РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

дело 2-893/2019

г. Зима 11 декабря 2019 г.

Зиминский городской суд Иркутской области в составе судьи Гоголь Ю.Н., при секретаре судебного заседания Божко Н.В., с участием старшего помощника Зиминского межрайонного прокурора Зубаировой Н.В., истца ФИО1, ответчиков ФИО2, ФИО3, представителя ответчиков ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по уточненному исковому заявлению ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних М.Д.С., М.К.С., П.Е.Е., к ФИО2, ФИО3 о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних М.Д.С., М.К.С., П.Е.Е., обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о компенсации морального вреда.

В обоснование иска ФИО1 указала, что **.**.** около 21 час. 15 мин. водитель ФИО3, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, принадлежащим на праве собственности ответчику ФИО2, совершил дорожно-транспортное происшествие - наезд на пешехода К.И.И., её отца. В результате ДТП отец был смертельно травмирован, от полученных травм скончался. ДТП совершено при следующих обстоятельствах: **.**.** ФИО3, управляя автомобилем «

<

данные изъяты> в нарушение требований пунктов 10.1, 10.2 Правил дорожного движения РФ (далее - ПДД), двигался по 

<

адрес>, где имелось искусственное освещение, со скоростью, не обеспечивающей ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, не учитывая при этом дорожные условия, в частности - наличие впереди по ходу его движения нерегулируемого перекрестка и дорожного знака 2.4 ПДД, а также пешехода - её отца, пересекающего проезжую часть слева направо относительно движения автомобиля. Подъезжая к перекрестку, в нарушение требований п.п. 1.3, 8.1, 13.1 ПДД и дорожного знака 2.4 «Уступи дорогу», ФИО3 не уступил дорогу пешеходу, чем создал опасность для дальнейшего движения. При ослеплении ФИО3 не включил аварийную сигнализацию, не снизил скорость и не остановился, а продолжил движение, чем нарушил пункт 19.2 ч. 2 ПДД. В нарушение пункта 10.2 ч 2 ПДД, при возникновении опасности для движения в виде пешехода, своевременно не принял меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, вследствие чего в районе дорожного знака 2.4 «Уступи дорогу» совершил наезд на отца. После совершения ДТП, нарушив пункт 2.5 ПДД РФ, водитель с места ДТП уехал, меры для оказания первой помощи пострадавшему не принял, скорую медицинскую помощь и полицию не вызвал, на попутном транспорте в больницу не отправил, не зафиксировал положение транспортного средства, следы и предметы, относящиеся к происшествию, не принял возможные меры к их сохранению. Не учитывая тяжести полученных отцом телесных повреждений, водитель поместил его в свой автомобиль, впоследствии привез в больницу, где отец скончался. **.**.** следователем СО МО МВД России «Зиминский» по факту ДТП в отношении водителя ФИО3 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по ч. 3 ст. 264 УК РФ. Причиной вынесения такого решения явилось противодействие со стороны следователей в установлении вины водителя, фальсификация замеров, нарушение норм УПК РФ, прав потерпевших, что связано с тем, что родственник последнего является действующим сотрудником МО МВД России «Зиминский». Данное обстоятельство установлено при проведении доследственной проверки по факту данного ДТП, в ходе которой также собраны доказательства, подтверждающие вину водителя, в том числе - заключение судебной автотехнической экспертизы, согласно которой в данной дорожно-транспортной ситуации водитель должен был руководствоваться требованиями пунктов 19.2. ч. 2, 10.2 ч 2 ПДД РФ, а также заключение судебно - медицинской экспертизы № от **.**.**, согласно которой в момент наезда потерпевший располагался в вертикальном положении, задней и правой боковой поверхностью тела к автомобилю. Следовательно, двигался наискосок, слева направо относительно сбившего автомобиля, т.е. перешел встречную для водителя полосу движения, по которой якобы двигался ослепивший его автомобиль. Таким образом, при переходе встречной полосы движения пешеход был виден водителю ФИО3 как в свете фар встречного автомобиля, так и в свете искусственного освещения дороги. Из показаний же водителя следует, что он в условиях неограниченной видимости не видел пешехода до момента наезда, при ослеплении он двигался, не снижая скорости, в нарушение указанных пунктов ПДД. В связи с незаконным и необоснованным вынесением решения об отказе в возбуждении уголовного дела постановление от **.**.** было отменено. Однако **.**.** по факту данного ДТП вновь вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Данный отказ истец считает незаконным и необоснованным по указанным выше причинам. Считает, что именно водитель ФИО3 виновен в совершении ДТП, так как ДТП не произошло бы при соблюдении им указанных выше ПДД. Из заключения судебно-медицинской экспертизы № от **.**.** следует, что в результате ДТП её отцу К.И.И. причинены следующие телесные повреждения: а

<

данные изъяты>. Смерть К.И.И. наступила от 

<

данные изъяты> Таким образом, действия водителя ФИО3 стоят в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения её отцу телесных повреждений, от которых он умер. В результате данного ДТП ей были причинены моральные и нравственные страдания, выразившиеся в следующем. В результате ДТП она потеряла отца, очень родного ей человека, с которым у неё были доверительные и близкие отношения. Смерть отца явилась для неё шоком и страшным горем на всю последующую жизнь. Она лишилась возможности жить полноценно, с поддержкой и заботой со стороны отца, который помогал ей как морально, так и материально в воспитании и содержании 3-х её несовершеннолетних детей: М.Д.С., П.Е.Е., М.К.С., которым на момент смерти отца исполнилось: М.Д.С. 4,8 г., Е. 11,7 л., К.,7 л. Он всегда заботился о ней и детях, их здоровье, воспитании, помогал материально, давал денежные средства на приобретение одежды, предметов для обучения, обустройство дома. Папа был неотъемлемой частью её семьи, ежедневно участвовал в её жизни и жизни её детей, в их психическом, духовном и нравственном воспитании, был примером для них, самым добрым, отзывчивым, заботливым отцом и дедушкой. После смерти дедушки дети испытывают моральные и нравственные страдания, поскольку он был для них самым близким и родным человеком, право на общение с дедушкой, предусмотренное ст. 67 Семейного кодекса РФ, они никогда уже не смогут реализовать, больше они не смогут поговорить с ним, посоветоваться, получить его поддержку, любовь, заботу, взять за руку, научиться имеющимся у него профессиональным навыкам. Он являлся примером для детей, был профессиональным водителем, имел отличные навыки в столярном деле, был хорошим мастером в деревообработке. После внезапной смерти дедушки внуки лишились возможности приобрести его знания и умения, с его помощью социализироваться в обществе, получить профессию. Смерть дедушки стала для её детей сильным потрясением, из-за нравственных переживаний, связанных с его утратой и беспомощностью, дети до сих пор морально подавлены, они не могут продолжать полноценно жить прежней жизнью, как раньше участвовать в жизни их семьи, в которой не стало дедушки, потеря дедушки для них невосполнима. Им придется жить дальше без деда, его моральной, материальной и физической поддержки. После случившегося ДТП она испытывает горе, чувство утраты, беспомощность, связанные с внезапной кончиной её отца, она не может продолжать нормальную общественную жизнь и полноценно участвовать в жизни семьи, не спит по ночам, испытывает физическую и психическую боль, потеря отца является для неё невосполнимой. Они любили друг друга, являлись дружной и полноценной семьей, вместе вели хозяйство, быт, воспитывали её детей, строили совместные планы на дальнейшую жизнь, которым уже не суждено сбыться. Внезапная гибель отца расстроила их планы, им никогда невозможно реализоваться, что усиливает степень её нравственных страданий. Усугубляет данную ситуацию и тот факт, что ни один из ответчиков до настоящего времени не предпринял никаких мер к сглаживанию нравственных страданий и причиненного ущерба, устранению морального вреда, не принес даже извинений. Их равнодушие после случившегося, принятие в отношении виновного водителя незаконных решений об отказе в возбуждении уголовного дела усугубляет их моральные и нравственные страдания. Ответственность за возмещение причиненного вреда возлагается на ответчика ФИО3 как на причинителя вреда и на ФИО2 как на владельца источника повышенной опасности, что подтверждается постановлением и материалами доследственной проверки. С учетом уточнения исковых требований ФИО1 просила взыскать солидарно с ФИО2, ФИО3 компенсацию морального вреда в её пользу в сумме 

<

данные изъяты> руб., в пользу П.Е.Е. в сумме 

<

данные изъяты> руб., в пользу М.К.С. в сумме 

<

данные изъяты> руб., в пользу М.Д.С. в сумме 

<

данные изъяты> руб.

В судебном заседании истец ФИО1 уточненные исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске, просила их удовлетворить, в дополнение к указанному в иске пояснив, что отец проживал один, он получал пенсию по инвалидности, подрабатывал на грузовике и частным извозом. Они виделись каждый день, все праздники проводили вместе. Он помогал им строить дом, часто сидел с детьми, они вместе держали хозяйство. Раз в неделю он привозил им продукты питания, одежду для детей, лекарства. М.Д.С. была любимицей деда, после его смерти она назвала его именем котенка. П.Е.Е. и М.К.С. были привязаны к деду, они часто приходили к нему и вместе что-то мастерили. Она каждый день думает о том, как было бы хорошо, если бы отец был жив. Для неё и детей это очень большая утрата. ФИО3 не считает себя виноватым, он позвонил лишь однажды, сказал, что выражает соболезнования, предложил сделать оградку на могилу, но оградка была уже не нужна. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании уточненные исковые требования не признала, ссылаясь на то, что она не являлась участником дорожно-транспортного происшествия.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании уточненные исковые требования признал частично, полагая разумным и справедливым выплату в пользу истцов компенсации морального вреда в общей сумме 

<

данные изъяты> рублей, пояснив, что **.**.** около 21 час. он двигался на принадлежащем его матери автомобиле 

<

данные изъяты> по 

<

адрес> тракт в направлении к перекрестку с 

<

адрес> к перекрестку, он сбавил скорость и двигался накатом со скоростью 40-45 км/ч. С 

<

адрес> тракт во встречном направлении выехал автомобиль и ослепил его ксеноновыми фарами. В этот момент произошел удар, разбилось лобовое стекло. Он нажал на тормоза, остановился, увидел, что сбил пожилого мужчину. От удара его телефон упал под резиновый коврик заднего сиденья. Он выбежал из машины и попытался остановить проезжавший мимо автомобиль. Автомобиль объехал по встречной полосе, но не остановился. Он был в шоковом состоянии. Он увидел у ресторана двух мужчин и стал им кричать, чтобы они вызвали скорую помощь и полицию, но они ушли. Так как на улице был мороз, он не мог оставить мужчину на морозе, поэтому погрузил пострадавшего на заднее сиденье своего автомобиля и повез в больницу. Нас следующий день его вызвал следователь, он просил телефон родственников погибшего, но следователь сказала, что общение возможно только через неё. Позднее он созвонился с ФИО1, объяснил, что в дорожно-транспортном происшествии он ничего сделать не мог, это дело случая, его вины в этом нет, и предложил сделать оградку на могилу и обрамление, но она отказалась. Материальную помощь он оказать не мог в связи с отсутствием денег. 

Представитель ответчиков ФИО4, действующая на основании устного заявления доверителей, в судебном заседании уточенные исковые требования о взыскании с ФИО3 полагала подлежащими частичному удовлетворению на сумму 

<

данные изъяты> руб., в отношении ФИО2 – не подлежащими удовлетворению, поддержав доводы, изложенные в письменных возражениях, о том, что ФИО3 не был виновником дорожно-транспортного происшествия, Правила дорожного движения не нарушал, учитывал дорожные условия. Пешеход пересекал дорогу в нарушение п.п.4.1, 4.3, 4.5, 4.6 Правил дорожного движения, так как обязан был уступить дорогу движущемуся автомобилю, а затем пересекать нерегулируемый перекресток, что привело к его смерти, в которой он сам был виновен. Согласно выводам автотехнической экспертизы, проводимой при доследственной проверке СО МО МВД России «Зиминский», специалистами сделан вывод о том, что ФИО3 не имел технической возможности предотвратить наезд на пешехода в сложившейся ситуации путем экстренного торможения. Погибшего К.И.И. на месте происшествия ФИО3 не бросал, принял меры к транспортировке его в лечебное учреждение. К.И.И. находился в состоянии алкогольного опьянения, несмотря на то, что являлся инсулинозависимым, страдал панкреатитом, сахарным диабетом, являлся инвалидом 2 группы. Несовершеннолетние не являются иждивенцами погибшего К.И.И., воспитывались и проживали по иному адресу, нежели погибший К.И.И., на них ведется отдельный семейный бюджет. Подопечный П.Е.Е. является биологическим сыном сестры истца К.Я.И., которая лишена родительских прав по решению Зиминского городского суда 

<

адрес> от **.**.**. Ни П.Е.Е., ни дети М никогда не были на содержании погибшего деда К.И.И., который проживал в отдельном частном доме, был прописан вместе с дочерью, лишенной родительских прав, в 

<

адрес>, не вел общее хозяйство с истицей. Поэтому доводы истца о морально-нравственных страданиях преувеличены. Несомненно, ответчики сопереживают истцам в их горе. Они предлагали оказать посильную помощь в виде изготовления металлической оградки на могилку и установки плитки. Но истец ответила категоричным отказом на эти предложения. В денежном эквиваленте они не могут заявленные суммы обеспечить истцу, так как ФИО2 не работает, а ФИО3 получает зарплату ниже прожиточного минимума. Считают, что исковые требования максимально и необоснованно завышены. Для них это неподъемно высокие требования.

Выслушав стороны, допросив свидетелей, выслушав заключение прокурора, полагавшего уточненные исковые требования подлежащими удовлетворению в части взыскания с ответчика ФИО3 компенсации морального вреда в сумме, отвечающей требованиям разумности и справедливости, и полагавшего необходимым отказать в удовлетворении исковых требований к ФИО2, изучив материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь их в совокупности, суд приходит к выводу о том, что уточненные исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В судебном заседании установлено и подтверждено материалами дела, что **.**.** в период времени с 21 часа 00 минут до 21 часа 30 минут водитель ФИО3, находясь за управлением автомобиля 

<

данные изъяты>, следуя по проезжей части автодороги 

<

адрес> в направлении 

<

адрес> со стороны 

<

адрес>, в районе расположения дорожного знака «2.4» совершил наезд на пешехода К.И.И. В результате данного дорожно-транспортного происшествия пешеход К.И.И. получил телесные повреждения, с которыми был доставлен в ОГБУЗ «Зиминская городская больница», где скончался **.**.**.

По данному факту следственным отделом МО МВД России «Зиминский» была проведена проверка, по результатам которой постановлением старшего следователя от **.**.** отказано в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, по основанию п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии ФИО3 состава преступления, а также отказано в возбуждении уголовного дела в совершении преступления, предусмотренного ст. 125 УК РФ, в отношении ФИО3 по основанию п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием события преступления.

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от **.**.**, в действиях ФИО3, покинувшего место ДТП с пострадавшим с целью оказания медицинской помощи последнему, не усматривается признаков преступления, предусмотренного ст. 125 УК РФ, квалифицируемого как оставление в опасности, а напротив, ФИО3 приняты все меры, направленные на оказание медицинской помощи пострадавшему. Водитель автомобиля «

<

данные изъяты>, ФИО3 не имел технической возможности предотвратить наезд на пешехода К.И.И. путем применения экстренного торможения, в связи с чем в деянии водителя ФИО3 отсутствуют признаки состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Из заключения эксперта № от **.**.** (экспертизы трупа) следует, что смерть К.И.И. наступила от 

<

данные изъяты> Данная тупая сочетанная травма возникла незадолго до наступления смерти от воздействия тупого твердого предмета (предметов) и относится (в совокупности) к причинившим тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Стоит в прямой причиной связи с наступившей смертью. Могла образоваться при дорожно-транспортном происшествии, при наезде на пешехода. Вероятнее всего, что в момент дорожно-транспортного происшествия потерпевший располагался в вертикальном положении задней и правой боковой поверхностью тела.

При судебно-химическом исследовании крови К.И.И. (акт №) обнаружен этиловый алкоголь в количестве 2,3 промилле, что соответствует средней степени алкогольного опьянения, применительно к живым лицам.

В соответствии с заключением эксперта № от **.**.** (судебной автотехнической экспертизы), водитель автомобиля 

<

данные изъяты> не имел технической возможности предотвратить наезд на пешехода путём применения экстренного торможения в заданный момент. Скорость автомобиля «

<

данные изъяты>», выбранная водителем ФИО3 в данных условиях соответствовала расстоянию видимости, поскольку её значение не превышает значение максимально допустимой скорости по условиям общей видимости. В данном случае не усматривается несоответствие действий водителя требованиям абз.1 п.10.1 ПДД.

По общему правилу, установленному п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно п. 2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 ст. 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу разъяснений, содержащихся в п.19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинения вреда.

По смыслу ст. 1079 ГК РФ, лицо, в отношении которого оформлена доверенность на управление транспортным средством, признается его законным владельцем, если транспортное средство передано ему во временное пользование и он пользуется им по своему усмотрению (п.20 Постановления Пленума).

Постановлением Правительства РФ от 12 ноября 2012 г. № 1156 «О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации» внесены изменения в Правила дорожного движения РФ, вступившие в силу 24 ноября 2012 г. Из п. 2.1.1 Правил дорожного движения РФ исключен абзац четвертый, согласно которому водитель механического транспортного средства обязан иметь при себе и по требованию сотрудников полиции передавать им для проверки документ, подтверждающий право владения, или пользования, или распоряжения данным транспортным средством в случае управления транспортным средством в отсутствие его владельца.

Таким образом, в настоящее время у водителя транспортного средства не имеется обязанности иметь при себе помимо прочих документов на автомобиль доверенность на право управления им.

Вместе с тем, согласно данному пункту, водитель механического транспортного средства обязан иметь при себе и по требованию сотрудников полиции передавать им, для проверки: водительское удостоверение или временное разрешение на право управления транспортным средством соответствующей категории или подкатегории; регистрационные документы на данное транспортное средство; страховой полис обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства или распечатанную на бумажном носителе информацию о заключении договора такого обязательного страхования в виде электронного документа в случаях, когда обязанность по страхованию своей гражданской ответственности установлена федеральным законом.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 является собственником автомобиля «Toyota Sprinter», государственный регистрационный знак 

<

***>, что подтверждается свидетельством о регистрации № №.

В судебном заседании ФИО2 пояснила, что она не имеет водительского удостоверения и не умеет управлять автомобилем. 

ФИО2, как собственник автомобиля, реализуя предусмотренные ст.209 ГК РФ права, передала транспортное средство во владение и пользование своему сыну ФИО3, который был внесен в страховой полис ХХХ №. ФИО3 имеет водительское удостоверение №, выданное **.**.** РЭО 

<

адрес>, допущен к управлению транспортными средствами категорий «А,В,С».

Учитывая, что в момент причинения вреда источник повышенной опасности находился в законном владении ФИО3, в трудовых, гражданско-правовых отношениях ответчики не состоят, из обстоятельств дела не усматривается, что ФИО2 причинила вред потерпевшему совместно с ФИО3, поскольку в момент ДТП ФИО2 за управлением автомобиля не находилась, нарушений ПДД РФ, которые состояли бы в причинной связи с причинением смерти К.И.И., не совершала, следовательно, у истцов не возникло право солидарного требования к ответчикам, и ответственность за вред, в соответствии со ст.1079 ГК РФ, должна быть возложена на ФИО3 Соответственно, в удовлетворении исковых требований к ФИО2 надлежит отказать.

При этом доводы представителя ответчиков о том, что ФИО3 не был виноват в дорожно-транспортном происшествии, при рассмотрении настоящего дела правового значения не имеют, поскольку в силу ст.1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. 

Вместе с тем, пунктом 2 ст.1083 ГК РФ предусмотрено, что если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. 

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

По смыслу п. 2 ст. 1083 ГК РФ, понятие грубой неосторожности применимо в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействие, приведшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

Как указано в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1, виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (п. 2 ст. 1083 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что потерпевший К.И.И. на момент ДТП находился в средней степени алкогольного опьянения, в темное время суток при недостаточном освещении переходил проезжую часть в неположенном месте, не оценив расстояние до приближающегося транспортного средства, его скорость, не убедившись, что переход будет для него безопасным. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что в действиях потерпевшего имелась грубая неосторожность, что в силу положений ч. 3 ст. 1083 ГК РФ является основанием для уменьшения размера возмещения вреда.

Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п. 1 ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п.1).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 данной статьи). 

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд должен в полной мере учитывать предусмотренные ст. 1100 ГК РФ требования разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Истец ФИО1 является дочерью погибшего, несовершеннолетние М.Д.С., П.Е.Е., М.К.С. – его внуками, соответственно, они относятся к лицам, имеющим право на получение компенсации морального вреда в связи с утратой близкого родственника.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Е.С.В. пояснил, что К.И.И. проживал один, но дочь ФИО1 ему по-могала по хозяйству, привозила к нему внуков. Он помогал ей материально, заботился о внуках, сделал для них во дворе турник. Отношения у них были хорошие.

Свидетель П.А.Г. в судебном заседании пояснил, что с К.И.И.. он был знаком с 1987 

<

адрес> с дочерью у него были хоро-шие, они вместе держали поросят, кур. К.И.И. помогал С в воспитании детей, которые очень часто бывали у него в гостях. Когда дочь просила, он увозил их в детский сад или школу. П.Е.Е. любил гостить у ., потому что у него постоянно велось какое-то строительство, он учил вну-ка работать с инструментами. Костю больше интересует техника, он любил залазить в грузовик к деду и изучать его устройство. У Даши общих с дедом интересов не было, так как она еще маленькая, но он её баловал и всегда дарил игрушки и сладости. После смерти К.И.И. внуки стали более замкнутыми.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ФИО3, суд исходит из того, что смерть К.И.И. наступила вследствие деятельности источника повышенной опасности, и в результате смерти К.И.И. истцам причинены нравственные страдания, выразившиеся в том, что они потеряли отца и деда, родного и близкого человека. В силу близких родственных отношений и имеющейся эмоциональной привязанности внуков к своему дедушке, детям причинены нравственные страдания, связанные с его невосполнимой утратой, психологическим потрясением от осознания, что дедушки больше нет в живых. Также безвременная и безвозвратная утрата отца является тяжелым и необратимым по своим последствиям событием для ФИО1, влекущим глубокие и тяжелые страдания и переживания, нарушение семейных связей, относящихся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом неимущественных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения. 

Вместе с тем суд учитывает, что причиной травмирования К.И.И. явилось грубое нарушение пострадавшим правил безопасности дорожного движения, выразившееся в переходе проезжей части в неположенном для этого месте в темное время суток, находясь в состоянии средней степени алкогольного опьянения. Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии в действиях К.И.И. грубой неосторожности. Также суд принимает во внимание обстоятельства причинения вреда, в частности, поведение нарушителя после ДТП, который незамедлительно отвез пострадавшего в больницу, а также отсутствие у него технической возможности предотвратить наезд на пешехода путём применения экстренного торможения в момент ДТП, недостатки в эксплуатационном состоянии автомобильной дороги, недостаточное освещение, неудовлетворительное состояние обочины, что отражено в акте выявленных недостатков от **.**.**. При таких обстоятельствах суд, учитывая степень и характер понесенных истцами физических и нравственных страданий, исходя из степени их родства с погибшим, характера их взаимоотношений, сложившихся при жизни, с учетом требований разумности и справедливости, полагает необходимым взыскать в счет компенсации морального вреда, причиненного ФИО1, - 

<

данные изъяты> руб.; М.К.С. и П.Е.Е. – по 

<

данные изъяты> руб., учитывая семейные связи детей с умершим, невосполнимость понесенной потери, поскольку они в силу своего возраста могли воспринимать окружающую действительность, постоянно общаясь с дедушкой, имея привязанность к нему; М.Д.С. –

<

данные изъяты> руб., поскольку она в силу своего малолетнего возраста, степени восприятия окружающей действительности и формирования сознания, не могла понимать и осознавать его утрату и испытывать в связи с этим нравственные страдания настолько, насколько это присуще детям в более старшем возрасте.

То обстоятельство, что у ФИО3 нет финансовой возможности для выплаты истцам компенсации морального вреда, не может служить основанием к освобождению его от ответственности.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, в связи с удовлетворением исковых требований к ФИО3 о компенсации морального вреда, с последнего в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истцы были освобождены в силу пп.4 п.1 ст.333.36 Налогового кодекса РФ. Размер госпошлины, согласно пп.3 п.1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, составляет 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

решил:

уточненные исковые требования ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних М.Д.С., М.К.С., П.Е.Е., удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>) рублей.

Взыскать с ФИО3 в пользу М.Д.С. в лице её законного представителя ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО3 в пользу М.К.С. в лице его законного представителя ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>

Взыскать с ФИО3 в пользу П.Е.Е. в лице его законного представителя ФИО1 в размере 

<

данные изъяты>.

В удовлетворении уточненных исковых требований ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних М.Д.С., М.К.С., П.Е.Е., к ФИО2 о компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 

<

данные изъяты>

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Зиминский городской суд 

<

адрес> в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Ю.Н. Гоголь

Мотивированное решение суда изготовлено **.**.**