Председательствующий – Лямцева О.В. (дело №1-142/2024)

УИД:32RS0003-01-2024-002017-07

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Е 

№22-1644/2024

30 октября 2024 года

г. Брянск

Брянский областной суд в составе

председательствующего Мазовой О.В., 

при секретаре Мармызовой О.П. 

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Брянской области Сердюковой Н.Д., 

осужденного ФИО1 и его защитника-адвоката Артамонова И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Брянского районного суда Брянской области от 9 сентября 2024 года, которым 

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданин РФ, со средним общим образованием, женатый, имеющий малолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ неработающий, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>, несудимый,

осужден по ч.1 ст.264.1 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 200 часов, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года.

Мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке оставлена без изменения.

Решены вопросы об исчислении срока дополнительного наказания и вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи, выступления осужденного и его защитника, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора, полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за управление 25 апреля 2024 года в 13 часов 10 минут автомобилем в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал и пояснил, что 25 апреля 2024 года после остановки автомобиля под его управлением сотрудниками полиции, прошел освидетельствование на состояние алкогольного опьянения в служебном автомобиле на месте остановки, по результатам которого ничего выявлено не было, после чего сотрудники полиции предложили ему пройти медицинское освидетельствование в больнице, на что он отказался. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 считает, что выводы суда первой инстанции, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, поскольку в момент остановки транспортного средства в состоянии опьянения он не находился, а протоколы в отношении него составлены сотрудниками полиции вследствие его нахождения в беспомощном состоянии в связи с наличием ограничений по состоянию здоровья и грубым нарушением его процессуальных прав. Указывает, что является инвалидом с детства в связи со стойкой утратой слуха, что подтверждается соответствующими медицинскими документами, ввиду глухоты не пользуется мобильным телефоном, имеет ограничения способностей к ориентации, общению и обучению, нуждается в постоянной средовой реабилитации с применением технических средств в виде бинаурального слухового протезирования слуховым аппаратом, без которого не может слышать и понимать собеседника, кроме того, страдает возрастной дальнозоркостью, что лишает его возможности читать без использования очков. 

Полагает, что в силу физических недостатков во время событий 25 апреля 2024 года был лишен возможности самостоятельно реализовывать свои процессуальные права, поскольку находился без слуховых аппаратов и очков для чтения документов, что подтверждается показаниями свидетелей и приобщенными к материалам уголовного дела видеозаписями, речь сотрудника ДПС, составлявшего протоколы, слышал отдельными словами, в связи с чем не понимал смысла и значения сказанного, при этом ему не разъяснялись права, предусмотренные КоАП РФ, не предоставлена возможность иметь представителя и воспользоваться услугами сурдопереводчика, что является существенным нарушением его права на защиту, кроме того, копии составленных документов, за исключением протокола задержания транспортного средства, ему не были выданы. 

По мнению автора апелляционной жалобы, наличие у него признаков нахождения в состоянии алкогольного опьянения, указанных в акте освидетельствования и явившихся основанием для направления на медицинское освидетельствование, в частности нарушение речи, резкое изменение покровов лица, поведение, не соответствующее обстановке, объективно ничем не подтверждено, допрошенные в судебном заседании свидетели – сотрудники полиции Р.Ю.М. и Б.В.М. не смогли пояснить, в чем конкретно состоял каждый из указанных в акте признаков, при этом изменений покровов лица у него не бывает в силу природных особенностей, а факт привлечения ранее к административной ответственности за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, что было установлено сотрудниками ДПС при проверке по базе данных, не может являться основанием для направления на медицинское освидетельствование. 

Обращает внимание, что при оформлении документов в патрульном автомобиле с помощью видеорегистратора осуществлялась видеозапись, которая велась непрерывно, вместе с тем в суде первой инстанции представлены 4 видеосюжета, выбранных инспектором Р.Ю.М., которые не отражают весь ход его задержания и оформления административного материала. Усматривает нарушение судом первой инстанции своего права на защиту, поскольку ему было необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о допуске к участию в деле в качестве защитника наряду с адвокатом его матери А.Л.В. Просит приговор отменить, уголовное дело прекратить за отсутствием состава преступления.

В возражении на апелляционную жалобу осужденного государственный обвинитель - помощник прокурора Брянского района Брянской области Матяш Е.Л. просит приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражения, суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым. 

Предусмотренные ст.73 УПК РФ обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу, установлены.

В приговоре согласно требованиям ст.307 УПК РФ приведены доказательства, подтверждающие виновность осужденного в содеянном, которым судом дана мотивированная оценка в соответствии со ст.ст.87 и 88 УПК РФ, а также указано, какие из них суд положил в основу приговора, и приведены убедительные аргументы принятого решения.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, а именно:

- показаниями свидетелей – сотрудников ДПС 

<

данные изъяты> - Р.Ю.М. и Б.В.М., каждого в отдельности, об обстоятельствах остановки 25 апреля 2024 года около 13 часов 10 минут в районе 

<

адрес> автомобиля под управлением ФИО1, у которого имелись признаки опьянения, в частности нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, поведение, не соответствующее обстановке, в связи с чем ФИО1 на месте прошел освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, которое у него установлено не было. Однако пройти освидетельствование на состояние опьянения в медицинском учреждении ФИО1 отказался, поясняя, что «…у него своих дел хватает..», добровольно собственноручно выполнив запись об отказе и поставив подпись в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование. При оформлении административного материала ФИО1 пояснял, что плохо слышит, однако на все вопросы отвечал и все происходящее понимал, ходатайств о предоставлении ему сурдопереводчика не заявлял. Копии всех составленных протоколов ФИО1 были выданы; 

- показаниями свидетеля А.Л.В., согласно которым ее сын ФИО1, являющийся инвалидом детства по слуху, не поехал на освидетельствование в медицинское учреждение, полагая, что его должны были отвезти сотрудники полиции.

Кроме того, показания указанных лиц дополняются исследованными судом первой инстанции материалами дела, в том числе:

- протоколом об отстранении от управления транспортным средством от 25 апреля 2024 года;

- протоколом от 25 апреля 2024 года, согласно которому ФИО1 при наличии у него признаков опьянения отказался от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения;

- протоколом о задержании транспортного средства от 25 апреля 2024 года;

- протоколом осмотра файлов с видеозаписями из служебного автомобиля ДПС ГИБДД от 25 апреля 2024 года, которыми подтвержден факт отказа ФИО1 при наличии у него признаков опьянения от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения в медицинском учреждении. Видеозаписями также установлено, что ФИО1 отвечает на все вопросы сотрудников ДПС, которым пояснял, что ему все понятно, заявлений от него о предоставлении сурдопереводчика либо адвоката не поступало;

- вступившим в законную силу 31 июля 2020 года постановлением мирового судьи судебного участка №22 Брянского судебного района Брянской области от 14 июля 2020 года о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ к административному штрафу в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев;

- вступившим в законную силу 13 октября 2020 года постановлением и.о. мирового судьи судебного участка №73 Брянского судебного района Брянской области - мирового судьи судебного участка №22 Брянского судебного района Брянской области от 30 сентября 2020 года о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ к административному штрафу в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев; 

- справкой ГАИ УМВД России по Брянской области о том, что административные штрафы оплачены 23 августа 2020 года и 19 января 2021 года, соответственно, срок лишения специального права истек 1 августа 2023 года;

- другими доказательствами по делу, приведенными в приговоре.

Не соглашаясь с утверждениями осужденного, суд апелляционной инстанции находит, что выводы суда о виновности осужденного ФИО1 в указанном преступлении основаны на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании, оценка которых произведена в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Судом приведены и мотивы, по которым суд отверг доказательства, представленные стороной защиты, признав их несостоятельными. Оснований сомневаться в объективности и беспристрастности суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

Эти и другие доказательства согласуются между собой и свидетельствуют о том, что судом верно установлены фактические обстоятельства дела и причастность ФИО1 к совершению преступления.

В соответствии с требованиями закона суд раскрыл в приговоре содержание доказательств, изложил существо показаний осужденного, свидетелей обвинения, сведения, содержащиеся в письменных доказательствах. Мотивы и основания того, почему принимаются одни доказательства и отвергаются другие, приведены судом первой инстанции, дана надлежащая оценка показаниям осужденного.

Противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда и которым суд не дал бы оценки, в деле не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, приведенные в приговоре показания свидетелей Р.Ю.М. и Б.В.М. являются последовательными, согласуются с другими доказательствами и соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поэтому они в совокупности с другими допустимыми доказательствами обоснованно положены в основу обвинительного приговора.

Оснований не доверять показаниям указанных свидетелей у суда не имелось. Как установлено судом, какой-либо заинтересованности в исходе данного дела они не имели, повода для оговора ими осужденного не установлено. Перед допросом свидетели были каждый раз предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за заведомо ложные показания.

Доводы о том, что ФИО1 не была разъяснена процедура направления на медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, суть которой ему в силу его глухоты была не понятна, материалами дела не подтверждается. ФИО1 является совершеннолетним, вменяемым лицом, недееспособным или ограниченно дееспособным не признан, пользуясь правом управления транспортными средствами, знает или должен знать как о его обязанностях как водителя в рамках Правил дорожного движения РФ, так и о последствиях своих подписей в процессуальных документах, составленных сотрудниками ГИБДД. Содержание процессуальных документов, в том числе протокола о направлении ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, изложено в достаточной степени ясности, поводов, которые давали бы основания полагать, что ФИО1 не осознавал содержание и суть подписываемых документов, не имеется. При этом ФИО1 каких-либо замечаний о нарушениях при оформлении протоколов либо заявлений об оказании на него сотрудниками ГИБДД давления при подписании данных протоколов не указывал.

Доводы апелляционной жалобы осужденного о том, что у сотрудников ГИБДД не было законных оснований для его направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, несостоятельны, потому как основанием полагать, что водитель ФИО1 находился в состоянии опьянения явилось наличие у него признаков опьянения, а именно: нарушение речи, резкое изменение кожных покровов лица, что соответствует подп.«в»,«г» п.6 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного Приказом Минздрава России от 18 декабря 2015 года №933н.

Наличие у ФИО1 обозначенных признаков опьянения зафиксировано в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. В связи с наличием признаков опьянения при отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО1 был направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (ч.1.1 ст.27.12 КоАП РФ), от прохождения которого он отказался. Его отказ зафиксирован в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, в котором ФИО1 под видеозапись собственноручно указал, что отказывается от медицинского освидетельствования, неоднократно повторив свой отказ под видеозапись, удостоверив правильность внесенных в протокол сведений своей подписью.

В суде апелляционной инстанции осужденный также подтвердил, что отказался от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, так как торопился, ему надо забрать дочь из школы.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, резкое изменение окраски кожных покровов лица предусмотрено подп.«г» п.6 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического). 

По смыслу положений чч.1, 1.1 и 2 ст.27.12 КоАП РФ право определить наличие либо отсутствие у водителя транспортного средства указанных в п.6 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) признаков, указывающих на достаточные основания полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, предоставлено должностным лицам, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения. 

При этом определение таких признаков предполагается в отношении конкретного лица по его внешнему виду и поведению визуально по субъективному внутреннему убеждению должностного лица непосредственно на месте осуществления им обязанностей, установленных пп.19, 19.1 ч.1 ст.12 ФЗ «О полиции» (в частности осуществлять государственный контроль (надзор) за соблюдением правил и иных требований нормативных документов в области обеспечения безопасности дорожного движения).

Наличие у ФИО1 таких признаков установлено инспекторами ДПС на основании личного наблюдения и не опровергаются имеющейся в деле видеозаписью.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что, являясь водителем транспортного средства, ФИО1 должен знать и соблюдать требования п.2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, возлагающие на него обязанность выполнять требование о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, соответственно, в данном случае нарушений со стороны сотрудников ГИБДД не установлено.

Так, из просмотренной в судебном заседании видеозаписи усматривается, что ФИО1 ориентируется в окружающей его обстановке и отвечает на все вопросы сотрудников ДПС, отказался от прохождения медицинского освидетельствования, пояснив, что ему надо ехать за дочкой в школу. Отказ от прохождения медицинского освидетельствования собственноручно написал в протоколе, однако он написан неразборчиво, о чем сотрудникам полиции под видеозапись ФИО1 несколько раз повторил, что отказывается от прохождения медицинского освидетельствования.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, видеозапись применения мер обеспечения производство по делу обоснованно признана судом в качестве допустимого доказательства. На представленной с материалами дела видеозаписи последовательно отображен ход всех процессуальных действий, совершенных по составлению административных протоколов, в том числе зафиксированы обстоятельства направления ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Названная видеозапись обеспечивает визуальную идентификацию участников проводимых процессуальных действий, аудификацию речи, а также соотносимость с местом и временем совершения противоправного деяния, отраженными в собранных по делу доказательствах. В частности, из видеозаписи следует, что ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования отказался, подписав соответствующие протоколы. Кроме того, из видеозаписи следует, что ФИО1, хотя и является слабослышащим, о нуждаемости в услугах сурдопереводчика при составлении процессуальных документов не заявлял, отвечал на все поставленные вопросы, указывал место жительство, давал пояснения, таким образом, названная видеозапись заявлений ФИО1 о том, что ему не понятна обращенная к нему речь, не содержит.

Указанные обстоятельства не позволили должностному лицу, оформившему административный материал, и суду первой инстанции усомниться в понимании ФИО1 обращенной к нему речи, понимания смысла и значения процессуальных действий, совершаемых в отношении него сотрудниками ГИБДД.

Учитывая изложенное, само по себе наличие у ФИО1 заболевания (

<

данные изъяты>) и отсутствие слухового аппарата не являлось обстоятельством, обязывающим предоставить ему сурдопереводчика.

При этом ФИО1 не был лишен возможности подать ходатайство о привлечении к участию в деле сурдопереводчика, какие-либо данные указывающие на это, материалы дела не содержат.

Утверждения стороны защиты, что сотрудники полиции должны были пригласить ФИО1 в силу физических недостатков (

<

данные изъяты>) в качестве представителя его мать основаны на неверном понимании закона. ФИО1 недееспособным или ограниченно дееспособным не признан, то есть в силу закона самостоятельно может осуществлять свои права и выполнять обязанности, повторно получил водительское удостоверение на право управления транспортным средством, сдав соответствующий экзамен, медицинских противопоказаний для управления транспортным средством у него не выявлено, допущен к управлению транспортными средствами.

Оснований для проведения судебной психологической экспертизы с целью установления индивидуально-психологических особенностей, влияющих на поведение ФИО1, возможности оказания давления на его поведение, его внушаемости не имеется. Письменными материалами дела, в том числе видеозаписью оформления административных протоколов в отношении ФИО1, подтверждается свободная воля последнего, его понимание происходящего, а также отсутствие как оказания на него давления со стороны сотрудников полиции, так и нахождения в беспомощном состоянии, о чем утверждает защитник осужденного.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах и сомнения в виновности осужденного ФИО1, требующие истолкования в его пользу, по делу отсутствуют.

Тот факт, что данная судом оценка собранных по делу доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требования ст.88 УПК РФ и не является основанием для изменения или отмены приговора суда.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, отказ суда в допуске в качестве защитника наряду с адвокатом его матери А.Л.В., не свидетельствует о нарушении права на защиту.

В судебном заседании соблюдено право осужденного ФИО1 на защиту, было обеспечено равенство прав сторон, которым суд первой инстанции, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, при этом судом первой инстанции были соблюдены принципы уголовного судопроизводства, предусмотренные главой 2 УПК РФ, судебное следствие проведено полно и всесторонне.

Ходатайство осужденного о допуске в качестве защитника иного лица – его матери наряду с адвокатом разрешено в установленном порядке. Положения ч.2 ст.49 УПК РФ дают суду право, но не обязывают допускать в качестве защитника близких родственников обвиняемого или иное лицо, о допуске которого ходатайствует обвиняемый. В ходе рассмотрения дела ФИО1 в полной мере был обеспечен квалифицированной юридической помощью, в лице профессионального юриста-адвоката Артамонова И.В., который занимал активную позицию по защите интересов осужденного. Подсудимый ФИО1 не заявлял о ненадлежащем исполнении защитником своих функциональных обязанностей. При этом лицо, которое просил допустить в качестве защитника наряду с адвокатом ФИО1, не сообщило суду, в чем конкретно будет выражаться ее помощь подсудимому, которая ранее по ходатайству стороны защиты была допрошена в качестве свидетеля по делу.

Принципы объективности и беспристрастности суда, презумпции невиновности обвиняемого, равенства сторон и состязательности судопроизводства судом первой инстанции не нарушены.

Действия осужденного с учетом установленных фактических обстоятельств судом правильно квалифицированы по ч.1 ст. 264.1 УК РФ. 

Наказание осужденному ФИО1 назначено с соблюдением принципов законности и справедливости, судом в соответствии со ст.ст.6, 60 УК РФ учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, смягчающие обстоятельства (наличие малолетнего ребенка, состояние здоровья ФИО1, его матери и совершеннолетнего ребенка, инвалидность 

<

данные изъяты>, возраст осужденного и его матери), отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Учитывая характер и степень общественной опасности содеянного в совокупности с данными, характеризующими личность осужденного, а также иные обстоятельства, суд с соблюдением принципа индивидуального подхода к назначению наказания пришел к верному выводу о том, что достижение целей наказания возможно при назначении ФИО1 наказания в виде обязательных работ по правилам ст.49 УК РФ, свое решение надлежаще аргументировал.

Препятствия для назначения обязательных работ, предусмотренные ч.4 ст.49 УК РФ, отсутствуют. 

Оснований для применения ст.64 УК РФ ввиду отсутствия исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, не имеется.

Существенных нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену либо изменение обжалуемого приговора, по делу не допущено.

Руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Брянского районного суда Брянской области от 9 сентября 2024 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Мазова О.В.