Мотивированное 

решение

 изготовлено Дело 2-771/2017

23.10.2017 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Арсеньев 17 октября 2017 г.

Арсеньевский городской суд Приморского края в составе председательствующего судьи Чубченко И.В., при секретаре Сурневой Е.С., с участием истца ФИО1, представителя ответчика ПАО ААК «Прогресс» ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ПАО ААК «Прогресс» об отмене дисциплинарного взыскания,

У с т а н о в и л :

Истец ФИО1 обратился в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что работает на предприятии ПАО ААК «Прогресс» в должности производственного мастера. Приказом № 0055-УД/Н от 14.07.2017 года в отношении него незаконно применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за отсутствие должного контроля за работой участка и допущение скопления стружки в кюбеле, которая не убиралась с участка в нарушении п.6.4 технологической инструкции 475. Пункт 64 технологической инструкции 475 гласит, что отходы после обработки заготовок деталей из магниевых сплавов вывозятся с территории участка либо по мере наполнения полного кюбеля для отходов, либо по окончании работы, что является окончанием рабочей смены. Как следует из заключения по результатам служебного разбирательства по факту возгорания магниевой стружки на станке DMU-60 (инвентарный номер 48847) в цехе 129 ПАО ААК «Прогресс» от 28.06.2017 года кюбель был заполнен на 2/3, время нарушения п.6.4 технологической инструкции 475 - 15 часов 25 минут. Рабочая смена истца с 08 часов 00 минут до 17 часов 00 минут. Согласно п.6.3 технологической инструкции 475 стружку магниевых сплавов нужно складировать в закрытые металлические ящики, устанавливаемые в стороне от станков и деталей из магниевых сплавов на расстояние не менее 2м. Данный пункт инструкции поясняет, каким образом хранится стружка, вывезенная с территории участка, но в инструкции отсутствует информация о том, в каком состоянии должен находиться кюбель в процессе работы, отсутствуют требования по уборке станков и помещений от магниевой стружки и пыли, не отражены критерии и периодичность уборки, не учтено как убирать станки с учетом объемов образующейся стружки. Таким образом, истец считает, что не имелись нарушения п.п. 6.3 и 6.4 технологической инструкции 475. Кроме того, в заключении искажены события, произошедшие в процессе возгорания станка, проигнорированы мнения зам. начальника механосборочного производства, и.о. начальника отдела 536, зам.начальника цеха 129, протокол проведения заседания научно-технического совета № 22 от 29.07.2014 года, акт технического расследования причин аварийного случая на станке, руководство по эксплуатации станка. Незаконными действиями работодателя ему (истцу) причинен моральный вред, который выразился в переживаниях, стрессе, депрессии, бессоннице, головных болях, ухудшении взаимоотношений в семье. В связи с изложенным, истец просит признать незаконным приказ № 0055-УД/Н от 14.07.2017 года в части п.1 – применение меры дисциплинарного взыскания к мастеру участка цеха 129 ФИО1 в виде выговора, п.2 – премию за май 2017 года ФИО1 не начислять; а также взыскать с ПАО ААК «Прогресс» в его пользу в счет компенсации морального вреда 100000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивал по доводам, изложенным в иске. Дополнительно сообщил, что помимо возгорания 29 мая 2017 года было еще одно точно такое же возгорание 25 февраля 2017 года на этом же станке, только тогда последствия были не такие плачевные, им удалось потушить пожар собственными силами и спасти станок, также было расследование, однако, по его результатам никого к ответственности не привлекли, наоборот, действия работников участка были признаны правильными. Также после этих двух возгораний было еще одно, но уже на другом станке ЧПУ, т.е. до настоящего времени на предприятии не принято никаких мер по организации безопасных условий труда, участок продолжает работать, несмотря на опасность для жизни и здоровья людей. Кроме того, истец считает, что ответчиком пропущен срок для привлечения его к дисциплинарной ответственности, так как дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка. Днем обнаружения проступка является день, когда лицу, которому по работе подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарного взыскания. Истец считает, что днем обнаружения проступка является день пожара, т.е. 29 мая 2017 года. Именно в этот день старший мастер обнаружил место нахождение кюбеля в момент пожара непосредственно возле станка, что и вменяется ему в вину. Поэтому истец считает, что ответчик должен был привлечь его к ответственности до 29 июня 2014 года, а не 14 июля 2017 года, когда было утверждено заключение по результатам служебного разбирательства.

Представитель ответчика ПАО ААК «Прогресс» ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме, представила письменный отзыв на исковое заявление, просила в удовлетворении иска отказать, указывая на то, что 29 мая 2017 года на магниевом участке цеха № 129 ПАО ААК «ПРОГРЕСС», при обработке детали из магниевого сплава на станке DMU-60 произошло возгорание магниевой стружки на поверхности стола станка и в кюбеле, находящимся под стружкоулавителем. Остаточная стоимость станка составила 7 074 152,14 рублей. По результатам служебного разбирательства установлена вина в произошедшем мастера участка ФИО3, который допустил работу работника ФИО4 на станке с нарушением требований охраны труда. За допущенное нарушение ФИО1 был привлечен к дисциплинарному взысканию в виде выговора и лишении премии за май 2017 года. Считает, что ФИО1 не добросовестно исполнял свои трудовые функции в соответствии с трудовым договором и должностной инструкцией, согласно которыми он должен осуществлять оперативный контроль за безопасным ведением работ при выполнении технологических процессов и состоянием техники безопасности на рабочих местах, принимать меры для предупреждения возникновения ситуации, угрожающей жизни и здоровью людей. В нарушение своих должностных обязанностей истцом не осуществлялся надлежащий контроль за соблюдением подчиненным работником техники безопасности, охраны труда, а также правил пожарной безопасности. Не велся журнал трёхступенчатого контроля. Такие действия работодателем расценены как нарушение трудовой дисциплины. Работодателем соблюдены сроки и порядок привлечения работника к дисциплинарной ответственности. Кроме того, пояснила, что к дисциплинарной ответственности привлечен работник ФИО5, начальник отдела Маевкий, которые дисциплинарные взыскания не оспаривали. В части компенсации морального вреда в размере 100 тысяч рублей, считает, что истцом не представлены доказательства того, что он понёс какие-либо физические или нравственные страдания. Заявленная сумма необоснованна, слишком завышена и ничем не подтверждена.

Свидетель ФИО6 в судебном заседании пояснил, что он работал в цехе 129 ПАО ААК «ПРОГРЕСС» в должности старшего мастера, затем перевелся в цех 128 наладчиком станков ЧПУ, т.е. на момент возгорания станка 29 мая 2017г. он уже в 129 цехе не работал, в связи с чем по этому случаю ничего пояснить не может. Между тем, когда произошло возгорание станка в феврале 2017 года, он работал в цехе 129 старшим мастером и находился на участке, когда было возгорание этого же станка. Считает, что обстоятельства возгорания были абсолютно аналогичными с маем 2017 года, только в феврале возгорание было локальным, т.е. горел только станок. Возгорание 29 февраля 2017 года удалось потушить, т.к. оно было только на рабочем столе станка, внутрь станка огонь не распространился. Огонь засыпали специальным порошком флюсом, и возгорание было потушено быстро и эффективно. Ему известно, что в ситуации 25 мая 2017 года возгорание произошло глубже, внутри станка, где магниевая пыль воспламенилась, и прошла в закрытые места станка - магазин станка, это закрытое помещение, где находится инструмент, к нему доступа нет. В этом месте был основной очаг, и там все выгорело. Засыпать флюс внутрь станка невозможно, поскольку он закрыт специализированной алюминиевой крышкой. Считает, что возгорание указанных станков происходит из-за того, что они не предназначены для обработки магния. В феврале 2017 года, по факту возгорания станка, создавалась комиссия. Результаты комиссии ему неизвестны, но никого из работников не наказали. Действия работников при тушении были признаны компетентными и слаженными.

Кроме того, свидетель ФИО6 пояснил, что при обработке магния выделяется очень много магниевой пыли, т.е. очень - очень мелкой стружки. Эта пыль оседает во всех местах. Температура горения магния свыше 2000 градусов. Убрать пыль, которая попадает во все щели станка не реально. Для уборки станка должно быть специализированное оборудование. Должны быть вытяжки, специализированная мойка станков, и для работы с магнием, станки должны быть специализированные. В техническом руководстве к указанному станку указано, что станок не предназначен для обработки магния. Когда он работал старшим мастером в цехе 129, он был ответственным за ведение журнала трехступенчатого контроля, который заполняется ежедневно. Журнал трехступенчатого контроля - это журнал, в котором на первой ступени ответственное лицо ведет записи. В дневную смену - это старший мастер, во вторую смену- ответственный мастер. Журнал заполняли всегда. Он проверял и заполнял журнал ежедневно, записывал все замечания. На второй ступени - начальник цеха должен проверять правильность ведения данного журнала, заполнения формы и смотреть какие замечания были записаны. Третья ступень - это общезаводская. Существует специализированная комиссия на заводе, которая проверяет правильность ведения данного журнала. Кроме того, на заводе внедрена система 5С, согласно которой место, на котором должен находится предмет, очерчено квадратом и указано, какой предмет должен находиться в этом квадрате. Согласно системе 5С, кюбель для сбора стружки, находится на участке в том месте, где и положено ему было находиться. Это место обрисовано желтой краской. В период работы станка, стружка выгружается автоматически по транспортеру в кюбель. Кюбель стоит под транспортером (стружковыделителем). Отодвинуть кюбель от станка возможности нет, так как нет места в помещении на участке. Он неоднократно писал в журнале трехступенчатого контроля об отсутствии рабочей зоны для указанного станка, о загруженности помещения приспособлениями и заготовками. После того как станок отработал и работники убрали стружку, кюбель вывозится в соседнее помещение, закрывается крышкой и там хранится. Кюбели находящиеся в цехе, крышками закрываются, но постоянно держать кюбели закрытыми нельзя, поскольку стружка выгружается из станка во время его работы. Скапливать стружку в станке нельзя, её необходимо убирать из станка. Периодичность уборки стружки зависит от обработки детали. При черновой обработке детали стружка убирается через каждые 10 минут. Часто стружки бывает много за очень короткий период времени. Стандартов о том, как часто надо убирать стружку, нет. Есть инструкция, но в ней не указаны периоды времени уборки стружки, указано, что убирать надо по мере накопления. В указанном станке дверки специальные, стеклянные и через них видно, сколько стружки накопилось. По мере наполнения стружку убирают. Согласно инструкции по пожарной безопасности кюбель должен стоять не менее двух метров от станка. О том, что нет возможности соблюдать указанное расстояние, отдельной служебной запиской, он руководство в известность не ставил. В журнале трехступенчатого контроля он указывал, что отсутствуют свободные места, что загруженность участка, что должны быть пожарные проходы, а это не соблюдается, и это может привести к последствиям в случае возникновения чрезвычайных ситуаций. Считает, что Технологическая инструкция 475 расплывчатая. Механизм утилизации, хранения, стружки в ней не прописан. По поводу того, что необходимо дорабатывать инструкцию говорилось неоднократно, на многих совещания и планерках. Письменно к руководству с этим вопросом он не обращался. Также считает, что в программе станков имеются недоработки, поскольку сотрудники, создающие программы не понимают теорию резания такого металла как магний, который является опасным при обработке. При обработке магния скорость резания магния составляет 1000 оборотов, однако она многократно превышается, что приводит к нагреву и искрообразованию. Указанную проблему он неоднократно озвучивал на планерках у начальника цеха. Служебные записки по этому поводу он не писал. Станок, о котором идет речь, обрабатывается специальным раствором - СОЖ, в составе которого есть вода. После помывки станка, раствор СОЖ может скопиться внизу станка, но при попадании средства пожаротушения - флюса в этот раствор, возгорания произойти не может, т.к. флюс предназначен для тушения. 

Свидетель ФИО7 в судебном заседании пояснил, что с 2013 года он работает в должности заместителя начальника цеха 129 по реконструкции ПАО ААК «ПРОГРЕСС». О возгорании станка 25 февраля 2017 года и 29 мая 2017 года. в цехе 129 в 2017 году ему известно. По фактам возгорания были созданы комиссии, и он являлся членом этих комиссий. С выводами комиссии по первому и по второму случаям он был не согласен, и писал свое особое мнение. По результатам первой проверки никто наказан не был. Ущерб был небольшой, поэтому наказания не было. Возгорания на станках, обрабатывающих магний, происходят часто. Такие случаи были в Ростове, Казане, Улан-Уде, Владивостоке, и за рубежом. Производителем станков является Германия, и в руководстве по эксплуатации производитель предупреждает об опасности горения магния. Он был не согласен с выводами комиссии по случаю от 29 мая 2017 года, поскольку считает, что действия мастера участка и рабочего, работавшего на этом станке, были правильными. Они делали все, чтобы потушить возгорание. И в первом и втором случае было сделано все правильно. В целом, Правила пожарной безопасности, указанными лицами, нарушены не были. В первом случае локализовать и потушить возгорание удалось, а во втором в силу ряда причин этого сделать не удалось. При возгорании 29 мая 2017 года при тушении наладчиком станка возгорания средством пожаротушения - флюсом, произошел микровзрыв на столе станка с разбросом горящих искр, которые попали внутрь станка, в рабочую и внерабочую камеры. Температура горения стружки 2300 градусов. Объем стружки был небольшой, она сгорела очень быстро, но при этом она воспламенила горючие материалы неметаллической части станка, поэтому произошло возгорание. Выгорел «магазин» станка, поскольку там много пластмассовых деталей; дверь станка - бронированный пластик; и различные уплотнения. Из станка искра случайно попала в кюбель со стружкой, возможно через стружковыделитель, поскольку кюбель стоял во время работы станка под стружковыделителем. Когда старший мастер кюбель отодвинул, горения не было еще. Но видимо, искра попала в стружку в процессе, достаточно было нескольких секунд. Пока они занимались тушением станка, воспламенился кюбель. Кюбель стоял отдельно и горел отдельно. К станку он отношения не имел. Согласно системы 5С, внедренной на заводе, кюбель находился на своем месте. Планировку участка в 2013 году утверждал технический директор. Она (планировка) подписывается всеми главными специалистами: главным технологом и различными специалистами. В 2013 году он поднимал вопрос по поводу приобретения дополнительного оснащения на участок магниевой обработки: системы вентиляции, системы пожаротушения, но ему было отказано. Было сказано доработать инструкцию и работать согласно доработанной инструкции. После майского возгорания, он написал рац.предложение об оснащении станков системой пожаротушения. Сейчас оно подписано и технический директор дал распоряжение главному технологу включить эти системы пожаротушения в план технического развития завода на следующий год. В особом мнении по пожару от 29 мая 2017 года он указал, что средств пожаротушения было в избытке, но при этом локализовать пожар не получилось. На тот момент на участке было 1 пятидесяти литровый огнетушитель и 4 десяти литровых. Один десяти литровый огнетушитель - ОП 10 Д1, рассчитан на площадь тушения возгорания до 12 кв.м Горение на станке было несколько квадратных метров. То есть, одного огнетушителя, если бы тушили на горизонтальной плоскости, было бы достаточно. Но в силу того, что порошок за счет гравитации садится вниз и не прилипает к стенкам и потолку, поэтому вертикальные и горизонтальные плоскости тушить невозможно порошком, так же как и флюсом. Поэтому работники сбивали пламя, но оно несколько раз разгоралось. На станке существует несколько закрытых полостей, куда флюс не попадает. Поэтому работники не увидели горения внизу. После того как люди выбежали с участка, поскольку из-за задымления невозможно было дышать, увидели, что под станком продолжается горение. Что касается инструкции ПАО «Прогресс» по обработке магния ТИ 475, то она в 2014 году была переписана со старой инструкции. Инструкция «сырая», недоработанная. Разработка инструкции входит в компетенцию отдела главного технолога. В 2014 году на совещании технического совета предприятия, он высказывал замечания по этой инструкции. Кое-какие замечания отдел главного технолога устранил, а остальные нет. Инструкция разрабатывалась на основании ОСТа по обработке магния от 1983 года. В п.6.2,6.3 инструкции было указано: складирование стружки в отдельно стоящие, закрытые крышкой ящики, но технологически это нельзя сделать, поскольку современные станки имеют транспортер (стружковыделитель), которые сами убирают стружку. При включении соответствующей программы, стружка должна убираться станком. Рабочий принимает минимальное участие в уборке стружки. Поэтому не корректно было там указано, что надо складировать стружку в отдельно стоящий ящик. Сейчас принимаются на предприятии меры, чтобы либо самим разработать инструкцию, либо заказать её разработку в Москве. В 1983 году стружку со станков убирали вручную, станки были не автоматизированные, поэтому в инструкции указано, что её нужно складировать в отдельно стоящие ящики, у современных станков автоматическая система стружкоудаления, поэтому кюбель с момент работы станка стоял под стружковыводителем. На предприятии есть и старые станки, с которых стружка убирается вручную. В цехе 129 тоже есть такие станки и указанная Инструкция, в этой части, к старым станкам применима.

Свидетель ФИО5 в судебном заседании показал, что он работает наладчиком станков с ЧПУ цеха 129 магниевого участка ПАО ААК «ПРОГРЕСС». На станке DMU-60 он проработал полтора года. 29 мая 2017 года он работал на станке, вел обработку деталей. После того как он обработал 4-5 деталей, он вычистил и промыл станок от стружки смазочно-охлаждающей жидкостью (СОЖ). После того как он поставил следующую деталь на обработку произошло возгорание. Так уже много раз было в его практике, что когда льет деталь, образуется песок, так как обороты шпинделя очень большие, образуется искра. При попадании искры на магниевую стружку происходит возгорание. Так случилось и в этот раз - попала искра на стол, на столе уже была стружка, т.к. он обрабатывал деталь, и произошло возгорание. Он закричал, что пожар. Мастер в это время был где-то в 10 метрах от него. Он открыл станок, взял банку флюса, которая была в 15 метрах от него и засыпал возгорание. Но этого было мало, потому что уже начало сильно гореть и произошла вспышка, после которой загорелся весь станок. Посыпались искры, и попали в кюбель, который в этот момент стоял под стружковыделителем, в положенном ему месте. Он не увидел, что искры попали в кюбель. Подбежали слесаря, другие наладчики, взяли огнетушители, и начали тушить. После того как почти затушили станок, начал дымиться кюбель. Они стали тушить кюбель, но до конца не потушили. Очага возгорания было два. Когда он крикнул «пожар», старший мастер сразу прибежал и откатил кюбель от станка. Он в это время тушил станок. Кюбель был на приличном расстоянии от станка, когда загорелся. Когда он убирает станок, кюбель находится под стружковыводителем, он там и должен стоять, это его место согласно системе 5С, внедренной на заводе. По окончанию работы или при его наполнении, кюбель увозят в место хранения. Он мог бы работать на станке, если бы кюбель стоял на расстоянии двух метров от станка, но убирать станок он бы не смог, потому что когда происходит уборка станка, стружка выводится в кюбель. Во всех цехах кюбель стоит под стружковыводителем. Сейчас, в момент работы станка кюбель стоит закрытый крышкой. До возгорания в мае 2019 года он не помнит, были ли крышки на кюбеля на их участке. Когда он производил уборку станка, кюбель был открытый. За период его работы на данном станке, возгорания происходили у него три раза, и у его сменщика один или два раза. Станок работает сутками, без остановки. Работают они в две смены, а иногда даже в три. Всегда возгорания удавалось потушить. В феврале 2017 года также было возгорание во время его работы на станке. Возгорание удалось потушить, но сгорела шторка, которая отделяет рабочую зону станка от его электроники. После пожара на место приходило все начальство, сказали, что они молодцы, что успели затушить, даже хотели выплатить премии, но не выплатили. В феврале 2017г. руководство видело, как работает станок, как стоит кюбель, в каком месте он стоит, но никто не сказал, что это не правильно и нарушает инструкцию. Все объекты, которые находятся в цехе, отмечены желтыми линиями, то есть стоят в том месте, где должны находиться по инструкции. Кюбель также стоит там, где ему положено, в очерченном для него квадрате. Это касается не только кюбеля, но и столов, инструментов, плиты, на которой они измеряют деталь. Это расположение, т.е. планировка, установлена вышестоящим начальством, это не они сами придумали. В соответствии с инструкцией 475 кюбель должен находиться в месте складирования. Место складирования находится за участком. Там кюбеля все закрыты крышками, на них имеется надпись, что это магний. Также пояснил, что на заводе пара станков, у которых есть система пожаротушения, и когда происходит искрение, то работники, которые работают на данных станках, просто нажимают кнопку при возникновении возгорания и все потушено. На данном станке DMU-60 такой системы нет. Однако, в инструкции по эксплуатации данного станка, указано, что обрабатывать магниевые сплавы без установки на нем системы пожаротушения, нельзя. После пожара в феврале 2017 года заместитель начальника цеха по реконструкции ФИО8 писал руководству, что необходимо поставить систему пожаротушения, иначе рано или поздно это приведет к большим последствиям, однако, систему так и не поставили, и они продолжают работать и на других станках без системы пожаротушения (на этом станке не работают, т.к. он сгорел полностью). В настоящее время, при работе на станке с ЧПУ также происходит искрение. За пожар, случившийся в мае 2017 года, он был привлечен к дисциплинарной ответственности, однако, виновным себя не считает. Не обжаловал наложение на него дисциплинарного взыскания, так как считал, что если удовлетворят иск ФИО1, то приказ отменят в отношении всех привлеченных к дисциплинарной ответственности по данному приказу, в том числе и в отношении него. 

Свидетель ФИО9 в судебном заседании пояснил, что работает старшим мастером цеха 129 ПАО ААК «ПРОГРЕСС». Когда произошло возгорание станка в мае 2017 года, он был на рабочем месте, т.е. находился за столом мастера в пяти метрах от станка. Услышал крик «пожар», подбежал к станку, увидел возгорание. ФИО5 тушил возгорание флюсом. Произошла вспышка на станке, подбежали другие наладчики, тушили огнетушителями. Он в это время откатил кюбель от станка. Где находился ФИО10 в это время, он точно не помнит, возможно, он находился с начальником участка в ИРКа (инструментальное хозяйство). Он прибыл на место пожара быстрей, чем ФИО1 Когда он откатывал кюбель от станка, в кюбеле не было ни задымления, ни искры. Дальше стал принимать участие в тушении пожара на станке. Когда станок практически потушили, взорвался кюбель. Бросили силы на тушение кюбеля. На тушение кюбеля ушло меньше минуты. Пожар с кюбеля перекинулся на стол мастера и на стол БТК. Когда закончили работу огнетушителями, было сильное задымление, потому что горел пластик на столах и мониторы. Он вывел людей. Когда вышли, увидели внизу, под станком тление, в невидимой зоне. Так как не было возможности находиться на участке, вызвали пожарную бригаду и ожидали пожарных. Когда приехала пожарная бригада, открытого очага уже не было. Еще до приезда пожарных они все потушили. Возгорание никуда больше не перекинулось. В результате пожара сгорели станок, два стола и два монитора. Согласно системе 5С кюбель во время работы станка должен находиться в отмеченной зоне около стружкоудалителя. По поводу трехступенчатого контроля пояснил, что мастер проводит первую ступень контроля. Перед началом смены он рассматривает, если есть какие - то замечания, и пишет в журнал свои замечания. В этом плане у мастера и у старшего мастера полномочия одинаковые, только старший мастер еще должен следить за ведением этого журнала. То есть, если мастер не заполняет журнал, то принимать меры, и если мастер отсутствует, то старший мастер проводит первую ступень. Журнал трехступенчатого контроля на участке, где произошло возгорание, велся всегда. Во время пожара он находился на столе мастера и сгорел вместе со всей документацией. За случай возгорания станка в мае 2017 года его к дисциплинарной ответственности не привлекали. Привлекли мастера ФИО1, наладчика ФИО5 и начальника цеха. По какой причине его не привлекли к ответственности ему неизвестно, поскольку если учесть, что мастера ФИО1 привлекли, а у него такие же полномочия, то и его должны были привлечь. Также пояснил, что ежедневно, в начале смены на участке проводится «пятиминутка», на которой работники высказывают свои проблемы, предложения. Раз в неделю, в четверг утром, проводится День качества с рабочими, работниками БТК, если необходимо вызывается начальник цеха или заместители. Все вопросы по работе записываются в журнал качества и этот журнал просматривает начальник. Также пояснил, что СОЖ - это смазочно-охлаждающая жидкость, которая используется для охлаждения инструмента и зоны резания. СОЖ используется при уборке станка. Станок моется от магниевой пыли и стружки. После уборки станка СОЖ может скапливаться в закрытой зоне станка, где также скапливается и магниевая пыль. При возгорании СОЖ не может ускорить процесс возгорания, может - содержащаяся в ней вода. Ему известно, что 29 мая 2017 года уборка станка производилась, но был ли он мокрый на момент возгорания, он не знает. Мастер участка должен находиться на участке, когда возникает необходимость работы с документацией, мастер может уходить с участка, поэтому в момент возгорания, возможно, ФИО10 и отсутствовал, он этого не помнит, поскольку среди лиц, участвующих в тушении возгорания, он также присутствовал. Кроме того пояснил, что сгоревший станок не содержит автоматической системы пожаротушения, но его можно реконструировать под эту систему. Согласно инструкции по эксплуатации данного станка, при обработке магниевых сплавов, оснащение станка системой пожаротушения, обязательно. Заместитель начальника цеха по реконструкции занимался этим вопросом, хотел оснастить станок этой системой. Этот вопрос поднимался еще до пожара, потому что магний очень опасный, воспламеняющийся металл. Система пожаротушения стоит около 700 000 рублей на один станок. У них на участке два таких станка, и необходимо около 1,5 миллионов рублей. С учетом того, что стоимость оставшихся на участке станков 67-68 миллионов рублей каждый, то стоимость системы пожаротушения в 700000 рублей, не очень большая. На заводе станки по обработке магния есть только в их цехе и в цехе 128. Ни один станок не оснащен такой системой. Насколько ему известно, на сегодняшний день решений по данному направлению на предприятии не принято.

Свидетель ФИО11 в судебном заседании пояснил, что он работает в ПАО ААК «ПРОГРЕСС», цех 129, начальником магниевого участка с 2015 года. О случае возгорания станка 29 мая 2017 года ему известно, он принимал участие в тушении станка. Инструкция по эксплуатации станка подразумевает эксплуатацию станка без его оснащения средствами пожаротушения, однако, обрабатывать легковоспламеняемые сплавы на этом станке без оснащения такой системой нельзя. В работе они руководствуются инструкцией 475, которая, как он считает, была написана для универсальных станков, ее переделали и однозначно ее трактовать невозможно, поскольку станки новые и технология обработки совершенно иная. Возгорания на станках происходит регулярно. Указанные станки необходимо оснащать автоматизированными средствами пожаротушения, потому что у станка много скрытых полостей. После произошедшего возгорания появилась временная инструкция по уборке стружки. Там конкретно указано, что должны кюбеля удалять из-под стружкоудалителя и закрывать крышками. Раньше такого не было, не было такой инструкции. Он считает, что со стороны наладчика и мастера не было никаких нарушений. Все находились на участке. Он был в инструментальной, и появился на участке не с самого начала возгорания. Когда спустился, увидел, что старший мастер ФИО9, мастер ФИО10 и ФИО12 находились возле станка, огнетушители лежали на полу. Пожар был локализован. Когда он вошел, на его глазах, загорелся кюбель. Он побежал, вырвал из рук слесаря участка Джемисюка огнетушитель и стал тушить кюбель. Кюбель в момент возгорания был расположен близко к его рабочему месту. Там находится монитор, вся документация: журналы, ведомости рабочие и стол БТК. Пока он тушил, загорелось его рабочее место, документы, монитор, покрытие на столе приемки БТК. Он стал тушить монитор, стол. Пламя было локализовано. Он дал команду вызывать пожарную бригаду, на что ФИО9 ему сказал, что ФИО1 уже вызвал пожарную команду. Во время горения кюбеля произошло сильное задымление, видимости практически не было, дышать было тяжело. От пола была видимость примерно полметра и кто-то из работников увидел, что горение станка продолжается. Огнетушители у них были, но зайти туда было невозможно из-за задымления. Они закрыли все двери, он стал звонить директору, начальнику, дежурному. Дальше действовала пожарная охрана. Когда приехала пожарная бригада, сказали, что нужно обесточить участок, чтобы они могли работать. Но обесточить не было возможности, так как электрощит находится за горящим станком. При возгорании станка в мае 2017 года наладчик ФИО12 находился на рабочем месте. Он человек ответственный и вообще не отходил от станка. Также пояснил, что в феврале 2017 года, этот станок уже загорался. Он тоже там находился, участвовал в тушении. Тогда, такого задымления не было, потому что сгорел меньший объем магния. Харбин с огнетушителем запрыгнул прямо на станок, начал его тушить. Они его тогда затушили, но сгорела шторка пластиковая, отделяющая рабочий стол от «магазина» станка. По факту возгорания в феврале 2017 года никого из работников не наказали. Кубель стоял так же, согласно планировке под стружкоуборщиком в обоих случаях, работал один и тот же оператор ФИО12. В июне 2017 год было опять возгорание, но на другом станке. Такие случаи бывают не только на их предприятии, они существуют со времен начала обработки магния. Раньше обработка велась на универсальных станках. Магний загорался и тут же выгорал, его и тушить не надо было. У станков, на которых они сейчас работают, есть стружкоудалитель, под ним стоит кубель с крышкой, который удаляется после рабочей смены или по мере наполнения. У станка такая конструкция, что он весь в стружке. Поставить кюбель в двух метрах от станка нет возможности, поскольку участок строится, все заставлено оснасткой. Кюбеля болтаются посреди участка, это неправильно, и так не должно быть. При новых методах обработки магниевых сплавов, применяются различные эмульсии - это дорого и затратно. Применяются автоматизированные средства пожаротушения. Он считает, что каких-либо нарушений со стороны работников цеха по случаю 29 мая 2017 года нет. Установка автоматизированной системы пожаротушения не входит в его компетенцию, но он обсуждал этот вопрос с заместителем начальника цеха по реконструкции ФИО8, который занимается этими вопросами с 513 технологическим отделом. После пожара в феврале 2017года ФИО8 вновь поднимал этот вопрос на собраниях, но посчитали, что это дорого. Кроме того, пояснил, что в заключение комиссии по расследованию случая от 29 мая 2017 года указано о том, что количество магниевой стружки, находящейся в кюбеле указывает на то, что стружка длительное время не убиралась с участка. Он с таким выводом не согласен, поскольку кюбель находится в двух метрах от его рабочего места, и он видел, что это не так. Согласно инструкции, они кюбель убирают, по мере наполнения. Он закрывается крышкой и увозится в место хранения. Затем привозят порожний кюбель, ставят под стружкоудалитель и продолжают работать. В конце рабочей смены кюбель закрывается и убирается с участка. Он утверждает, что кюбель не был переполнен. Он был наполнен не более, чем на 2/3. Во временной инструкции, появившейся в июне 2017 года после произошедшего возгорания, указали, что кюбель надо вывозить при наполнении его на 1\3. Временная инструкция была написана во время расследования причин пожара 29 мая 2017 года. Он считает, что в ней не все грамотно написано, в частности то, что кюбель должен находиться в двух метрах от станка. В 475 инструкции – инструкции по обработке магниевых сплавов, прописано, что кюбель должен стоять в двух метрах от станка. Но эта инструкция писалась на основании ГОСТов 1983 года, для универсальных станков. Потом дописали туда станок ФД 125, долее чтобы адаптировать под станки, на которых они работают, просто удалили марку станков. Считает, что инструкция не конкретная, и они её не нарушали. Раньше убирали стружку лопатой, убирали и закидывали в кюбель, который можно было убрать на два метра, чтобы он не стоял возле станка. Но на новых станках стоят стружкоудалители и в процессе обработки можно включать конвеер и удалять стружку в этот кубель. Место нахождения кюбеля четко обозначено, а именно под стружковыводителем. Кюбель стоял в обозначенном месте. 

Кроме того, свидетель ФИО11 пояснил, что за время работы ФИО1 в должности мастера, с его стороны замечаний по ведению ФИО1 журнала трехступенчатого контроля не было. Он человек аккуратный, ведет всю документацию, касающуюся мастеров, претензий к нему никогда не было. ФИО1 писал в журнале замечания, которые должны устраняться соответствующими службами цеха, но какие конкретно сейчас пояснить не может. Потом вторая ступень проходит, где смотрят все эти замечания. Халатности со стороны ФИО1 не было, в том числе и по ведению журнала трехступенчатого контроля.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО13 пояснил, что он является председателем первичной профсоюзной общественной организации ПАО ААК «ПРОГРЕСС». Членом комиссии по расследованию возгорания в мае 2017 года он не был. Пофсоюзная организация участвовала в комиссии при вынесении дисциплинарного взыскания ФИО1, мнение профсоюза в решении этого вопроса учитывалось. Он ознакомился с материалами расследования, которое вынесено на дисциплинарную комиссию. При рассмотрении ситуации по возгоранию, комиссия исходила из должностных обязанностей, конкретно мастера, в которых указано, что в его обязанности входит соблюдение мер по технике противопожарной безопасности, контроль за операторами ПУ, в части выполнения техники пожарной безопасности, и участие в первой и второй ступени контроля по охране труда. Журналы по первой ступени контроля были уничтожены огнем. Но, исходя из материалов расследования, были выявлены нарушения со стороны оператора, который нарушил технику безопасности. Соответственно мастер не проконтролировал оператора, что привело к пожару и уничтожению материальной собственности. У оператора в должностных обязанностях по технике безопасности четко прописано, что кюбель, в котором находится магниевая стружка, должен находиться не менее двух метров от станка, закрытый крышкой. В момент возгорания кюбель находился вплотную, крышка была не закрыта. Это привело к попаданию туда искры и возгоранию. Он видел место, очерченное желтым квадратом, где располагался кюбель, но считает, что мастер должен был доложить докладной запиской руководителю, если планировка была сделана с нарушениями. Ему известно, что возгорания на таких станках происходят неоднократно в силу обработки магния. Поэтому по технике безопасности, рядом со станком стоит специальный флюс и в случае такого возгорания нужно его засыпать флюсом. Считает, что поскольку при возгорании 29 мая произошла вспышка, значит, флюс находился во влажном состоянии. Если бы кюбель, в котором находилась магниевая стружка стоял дальше, чем положено или хотя бы был закрыт крышкой, то искра бы туда не попала и не произошло бы дальнейшего возгорание, которое привело к тем последствиям, которые наступили. Свидетель пояснил, что он считает, что средство пожаротушения - флюс был влажным, поскольку магний горит только тогда, если в него попадает влага. Флюс в основном состоит из песка, если бы песок был сухой, такого бы возгорания и выброса искр не произошло. 

Выслушав стороны, допросив свидетелей, изучив материалы дела, суд полагает, что иск подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч.1 ст.61 ТК РФ, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В соответствии со ст. 192 ТК РФ дисциплинарные взыскания - неблагоприятные последствия, которые вправе применить работодатель за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей.

Трудовые обязанности работника – это обязанности последнего, вытекающие из трудовых правоотношений между работником и работодателем, в связи с условиями заключенного между ними трудового договора.

В соответствии со ст.21 ТК РФ, работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором.

Согласно приказа о переводе на другую работу №2п от 12.01.2015г. истец - мастер участка отдела 512 ФИО1 переведен мастером производственного участка 5 категории цеха №129 (т.1 л.д.63).

Работодателем ПАО ААК «Прогресс» с истцом ФИО1 12.01.2015г. было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору от 07.02.2013г. №52, согласно которому истец ФИО1 переведен в цех механической обработки крупных и средних деталей №129 для выполнения работ по должности мастер участка (производственного) с 12.01.2015г. (т.1 л.д.64).

Данным соглашением п. 2.1.1 трудового договора изложен в следующей редакции: работник должен добросовестно исполнять свои трудовые функции и обязанности в соответствии с должностной инструкцией, которая является приложением к настоящему дополнительному соглашению и является его неотъемлемой частью, в том числе обеспечивать выполнение производственного плана в установленные сроки, обеспечивать выпуск продукции высокого качества, организовывать выполнение работ на своем участке в соответствии с правилами техники безопасности. 

Согласно п. 11.2.20 должностной инструкции мастера участка (производственного) (т.1 л.д.68) мастер обязан организовать выполнение работ на своем участке в соответствии с правилами техники безопасности, регулярно и качественно проводить инструктажи по технике безопасности с работающими группами, вести 1 ступень 3-х ступенчатого контроля по охране труда с записью в журнале 1 степени, своевременно принимать меры по расследованию несчастных случаев и устранению их причин.

Согласно п. 11.4.1 той же инструкции мастер несет ответственность за неисполнение (ненадлежащее исполнение) своих должностных обязанностей, предусмотренной указанной инструкцией в пределах, определяемых законодательством РФ.

Судом установлено, что 29 мая 2017г. на магниевом участке цеха 129 ПАО ААК «Прогресс» произошло возгорание станка DMU-60 (инвентарный номер 48847), в результате которого был поврежден указанный станок.

Приказом № 0055-УД/Н от 14.07.2017г. управляющего директора ПАО ААК «Прогресс» ФИО14 за нарушение п. 6.4 ТИ (технологической инструкции) 475 мастеру участка цеха 129 (истцу) ФИО1 объявлен выговор, а также он лишен премии за май 2017г. (т.1 л.д.60-61).

В силу п. 6.3 Технологической инструкции ТИ 475 «Механическая обработка деталей из магниевых сплавов», утвержденной главным инженером ПАО ААК «Прогресс» (т.1 л.д. 136-143), стружку магниевых сплавов необходимо складировать в закрытые металлические ящики, устанавливаемые в стороне от станков и деталей из магниевых сплавов на расстоянии не менее 2 м.

Согласно п.6.4 той же инструкции отходы магниевых сплавов по мере их накопления, а также по окончанию работы необходимо вывозить в отдельные хранилища, находящиеся вне производственных помещений. На каждом ящике должна быть соответствующая надпись.

Судом установлено, что по факту возгорания станка DMU-60 (инвентарный номер 48847) работодателем ПАО ААК «Прогресс» проводилось служебное разбирательство, для которого приказом №1455/УД от 01.06.2017г. «О проведении служебного разбирательства» была создана комиссии в составе 9 человек (т.1 л.д.109).

В соответствии с п. 4 данного приказа комиссия в своей работе должна руководствоваться Положением «О проведении служебных разбирательств в Холдинге «Вертолеты России» от 17.06.2016г. №0018-16-ЛПА/УК.

Согласно п. 5.6 Положения «О проведении служебных разбирательств в Холдинге «Вертолеты России» заключение подписывается всеми членами комиссии. Члены комиссии, не согласные с резолютивной частью заключения, подписывают заключение, прилагая к нему письменное особое мнение. При наличии нескольких особых мнений председатель комиссии определяет дополнительные мероприятия, по результатам выполнения которых должны быть устранены обстоятельства, влияющие на особые мнения членов комиссии (т.2 л.д. 208-222). 

28 июня 2017г. по результатам служебного разбирательства по факту возгорания станка DMU-60 (инвентарный номер 48847) было подписано заключение всеми членами комиссии и утверждено управляющим директором ПАО ААК «Прогресс» ФИО14 (т.1 л.д.97).

Согласно данного заключения было установлено, что все работники магниевого участка цеха 129, в том числе ФИО5 и ФИО1, обучены и аттестованы правилам охраны труда согласно технологической инструкции «Механическая обработка деталей из магниевых сплавов» (ТИ 475), в трудовых договорах и должностных инструкциях всех работников ПАО ААК «Прогресс» установлено требований соблюдать правила и нормы по охране труда, технике безопасности, промышленной санитарии и пожарной безопасности. Количество магниевой стружки, находящейся в кюбиле указывает на то, что стружка длительное время не убиралась с участка в нарушение п. 6.4 ТИ 475. В нарушение п. 6.3 ТИ 475 кюбель находился ближе 2 метров и не был закрыт. В связи с чем комиссия приняла решение принять меры дисциплинарного характера к наладчику станков с ЧПУ ФИО5 и мастеру участка ФИО1 за нарушение п.п.6.3 и 6.4 ТИ 475.

К указанному заключению имелось 3 особых мнения, которые приобщены к заключению (т.1 л.д. 98-101).

Согласно особого мнения члена комиссии заместителя начальника цеха 129 по реконструкции ФИО8 (л.д.98) следует, что он не согласен с мнением комиссии, что причиной приведшей к значительным последствиям стали действия наладчика ФИО12 и мастера ФИО10. Основной причиной, приведшей к таким последствия, является отсутствие системы пожаротушения. В станках, в частности DMU-60, на которых тоже обрабатывается магний, имеются скрытые полости с магниевой стружкой (5-8 кг), которую невозможно убрать без полной разборки станка. Система газового (аргоном) пожаротушения, установку которой рекомендует производитель, позволила бы потушить возгорание не открывая дверей рабочей камеры. Выброса искр в таком случае на станок и попадания в кюбель со стружкой не было бы. Действия работников участка по тушению пожара считает правильными и самоотверженными.

Согласно особого мнения члена комиссии и.о. начальника отдела 536 ФИО15 следует, что с выводами комиссии, изложенными в заключении, он не согласен. Указанные комиссией причины являются вторичными, причиной же возникновения пожара и критического его развития были: использование СОЖ на водной основе для уборки станков; недостатки ТИ 475 – отсутствие требований по уборке станков от магниевой стружки и пыли; отсутствие системы пожаротушения на станке: несоблюдение режимов резания, а именно превышение скорости резания в нарушение требований п. 8.2.15 ПОТ РМ 006-97 и рекомендаций производителя станка Korloy (использовалась подача на зуб 0,1 мм/зуб при скорости резания 500 м/мин, тогда как рекомендации производителя инструмента 0,2 мм/зуб при скорости резания 450 м/мин.) Таким образом считает, что применять меры дисциплинарного взыскания к наладчику станков с ЧПУ ФИО5 и мастеру участка ФИО1 нецелесообразно (т.1 л.д. 99-100). 

Согласно особого мнения члена комиссии заместителя начальника механосборочного производства ФИО16 следует, что основной причиной подобных последствий от возгорания явилось следующее: недостатки действующей ТИ 475 (разработчик 0.513) в части подготовки станка к обработке магния, частоты уборки оборудования от магниевой стружки и пыли, порядка уборки, допустимом количестве стружки в станке и кюбелях, порядке действий при возгорании и т.д.; отсутствие систем пожаротушения в используемом оборудовании, в том числе и применение специальных СОЖ (т.1 л.д.101). 

Кроме того, из докладной члена комиссии ФИО17 – начальника бюро пожарной безопасности отдела 574 от 09.06.2017г. (т. 1 л.д.1812-182) следует, что 29.05.2017г. при тушении загорания магниевой стружки в цехе 129 первичными средствами пожаротушения работниками цеха локализовать загорание и ликвидировать его не удалось, в виду того, что образовалось сильное задымление в помещении и люди покинули опасную зону. Но если бы в обрабатывающем модуле DMU-60 была смонтирована система локального пожаротушения, предусмотренная техническими условиями завода-изготовителя на это оборудование, то удалось бы ликвидировать загорание на начальной стадии.

Таким образом, суд полагает, что был нарушен порядок проведения служебного разбирательства по факту возгорания станка DMU-60, произошедшего 29.05.2017г., а именно п. 5.6 Положения «О проведении служебных разбирательств в Холдинге «Вертолеты России», поскольку при наличие трех особых мнений членов комиссии, дополнительных мер по расследования причин возгорания и для устранения сомнений, послуживших основаниями для особого мнения членов комиссии, председателем комиссии назначено не было.

Кроме того, судом установлено, что согласно инструкции по эксплуатации станка DMU-60 (л.д.13-24), на котором произошло возгорание, а именно п. 2.6.3 инструкции, следует, что при обработке металлов, содержащих магний, необходимо обеспечить наличие на станке системы пожаротушения, поскольку при обработке указанных металлов могут образоваться самовоспламеняющиеся и взрывчатые частицы (порошок, пыль, стружка). Согласно п. 2.1.3.3 этой же инструкции, при отсутствии системы пожаротушения на станке не разрешается обработка деталей из кремния, магния и прессованной древесины, связанной синтетической смолой.

Вышеуказанная инструкция по эксплуатации была исследована комиссией, созданной для проведения служебного разбирательства, однако, должной оценки не получила.

Суд также принимает во внимание свидетельские показания ФИО8, ФИО6, ФИО11, ФИО9 о том, что вопрос об установке на станке DMU-60 системы пожаротушения, а также устройств утилизации магниевой пыли неоднократно в течение нескольких лет поднимался перед руководством, но так и не был решен. 

Указанные пояснения свидетелей согласуются с протоколом проведения заседания научно-технического совета №22 от 29.07.2014г. (т.1 л.д. 10-12), из которого следует, что был заслушан доклад заместителя начальника цеха №129 ФИО8 о необходимости приобретения оборудования для нужд участка механической обработки магниевых деталей цеха 129, по которому было принято решение о нецелесообразности приобретении 2-х промышленных кондиционеров АК-2-10-00, 6-ти устройств утилизации магниевой пыли и системы пожаротушения.

Также судом не установлено нарушений п. 6.4 ТИ 475 (технологической инструкции «Механическая обработка деталей из магниевых сплавов») со стороны наладчика ФИО5 и, следовательно, со стороны мастера участка ФИО1, поскольку отходы магниевых сплавов по мере их накопления в кюбеле необходимо вывозить в отдельные хранилища по окончании работы, в данном случае работа на станке была не окончена, рабочая смена оканчивается в 17-00, тогда как возгорание станка произошло в 15 час. 25 мин. 

Также не усматривается и нарушения п. 6.3 ТИ 475 (технологической инструкции «Механическая обработка деталей из магниевых сплавов»), указывающей на необходимость складирования стружки магниевых сплавов в закрытые металлические ящики, устанавливаемые в стороне от станков и деталей из магниевых сплавов на расстоянии не менее 2 м. Однако, в данном случае не была учтена особенность данного станка DMU-60, который имеет собственную систему очистки от магниевой стружки путем ее выведения через транспортер (стружковыводителем), в связи с чем в момент работы кюбель для складирования стружки находился под транспортером станка, именно там, где ему и положено находится согласно системе 5С, внедренной на предприятии ПАО ААК «Прогресс», что следует из представленных суду фотографий (т.2 л.д.148-150) (желтый очерченный квадрат на полу участка обозначает местонахождения кюбеля) и схемы участка (т.2 л.д.147).

Таким образом, с учетом установленных судом обстоятельств, а именно: нарушение порядка проведения служебного разбирательства, эксплуатации станка DMU-60 для обработки магниевых сплавов в отсутствии системы пожаротушения, что запрещено инструкцией по эксплуатации данного станка, суд полагает, что виновных действий со стороны мастера ФИО18 в сложившейся ситуации, повлекших последствия в виде повреждения станка DMU-60, не имеется.

При указанных обстоятельствах, исковые требования о признании незаконным приказа №0055-УД/Н от 14 июля 2017г. в части привлечения мастера участка цеха 129 ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде выговора, а также в части лишения его премии за май 2017г. и отмене данного приказа в указанной части суд признает обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Кроме того, на основании п. 9 ст. 394 ТК РФ с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсацию морального вреда, однако, с учетом разумности и справедливости, суд полагает уменьшить размер компенсации морального вреда до 20000 рублей. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ПАО ААК «Прогресс» частично удовлетворить.

Признать незаконным приказ №0055-УД/Н от 14 июля 2017г. и отменить в части привлечения мастера участка цеха 129 ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде выговора, а также в части лишения премии мастера участка цеха 129 ФИО1 за май 2017г.

Взыскать с ПАО ААК «Прогресс» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей.

В остальной части иска ФИО1 отказать.

Взыскать с ПАО ААК «ПРОГРЕСС» в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Арсеньевский городской суд Приморского края в течение одного месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Отложить изготовление мотивированного решения до 23 октября 2017г.

Судья Чубченко И.В.