РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

п. Володарский 19.08.2025 г.

Володарский районный суд Астраханской области в составе председательствующего судьи Сливина Д.Н. при секретаре Джабагиной М.М., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 ФИО11 к ГБУЗ АО «ФИО6» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

в суд обратилась ФИО1 с исковым заявлением к ГБУЗ АО «ФИО6» о компенсации морального вреда, указав, что ДД.ММ.ГГГГ она была осмотрена врачом-гематологом ГБУЗ АО «АМОКБ», которым было рекомендовано проведение колоноскопии. Врачом-терапевтом-участковым была записана на плановое проведение колоноскопии.

17.07.2024 г. ей в ГБУЗ АО «ФИО6» была произведена колоноскопия, которую выполнял врач ФИО4 ФИО12

Во время проведения данного медицинского вмешательства была допущена сквозная перфорация брюшной полости (передняя стенка сигмовидного отдела толстого кишечника) размером 1.2 х 1.0 см, что потребовало экстренной госпитализации в хирургическое отделение и проведение хирургической операции по ушиванию перфоративного отверстия под эндотрахеальным наркозом. Через дополнительные разрезы в подвздошных областях брюшная полость дренирована полихлорвиниловыми трубками малый таз и левый боковой канал.

В хирургическом отделении она находилась в течение 11 дней, получала инфузионно-дезинтоксикационную терапию, антибиотики, обезболивающие и других препараты, проводились перевязки послеоперационной раны.

В момент перфорации и в послеоперационном периоде она претерпевала сильнейшие болевые ощущения, вызванные разрывом стенки сигмовидного отдела толстого кишечника, испытывала страх за свою жизнь, переживала из-за возникшего осложнения, необходимости проведения большой полостной операции под наркозом, введения массы лекарственных препаратов, в том числе антибиотиков, обезболивающих средств, болезненных перевязок и других медицинских процедур, необходимых для восстановления здоровья. В настоящее время у нее сохраняются боли в брюшной полости, возникли ограничения в привычном укладе жизни, питании, физической активности.

04.09.2024 г. ГБУЗ АО «ФИО6» направила ей копию протокола заседания врачебной комиссии по оказанию медицинской помощи от 29.07.2024 г. № 8, где, согласно выводам комиссии, оснований для признания прямой вины врача - эндоскописта нет.

С выводами комиссии она абсолютно не согласна, считает их необоснованными, прослеживается корпоративная солидарность врачей.

Истица отметила, что в протоколе на вопрос о том была ли она предупреждена о возможных осложнениях при проведении колоноскопии, врач ФИО4 отвечает, что она была предупреждена и было оформлено информированное добровольное согласие на диагностическое исследование (колоноскопия).

Однако, ее никто не предупреждал о таких серьезных возможных осложнениях как перфорация кишечника. Истица не является не медиком, не обладает специальными поознаниями, чтобы определить все риски. Перед процедурой она не подписывала сформированное добровольное согласие на колоноскопию. Помнит, что после хирургического вмешательства, находясь в реанимации и в затуманенном состоянии, к ней подошла медсестра и попросила подписать документ, подтверждающий проведение процедуры.

В результате допущенных дефектов при оказании медицинской процедуры врачом- эндоскопистом ГБУЗ АО «ФИО6» ей причинен вред здоровью, в виде физических и нравственных страдания (моральный вред).

Компенсацию причиненного морального вреда она оценивает в размере 500 000 рублей.

24 октября 2024 г. ей была направлена досудебная претензия в ГБУЗ АО «ФИО6» с требованием компенсировать, причиненный моральный вред.

21 ноября 2024 г. от ответчика поступил ответ на досудебную претензию, согласно которому ответчик считает, что медицинская услуга ГБУЗ АО «Володарская районная больница» оказана в соответствии с установленными требованиями, была правильно и соответствовала методикам и рекомендациям, каких-либо нарушений проведения медицинской процедуры не выявлено.

Просила взыскать с ГБУЗ АО "ФИО6" в пользу ФИО5 ФИО13 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

В судебном заседании представитель истицы – ФИО2 ФИО14 действующая по ходатайству истицы, исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Представитель ответчика ФИО3 ФИО15., действующая по доверенности, и представитель третьего лица – ФИО4 ФИО16. – адвокат ФИО8 ФИО17., действующая по ордеру, с исковыми требованиями не согласились, просили в иске отказать как в необоснованном.

ФИО8 ФИО18. просила суд, в случае удовлетворения требований уменьшить размер взыскиваемой суммы. Представитель третьего лица – Министерства здравоохранения Астраханской области в суд не явился.

Выслушав участников дела, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.41 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» 21ноября2011года N323-ФЗ установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в РФ»),

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан РФ» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан РФ»),

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан РФ» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания читинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан РФ»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в ере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую мощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, )бода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные материальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, зтчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Как разъяснено в пунктах 1, 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - : 101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности тли имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Судом установлено и сторонами не оспаривается, что 08.07.2024 г. она была осмотрена врачом-гематологом ГБУЗ АО «АМОКБ», которым было рекомендовано проведение колоноскопии. Врачом-терапевтом-участковым была записана на плановое проведение колоноскопии.

17.07.2024 г. ей в ГБУЗ АО «ФИО6» была произведена колоноскопия, которую выполнял работник ответчика врач ФИО4

Во время проведения данного медицинского вмешательства была допущена сквозная перфорация брюшной полости (передняя стенка сигмовидного отдела толстого кишечника) размером 1.2 х 1.0 см, что потребовало экстренной госпитализации в хирургическое отделение и проведение хирургической операции по ушиванию перфоративного отверстия под эндотрахеальным наркозом. Через дополнительные разрезы в подвздошных областях брюшная полость дренирована полихлорвиниловыми трубками малый таз и левый боковой канал.

В хирургическом отделении она находилась в течение 11 дней, получала инфузионно-дезинтоксикационную терапию, антибиотики, обезболивающие и других препараты, проводились перевязки послеоперационной раны.

Согласно выводам комплексной медицинской судебной экспертизы № 16-ОКиКЭ принимая во внимание данные, отмеченные в представленных материалах и медицинских документах на имя гр-ки ФИО5, данные гражданского дела №2-103/2025, а также данные медицинского обследования гр-ки ФИО5, в рамках производства данной экспертизы, можно сделать вывод о том, что гр-ке ФИО5 была проведена колоноскопия 17.07.2024г. в ГБУЗ АО ФИО6 (протокол №117 Колоноскопии от 17.07.2024г. ГБУЗ АО ФИО6 на имя гр-ки ФИО5) при проведении которой причинена перфорация стенки сигмовидной кишки гр-ки ФИО5, чем был причинен вред здоровью.

Медицинская помощь, отмеченная в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях дневного стационара №3207 ГБУЗ АО «ФИО6» на имя гр-ки ФИО5, в соответствии с установленным диагнозом «Перфорация толстого кишечника... Разлитой каловый перитонит», оказывалась своевременно и правильно.

В судебном заседании была допрошена эксперт ФИО7, которая суду показала, что ответить на вопрос о технической правильности производства колоноскопии, исходя из представленных медицинских документов, не представляется возможным. Однако, до проведения колоноскопии каких-либо жалоб или объективных данных о физиологических процессах в кишечнике у ФИО5 не было. 

Протокол колоноскопии по мнению экспертов, изложен не в полном объёме, но исходя из него, можно сделать вывод, что именно в процессе проведения колоноскопии, была проведена перфорация кишечника, которая в норме не должна была бы быть, поэтому технически проведена колоноскопия не верно.

Проведение процедуры колоноскопии состоит в причинно-следственной связи с последствиями: проведение колоноскопии – перфорация – развитие осложнения опасное для жизни – в виде перитонита. Вывод о врачебной ошибке или чем-то другом находится за пределами компетенции экспертов.

В рамках производства данной экспертизы в заключении экспертов даны ответы на вопросы оправильности или неправильности оказания медицинской помощи, о полноте её оказания и о том, что причинён ли вред здоровью и какой он степени.

После того как ФИО5 была проведена колоноскопия, в результате чего выявлена перфорация, она была направлена в профильное отделение, где был установлен диагноз: «Перфорация. Разлитой перитонит» и в соответствии с этим диагнозом медицинская помощь была правильной. Пациент была вовремя прооперирована.

До проведения колоноскопии у пациентки не было жалоб и объективное состояние было нормальным, после колоноскопии её состояние ухудшилось и пришло к угрожающему жизни состоянию. Таким образом, в период проведения колоноскопии случилась перфорация.

Представителем третьего лица ФИО8 представлена в суд заключение специалиста ФИО9 на экспертное заключение, из которого следует, что диагноз «Разлитой каловый перитонит» и само его существование не имело места быть. Данный диагноз имел право быть поставленным только с характеристикой «Диагноз при поступлении».

Диагноз «Разлитой каловый перитонит» не может быть использован в рамках требований приказа М3 СР РФ от 24.04.2008 года №194н ст. 6.2.7. медицинских критериев и расцениваться как тяжкий вред здоровью, так как с характеристикой «Клинический диагноз» он не имел подтверждения. Кроме того согласно требований вышеозначенного приказа М3 СР РФ от 24.04.2008 года №194н «п. 15. Возникновение угрожающего жизни состояния должно быть непосредственно связано с причинением вреда здоровью, опасного для жизни человека, причем эта связь не может носить случайный характер».

Определение сущность вреда здоровью, а также квалификация перфорации, как «дефект» оказания медицинской помощи (без этой квалификации, «перфорация» остается в пределах требований экспертизы качества) не возможна, соответственно в рамках требований приказа М3 СР РФ от 24.04.2008 года №194н п. 27. «Степень тяжести вреда, причинённого здоровью человека, не определяется, если: в процессе медицинского обследования живого лица, изучения материалов дела и медицинских документов сущность вреда здоровью определить не представляется возможным;» экспертом не определяется.

Согласно требованиям приказа М3 СР РФ от 24.04.2008 года №194н п. 25. «Ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи, рассматривается как причинение вреда здоровью». Ухудшения состояния здоровья больной ФИО5, обусловленной дефектом оказания медицинской помощи, нет. Оснований рассмотрения причинения вреда здоровью нет.

Таким образом, по третьему вопросу, можно сделать вывод что в Заключение эксперта (комплексная медицинская судебная экспертиза) № 16- ОКиКЭ от 09.06.2025 года имеются неустранимые противоречия.

Заключение эксперта (комплексная медицинская судебная экспертиза) Ms 16-ОКиКЭ от 09.06.2025 года, (ВЫВОДЫ) в рамках требований Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», требований приказа М3 от 25.09.2023 года № 491н «ОБ утверждении порядка проведения судебно-медицинской экспертизы» не обоснованно, выводы по поставленным вопросам не объективны и неправильные.

Суд, оценивая указанное заключение специалиста, отмечает следующее.

В соответствии с со ст. 188 ПК РФ В необходимых случаях при осмотре письменных или вещественных доказательств, воспроизведении аудио- или видеозаписи, назначении экспертизы, допросе свидетелей, принятии мер по обеспечению доказательств суд может привлекать специалистов для получения консультаций, пояснений и оказания непосредственной технической помощи (фотографирования, составления планов и схем, отбора образцов для экспертизы, оценки имущества).

Лицо, вызванное в качестве специалиста, обязано явиться в суд, отвечать на поставленные судом вопросы, давать в устной или письменной форме консультации и пояснения, при необходимости оказывать суду техническую помощь. 

Специалист дает суду консультацию в устной или письменной форме, исходя из профессиональных знаний, без проведения специальных исследований, назначаемых на основании определения суда.

Таким образом, специалист не проводит исследование и не формулирует выводы, а лишь высказывает суждение по вопросам, поставленным перед ним сторонами; поэтому в случае необходимости проведения исследования должна быть проведена судебная экспертиза.

По смыслу закона, разъяснения специалиста не могут заменить заключения эксперта, а могут касаться лишь тех вопросов, для разъяснения которых не обязательно проведение судебной экспертизы.

Кроме того, специалист не наделен правом оценивать доказательства, такие полномочия в соответствии со ст. 196 ГПК РФ имеют суд. 

С учетом изложенного суд приходит выводу, что отсутствует предмет исследования, находящийся в компетенции специалиста.

Вопреки доводам представителя третьего лица ФИО8 при производстве экспертизы нарушений гражданско-процессуального закона, а также иных правил производства экспертизы по гражданским делам не допущено. В частности, в заключении экспертов подробно описаны исследования, которые проведены, и отражены результаты; выводы экспертов надлежаще оформлены; получены ответы на поставленные вопросы, которые обоснованы и ясны. 

Суд не находит оснований сомневаться в достоверности выводов экспертов. В выводах экспертов отсутствуют противоречия, требующие устранения путем проведения повторной или дополнительной экспертиз, привлечения к участию в деле иных специалистов.

В материалах дела отсутствуют данные о том, что эксперты при производстве экспертизы вышли за пределы своих прав и полномочий и нарушили положения ГПК РФ, положения Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Сведений о том, что эксперты при производстве судебной экспертизы находились в какой-либо зависимости от органа или лица, назначивших судебную экспертизу, сторон и других лиц, заинтересованных в исходе дел, не имеется. Какой-либо личной либо иной его заинтересованности в исходе дела, не усматривается.

Судебные эксперты в установленном порядке предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Они имеют высшее медицинское образование необходимый стаж работы, стаж экспертной деятельности, в связи с чем, квалификация судебных экспертов и уровень их компетентности сомнений не вызывает. 

Суд приходит к выводу о том, что действиями работника ответчика истице по неосторожности причинен тяжкий вред здоровью, следовательно, моральный вред в виде как физической боли, так и переживания от полученных травм и их последствий, страха, временной утрате активности, продолжающихся болевых ощущений, послеоперационных шрамов на теле. 

Как видно из заключения экспертизы, объяснения истицы в суде, содержания искового заявления, потерпевшая получила болезненные телесные повреждения, лечение сопряжено с длительными и значительными физическими и нравственными страданиями. 

Поэтому суд считает необходимым исковые требования удовлетворить в полном объеме, учитывая фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных потерпевшей физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости. 

Руководствуясь ст.199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО5 ФИО19 к ГБУЗ АО «ФИО6» о компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с ГБУЗ АО «ФИО6» ИНН № в пользу ФИО5 ФИО20 паспорт № компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца в Астраханский областной суд.

Решение в окончательной форме вынесено и изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Д.Н. Сливин