсии по старости с указанной даты.

Взыскать с государственного учреждения – Управления пенсионного фонда Российской Федерации в Сосновском районе Челябинской области (межрайонное) в пользу ФИО1 моральный вред 3 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Челябинский областной суд через Сосновский районный суд Челябинской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: 

Решение суда изготовлено в окончательной форме 25 мая 2020.

Председательствующий: