Дело № 2-346/2020 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

23 сентября 2020 года г. Пласт 

Пластский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего - судьи Суриной Е.А.

при секретаре Долгополовой С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ча к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о признании незаконным увольнения, изменении формулировки основания увольнения, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, за неиспользованный отпуск, морального вреда, незаконного удержания из заработной платы,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» (далее - АО «ЮГК») и с учетом уточнения просил признать незаконным приказ № 693 от 26 мая 2020 года, в соответствии с которым трудовой договор с истцом прекращен за прогул по п.п. «а» ч. 1 ст. 81 ТК РФ, изменить формулировку основания увольнения и обязать ответчика сделать запись об увольнении истца по собственному желанию с моменты вынесения решения суда, взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию за дни вынужденного прогула с 16 мая 2020 года по 23 августа 2020 года за 100 дней из расчета 2074,72 руб. / день, а всего 207472 руб., компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 1555,83 руб., зарплату за май 2020 года 1712,65 руб., незаконно удержанные из зарплаты денежные средства, выплаченные в качестве командировочных в размере 77159 руб., незаконно удержанные из зарплаты денежные средства за спецодежду в размере 11810 руб., компенсацию за несвоевременную и неполную выплату трудовых доходов в размере 3071,05 руб., стоимость авиабилетов 15218,91 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., судебные расходы 15000 рублей (л.д. 2, 111-112).

В обоснование иска истец указал, что с 07 августа 2019 года между истцом и ответчиком был заключен трудовой договор, согласно которому истец был принят на работы к ответчику на должность машиниста ПДМ на подземный участок № 1 шахты «Центральная», 03 сентября 2019 года переведен на должность водителя автомобиля, занятым на транспортировки горной массы в технологическом процессе. Приказом № 693 от 26 мая 2020 года он бы уволен с 16 мая 2020 года на основании пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ за прогул. Увольнение является незаконным ввиду следующего. С 15 января 2020 года истец был направлен на производственную командировку на 2 недели до 31 января 2020 года в Республику Хакасия, Ширинский район, пос. Коммунар ПАО «Коммунарский рудник». Работа в период нахождения истца в командировке осуществлялась вахтовым методом, а именно – ежемесячно по 11 часов в день, предусмотрен 1 выходной в месяц. Истец отработал предписанные 2 недели, но ответчик не отпустил истца на межвахтовый отпуск, сославшись на производственную необходимость, и предложил истцу поработать еще 1 месяц. Истец согласился поработать до 14 мая 2020 года. 14 мая 2020 года он отработал последнюю смену и поставив в известность своего непосредственного начальника, мастера работ К.О.В. об окончании вахты, за свой счет улетел к месту жительства. Однако ответчик усмотрел в данном факте прогул и 26 мая 2020 года приказом АО «ЮГК» № 693 истец уволен с 16 мая 2020 года на основании пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ за прогул. Приказ об увольнении считает незаконным. Истец имел право на межвахтовый отдых, однако ответчик такой отдых истцу не предоставил. Следовательно, прекращение работы истца связано с нарушением его права на отдых. На работу вахтой без выходных свыше 3 месяцев истец письменного согласия не давал, поэтому работодатель не имел права привлекать его к работе после 14 мая 2020 года. В связи с тем, что работник был уволен незаконно в его пользу с ответчика подлежит взысканию компенсация за дни вынужденного прогула, начиная со дня увольнения 16 мая 2020 года по 23 августа 2020 года, поскольку 24 августа 2020 года истец нашел другую работу. Таким образом, вынужденный прогул прекратился 23 августа 2020 года. Компенсация за вынужденный прогул рассчитывается из стоимости 1 календарного дня 2074,72 руб./день, за 100 календарных дней составляет 207472 руб. Компенсация за неиспользованный отпуск, подлежащая выплате истцу, составляет 1555,83 руб. в расчете использована стоимость 1 календарного дня, представленная АО «ЮГК» 2074,72 руб./день. Число дней неиспользованного отпуска определено из расчета 35 дней отпуска ежегодно, а всего за период работы ему полагается 27 дней. Следовательно, компенсация за неиспользованный отпуск составляет 2074,72 руб. х 27 см. = 56017,44 руб., а фактически истцу начислили только 54461,61 руб. Недоначисление составляет 1555,83 руб. Кроме того, истцу не выплатили зарплату за 15 дней работы в мае 2020 года. Средняя зарплата за 1 смену составляет 3536 руб./см. за 15 рабочих смен в мае 2020 года истец должен был получить зарплату в размере 3536 руб. х 15 см. = 53034,44 руб. А фактически ему начислили 51321,79 руб. Недоплата составляет 1712,65 руб. Кроме того, из зарплаты удержана сумма 77159 руб., которая складывается из выданных истцу командировочных на 3 месяца работы, а также незаконно удержанная сумма 11810 руб. – стоимость спецодежды. В нарушение ст. 168 ТК РФ ответчик отказался возмещать истцу расходы на авиаперелет от места работы до дома в размере 15218,91 руб. 

Поскольку ответчик несвоевременно и не в полном объеме осуществил денежный расчет истца при увольнении, подлежит начислению компенсация в порядке ст. 236 ТК РФ в размере 3071,05 руб. Незаконным увольнением и невыплатой причитающихся трудовых доходов ответчик причинил истцу моральный вред, компенсацию истец оценивает в 10000 руб. Для защиты его интересов он обратился к адвокату и оплатил за юридическую помощь при составлении искового заявления 15000 рублей. Указанные расходы должен возместить ответчик.

Истец ФИО1 при надлежащем извещении в судебное заседание не явился (л.д. 116).

Представитель истца Горбенко С.В., действующий на основании доверенности 

<

адрес>6 от 04 июня 2020 года (л.д. 7) и соглашения об оказании юридической помощи № 087 от 28 мая 2020 года (л.д.30) в судебном заседании исковые требования с учетом уточнения поддержал, по доводам, изложенным в исковом заявлении и заявлении об уточнении исковых требований.

Кроме того, пояснил, что работодатель не имел право привлекать работника к работе сверх установленного срока вахты без его согласия, более того, сверх установленного законом максимального возможного срока вахты. Помимо этого, нарушена сама процедура увольнения, поскольку истец уволен ранее, чем у него было затребовано объяснение. 

Представитель ответчика АО «Южуралзолото Группа Компаний» ФИО2, действующий на основании доверенности № 07 от 02 декабря 2019 года, в судебном заседании исковые требования не признал, просил отказать, ссылаясь на доводы письменных возражений:

Истец работал водителем автомобиля занятого на транспортировании горной массы в технологическом процессе. Работнику установлена нормальная продолжительность рабочего времени - 40 часов в неделю. 11.01.2020 года между Работником и Работодателем было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору о направлении Работника в служебную командировку в республику Хакасия, село Коммунар, ПАО «Коммунаровский рудник» с 15.01.2020 г.

Работник, находящийся в командировке с 15.01.2020 г. по 31.05.2020 г. в ПАО «Коммунаровский рудник», самовольно не вышел на смену 15.05.2020 г., бросив закрепленную за ним технику, и покинул рабочее место. 26.05.2020 г. с работника взяты объяснения, в которых истец подтверждает оставление рабочего места и совершение прогула, что подтверждается объяснительной приложенной к материалам дела. Работодатель, руководствуясь ч. 3 ст. 84.1 ТК РФ и п.п. «а» п.6 4.1 ст.81 ТК РФ, издал приказ от 26.05.2020 г. об увольнении работника за прогул. Истец с приказом №696 от 26.05.2020 был ознакомлен под роспись. 

Таким образом, АО «ЮГК» представлены исчерпывающие доказательства о наличии совершенного дисциплинарного проступка. Увольнение истца является законным и обоснованным, формулировка основания увольнения не подлежит изменению, компенсация за время вынужденного прогула не подлежит выплате.

Требование о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск не подлежит удовлетворению в связи с тем, что истцом неверно произведен расчет количества дней отпуска. При увольнении ему выплачены суммы компенсации за неиспользованный отпуск в полном объеме. 

Требования о взыскании незаконно удержанных из зарплаты денежных средств, выплаченных в качестве командировочных в размере 77159 руб., не подлежат удовлетворению в связи со следующим.

Согласно порядку предоставления отчетности, связанной с направлением работников в служебную командировку, в течение трех рабочих дней со дня возвращения из служебной командировки работник обязан предоставить авансовый отчет об израсходованных им суммах. Вместе с авансовым отчетом передаются в бухгалтерию документы (в оригинале), подтверждающие размер произведенных расходов, а также командировочное удостоверение с отметками о выбытии и прибытии. Истец вышеуказанные документы не предоставил. В целях погашения неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, который был выдан в связи со служебной командировкой в Республику Хакасия, Ширинский район, село Коммунар, ПАО «Коммунаровский рудник» с 15.01.2020 г. по 31.05.2020 г. и в соответствии с ч. 2 и 3 ст. 137 ТК РФ из заработной платы работника была удержана сумма в размере 77159 руб.

Требования о взыскании неполученной зарплаты за май 2020 года в размере - 1712,65 руб. не подлежат удовлетворению, поскольку истцу при увольнении 16.05.2020 г. выплачена установленная заработная плата за май 2020 г. без начисления премии, т.к. премия это стимулирующая выплата, которая зависит от результата работы компании и эффективности сотрудника. Выплата стимулирующих надбавок является правом, а не безусловной обязанностью работодателя. Работодатель сам определяет размер и условия выплаты премии, оценивает, как работник выполнял свои трудовые обязанности, а также результаты экономической деятельности компании. 

При увольнении истец не сдал спецодежду, которую получал спецодежду по ведомости выдачи спецодежды в сентябре, октябре 2019 г. 16.05.2020 г. был составлен акт №38 на списание спецодежды в связи с ее порчей. 26.05.2020 г. составлен приказ №820/1 об удержании из заработной платы работника суммы ущерба, причиненного имуществу работодателя, работник был ознакомлен с приказом. Стоимость выданной Истцу спецодежды, указана в акте на списание. Удержания за спецодежду произведены на основании приказа. Полагает, что физические и нравственные страдания работнику причинены не были (л.д. 118-124).

На основании ч. 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

Положения статьи 37 Конституции Российской Федерации, обусловливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать справедливые условия найма и увольнения, в том числе надлежащую защиту прав и законных интересов работника, как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, при расторжении трудового договора по инициативе работодателя, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве.

Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на: заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами; предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором; рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы; полную достоверную информацию об условиях труда и требованиях охраны труда на рабочем месте, включая реализацию прав, предоставленных законодательством о специальной оценке условий труда; защиту своих трудовых прав, свобод и законных интересов всеми не запрещенными законом способами; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором; обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами; исполнять иные обязанности, предусмотренные трудовым законодательством, в том числе законодательством о специальной оценке условий труда, и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и трудовыми договорами.

В соответствии с п. 5 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания формулировки основания и (или) причины увольнения неправильной или не соответствующей закону суд, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, обязан изменить ее и указать в решении основание и причину увольнения в точном соответствии с формулировками настоящего Кодекса или иного федерального закона со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи настоящего Кодекса или иного федерального закона.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что 07 августа 2019 года ФИО1 принят на работу в АО «Южуралзолото Группа Компаний» машинистом ПДМ (подземным) шахты «Центральная» (приказ № 1053 от 07 августа 2019 года л.д. 91). 

С истцом заключен трудовой договор от 07 августа 2019 года, согласно которому условия труда по результатам спецоценки – подкласс 3.3 класса условий «вредные»; пунктом 4.1. трудового договора установлен сменный режим работы; предусмотрен ежегодный основной оплачиваемый отпуск в количестве 28 календарных дней; ежегодный дополнительный отпуск в количестве 7 календарных дней (л.д. 87-90). 

Приказом от 03 сентября 2019 года № 847 истец переведен водителем автомобиля, занятый на транспортировании горной массы в технологическом процессе; с истцом заключено дополнительное соглашение (л.д. 92, 93).

На основании приказа № 693 от 26 мая 2020 года трудовой договор с ФИО1 расторгнут с 16 мая 2020 года в связи с прогулом на основании пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д. 94).

Сведения о принятии на работу, о переводе и об увольнении занесены в трудовую книжку истца (л.д. 18-19).

Истцом заявлено требование о признании незаконным и отмене приказа № 693 от 16 мая 2020 года о его увольнении в связи с прогулом, об изменении формулировки на п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации «по собственному желанию» и даты увольнения - с даты вынесения решения суда, мотивируя тем, что находился на вахте 4 месяца подряд, работая по 11 часов в день без выходных. На продолжение работы вахтовым методом он согласия не давал, письменного уведомления от работодателя о продлении командировки не получал. 

Доводы истца о незаконности его увольнения, по мнению суда, заслуживают внимания.

Согласно пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем, в том числе, в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Согласно п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Из материалов дела следует, что ФИО1, работающий в должности водителя автомобиля, на основании командировочного удостоверения № 48 от 14 января 2020 года был командирован в п. Коммунар для решения производственных вопросов на 17 календарных дней с 15 января 2020 года по 31 января 2020 года (л.д. 36).

Доводы истца о непрерывном характере работы в период с 15 января 2020 года по 15 мая 2020 года подтверждаются табелями учета рабочего времени (л.д. 96-100), согласно которым в январе 2020 года истцом отработано 18 смен,, в том числе с 17 января 2020 года по 31 января 2020 года - 15 смен, в феврале 2020 года – 28 смен, а марте 2020 года – 29 смен, в апреле 2020 года- 29 смен, с 1 по 15 мая 2020 года – 15 смен. 16 мая 2020 года в табеле учета рабочего времени значится прогул. 

Представитель истца не оспаривает тот факт, что ФИО1 16 мая 2020 года не вышел на работу. Вместе с тем, исходя из представленных доказательств и фактических обстоятельств дела, суд не усматривает в действиях истца прогула, в том смысле, который вкладывается в это понятие положениями статьи 81 ТК РФ - отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены) ввиду следующего. 

Согласно ч. 2 ст. 299 ТК РФ продолжительность вахты не должна превышать одного месяца. В исключительных случаях на отдельных объектах продолжительность вахты может быть увеличена работодателем до трех месяцев с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

Как следует из командировочного удостоверения, работник был направлен в командировку на срок с 15 января по 31 января 2020 года. Фактически же истец отработал 4 месяца подряд. Представителем ответчика в судебном заседании данный факт не опровергнут, каких-либо доказательств, свидетельствующих о продлении срока командировки (вахты) суду не представлено. 

Согласно объяснительной ФИО1 от 26 мая 2020 года, он уехал домой, поскольку отработал 4 месяца, замены не было. При этом 16 апреля 2020 года он звонил своему начальнику ФИО3 и предупреждал о том, что если не будет замены, то он не выйдет на работу (л.д. 81). 

Таким образом, работник в апреле 2020 года, то есть за месяц до прекращения своей трудовой функции уведомлял своего непосредственного руководителя о прекращении им своих трудовых обязанностей в случае отсутствия замены. Однако, такой замены не последовало, в связи с чем работник покинул рабочее место.

По смыслу ст. 299 ТК РФ во взаимосвязи с иными нормами трудового законодательства в случае неприбытия вахтового (сменного) персонала руководители организаций, осуществляющих работы вахтовым методом, могут привлекать работников к работе сверх продолжительности рабочего времени, установленного графиками работы на вахте, до прибытия смены. Привлечение к сверхурочной работе осуществляется в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 99 ТК РФ, т.е. при условии письменного согласия работника и с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации. Переработка рабочего времени оплачивается как сверхурочная работа в размерах, установленных ст. 152 ТК. В этих случаях работодатель обязан принять все меры для организации доставки вахтового (сменного) персонала в кратчайшие сроки.

Из пояснений представителя истца и материалов дела следует, что ФИО1 письменного согласия на продолжение командировки не давал. У работодателя законные основания для столь длительного нахождения работника на вахте отсутствовали; доказательств невозможности осуществить смену персонала, равно как и приказов о продлении командировки после 31 января 2020 года не представлено. При таких обстоятельствах, увольнение ФИО1 на основании пп. «а» п. 6 ч.1 ст. 81 ТК РФ нельзя признать законным.

Кроме того, работодателем нарушен порядок применения дисциплинарного взыскания - увольнения.

26 мая 2020 года у ФИО1 отобраны вышеуказанные объяснения, после чего издан приказ № 693 от 26 мая 2020 года об увольнении работника с 16 мая 2020 года (л.д. 94).

Вместе с тем, в соответствии с положениями ст. 193 ТК РФ письменное объяснение от работника работодатель должен затребовать до применения дисциплинарного взыскания. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Таким образом, истец не мог быть уволен ранее получения объяснений, то есть ранее 26 мая 2020 года. 

Кроме того, в оспариваемом приказе отсутствуют основания увольнения (документ, номер дата).

С учетом изложенного, приказ № 693 от 26 мая 2020 об увольнении ФИО1 по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ является незаконным.

В силу ч.ч. 4, 7 ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.

Если в случаях, предусмотренных настоящей статьей, после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения, то дата увольнения должна быть изменена на дату вынесения решения судом. В случае, когда к моменту вынесения указанного решения работник после оспариваемого увольнения вступил в трудовые отношения с другим работодателем, дата увольнения должна быть изменена на дату, предшествующую дню начала работы у этого работодателя.

Поскольку в ходе рассмотрения дела установлено, что приказ об увольнении ФИО1 является незаконным, в настоящее время истец не желает продолжать трудовые отношения с АО «ЮГК», суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца об изменении формулировки основания увольнения ФИО1 на п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации «по собственному желанию». 

Кроме того, подлежит изменению дата увольнения. Согласно пояснениям представителя истца 24 августа 2020 года его доверитель ФИО1 устроился на другую работу, следовательно, с 24 августа 2020 года работник вступил в трудовые отношения с другим работодателем, а значит дату его увольнения в соответствии с положениями ст. 394 ТК РФ необходимо указать с 23 августа 2020 года.

Кроме того, истец просит возместить затраты на авиаперелет в размере 15218,91 руб., понесенные в связи с возвращением из командировки. 

Согласно ст. 167 ТК РФ при направлении работника в служебную командировку ему гарантируются сохранение места работы (должности) и среднего заработка, а также возмещение расходов, связанных со служебной командировкой.

В соответствии с ч. 1 ст. 168 ТК РФ в случае направления в служебную командировку работодатель обязан возмещать работнику: расходы по проезду; расходы по найму жилого помещения; дополнительные расходы, связанные с проживанием вне места постоянного жительства (суточные); иные расходы, произведенные работником с разрешения или ведома работодателя.

Согласно п.4.2 Положения о командировках АО «ЮГК» работнику, направленному в командировку как внутри России, так и за ее пределы, возмещаются, в том числе, следующие расходы: проезд до места назначения и обратно; суточные; сборы за услуги аэропортов, комиссионные сборы, на провоз багажа. 

В соответствии с п. 4.4 Положения о командировках АО «ЮГК» расходы по проезду к месту командировки и обратно к месту постоянной работы возмещаются командированным работникам в размере стоимости проезда воздушным, железнодорожным, водным и автомобильным транспортном общего пользования, включая страховые платежи по государственному обязательному страхованию пассажиров на транспорте, оплате услуг по предварительной продаже проездных билетов, расходов на пользование в поездах постельными принадлежностями (л.д. 75). 

В материалы дела представлены посадочные талоны на рейсы Абакан-Новосибирск и Новосибирск-Челябинск на имя истца, распечатка электронного билета на сумму 11268,91 руб. (багаж в тариф не включен), а также кассовый чек об оплате стоимости перевозки багажа на сумму 3950 руб. (л.д. 28, 29).

Поскольку истец с 15 января 2020 года в п.Коммунар был командирован ответчиком, положением о командировках АО «ЮГК» возмещение таких расходов предусмотрено, следовательно, расходы по оплате стоимости проезда от места командировки к месту постоянной работы возлагаются на ответчика.

При таких обстоятельствах, требование о взыскании расходов по проезду от места командировки к месту постоянной работы подлежат взысканию с ответчика в сумме понесенных расходов – 15218,91 руб.. 

Кроме того, истец в исковом заявлении указывает на выплату заработной платы за май 2020 года не в полном объеме.

В мае 2020 года ФИО1 отработал 15 смен. Размер среднего заработка за 1 смену составляет 3536 руб. Значит, сумма заработной платы за май 2020 года должна составить 53034,44 руб.; фактически истцу выплатили 51321,79 руб. (л.д. 54). Недоплата составляет 1712,65 руб. (53034,44 – 51321,79), которую надлежит взыскать с ответчика. 

Решение в части взыскания недополученной заработной платы за май 2020 года на основании ст. 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит немедленному исполнению. 

Разрешая требование о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, суд приходит к следующему. 

На основании ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Согласно ст.ст. 114, 115 Трудового кодекса Российской Федерации работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка. Ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней.

В силу ст. 116 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска предоставляются работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, работникам, имеющим особый характер работы, работникам с ненормированным рабочим днем, работникам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 117 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 28.12.2013 N 421-ФЗ) ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, условия труда на рабочих местах которых по результатам специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 2, 3 или 4 степени либо опасным условиям труда.

Минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, указанным в части первой настоящей статьи, составляет 7 календарных дней.

Согласно ч. 1 ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В соответствии с п. 28 Правил об очередных и дополнительных отпусках, утвержденных Народным Комиссариатом Труда СССР 30 апреля 1930 года № 169 (с последующими изменениями), при увольнении работника, не использовавшего своего права на отпуск, ему выплачивается компенсация за неиспользованный отпуск.

Суд находит обоснованными доводы истца о взыскании с АО «ЮГК» недоначисленной компенсации за неиспользованный отпуск по следующим основаниям.

Истцу, работавшему во вредных условиях труда, полагается не менее 35 календарных дней отпуска (28 основного и 7 дней дополнительного) ежегодно.

Ответчиком АО «ЮГК» приказов о предоставлении ФИО1 ежегодных оплачиваемых отпусков не представлено. В письменных возражениях ответчик ссылается на отсутствие задолженности по оплате компенсации за неиспользованный отпуск, выплаченной в полном объеме при увольнении. 

Вместе с тем, с указанными доводами согласиться нельзя. 

За период работы ФИО1 в АО «ЮГК» ему полагается 27 дней отпуска. Сумма среднего заработка за 1 день для расчета компенсации за неиспользованный отпуск, представленная АО «ЮГК», составляет 2074,73 руб. (л.д. 53). Истец указанную сумму не оспаривает. Таким образом, размер компенсации за неиспользованный отпуск составляет 56017,44 руб. (2074,73 руб. х 27 дн.). При увольнении истцу выплачена компенсация за 26,25 дней неиспользованного отпуска в размере 54461,61 руб. Таким образом, недоначисление составляет 56017,44 руб. – 54461,61 = 1555,83 руб., которое надлежит взыскать с ответчика. 

Кроме того, при увольнении из заработной платы истца произведены удержания за спецодежду в размере 11810 руб. Истец полагает указанные удержания незаконными.

Представитель ответчика приобщил документы, из которых следует, что истцу выдавалась спецодежда: в сентябре 2019 г. – ботинки 1 пара, футболка- 1 шт., костюм рабочи1 – 1; в октябре 2019 г. ботинки – 1 пара, костюм зимний -1 (л.д. 132-134). 26 мая 2020 года издан приказ № 820/1 об удержании из заработной платы работника суммы ущерба, причиненного имуществу работника, согласно которому произведено удержание в размере 11810 руб. В обосновании приказа указан акт о списании от 16 мая 2020 года (л.д. 135). Вместе с тем, указанный акт к приказу не приложен. 

Согласно ст. 137 ТК РФ удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться: для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счет заработной платы; для погашения неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях; для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров вины работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса); при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска. Удержания за эти дни не производятся, если работник увольняется по основаниям, предусмотренным пунктом 8 части первой статьи 77 или пунктами 1, 2 или 4 части первой статьи 81, пунктах 1, 2, 5, 6 и 7 статьи 83 настоящего Кодекса.

Только для этой группы удержаний из зарплаты работника законодатель предусмотрел (в изъятие из общих правил об обязательных взысканиях, связанных с иными группами удержаний) особый порядок взыскания с работника его задолженности работодателю, наделив последнего дискреционными полномочиями.

Для всех перечисленных в части 2 ст. 137 случаев ТК РФ на работодателя не возложена обязанность заблаговременно до удержания каких-либо сумм из зарплаты работника извещать его об их взыскании.

Удержания, произведенные из заработной платы истца, за спецодежду, в ст. 137 ТК РФ не названы.

Кроме того, согласно ч. 6 ст. 212 ТК РФ работодатель обязан обеспечить в том числе, приобретение и выдачу за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, смывающих и обезвреживающих средств, прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке, в соответствии с установленными нормами работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о незаконности произведенных из заработной платы ФИО1 удержаний и необходимости взыскания денежных средств в размере 11810 руб. в пользу истца.

Кроме этого, согласно расчетному листку за май 2020 года из заработной платы истца удержаны подотчетные денежные средства в размере 77159 руб. 

В соответствии с Положением о командировках АО «ЮГК» за каждый день нахождения в командировке, включая выходные и нерабочие праздничные дни, а также за дни нахождения в пути, в том числе за время вынужденной остановки в пути, работнику выплачиваются суточные. 

Для командировок по территории России за пределы Челябинской области суточные устанавливаются в размере 500 руб.(п.4.3) (л.д. 75).

Представителем ответчика представлена карточка счета за период с 01 января 2020 года по 30 мая 2020 года, а также реестры зачисления денежных средств с января по апрель 2020 года, из которых следует, что на банковский счет истца действительно были зачислены командировочные в размере 77159 руб. за период с 15 января 2020 года по 31 мая 2020 года (л.д. 64-72). 

Ответчик полагает, что удержание произведено законно, поскольку перечисленные денежные средства являлись подочетными, истцом по возвращении из командировки документы в обоснование авансовой отчетности представлены не были. 

С указанными доводами суд соглашается в части. 

Поскольку в соответствии с пунктом 4.3 Положения о командировках АО «ЮГК» суточные выплачиваются за каждый день нахождения в командировке, размер суточных для командировок по территории России за пределы Челябинской области установлены в размере 500 рублей, факт пребывания работника в командировке с 15 января 2020 года по 15 мая 2020 года ответчиком не оспаривается, следовательно, денежные средства за указанный период не могли быть удержаны. 

Вместе с тем, в мае 2020 года истец отработал лишь 15 смен с 01 по 15 мая. Следовательно, командировочные за период с 16 мая 2020 года по 31 мая 2020 года в размере 7500 удержаны законно. Представитель истца в судебном заседании с удержанием данной суммы согласился. 

Таким образом, удержанные из заработной платы истца денежные средства в размере 69659 руб. (77159 – 7500) подлежат взысканию с ответчика в пользу истца. 

Истцом заявлено требование о взыскании компенсации за время вынужденного прогула с 16 мая 2020 года по 23 августа 2020 года, поскольку 24 августа 2020 года он устроился на другую работу. 

Согласно ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате: незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу; задержки работодателем выдачи работнику трудовой книжки, внесения в трудовую книжку неправильной или не соответствующей законодательству формулировки причины увольнения работника.

Из п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" следует, что средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 ТК РФ.

Поскольку Кодекс (статья 139) установил единый порядок исчисления средней заработной платы для всех случаев определения ее размера, в таком же порядке следует определять средний заработок при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула, вызванного задержкой выдачи уволенному работнику трудовой книжки (статья 234 ТК РФ), при вынужденном прогуле в связи с неправильной формулировкой причины увольнения (часть восьмая статьи 394 ТК РФ), при задержке исполнения решения суда о восстановлении на работе (статья 396 ТК РФ).

Поскольку истец не имел возможности выполнять трудовые обязанности в связи с увольнением, суд соглашается с доводом истца о том, что прогул в период с 16 мая 2020 года по 23 августа 2020 года является вынужденным. 

Размер среднего заработка за 1 день работы истца составляет 3527,17 руб. из расчета 536130 руб. (заработок за 12 месяцев) / 152 дн. (количество фактически отработанных дней за период). Истец просит взыскать компенсацию за вынужденный прогул за 100 дней в размере 207472 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Стороной ответчика контррасчета, как и доводов в опровержение позиции истца не представлено, в связи с чем, суд считает возможным удовлетворить данное требование. Компенсация за время вынужденного прогула составляет 3527,17 руб. х 100 дн. = 352717 руб. 

Вместе с тем, в соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Таким образом, с ответчика подлежит взысканию сумма в размере 207472 руб. При этом из указанной суммы подлежит удержанию налог на доходы физических лиц.

В соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Установив нарушение трудовых прав истца, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с ответчика компенсацию за нарушение сроков выплаты причитающихся истцу денежных средств при увольнении. Невыплаченная сумма составляет 97563,03 руб. ((1555,83 руб. компенсация за неиспользованный отпуск + 1712,65 руб. зарплата за май 2020 года + 15218,91 руб. расходы за авиаперелет) – 13% (с учетом вычета налога на доходы физических лиц) + 11820 незаконно удержанная сумма за спецодежду + 69659 руб. незаконно удержанные командировочные).

Таким образом, размер денежной компенсации за нарушение работодателем АО «ЮГК» установленного срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении, причитающихся работнику, составил 3206,17 руб., из следующего расчета: 

16.05.2020 г. по 21.06.2020 г. (37 дн.) в сумме 1324,83 руб. (97563,03 руб. х 5.5% х 1/150 х 37 дн.);

с 22.06.2020 г. по 26.07.2020 года (35 дн.) в сумме 1024,41 руб. (97563,03 руб. х 4.5% х 1/150 х 35 дн.);

с 27.07.2020 по 26.08.2020 г. (31 дн.) в сумме 856,93 руб. (97563,03 х 4,25% х 1/150 х 31 дн.).

В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Компенсация за несвоевременную выплату при увольнении подлежит взысканию с ответчика в пределах заявленной истцом суммы – 3071,05 руб. 

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

С учетом принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей, поскольку в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, судом были установлены неправомерные действия ответчика в отношении истца. В остальной части взыскания компенсации морального вреда необходимо отказать.

В силу ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В материалы дела представлена квитанция об оплате юридических услуг в размере 15 000 рублей, а также представлено соглашение на оказание юридической помощи № 087 от 28 мая 2020 года за участие адвоката Горбенко С.В. в качестве представителя истца при рассмотрении гражданского дела и за составление искового заявления (л.д. 29, 30). 

При определении размера подлежащих взысканию судебных расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает категорию и сложность спора, степень участия представителя истца Горбенко С.В. при рассмотрении дела, количество судебных заседаний, а именно: представитель участвовал при подготовке к делу, в судебном заседании, подготовил в суд исковое заявление, заявление об изменении исковых требований, а также объем и характер оказанных представителем услуг. 

С учетом разумности суд считает возможным удовлетворить требования истца о возмещении указанных расходов частично, взыскав с ответчика в его пользу 10 000 рублей. 

Согласно ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Подпункт 1 пункта 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации предусматривает освобождение от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, истцов – по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений.

Согласно подпункту 8 пункта 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Размер государственной пошлины с учетом удовлетворенной части исковых требований составляет 6305,09 руб. и подлежит взысканию с ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

исковые требования ФИО1 ча к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» удовлетворить частично.

Признать незаконным увольнение ФИО1 ча на основании приказа акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» №693 от 26.05.2020 года по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

Изменить формулировку основания увольнения на п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ «по собственному желанию», и дату увольнения на 23.08.2020 года.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в пользу ФИО1 компенсацию за время вынужденного прогула за период с 16.05.2020 года по 23.08.2020 года в размере 207472 руб., компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 1555,83 руб. (в том числе налог на доходы физических лиц), заработную плату за май 2020 года в размере 1712,65 руб. (в том числе налог на доходы физических лиц), незаконно удержанные из зарплаты денежные средства, выплаченные в качестве командировочных в размере 69659 руб., незаконно удержанную сумму за спецодежду в размере 11820 руб., стоимость авиабилетов в размере 15218,91 руб., компенсацию за несвоевременную и неполную выплату трудовых доходов в размере 3071,05 руб., компенсацию морального вреда в размере 5000 руб., судебные расходы в размере 10000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» отказать.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 6305,09 руб.

Решение в части взыскания заработной платы за май 2020 года подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Пластский городской суд Челябинской области.

Председательствующий

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Дело № 2-346/2020