Дело № 2-3609/17

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

02 ноября 2017 года город Ульяновск

Заволжский районный суд города Ульяновска в составе

председательствующего судьи Николаевой Н.Д., 

при секретаре Галиуллиной С.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО5 о возмещении морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, и судебных расходов, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4, ФИО5 о возмещении морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, и судебных расходов. В обоснование иска указала следующее.

17.06.2017 от ФИО4, 28.06.2017 от ФИО5 в мировой суд судебного участка № 3 Заволжского судебного района г. Ульяновска в отношении нее поступили заявления частного обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ (клевета). 17.08.2017 мировым судьей был вынесен приговор и по предъявленному обвинению в совершении преступлений она была оправдана. На основании ч. 2 ст. 133 УПК РФ она имеет право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием как лицо, в отношении которого вынесен оправдательный приговор. Согласно ст. 136 УПК РФ лицо в связи с уголовным преследованием, а в отношении которого вынесен оправдательный приговор, и на основании ст. 1100 ГК РФ в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, имеет право на возмещение и компенсацию морального вреда. В результате уголовного преследования со стороны частных обвинителей ФИО4 и ФИО5 и незаконного привлечения к уголовной ответственности ей был причинен моральный вред в виде нравственных и психологических переживаний. Судебный процесс продолжался с 17.06.2017 по 17.08.2017, за два месяца у нее на нервной почве ухудшилось состояние здоровья, в связи с чем она была вынуждена обратиться в больницу к неврологу. Компенсацию морального вреда оценивает в 100 000 руб. Кроме того, ею понесены судебные расходы по оплате юридических услуг.

Просит взыскать с ФИО4 и ФИО5 в свою пользу компенсацию причиненного морального вреда в размере 100 000 руб. в связи с вынесением оправдательного приговора по предъявленному ФИО4 и ФИО5 частному обвинению по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, по 50 000 руб. с каждой, взыскать судебные расходы на оплату услуг по оказанию юридической помощи в размере 3 000 руб. 00 коп.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, обосновав их доводами, изложенными в иске. Дополнила, что во время судебного процесса потратила много эмоциональных сил. В этот период, переживая за ее судьбу, сильно заболела ее мама, будучи допрошенной в качестве свидетеля, вынуждена была тратить свое свободное время в отпуске ее сестра. Судом направлялись запросы по месту ее работы, жительства, о разбирательстве узнали ее родственники и знакомые. Ей очень неприятно было разговаривать с ними на данную тему. Полагает, что частные обвинители намеренно обратились в суд с заявлениями частного обвинения, чтобы причинить ей вред, нравственные страдания. Ее выводы подтверждены также выводами мирового судьи в постановлении о взыскании процессуальных издержек по уголовному делу, согласно суждению судьи у ФИО4 и ФИО5 при предъявлении обвинения ФИО1 отсутствовало добросовестное заблуждение относительно характера совершаемых ФИО1 в отношении них действий.

Представитель истца – адвокат Калиничев А.И. в судебном заседании исковые требования ФИО1 полностью поддержал, обосновав их теми же доводами. Полагал, что имеются все предусмотренные законом основания для взыскания с ответчиков компенсации морального вреда, причиненного их неправомерными действиями по возбуждению в отношении истца уголовного дела частного обвинения.

Ответчики ФИО4 и ФИО5 в судебное заседание не явились, о слушании дела извещены надлежащим образом, представили заявления, согласно которым гражданское дело просили рассмотреть в их отсутствие с участием представителя ФИО6

Представитель ответчиков ФИО6 в судебном заседании против удовлетворения иска возражал, полагая заявленные требования не обоснованными. Ответчики при обращении в суд с заявлениями о возбуждении уголовного дела частного обвинения лишь воспользовались своим конституционным правом на судебную защиту, не злоупотребив им. Умысла на причинение своими действиями вреда ФИО1 не имели. Кроме того, обращает внимание суда на то, что уголовное дело было прекращено не за отсутствием события, а за отсутствием состава преступления. Более подробную позицию по спору отразил в отзыве на иск, приобщенном к материалам дела.

Суд полагает возможным в соответствие с положениями ст. 167 ГПК РФ гражданское дело рассмотреть в отсутствие неявившихся участников процесса.

Выслушав пояснения истицы, ее представителя, представителя ответчиков, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст.ст. 12, 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании установлено, что из заявления ФИО4, поданного на имя мирового судьи судебного участка № 3 Заволжского судебного района г. Ульяновска 18.07.2017 следует, что 29.01.2017 возле подъезда многоквартирного 

<

адрес> в г. Ульяновске, ФИО1 в присутствии соседей обвинила ее в 

<

данные изъяты> ФИО1 и 

<

данные изъяты>. При этом, ФИО1 вела себя вызывающе, высказывалась оскорбительно, после чего она обратилась в полицию. Сотрудникам полиции ФИО1 также заявила, что она с дочерью ФИО5 

<

данные изъяты>. Из заявления, поданного ФИО5 на имя мирового судьи 28.07.2017, следует, что 29.01.2017 возле подъезда многоквартирного 

<

адрес> в 

<

адрес>, ФИО1 в присутствии соседей обвиняла ее и ФИО4 в 

<

данные изъяты> ФИО1 и 

<

данные изъяты>. При этом ФИО1 вела себя вызывающе, высказывалась оскорбительно, после чего она обратилась в полицию. Сотрудникам полиции ФИО1 также заявила, что она совершила 

<

данные изъяты> ФИО1 Указанные сведения ФИО1 распространила умышленно, из чувства зависти. Данные заявления являлись обвинительным актом в отношении ФИО1 и заключали в себе объем предъявленного ей обвинения. 

В ходе рассмотрения заявлений частного обвинения мировой судья пришел к выводу, что сообщаемые ФИО1 в своем заявлении в прокуратуру Заволжского района г. Ульяновска сведения, нельзя признать клеветой, так как из материалов дела не вытекает, что у нее был прямой умысел на распространение заведомо ложных сведений о ФИО4 и ФИО5, которые порочат их честь и достоинства или деловую репутацию.

Приговором мирового судьи судебного участка № 3 Заволжского судебного района г. Ульяновска от 17 августа 2017 года ФИО1 оправдана по предъявленному ФИО4 и ФИО5 частному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 128.1 УК РФ (клевета, то есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию).

Приговор в апелляционном порядке обжалован не был и вступил в законную силу 29.08.2017.

Как следует из приговора мирового судьи ФИО1 оправдана на основании пункта 3 части 2 статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ) в связи с отсутствием в ее деяниях состава преступления. В приговоре также указано, что частными обвинителями ФИО4 и ФИО5 не представлено доказательств совершения подсудимой ФИО1 преступлений, в которых она обвиняется, существенные сомнения в виновности подсудимой не были установлены и в ходе судебного разбирательства.

ФИО1, обращаясь в суд с настоящим иском о компенсации морального вреда, обосновывает их тем, что незаконно подвергалась уголовному преследованию со стороны частных обвинителей, понесла нравственные и физические страдания. 

Вместе с тем, суд не находит оснований для удовлетворения ее иска.

Так, в соответствии с частью 1 статьи 20 УПК РФ в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.

Согласно части 2 этой статьи уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 115 частью первой, 116.1 и 128.1 частью первой Уголовного кодекса Российской Федерации, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой данной статьи, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым. 

Частью 1 статьи 133 УПК РФ установлено право на реабилитацию, которое включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. На основании пункта 1 части 2 данной статьи право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.

Из пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 г. № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам» следует, что согласно части 9 статьи 132 УПК РФ при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по этому делу. Судам следует иметь в виду, что неподтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании процессуальных издержек с частного обвинителя.

Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения.

Федеральным законом от 5 апреля 2013 г. № 54-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» статья 133 УПК РФ дополнена частью 2.1, согласно которой право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, в порядке, установленном главой 18 УПК РФ, по уголовным делам частного обвинения имеют лица, указанные в пунктах 1 - 4 части 2 данной статьи (в том числе подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор), если уголовное дело было возбуждено в соответствии с частью 4 статьи 20 УПК РФ (дела, возбуждаемые руководителем следственного органа, следователем, а также дознавателем), а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со статьей 318 УПК РФ, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 и 5 части 1 статьи 24 и пунктами 1, 4 и 5 части 1 статьи 27 УПК РФ.

Согласно части 2 статьи 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

С учетом изложенного требования о компенсации морального вреда, причиненного необоснованным предъявлением частного обвинения в совершении уголовного преступления, в тех случаях, когда должностными лицами органов предварительного следствия и дознания уголовное дело не возбуждалось, обвинение не предъявлялось и обвинительный приговор судом не выносился, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства на основании норм ГК РФ с учетом того, что причинителем вреда является не государственный орган или должностное лицо, а частный обвинитель.

Пунктом 1 статьи 1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 названного Кодекса.

Общие положения об ответственности за причинение морального вреда установлены статьей 151 ГК РФ, согласно которой, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Общие основания ответственности за причинение вреда установлены статьей 1064 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Таким образом, указанные выше положения устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.

В соответствии с конституционно-правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2011 г. № 22-П по делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО10, ФИО11 и ФИО12, применимость специального порядка возмещения государством вреда предрешается не видом уголовного преследования, а особым статусом причинителя вреда, каковым могут обладать лишь упомянутые в части 1 статьи 133 УПК РФ государственные органы и должностные лица – орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор и суд – независимо от занимаемого ими места в системе разделения властей (пункт 3).

Специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 УПК РФ. Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение (пункт 5).

В названном выше Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации также указано, что при оправдании подсудимого по делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному делу (часть 9 статьи 132 УПК РФ). Взыскание в пользу реабилитированного расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. Возмещение же иного вреда за счет средств частного обвинителя главой 18 УПК РФ не предусматривается. Реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не меняет публично-правовой сущности уголовной ответственности и не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины (пункт 5).

Аналогичная позиция изложена в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 г. № 643-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО2 на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации».

Приведенное Конституционным Судом Российской Федерации различие в установлении оснований ответственности в зависимости от субъекта причинителя вреда обусловлено спецификой деятельности правоохранительных органов, при которой возможно невиновное причинение вреда вследствие принятия незаконных решений, в частности, на основании субъективной оценки доказательств, которые, в свою очередь, могут являться следствием фальсификации или ошибки других лиц (экспертов, переводчиков, свидетелей и т.п.).

В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (части 1, 3, 5 статьи 20 УПК РФ), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 УПК РФ, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.

Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (статья 33 Конституции Российской Федерации) и конституционного права каждого на судебную защиту (часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации).

При этом в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (часть 2 статьи 21 УПК РФ).

В соответствии с частью 4 статьи 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

При разрешении вопроса о вине частного обвинителя в причинении морального вреда следует исходить из того, что сам по себе факт вынесения в отношении подсудимого оправдательного приговора по делу частного обвинения не предрешает вопроса о вине частного обвинителя.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 г. № 1059-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО3 на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 части второй статьи 381 и статьей 391.11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации», обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного статьей 23 Конституции Российской Федерации.

В соответствии с конституционно-правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в указанном выше Постановлении от 17 октября 2011 г. № 22-П, необходимость обеспечения требования УПК РФ о реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (часть 2 статьи 6), не исключает использования гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.

Также согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в указанном выше Определении от 2 июля 2013 г. № 1059-О, истолкование статьи 1064 ГК РФ в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

Таким образом, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе с частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу части 1 статьи 15 Конституции Российской Федерации как норма прямого действия подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования.

В этом же Определении указано, что не исключается использование гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.

С учетом приведенных выше норм права и обстоятельств рассмотрения в отношении ФИО1 уголовного дела по частному обвинению, наличия обращений истца в правоохранительные органы по фактам совершения частными обвинителями преступлений, правомерность которых подтверждена не была, суд полагает, что законных оснований для компенсации частными обвинителями морального вреда ФИО1 не имеется, поскольку последние, обращаясь в суд с заявлениями частного обвинения в отношении истицы, не преследовали цели необоснованного привлечения ее к уголовной ответственности и не имели намерений причинить вред, злоупотребления правом со своей стороны при обращении в суд с заявлениями частного обвинения судом не установлено. Кроме того действующим уголовно-процессуальным законодательством предусмотрено право гражданина обратиться в суд с заявлением в порядке частного обвинения о совершении преступления, которое было реализовано ответчиками, так как они полагали свои требования законными, лишь субъективно оценивая поведение ФИО1 относительно обращений в правоохранительные органы, кроме того, между сторонами сложились конфликтные отношения, в том числе и со стороны ФИО1, что в ходе судебного разбирательства ею не отрицалось.

При этом, доводы истицы относительно установления мировым судьей при решении вопроса о взыскании с ФИО4 и ФИО5 процессуальных издержек по рассмотренному уголовному делу частного обвинения отсутствия добросовестного заблуждения частных обвинителей относительного характера совершаемых ФИО1 в отношении них действий, что в свою очередь является безусловным основанием для удовлетворения ее требований о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, суд полагает необоснованными, поскольку данные выводы о злоупотреблении правом ответчиков, их умысле на причинение ФИО1 вреда, нравственных страданий не свидетельствуют, а лишь обосновывают право истца на возмещение процессуальных издержек по уголовному делу, предусмотренное уголовно-процессуальным законодательством. Кроме того взыскание с частных обвинителей в пользу оправданного лица по делу частного обвинения сумм процессуальных издержек, без исследования других заслуживающих внимание доказательств, не является безусловным основанием для взыскания с них одновременно и компенсации морального вреда.

Суд также полагает необоснованной ссылку истца в своем иске на положения ст. 1100 ГК РФ, предусматривающей компенсацию морального вреда независимо от вины его причинителя, поскольку основания разрешаемых судом исковых требований имеют другую правовую природу. 

Таким образом, учитывая изложенное, в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО4 и ФИО5 о компенсации морального вреда, а также взыскании судебных расходов, как производных от основного требования, следует отказать.

Руководствуясь ст. 12, 56, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4, ФИО5 о возмещении морального вреда в размере 100 000 руб. и судебных расходов на оплату услуг по оказанию юридической помощи в размере 3 000 руб. 00 коп. отказать.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Заволжский районный суд г. Ульяновска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Н.Д. Николаева