Дело № 2-1299-2017

Р Е Ш Е Н И Е

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Белгород 28 сентября 2017 года

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Переверзевой Ю.А.,

при секретаре Зеленской Ю.М.,

с участием: истцов ФИО1, ФИО2, представителя истцов ФИО3, представителя ответчика ФИО4 – ФИО5, представителя ответчиков МВД России и УМВД России по Белгородской области ФИО6, представителя ответчика Министерства финансов РФ ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО8 к ФИО4, Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации и Министерства финансов Российской Федерации, УМВД России по Белгородской области о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда и судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л:

17.07.2016 около 17 часов 25 минут ФИО4 в нарушение п. 2.1.1 ПДД РФ, не имея права на управление транспортным средством, управляя мотоциклом «Сузуки» без государственного регистрационного знака, двигался по ул. ФИО10 г. Белгорода со стороны ул. Красноармейская в направлении ул. Буденного, в нарушение п. 6.2 ПДД РФ выехал на перекресток ул. ФИО10 – ул. Архиерейская на запрещающий (красный) сигнал светофора, в результате чего произошло столкновение с автомобилем БМВ г/н (номер обезличен) под управлением ФИО9

Считая противозаконными действия сотрудников ДПС и ППС УМВД России по г. Белгороду, преследовавших ФИО4 и заблокировавших автомобиль под управлением ФИО1, последний с ФИО2 обратились в суд с указанным иском, в котором (с учетом измененных требований от 21.08.2017) просили взыскать солидарно с ответчиков: в пользу ФИО2 материальный ущерб, причиненный автомобилю, в размере 215000 рублей, расходы на проведение экспертизы в размере 12000 рублей, расходы на отправку телеграмм в размере 2219 рублей 50 копеек, расходы на оплату государственной пошлины в размере 5850 рублей; в пользу ФИО1 – компенсацию морального вреда в размере 400000 рублей; а также расходы на оплату услуг представителя по 20000 рублей в пользу каждого. 

В судебном заседании истцы и их представитель заявленные требования поддержали в полном объеме.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, уполномочил представлять свои интересы представителя.

Представители ответчиков иск не признали.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным в деле доказательствам, суд признает исковые требования подлежащими удовлетворению в части.

В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Статьей 16 ГК РФ предусмотрено, что убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Судом установлено, что 17.07.2016 около 17 часов 25 минут ФИО4 в нарушение п. 2.1.1 ПДД РФ, не имея права на управление транспортным средством, управляя мотоциклом «Сузуки» без государственного регистрационного знака, двигался по ул. ФИО10 г. Белгорода со стороны ул. Красноармейская в направлении ул. Буденного, в нарушение п. 6.2 ПДД РФ выехал на перекресток ул. ФИО10 – ул. Архиерейская на запрещающий (красный) сигнал светофора, в результате чего произошло столкновение с автомобилем БМВ г/н (номер обезличен) под управлением ФИО9

Из пояснений ФИО1 следует, что в вышеуказанное время он выезжал на принадлежащем его брату ФИО2 автомобиле БМВ г/н (номер обезличен) со стороны ул. Спортивная, остановился перед перекрестком, собираясь повернуть налево на ул. ФИО10. Когда он начал поворот, служебный автомобиль ППС перегородил ему дорогу, в это время он увидел, что со стороны рынка «Спутник» по ул. ФИО10 на большой скорости движется мотоцикл, который преследуют 2 экипажа ДПС, в результате чего ФИО4, управлявший мотоциклом, совершил наезд на его (ФИО1) автомобиль. Считает, что действиями сотрудников ДПС, преследовавших ФИО4, и сотрудников ППС, перегородивших ему (ФИО1) проезжую часть дороги, причинен ущерб автомобилю, а также моральный вред.

Указанные доводы опровергаются материалом проверки № 844 пр-16 по заявлению ФИО1 о неправомерных действиях сотрудников полиции.

Так, из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 6.04.2017 следует, что в процессе проверки осмотрена видеозапись, представленная ФИО1, которая велась с видеорегистратора автомобиля, движущегося по ул. ФИО10 в направлении ул. Щорса; продолжительность видеозаписи – 1 минута. На 21 секунде записи владелец указанного транспортного средства останавливается на красный сигнал светофора перед перекрестком улиц ФИО10, Архиерейская, Спортивная. В этот момент со стороны ул. Спортивная в крайнем левом ряду стоит автомобиль БМВ, на 24 секунде на ул. Спортивная с ул. малой ФИО10 выезжает автомобиль УАЗ со спецсимволикой «ППС» и останавливается справа от БМВ; на 26 секунде в автомобиле УАЗ включили проблесковые маячки; на 29 секунде УАЗ начал выезжать на перекресток; на 31 секунде начал движение автомобиль БМВ; на 33 секунде УАЗ резко поворачивает влево (в направлении рынка «Спутник») и перекрывает движение для автомобиля БМВ; на 35 секунде БМВ останавливается; на 36 секунде в водительскую дверь БМВ врезается мотоцикл, водитель которого после столкновения улетает на капот сзади стоящего за БМВ автомобиля ВАЗ 2109; на 37 секунде появляется автомобиль со спецсимволикой ГИБДД «ВАЗ Приора».

Указанная видеозапись также обозревалась в судебном заседании.

В ходе проведения проверки также установлено, что водителя мотоцикла ФИО4 преследовали инспекторы ДПС К. и К.В. в связи с несоблюдением ФИО4 требований об остановке. Так, из вышеуказанного постановления следует, что преследование началось с пересечения пр. Б. Хмельницкого – пр. Белгородский, далее – по пр. Б. Хмельницкого, ул. Красноармейская, ул. ФИО10, где водитель мотоцикла, нарушая ПДД РФ, выезжал на полосу встречного движения, проезжал на красный сигнал светофора; в районе ул. Спортивная – ул. ФИО10 – ул. Архиерейская он, уходя от преследования, попытался проехать на запрещающий сигнал светофора, в результате чего совершил столкновение с автомобилем БМВ под управлением ФИО1

Полицейские ОБ ППСП УМВД России по г. Белгороду Б. и Ш. в ходе проверки поясняли, что по радиоэфиру поступила ориентировка о том, что со стороны «Спутника» по ул. ФИО10 сотрудники ДПС преследуют мотоциклиста, грубо нарушающего ПДД РФ, не реагирующего на неоднократные требования об остановке. Находясь перед вышеуказанным перекрестком, сотрудники ППС включили проблесковые маячки и специальный звуковой сигнал. Свернув на ул. ФИО10 на перекрестке, они увидели мотоциклиста, двигающегося в их сторону на большой скорости, в связи с чем сотрудники полиции остановили свой автомобиль на пути движения мотоцикла в крайней левой полосе у сплошной линии разметки между полосами движения для того, чтобы мотоциклист, увидев их на пути, остановился. Движение на перекресток в этот момент мотоциклисту также было запрещено красным сигналом светофора. Несмотря на это, мотоциклист объехал их с правой стороны, после чего врезался в автомобиль БМВ.

Указанные объяснения сотрудников полиции полностью согласуются с вышеуказанной видеозаписью.

В соответствии с ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 7.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» деятельность полиции осуществляется, в том числе по следующим основным направлениям: предупреждение и пресечение преступлений и административных правонарушений.

Согласно п. 11 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 7.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» на полицию возлагается обязанность по пресечению административных правонарушений.

В силу п. 2 ч. 2 ст. 27 Федерального закона от 7.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» сотрудник полиции независимо от замещаемой должности, места нахождения и времени суток обязан в случае выявления преступления, административного правонарушения, происшествия принять меры по предотвращению и (или) пресечению преступления, административного правонарушения, задержанию лиц, подозреваемых в их совершении.

Как из материала проверки по заявлению ФИО1, так и из материала проверки по факту ДТП следует, что сотрудники ДПС правомерно преследовали водителя мотоцикла ФИО4, который грубо нарушал ПДД РФ и не реагировал на неоднократные требования об остановке.

Указанные обстоятельства в ходе судебного разбирательства ФИО4 и его представителем не оспаривались.

Сотрудники ППС также действовали в рамках закона, пресекая совершение ФИО4 дальнейших правонарушений и возможных преступлений, перекрывая ему движение, пытаясь тем самым заставить его остановиться. При этом сотрудники полиции не блокировали автомобиль под управлением ФИО1, не ставили его под удар с мотоциклом, а своим автомобилем перекрыли движение ФИО4 на полосе его движения.

Установленная ст. 1069 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить ответчик. При этом истец обязан представить доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, его размер, доказательства того, что ответчик является причинителем вреда, а также причинно-следственной связи между фактом причинения вреда и противоправным поведением ответчика.

В соответствии со статьями 12, 56 ГПК РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В связи с этим обязанность доказать факт причинения вреда имущественным правам, а также незаконность действий сотрудников полиции в данном случае возлагается на истцов. Более того, истцы должны доказать наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями сотрудников полиции и имеющимся у истцов имущественным и моральным вредом.

Между тем, истцами не представлено таких доказательств, поскольку действия должностных лиц не противоречили действующему законодательству, в связи с чем оснований для взыскания материального ущерба, компенсации морального вреда, а также судебных расходов с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации и Министерства финансов Российской Федерации, УМВД России по Белгородской области не имеется, поскольку отсутствуют доказательства причинения истцам вреда действиями (бездействием) должностных лиц МВД.

Вместе с тем суд приходит к выводу о то, что обязанность по возмещению истцам материального ущерба и морального вреда лежит на ФИО4 как на виновнике ДТП.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 13.10.2016 следует, что данное ДТП произошло в результате несоблюдения водителем ФИО4 п. 6.2 ПДД РФ, и это нарушение находится в прямой причинной связи с совершенным ДТП.

То есть, материалами дела установлено, что ДТП, в результате которого поврежден автомобиль ФИО2, произошло по вине ФИО4, не остановившегося перед перекрестком на запрещающий красный сигнал светофора.

Несмотря на непривлечение ФИО4 к административной ответственности, его вина в совершении ДТП указанным постановлением установлена.

Автомобиль БМВ г/н (номер обезличен) принадлежит истцу ФИО2, что подтверждается паспортом транспортного средства.

Установив, что действия водителя мотоцикла ФИО4 привели к ДТП, именно он является законным владельцем транспортного средства, которым он управлял, суд приходит к выводу о взыскании с него материального ущерба.

Из представленного истцом экспертного заключения № 055-17 от 25.04.2017, составленного ИП ФИО11, следует, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца ФИО2 с учетом износа составляет 310400 рублей, без учета износа – 719500 рублей, рыночная стоимость автомобиля – 309 000 рублей, стоимость годных остатков – 93646 рублей. 

Данное заключение экспертизы суд оценивает как относимое, допустимое и достоверное доказательство стоимости восстановительного ремонта автомобиля, поскольку заключение содержит необходимые ссылки на нормативно-техническую документацию, использованную при производстве экспертизы, подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и научно обоснованные, мотивированные ответы на поставленные вопросы, выполнено на основании осмотра транспортного средства, с приложением фотографий, с указанием полных сведений об оценщике, его квалификации, сведений о членстве в государственном реестре экспертов-техников.

Доказательств, указывающих на недостоверность экспертного заключения, представленного истцом ФИО2 в материалы дела, либо ставящих под сомнение выводы, изложенные в заключении, ответчиком ФИО4 в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено. 

В соответствии с п.п. «а» п. 18 ст. 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» размер подлежащих возмещению убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего в случае полной гибели имущества определяется в размере действительной стоимости имущества на день наступления страхового случая.

Под полной гибелью понимаются случаи, если ремонт поврежденного имущества невозможен, либо стоимость ремонта поврежденного имущества равна его стоимости или превышает его стоимость на дату наступления страхового случая.

Как следует из заключения экспертизы, рыночная стоимость автомобиля составляет 309 000 рублей, стоимость восстановительного ремонта с учетом износа – 310 400 рублей, в связи с чем восстановительный ремонт автомобиля нецелесообразен.

Таким образом, исходя из того, что ремонт транспортного средства истца ФИО2 нецелесообразен ввиду того, что превышает рыночную стоимость автомобиля, суд приходит к выводу о полной гибели транспортного средства, в связи с чем взыскивает с ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО2 215 000 рублей – разницу между действительным размером ущерба, определенным как рыночная стоимость автомобиля за вычетом стоимости годных остатков (309 000 рублей – 93 646 рублей).

За оставление данного заключения истцом ФИО1 оплачено 10000 рублей, что подтверждается квитанцией, за изготовление копий заключения им же оплачено 2000 рублей, в связи с чем требования истца ФИО2 о взыскании указанных расходов удовлетворению не подлежат, поскольку им заявлены не были, а ФИО1 таких требований (с учетом измененных требований от 21.08.2017) не заявлено.

По этим же основаниям не подлежат удовлетворению и требования ФИО2 о взыскании расходов на телеграммы, поскольку понесены они не им. 

Государственная пошлина при подаче данного иска уплачена также ФИО1, в связи с чем оснований для ее взыскания в пользу ФИО2, как просит последний, не имеется.

При этом ФИО9 не лишен возможности обратиться в суд с заявлением о возврате излишне уплаченной государственной пошлины, поскольку за требование о компенсации морального вреда государственная пошлина составляет 300 рублей.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен учитывать также степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ при определении размера компенсации вреда также должны учитываться требования разумности и справедливости.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в частности в том случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Доказательств причинения истцу ФИО1 в результате ДТП телесных повреждений им не представлено.

Вместе с тем в результате ДТП ФИО9 испытал стресс, был напуган, что бесспорно доставило ему нравственные переживания, в связи с чем суд определяет размер компенсации морального вреда в сумме 5000 рублей. Указанная сумма компенсации морального вреда отвечает требованиям разумности и справедливости, обстоятельствам и последствиям данного происшествия, характеру понесенных им нравственных страданий.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Заявленная истцами к взысканию сумма расходов на оплату услуг представителя по 20000 рублей в пользу каждого с учетом степени разумности и справедливости, учитывая время участия представителя при рассмотрении дела, с учетом цен на рынке юридических услуг, объема оказанной юридической помощи, по мнению суда, явно завышена, не соответствует объему и сложности выполненной представителем работы, не отвечает критерию разумности и подлежит снижению до6 000рублей в пользу каждого истца.

Поскольку государственная пошлина за требование имущественного характера истцом ФИО2 не уплачена, а его требования в этой части удовлетворены, то государственная пошлина подлежит взысканию с ФИО4 в пользу муниципального образования – муниципального района «Белгородский район» Белгородской области в размере 5350 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

иск ФИО1, ФИО8 к ФИО4, Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации и Министерства финансов Российской Федерации, УМВД России по Белгородской области о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда и судебных расходов удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО8 материальный ущерб в размере 215 000 рублей и расходы на оплату услуг представителя в размере 6000 рублей.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей и расходы на оплату услуг представителя в размере 6000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с ФИО4 в пользу муниципального образования – муниципального района «Белгородский район» Белгородской области государственную пошлину в размере 5350 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Белгородский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области.

Мотивированное решение суда изготовлено 5.10.2017.

Судья Ю.А. Переверзева