Дело № 2-76/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 мая 2019 года ст. Обливская, Ростовская область

Обливский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Михайловой А.Л.,

при секретаре Антошкиной С.А.,

с участием истца ФИО1; представителя истца ФИО1 – адвоката Кулько Ю.П., представившей удостоверение адвоката и ордер № № от 09.04.2019 года; ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-76/2019 по исковому заявлению 

ФИО1 к ФИО2 об истребовании имущества - кобылицы и жеребенка из чужого незаконного владения ответчика, 

встречному иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании задолженности по арендной плате за пользование указанной лошадью, неустойки за пользование чужим имуществом, компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 (истец) первоначально обратился в Обливский районный суд Ростовской области к ФИО2 (ответчик) с иском, в котором (с учетом уточнений) просил истребовать из чужого незаконного владения ответчика принадлежащее истцу на праве собственности имущество: кобылицу по имени «Ариза» породы «Украинская верховая», бурой масти, 160 см в холке, и жеребенка по имени «Малыш» бурой масти, 120 см в холке. Также просил взыскать с ФИО2 доходы, полученные ответчиком от незаконного владения и использования указанного имущества, принадлежащего истцу, в размере 50 000 рублей.

В обоснование иска ФИО1 указал, что в октябре 2017 года в 

<

адрес> он купил у ответчика, проживающего в 

<

адрес>, указанную кобылицу в рассрочку, за 50 000 рублей, из которых 25 000 руб. истец сразу передал ФИО2, а оставшуюся часть суммы истец должен был передать ответчику по окончании процесса обучения лошади ходить под седлом и пасти скот. Сделка была устной. Сразу после совершения сделки истец передал ответчику денежные средства в размере 25 000 руб. и забрал лошадь, которую перегнал во двор к своим родителям, также проживающим в х. ФИО3. При совершении сделки присутствовал свидетель ФИО4

После обучения кобылицы он, также в присутствии ФИО4, передал ФИО2 оставшуюся часть денежных средств, в размере 25 000 рублей.

Кобылица содержалась во дворе его родителей и использовалась для пастьбы КРС.

В марте 2018 года кобылица ожеребилась, и вместе с жеребенком неоднократно уходила во двор к ФИО2, при этом он и его работник неоднократно возвращали лошадь и жеребенка домой, при этом ответчик никаких претензий не высказывал.

Однако 16.08.2018 года ответчик не вернул ему лошадь и жеребенка, пояснив, что сдавал лошадь в аренду, срок аренды истек.

Поскольку фактически между сторонами состоялась и была исполнена сделка купли-продажи, при этом соблюдение простой письменной формы сделки не требовалось в силу п. 2 ст. 159 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как обязательства сторон по сделке были исполнены, что, по мнению истца, подтверждается показаниями свидетелей, ФИО1 полагает, что ФИО2 должен возвратить ему незаконно удерживаемое имущество – кобылицу и жеребенка (т. 1 л.д. 5-7).

06.03.2019 года определением Обливского районного суда Ростовской области, по ходатайству истца, приняты меры по обеспечению иска в виде запрета ФИО2 совершать действия по продаже кобылицы по имени «Ариза», породы «Украинская верховая», бурой масти, 160 см в холке, и жеребенка по имени «Малыш», бурой масти, 120 см в холке (т. 1 л.д. 112-113).

07.03.2019 года определением Обливского районного суда Ростовской области, по ходатайству истца, приняты меры по обеспечению иска в виде наложения ареста на имущество: кобылицу по имени «Ариза», породы «Украинская верховая», бурой масти, 160 см в холке, и жеребенка по имени «Малыш», бурой масти, 120 см в холке, находящихся у ФИО2 (т. 1 л.д. 116-117).

11.03.2019 г. определением Обливского районного суда Ростовской области принят отказ истца от искового требования к ФИО2 о взыскании с ответчика доходов в размере 50 000 рублей, полученных от незаконного владения и использования принадлежащего истцу спорного имущества, производство по делу в части указанного искового требования прекращено (т. 1 л.д. 129-130). 

В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО2 обратился к истцу со встречным иском, в котором просит взыскать с истца задолженность по арендной плате за пользование указанной лошадью за период 5 месяцев, то есть с апреля до сентября 2018 года, в размере 50 000 рублей; неустойку (штраф) за пользование чужим имуществом в размере 50 000 рублей; компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей за клевету, угрозы, издевательства и разжигание вражды.

В обоснование встречного иска ФИО2 указал, что 24.10.2017 года к нему приехал ФИО1 и просил продать кобылицу для работы на ферме, на что он ответил отказом, мотивировав тем, что кобылица будет возвращаться к нему. Он пояснил ФИО1, что продает лошадей только на значительные расстояния, чтобы лошади не могли вернуться. Затем ФИО1 предложил ему сдать лошадь в аренду. Он согласился сдать лошадь в аренду за 10 000 руб. в месяц, с предоплатой за полгода вперед, на что ФИО1 согласился и сказал, что сможет оплатить сразу за 5 месяцев, на следующий день привезет 25 000 рублей, а когда кобылицу привезут на ферму, довезет еще 25 000 рублей. Через два дня кобылицу отвели на ферму, а ФИО1 привез ему 25 000 руб.. В начале апреля закончился срок аренды, но ФИО1 оплату не произвел и просил обождать. Более оплаты не поступало. 16 августа кобылица, с потертой спиной и животом, с потрескавшимися копытами, вместе с жеребенком пришла к нему в конюшню, он впоследствии лечил ее в течение месяца. Вечером, около 20 часов, приехали родители ФИО1 и спросили о кобылице. Он ответил, что в связи с отсутствием арендной платы аренда прекращается. П-вы стали возмущаться, оказывается, ФИО1 ничего не сказал своим родителям об аренде. У него в хозяйстве имеется 7 голов лошадей, что подтверждается справкой из похозяйственной книги Администрации Обливского сельского поселения. Наличие у него в собственности именно 7-ми голов лошадей подтверждал и сам ФИО1, 24.09.2018 года обращаясь с жалобами на него в администрацию и к участковому. В административном протоколе и постановлении административной комиссии от 18.10.2018 года также идет речь о 7-ми лошадях принадлежащих ему. Договор купли-продажи лошади между ним и ФИО1 не составлялся. Свидетельские показания, представленные истцом, являются ложными (т. 1 л.д. 187-188).

Кроме того, в ходе рассмотрения дела, ответчик представил письменные возражения на первоначальный иск, указав, что лошадь, которую он передавал в аренду истцу, не относится к породе «Украинская верховая», не имеет бурого окраса, данная лошадь родилась у него на подворье 08.03.2015 года от отца-тяжеловоза и матери – лошади неопределенной породы. В 2018 году рост спорной кобылицы был 150 см в холке. Имя спорного жеребенка «Орлик», и он также не относится к породе «Украинская верховая». Также в возражениях на иск ответчик ссылается на то, что истец, в ходе процедуры исполнения судебным приставом определения суда о применении мер обеспечения иска, путался и указывал как на свою лошадь на двух жеребцов и на лошадь по кличке «Тэсс» (т. 1 л.д. 212).

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель Кулько Ю.П. исковые требования уточнили, просят истребовать из чужого незаконного владения ответчика принадлежащее истцу на праве собственности имущество – кобылицу по имени «Ариза» и жеребенка по имени «Малыш». Просят отказать в удовлетворении встречного иска. Настаивали на том, что спорные лошадь и жеребенок в настоящее время находятся у ответчика. Полагают, что в действиях ответчика имеются признаки недобросовестности.

В судебном заседании ответчик ФИО2 иск не признал, встречный иск поддержал. Неоднократно указывал на то, что спорных лошади и жеребенка у него нет, они украдены в ноябре 2018 года. При составлении судебными приставами-исполнителями акта описи жеребенка 11.03.2019 года он настаивал на том, что описываемый жеребенок не «Малыш», а «Цезарь», не от лошади «Аризы». При описи жеребенка замер высоты холки жеребенка не производился. Сослался на заинтересованность и необъективность свидетелей со стороны истца. Полагает, что в действиях истца имеются признаки недобросовестности.

В судебном заседании 11.03.2019 года свидетель ФИО., опрошенный по инициативе истца, пояснил, что ФИО2 задолжал ему 25 000 руб. за зерно и обещал вернуть долг к сентябрю 2017 года. В октябре 2017 года ФИО2 позвонил ему и сказал, что долг привезет ФИО1. ФИО1 приехал и отдал ему 25 000 руб. (т. 1 л.д. 124).

В судебном заседании 11.03.2019 года свидетель ФИО опрошенная по инициативе истца, пояснила, что ФИО1 приходится ей родным сыном. Они решили приобрести вторую лошадь для выпаса КРС. Их бывший пастух ФИО предложил купить лошадь у ФИО2. Сын с ФИО съездили к ФИО2, тот дал согласие продать за 50 000 руб., но лошадь была необученная и ФИО согласился ее обучить. Сын взял деньги 50 000 руб. и вместе с ФИО уехал за лошадью. Вернулись с лошадью, лошадь содержалась у них во дворе, весной 2018 лошадь ожеребилась. Летом лошадь убежала к ФИО2, тот отказался вернуть, мотивировав тем, что лошадь не продавал (т. 1 л.д. 125-126). 16.05.2019 года ФИО дала аналогичные пояснения.

В судебном заседании 11.03.2019 года свидетель ФИО опрошенный по инициативе истца, пояснил, что приходится двоюродным братом ФИО1. Осенью 2018 года ФИО1 позвонил и попросил сходить к ФИО2 забрать кобылу. Он и его брат ФИО пришли к ФИО2, который сказал, что лошадь была продана ФИО1, поэтому они должны сами ловить лошадь. Они поймать лошадь не смогли, на что Помазков, в присутствии сотрудников полиции, сказал, чтобы они пришли через 5 дней (т. 1 л.д. 126).

Свидетель ФИО также опрошенный в судебном заседании 11.03.2019 года по инициативе истца, дал пояснения, аналогичные пояснениям свидетеля ФИО. (т. 1 л.д. 127).

В судебном заседании 11.03.2019 года свидетель ФИО опрошенный по инициативе истца, пояснил, что состоит в должности старшего 

<

данные изъяты> В полицию обратился ФИО1 по факту незаконного удержания ФИО2 лошади. В ходе проверки в домовладении ФИО2 последний пояснил, что лошадь ему не принадлежит, т.к. он продал ее ФИО1, и предложил забрать лошадь. ФИО1 прислал двух работников за лошадью, но они не смогли поймать лошадь. Помазков предложил, чтобы лошадь осталась у него на время огула, и обещал вернуть, но не вернул. ФИО1 повторно обратился в полицию. Однако Помазков пояснил, что отдавал лошадь в аренду. На момент первичной проверки Помазков подтверждал, что продал лошадь. ФИО1 привозил к ФИО2 корм для указанной лошади (т. 1 л.д. 127).

В судебном заседании 11.03.2019 года свидетель ФИО., опрошенный по инициативе истца, пояснил, что в октябре 2017 года он вместе с ФИО1 и ФИО. приехал к ФИО2. Он сидел в машине и слышал, как ФИО1 договорился с ФИО2 купить у последнего лошадь. ФИО1 сказал, что отдает сейчас 25 000 рублей, а 25 000 рублей – после того, как ФИО обучит лошадь. Он видел, как ФИО1 передал ФИО2 первую часть суммы - 25 000 рублей. На следующий день лошадь пригнали. Затем лошадь ожеребилась. Потом лошадь убежала к ФИО2. Помазков предложил, чтобы лошадь побыла у него, ФИО1 возил к ФИО2 корм для лошади. Потом Помазков отказался отдавать лошадь, сказал, что передавал в аренду (т. 1 л.д. 128). 

В судебном заседании 20.03.2019 года свидетель ФИО., опрошенный по инициативе истца, пояснил, что осенью, год не помнит, ФИО1 попросил его поглядеть и оценить лошадь. Они поехали к ФИО2, и он рекомендовал купить лошадь, согласился ее обучить. Лошадь была без жеребенка, но скотная. Лошадь была бурая, черная, вороная, с красным оттенком, имя «Ариза». Помазков и ФИО1 договорились о продаже лошади в его присутствии. Он обучил лошадь верховой езде на подворье у ФИО2. После этого он самостоятельно перегнал лошадь домой к родителям ФИО1. Также он присутствовал при передаче денег ФИО1 в размере 25 000 рублей. Обучал лошадь на следующий день после передачи денег. После обучения он позвонил ФИО1 и сказал, чтобы он вез остальные деньги. ФИО1 приехал, но Помазков сказал, чтобы тот отдал долг за него. ФИО1 поехал в х. Ковыленский и отдал деньги. Впоследствии лошадь трижды убегала к ФИО2. Затем отношения между ФИО2 и ФИО1 ухудшились и Помазков сказал, что лошадь не вернет (т. 1 л.д. 209-210).

В судебном заседании 16.05.2019 года свидетель ФИО опрошенный по инициативе истца, пояснил, слышал разговор между ФИО. и супругой ФИО2, в ходе разговора супруга ФИО2 сказала, что просила ответчика вернуть лошадь истцу, но тот отказался.

В судебном заседании 16.05.2019 года свидетель ФИО., опрошенный по инициативе ответчика, пояснил, что она является 

<

данные изъяты>. 11.03.2019 года он частично присутствовал при осуществлении исполнительных действий по исполнению требований исполнительного листа о наложении ареста на лошадь и жеребенка. Заявленной в исполнительном листе лошади не оказалось на месте. На присутствующую лошадь Тэсс ответчик предъявил документы. Были три жеребенка рябом с лошадью Тэсс, при этом один жеребенок мужского пола, который был описан. Истец указал, что это его жеребенок. Рост жеребенка не измеряли. Помазков не выражал несогласия с описью. Относительно лошади Помазков пояснял, что она то ли украдена, то ли продана, то ли ушла.

В судебном заседании 16.05.2019 года свидетель ФИО опрошенная по инициативе ответчика, пояснила, что он является 

<

данные изъяты>.03.2019 года осуществляла исполнительные действия по исполнению требований исполнительного листа о наложении ареста на лошадь и жеребенка. На присутствующую лошадь Тэсс ответчик предъявил документы. В отношении жеребенка Помазков указывал, что это «Цезарь», а не «Малыш». Истец настаивал, что это жеребенок «Малыш». На кличку жеребенок не отзывался. Рост жеребенка не измеряли. В акте описи жеребенок указан как «Малыш».

В судебном заседании 16.05.2019 года свидетель ФИО., опрошенный по инициативе ответчика, пояснил, что он состоит в должности 

<

данные изъяты> ФИО1 более 10 раз обращался с заявлениями о незаконном удержании лошади. Проверку проводили ФИО и ФИО. Из материала проверки ему известно, что Помазков выражал согласие вернуть лошадь после огула. По заявлению ФИО1 от 24.09.2018 о незаконном выпасе лошадей проводилась проверка. В ходе проверки установлено, что лошадь Ариза находится у ФИО2, материал передан в Администрацию Обливского района. 

В судебном заседании 16.05.2019 года свидетель ФИО опрошенная по инициативе суда, пояснила, что состоит в должности 

<

данные изъяты> В ее производстве находится уголовное дело по факту хищения у ФИО2 лошади и жеребенка. В материалах дела содержатся сведения об идентифицирующих признаках лошади и жеребенка, каких именно, она не помнит, т.к. дело передано ей недавно.

В судебном заседании 17.05.2019 года свидетель ФИО опрошенный по инициативе ответчика, пояснил, что состоит в должности 

<

данные изъяты>». 16.08.2018 года он и 

<

данные изъяты> прибыли к ФИО2 для проведения профилактической проверки по заявлению ФИО1 об удержании лошади. В ходе проверки Помазков пояснил, что продал лошадь ФИО1, предложил им забрать лошадь. ФИО1 прислал двух человек, которые не смогли забрать лошадь. Помазков предложил оставить лошадь у него до окончания огула. 

Заслушав стороны, свидетелей, изучив и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с п. 1 и 2 ст. 610 Гражданского кодекса Российской Федерации договор аренды заключается на срок, определенный договором. Если срок аренды в договоре не определен, договор аренды считается заключенным на неопределенный срок.

При этом согласно п. 1 ст. 609 названного Кодекса договор аренды на срок более года, а если хотя бы одной из сторон договора является юридическое лицо, независимо от срока, должен быть заключен в письменной форме.

В соответствии со ст. 159 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, для которой законом или соглашением сторон не установлена письменная (простая или нотариальная) форма, может быть совершена устно (пункт 1).

Если иное не установлено соглашением сторон, могут совершаться устно все сделки, исполняемые при самом их совершении, за исключением сделок, для которых установлена нотариальная форма, и сделок, несоблюдение простой письменной формы которых влечет их недействительность (пункт 2).

Согласно ст. 161 Гражданского кодекса Российской Федерации должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения:

1) сделки юридических лиц между собой и с гражданами;

2) сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки (пункт 1).

Соблюдение простой письменной формы не требуется для сделок, которые в соответствии со статьей 159 настоящего Кодекса могут быть совершены устно (пункт 2).

Согласно ст. 162 названного Кодекса несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства (пункт 1).

В случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность (пункт 2).

Таким образом, если иное прямо не предусмотрено законом, несоблюдение простой письменной формы не влечет недействительности договора, а лишь ограничивает стороны в средствах доказывания (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 10.07.2018 N 66-КГ18-9).

В соответствии с п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно п. 1 ст. 434 данного Кодекса договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма.

Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы, хотя бы законом для договоров данного вида такая форма не требовалась.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", существенными условиями, которые должны быть согласованы сторонами при заключении договора, являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах существенными или необходимыми для договоров данного вида (например, условия, указанные в статьях 555 и 942 ГК РФ). Существенными также являются все условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (абзац второй пункта 1 статьи 432 ГК РФ), даже если такое условие восполнялось бы диспозитивной нормой.

Как следует из разъяснений, данных в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49, несоблюдение требований к форме договора при достижении сторонами соглашения по всем существенным условиям (пункт 1 статьи 432 ГК РФ) не свидетельствует о том, что договор не был заключен. В этом случае последствия несоблюдения формы договора определяются в соответствии со специальными правилами о последствиях несоблюдения формы отдельных видов договоров, а при их отсутствии - общими правилами о последствиях несоблюдения формы договора и формы сделки (статья 162, пункт 3 статьи 163, статья 165 ГК РФ). Так, при несоблюдении требования о письменной форме договора доверительного управления движимым имуществом такой договор является недействительным (пункты 1 и 3 статьи 1017 ГК РФ). В то же время согласно пункту 1 статьи 609 ГК РФ договор аренды движимого имущества на срок более года, а если хотя бы одной из сторон договора является юридическое лицо, независимо от срока, должен быть заключен в письменной форме, при несоблюдении которой стороны не вправе ссылаться на свидетельские показания в подтверждение договора и его условий (пункт 1 статьи 162 ГК РФ).

Правилами благоустройства и санитарного содержания Обливского сельского поселения предусмотрены обязанности владельца животного содержать данное животное, вовремя прибегать к ветеринарной помощи (п. 7.8.1), выполнять указания ветеринарных специалистов о проведении мероприятий по профилактике болезней животных (п. 7.8.7) (т. 2 л.д. 15-16).

Согласно справки Администрации Обливского сельского поселения от 07.12.2018 года № 4562, в личном подсобном хозяйстве истца содержались: по состоянию на 01.01.2018 – 2 головы лошадей, по состоянию на 01.07.2018 года - 3 головы лошадей и 1 жеребенок (т. 1 л.д. 28).

Из представленных истцом Актов и описей ГБУ РО «Ростовская облСББЖ с ПО» усматривается, что 08.11.2017 года проведено вакцинирование против сибирской язвы у кобылицы «Ариза», владелец животного - ФИО1 (т. 1 л.д. 199-200); 16.07.2018 года проведена обработка против эктопаразитарных заболеваний у жеребенка «Малыш», владелец животного - ФИО1 (т. 1 л.д. 201-202); 02.07.2018 года - обработка против эктопаразитарных заболеваний у кобылицы «Ариза», владелец животного - ФИО1 (т. 1 л.д. 203-204).

Из представленных ответчиком документов: заявления ФИО1 в полицию от 24.09.2018 года (т. 1 л.д. 189), протокола об административном правонарушении, оформленном 10.10.2018 года Администрацией Обливского сельского поселения в отношении ответчика по факту безнадзорного выпаса принадлежащих ответчику лошадей в количестве 7-ми голов (т. 1 л.д. 190), постановления по делу об административном правонарушении от 18.10.2018 года о привлечении ответчика к административной ответственности по факту безнадзорного выпаса принадлежащих ответчику лошадей в количестве 7-ми голов (т. 1 л.д. 191), справки Администрации Обливского сельского поселения от 18.10.2018 года (т. 1 л.д. 192) усматривается, что у ФИО2 в ЛПХ имеются лошади в количестве 7 голов. При этом стороны в судебном заседании 16.05.2019 года согласились, что в число семи голов лошадей, безнадзорно выпасавшихся 24.09.2018 года, включены и спорные лошадь и жеребенок.

Доказательств отнесения лошади «Аризы» к племенным не представлено.

Таким образом, из содержания указанных письменных доказательств, из пояснений сторон, в ходе рассмотрения дела бесспорно установлено, что в период с октября 2017 года по 16.08.2018 года спорная неплеменная лошадь «Ариза» находилась во владении ФИО1, в марте 2018 года ожеребилась жеребенком по имени «Малыш», который также по 16.08.2018 года находился во владении истца. 16.08.2018 года лошадь «Ариза» и жеребенок «Малыш» самостоятельно ушли к ответчику.

Разрешая вопрос о квалификации гражданско-правовых отношений, возникших между сторонами по поводу спорного имущества, суд исходит из следующего.

По факту незаконного удержания лошади и жеребенка истец неоднократно обращался в МО МВД России «Обливский» (т. 1 л.д. 53, 145, 66, 156).

В ходе проверки, проведенной МО МВД России «Обливский» по заявлению истца, ФИО1 последовательно давал письменные пояснения, аналогичные изложенным в иске (т. 1 л.д. 146, 159).

В свою очередь, в ходе проверки, проведенной МО МВД России «Обливский» по заявлению истца, ФИО2 также последовательно давал письменные пояснения, аналогичные изложенным во встречном исковом заявлении (т. 1 л.д. 147, 157, 180). 27.08.2018 года, в ходе осмотра принадлежащего ответчику домовладения сотрудниками полиции, ФИО2 указал на кобылу бурой масти и пояснил, что данная кобыла по имени «Ариза», возрастом 3,5 года, в октябре 2017 была им передана в аренду ФИО1 и по истечении срока аренды находится у него (т. 1 л.д. 160-164). 

Постановлением начальника ОД МО МВД России «Обливский» от 30.09.2018 года отказано в возбуждении в отношении ФИО2 уголовного дела, предусмотренного частью 1 ст. 330 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (за отсутствием состава преступления). В постановлении сделана ссылка на доказанность факта продажи лошади (т. 1 л.д. 93-95, 181-183).

Поскольку письменно правоотношения сторон оформлены не были, указанное обстоятельство не дает сторонам право ссылаться на показания свидетелей как на доказательства подтверждения заявленных ими сделок и их условий.

Вместе с тем, в силу п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

С учетом изложенного выше, суд не принимает доводы ответчика о том, что между сторонами сложились отношения по аренде имущества.

При этом суд считает возможным применить правило, согласно которому сторона, подтвердившая каким-либо образом действие договора, не вправе ссылаться на незаключенность этого договора ("эстоппель" - принцип утраты права на возражение при недобросовестном или противоречивом поведении).

На момент возникновения между сторонами договорных отношений правило "эстоппель" было закреплено в п. 3 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1).

Данное правило вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пп. 3 и 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В ходе рассмотрения дела из пояснений свидетелей ФИО5, ФИО4, ФИО6, ФИО7 бесспорно установлено, что ФИО2 подтверждал действие договора купли-продажи. Пояснения свидетелей ФИО10, ФИО11 (родственники истца) принимаются судом как надлежащее доказательство, поскольку согласуются с тождественными пояснениями свидетелей ФИО4, ФИО6 и ФИО7. Все свидетели предупреждались судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и оснований сомневаться в изложенных данными свидетелями обстоятельствах не имеется.

Таким образом, в судебном заседании подтверждено очевидное отклонение действий ответчика как участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Отклонение действий истца как участника гражданского оборота от добросовестного поведения в ходе рассмотрения дела не установлено.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что в ходе рассмотрения дела нашли подтверждение доводы истца о том, что в октябре 2017 года истец на основании устного договора купли-продажи купил у ответчика кобылицу по имени «Ариза» неплеменную, бурой масти, за 50 000 рублей, из которых 25 000 руб. – уплачены истцом ответчику в качестве аванса при заключении договора, 25 000 руб. – по окончании обучения лошади ходить под седлом. Кобылица была передана истцу ответчиком при заключении договора.

Кроме того, факты исполнения договора сторонами (факт уплаты денежных средств за лошадь истцом ответчику, факт передачи лошади от ответчика к истцу) подтвержден пояснениями свидетелей ФИО8, ФИО4, как и факт приплода в виде жеребенка, который принесла указанная кобылица.

Таким образом, спорная кобылица являлась собственностью истца с момента передачи товара от ответчика к истцу.

Приплод в виде жеребенка «Малыша», который принесла указанная лошадь, в соответствии со ст. 136 Гражданского кодекса Российской Федерации, также является собственностью истца.

Денежные средства в размере 25 000 руб., уплаченные истцом ответчику при заключении договора купли-продажи, суд расценивает как аванс, а не задаток, поскольку данные денежные средства передавались от покупателя продавцу не в доказательство заключения договора купли-продажи и в обеспечение его исполнения, а с целью платежа за лошадь, при этом оплата товара оговаривалась в рассрочку.

Денежные средства в размере 50 000 руб. – стоимость лошади - ответчиком истцу не возвращены. Также ответчик не уплатил истцу денежные средства в качестве компенсации за принадлежащего истцу жеребенка по имени «Малыш».

В соответствии со ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", применяя статью 301 ГК РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен.

Если во время судебного разбирательства по иску об истребовании имущества из чужого незаконного владения спорное имущество было передано ответчиком другому лицу во временное владение, суд по правилам абзаца второго части 3 статьи 40 ГПК РФ или части 2 статьи 46 АПК РФ привлекает такое лицо в качестве соответчика.

В случае, когда во время судебного разбирательства по иску об истребовании имущества из чужого незаконного владения спорное имущество было отчуждено ответчиком другому лицу, а также передано во владение этого лица, суд в соответствии с частью 1 статьи 41 ГПК РФ или частями 1, 2 статьи 47 АПК РФ допускает замену ненадлежащего ответчика надлежащим. При этом отчуждатель привлекается к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика (статья 43 ГПК РФ, статья 51 АПК РФ).

11.03.2019 года, в ходе совершения ОСП по Обливскому и Советскому районам исполнительных действий о наложении ареста на спорное имущество, не установлено наличие кобылицы «Аризы» на подворье ответчика (т. 1 л.д. 138-141).

Относимых и допустимых доказательств нахождения во владении у ответчика спорной лошади по состоянию на дату разрешения дела не представлено.

Суд считает, что также не представлено доказательств наличия жеребенка «Малыш», рожденного от кобылицы «Аризы», в пользовании ответчика на момент разрешения дела и по состоянию на 11.03.2019 года.

Согласно ч. 2 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Судом не принимаются в качестве доказательства нахождения жеребенка «Малыш» в пользовании ответчика: акт о совершении исполнительных действий от 11.03.2019 года (т. 1 л.д. 138), акт о наложении ареста (описи имущества) от 11.03.2019 года (т. 1 л.д. 139-141), оформленные судебным приставом-исполнителем ОСП по Обливскому и Советскому районам УФССП России по Ростовской области ФИО9 в ходе осуществления исполнительных действий по исполнению определения суда от 07.03.2019 года о наложении ареста на спорное имущество.

Из содержания акта описи имущества усматривается, что арестовано имущество: жеребенок по имени «Малыш», бурой масти, 120 см в холке (т. 1 л.д. 140).

Из фотографий, представленных судебным приставом-исполнителем в ходе судебного заседания 16.05.2019 года, установлено наличие жеребенка мужского пола на момент описи. 

Вместе с тем, на указанных фотографиях изображен жеребенок, рост которого соответствует росту жеребенка, изображенного на фотографиях, представленных истцом 27.02.2019 года (т. 1 л.д. 100). В то время как фотографии истца сделаны в октябре 2018 года (как пояснил истец в судебном заседании 17.05.2019), а фотографии, представленные приставом-исполнителем, – 11.03.2019 года. Однако в период с октября 2018 года по март 2019 года рост спорного жеребенка должен был увеличиться, т.к. в марте 2019 года жеребенок достиг возраста 1 года.

Из пояснений ФИО. установлено, что рост жеребенка при совершении исполнительных действий не измерялся, на кличку «Малыш» жеребенок не отзывался.

То обстоятельство, что ответчик своевременно не обжаловал действия судебного пристава-исполнителя, письменно не сформулировал замечаний к акту описи, не имеет правового значения в данном случае, поскольку ответчик выразил несогласие с исполнительными действиями, отказавшись от подписи в акте описи. На поступление от ответчика возражений против описи жеребенка указывала и ФИО в ходе ее опроса в качестве свидетеля.

Таким образом, относимых и допустимых доказательств нахождения у ответчика спорного жеребенка по состоянию на дату разрешения дела, как и на 11.03.2019 года, не представлено. Как установлено из пояснений ФИО., из трех жеребчиков, содержащихся у ФИО2 11.03.2019 года, только один маленький жеребенок был мужского пола.

Факт отсутствия во владении ФИО2 с ноября 2018 года лошади «Ариза» и жеребенка «Малыш» косвенно подтверждается материалами уголовного дела, возбужденного СО МО МВД России «Обливский» 27.03.2019 года в отношении неустановленного лица по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, а именно в связи с хищением у ФИО2 вышеуказанных лошади и жеребенка (т. 2 л.д. 77-124).

Поскольку в ходе рассмотрения дела не установлены сведения о лице, в незаконном владении которого на настоящее время находится спорное имущество, судом на обсуждение сторон не выносились вопросы о замене ответчика на надлежащего, привлечении к участию в деле соответчика.

Истец не лишен возможности, при обнаружении спорного имущества впоследствии у ответчика, обратиться к ответчику с аналогичным иском по новым основаниям.

С учетом изложенного выше, доказательств наличия лошади непременной «Ариза» и жеребенка «Малыша» (от указанной лошади) в пользовании ответчика на момент разрешения дела не представлено, в связи с чем заявленные по настоящему делу требования истца о виндикации спорных лошади и жеребенка не являются надлежащим способом защиты права, в связи с чем оснований для удовлетворения первоначального иска не имеется.

С учетом изложенного выше, суд также приходит к выводу об отказе в удовлетворении встречного иска в части взыскания с истца задолженности по арендной плате за пользование спорной лошадью за период 5 месяцев, то есть с апреля до сентября 2018 года, в размере 50 000 рублей, и неустойки (штрафа) за пользование чужим имуществом в размере 50 000 рублей.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом - п. 2 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Законодатель установил ответственность в виде компенсации морального вреда лишь за действия, нарушающие личные неимущественные права гражданина либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а в иных случаях компенсация морального вреда может иметь место при наличии указания об этом в законе.

Учитывая, что ответчиком не представлено доказательств причинения морального вреда действиями истца, нарушающими личные неимущественные права ответчика либо посягающими на принадлежащие ответчику другие нематериальные блага, правовые основания для удовлетворения встречных исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей за клевету, угрозы, издевательства и разжигание вражды, отсутствуют.

Поскольку в удовлетворении первоначального и встречного исков отказано, в силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации у суда отсутствуют законные основания для взыскания в пользу сторон судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Обливский районный суд Ростовской области

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 об истребовании из чужого незаконного владения ФИО2 принадлежащего ФИО1 на праве собственности имущества: кобылицы по имени «Ариза», бурой масти, 160 см в холке, и жеребенка по имени «Малыш», бурой масти, 120 см в холке, отказать.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ФИО1 о взыскании задолженности по арендной плате за пользование кобылицей по имени «Ариза» за период 5 месяцев (с апреля 2018 года до сентября 2018 года) в размере 50 000 рублей; неустойки (штрафа) за пользование чужим имуществом в размере 50 000 рублей; компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей за клевету, угрозы, издевательства и разжигание вражды, отказать.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Обливский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 20 мая 2019 года.

Судья_____Михайлова А.Л,______