КОПИЯ 66RS0008-01-2019-001793-66 

Дело № 2-4/2020

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 января 2020 года город Нижний Тагил Дзержинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе: председательствующего судьи Сорокиной Е.Ю., 

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2,

ответчика ФИО3, его представителя ФИО4,

при секретаре Александровой А.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании стоимости неотделимых улучшений, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3, в котором просит взыскать стоимость неотделимых улучшений в размере 2196000 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 19180 рублей.

В обоснование заявленных требований указано, что в течение 24 лет проживал без регистрации брака с ФИО5, в собственности которой находился земельный участок, расположенный по адресу: Свердловская область, Пригородный район, 

<

Адрес>. В указанный период истцом своими силами и за счет собственных денежных средств на указанном выше земельном участке был построен жилой дом общей площадью 56,7 кв.м. с надворными постройками (гараж, баня, крытый двор). С согласия ФИО5 истец был зарегистрирован в указанном доме по месту жительства и проживает в нем по настоящее время. В 2018 году между ФИО5 и ее сыном ФИО3 был заключен договор, по условиям которого собственником земельного участка и расположенного на нем жилого дома стал ФИО3. Ответчик в августе 2019 года направил истцу письменные уведомления, в которых сообщил о своем намерении продать земельный участок и жилой дом, предупредил о запрете с его стороны строить либо демонтировать строения на земельном участке. Помимо этого, по заявлению ответчика в энергоснабжающую организацию, дом отключен от электроснабжения. Полагает, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию стоимость неотделимых улучшений. Согласно отчету ИП Б. от 19 августа 2019 года рыночная стоимость жилого дома общей площадью 56,7 кв.м. с надворными постройками (гараж, баня, крытый двор), определенная на 15 августа 2019 года, составляет 2196000 рублей. Выполненные за счет истца работы носили оправданный, не избыточный либо неразумный характер. Построенным жилым домом с надворными постройками ФИО5 как собственник земельного участка пользовалась до 2018 года. Со стороны истца злоупотреблений не имелось, согласие на выполнение таких неотделимых улучшений дано собственником земельного участка на тот момент, ФИО5 было известно о производимых улучшениях принадлежащего ей имущества, предоставленного ею истцу в безвозмездное пользование, она одобряла произведение данных улучшений и пользовалась ими наравне с истцом.

Определением суда от 25 сентября 2019 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечена ФИО5.

В судебном заседании истец ФИО1 настаивал на заявленных требованиям по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Суду пояснил, что с 1992 года он находился в фактических брачных отношениях с ФИО5, с которой имели общий бюджет и вели совместное хозяйство до 2018 года. В период совместного проживания на свои собственные средства на земельном участке, принадлежащем ФИО5, он построил дом, гараж, баню, крытый двор. Все работы он производил самостоятельно, не привлекая иных лиц. Ранее он работал в артели, где получил хорошие деньги, у него имелись накопления. Около 500000 рублей им было израсходовано на строительные материалы. На строительство дома согласие ФИО5 и ее сын давали. Полагает, что ФИО6 никаких денежных средств не вкладывала, так как была пенсионером. Ответчик также денежных средств в строительство не вложил. Чеков и квитанций у него не сохранилось, так как их забрали А-вы. Старый дом не был разобран, остался на прежнем месте, в связи с чем полагает, что в его пользу должны быть взысканы денежные средства в виде стоимости построек, определенных отчетом Б.. Он имеет регистрацию в этом доме, в котором проживает по настоящее время. Считает себя собственником всех новых построек. А-вы обещаний, что возместят денежные средства, не давали.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Суду пояснил, что с разрешения собственников истец построил на земельном участке ответчика баню в 1995 году, затем дом с крытым двором и гараж. В 2015 году было закончено полностью строительство. Полагает, что истцом, как арендатором земельного участка, произведены значительные его улучшения, в связи с чем у ответчика имеется возможность зарегистрировать возведенные объекты, воспользоваться ими. Полагал, что не подлежит применению срок исковой давности по данным требованиям, так как о нарушении своих прав истец узнал только после получения от ответчика уведомления о намерении продажи дома в 2019 году.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал, поддержав письменный отзыв и пояснения, где изложил, что ФИО1 и ФИО5 проживали совместно с 2001 года по адресу: 

<

Адрес>. Решение о возведении пристроя к дому 

<

Адрес> приняла и озвучила ему его мать ФИО7, так как основной дом был ветхий. Он на тот момент был собственником ? доли данного дома. С мнением матери он согласился и обещал ей помощь, в том числе деньгами и собственным участием. Разрешение на строительство данного пристроя в администрации не получалось. 05 февраля 2018 года на основании договора дарения ФИО5 передала ему ? доли в праве общей собственности на жилой дом, а также права собственности на земельный участок, расположенные по адресу: 

<

Адрес>. ? доли в праве общей собственности на вышеуказанный жилой дом принадлежало ответчику. Земельный участок принадлежал единолично ФИО5. Таким образом, 05 февраля 2018 года он стал единоличным собственником вышеуказанного земельного участка и жилого дома. Дом, находящийся в настоящее время на принадлежащем ответчику земельном участке, представляет собой строение, включающее в себя деревянный дом, а также выстроенный позднее при участии истца шлакоблочный дом. В ходе постройки шлакоблочного дома в деревянном доме были демонтированы крыша, русская печь, в полу пробурена скважина, вода из которой проведена в шлакоблочный дом. Договор аренды между истцом и ответчиком и ФИО5 не заключался. Заявленные истцом неотделимые улучшения в виде дома, гаража, бани и крытого двора были построены в период сожительства истца и ФИО7, при этом истец участвовал в строительстве добровольно и намеренно. После завершения строительства дома, гаража, бани и крытого двора истец никаких требований в отношении вновь созданного имущества не заявлял. В настоящем судебном заседании дополнил, что при строительстве дома и построек участвовали все, в том числе и его семья давала деньги и помогали физически. На строительство деньги ему давала бабушка Л. а также он передавал деньги из заработной платы и пенсии. Сколько денежных средств вложил ФИО1 в строительство объектов, неизвестно. Они с матерью не возражали против строительства, но письменного согласия не давали. Каких-либо письменных обязательств он истцу не давал; намерения создать общую собственность не было. Считает, что истец участвовал в строительство в целях повышения комфортности условий своего проживания. При этом истец высказывал требования о признании за ним права собственности на долю в имуществе, на что он возражал. Он предлагал истцу заключить мировое соглашение, согласно которому он передаст 40% денежных средств от вырученных за продажу данных объектов, однако истец не согласился. ФИО6 проживала на земельном участке в доме до 2016 года с истцом, после чего совместная жизнь не сложилась и она выехала, в связи с чем в настоящее время истец единолично проживает в доме и пользуется земельным участком. Заявил ходатайство о применении срока исковой давности по данным требованиям.

Представитель ответчика ФИО3 ФИО4 в судебном заседании исковые требования не поддержал, поддержав письменный отзыв и пояснения ответчика. Суду пояснил, что на земельном участке фактически были возведены самовольные постройки, в том числе в виде пристроя к дому, которые в настоящее время не зарегистрированы. Возможно, возникнут проблемы при оформлении реконструированного объекта. Спорный пристрой как объект не существует, а ответчик не пользуется земельным участком более трех лет. Также истцом неверно определены правоотношения, как вытекающие из договора безвозмездного пользования жилым домом и земельным участком. Так как они могут возникнуть только между хозяйствующими субъектами, а не между сожителями. ФИО8 уже на момент начала строительства пристроя владел ? доли основного дома по 

<

Адрес>, в 

<

Адрес>, то есть как и ФИО5 мог расцениваться как «арендодатель». Фактически, улучшался дом с принадлежащей ему долей, в том числе, в доме была пробита стена под водопровод, но он никакого письменного и устного согласия ФИО1 на проведение строительных работ не давал, в том числе и не давал каких-то обещаний на будущее. Полагает, что к спорным арендным правоотношениям не применимы положения ст. 1102 ГК РФ. Само по себе участие в строительстве дома за счёт средств истца не влечёт оснований для получения истцом ФИО1 имущественного права на возмещение стоимости строительных материалов и работ, поскольку для состава неосновательного обогащения необходимо доказать наличие соответствующих возмездных соглашений между титульными владельцами земельного участка и дома с истцом о приобретении последним после завершения работ имущественных благ, поскольку не всякое обогащение одного лица за счёт другого порождает у потерпевшего лица право требовать его возврата. Доказательств, подтверждающих указанные обстоятельства, истцом не представлено. Несение истцом всех указанных затрат на протяжении длительного времени, а именно - с 2001 по 2015 годы осуществлялось им добровольно, в силу имевшихся личных отношений сторон, никакими обязательствами сторон не обусловлено. Считает, что сам по себе факт приобретения истцом строительных материалов, осуществление за свой счёт строительных работ с учётом длительных личных отношений, не свидетельствует о совершении сторонами какой-либо сделки, связанной с возникновением у ответчика обязанности по возврату ФИО1 денежных средств. Истец, участвуя в строительстве на земельном участке и доме, принадлежащим ответчику и третьему лицу, должен был осознавать, что указанное имущество имеет собственников, которые от прав в отношении данных земельного участка и дома не отказывались, так как доказательств обратного истец не привёл и каких-либо зарегистрированных прав на данные объекты недвижимости не имел. Кроме того, не указано истцом - какие именно неотделимые улучшения были произведены в 

<

Адрес> в 

<

Адрес>, в связи с чем не представляется возможным установить точный объем выполненных неотделимых улучшений, их перечень, стоимость, а стоимость, указанная в заключении эксперта Г., таковой не является. Таким образом, несение истцом расходов на проведение строительных работ в вышеуказанном доме и участие в выполнении самих работ осуществлялось добровольно и намеренно, без принуждения и не по ошибке, при этом воля истца была направлена на приведение объекта недвижимости для использования его в собственных интересах в целях пользования данным помещением для проживания. При этом ФИО1 не мог не знать об отсутствии между ним, ответчиком ФИО8 и третьим лицом ФИО5 каких-либо обязательств, обуславливающих необходимость проведения истцом собственными силами и за свой счёт строительных работ. Поддержал ходатайство о применении срока исковой давности по данным требованиям, полагая, что еще в 2015 году истцу было известно о нарушении его права, не имел объективных препятствий для обращения за судебной защитой своего нарушенного права. Таким образом, срок исковой давности истек в данном случае не позднее 2018 года, а настоящее исковое заявление подано в суд 26.08.2019.

Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явилась, была извещена надлежащим образом.

Выслушав истца, его представителя ФИО2, ответчика ФИО3, его представителя ФИО4, изучив материалы дела, допросив свидетелей В., Р.., Д., Е., З., А., суд приходит к следующему.

Согласно статье 128 Гражданского кодекса Российской Федерации к объектам гражданских прав относятся вещи, включая деньги и ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права; работы и услуги; охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность); нематериальные блага.

В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Как следует из положений пунктов 1, 2 статьи 689 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору безвозмездного пользования (договору ссуды) одна сторона (ссудодатель) обязуется передать или передает вещь в безвозмездное временное пользование другой стороне (ссудополучателю), а последняя обязуется вернуть ту же вещь в том состоянии, в каком она ее получила, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

К договору безвозмездного пользования соответственно применяются правила, предусмотренные статьей 607, пунктом 1 и абзацем первым пункта 2 статьи 610, пунктами 1 и 3 статьи 615, пунктом 2 статьи 621, пунктами 1 и 3 статьи 623 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из текста искового заявления и пояснений сторон следует, что истец ФИО1 проживал совместно с ФИО5 с 1992 года, находясь в фактических брачных отношениях.

Согласно сведениям из домовой книги 18.01.1996 истец был зарегистрирован по адресу: 

<

Адрес>, что подтверждается также отметкой о регистрации в представленном паспорте истца.

В своем иске ФИО1 указывает, что своими силами и за счет собственных денежных средств на указанном выше земельном участке был построен новый жилой дом общей площадью 56,7 кв.м. с надворными постройками: гараж, баня, крытый двор, а именно – баня в 1995 году, а остальные постройки – в период с 2007 по 2015 гг. Полностью завершено строительство в 2015 году, при этом осталось снести старый дом, расположенный на земельном участке.

На момент вселения истца и на момент завершения строительства дом, площадью 28, 2 кв.м., расположенный по адресу: 

<

Адрес>, с кадастровым номером 

<

№>, принадлежал ответчику ФИО3 в размере ? доли и его матери ФИО5 - в размере ? доли. 

Земельный участок по указанному адресу принадлежал на праве собственности единолично ФИО5, что следует из представленной выписки из Единого государственного реестра, а также из копии договора дарения от 05.02.2018 (л.д. 72-75), что не оспорено сторонами.

На основании договора дарения от 05.02.2018, заключенного между ФИО5 и ее сыном ФИО3, зарегистрированного в Едином государственном реестре недвижимости, собственником земельного участка и расположенного на нем жилого дома с 20.02.2018 стал ФИО3, что подтверждается выпиской из Росреестра.

Суд приходит к выводу, что между сторонами, а ранее – между бывшим собственником земельного участка ФИО5 и истцом, сложились фактические правоотношения, вытекающие из договора безвозмездного пользования жилым домом и земельным участком, расположенными по адресу: 

<

Адрес>.

Судом установлено на основании предоставленных доказательств по делу, что истцом были произведены неотделимые улучшения, существенно увеличившие стоимость принадлежащего ответчику жилого дома и земельного участка.

Так, ответчиком указано, что дом, находящийся в настоящее время на принадлежащем ответчику земельном участке, представляет собой строение, включающее в себя деревянный дом, а также выстроенный позднее при участии истца шлакоблочный дом. В ходе постройки шлакоблочного дома в деревянном доме были демонтированы крыша, русская печь, в полу пробурена скважина, вода из которой проведена в шлакоблочный дом.

Согласно пункту 2 статьи 623 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда арендатор произвел за счет собственных средств и с согласия арендодателя улучшения арендованного имущества, неотделимые без вреда для имущества, арендатор имеет право после прекращения договора на возмещение стоимости этих улучшений, если иное не предусмотрено договором аренды.

Указанные положения пункта 2 статьи 623 Гражданского кодекса Российской Федерации суд применяет к спорным правоотношениям по аналогии закона в силу статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. 

Правила, предусмотренные главой 60 Кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (п. 2 ст. 1102 Кодекса).

По смыслу указанной нормы, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факт приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке.

Согласно п. 3 ст. 623 Гражданского кодекса Российской Федерации, стоимость неотделимых улучшений арендованного имущества, произведенных арендатором без согласия арендодателя, возмещению не подлежит, если иное не предусмотрено законом.

Из анализа приведенных норм следует, что наличие согласия арендодателя жилого помещения на улучшение либо изменение состояния имущества имеет юридическое значение и подлежит доказыванию.

Ответчиком указано, что он письменного согласия на улучшение имущества и производство строительных работ на земельном участке не давал, однако, как следует из пояснений ответчика, решение о возведении пристроя к дому 

<

Адрес> приняла и озвучила ему его мать ФИО5, являвшаяся ранее собственником земельного участка и ? части дома, так как основной дом был ветхий. Он на тот момент был собственником ? доли данного дома. С мнением матери он согласился и обещал ей помощь, в том числе деньгами и собственным участием. Также ответчиком указано, что фактически совместно с истцом, третьим лицом ФИО5, на собственные денежные средства производил возведение дома путем проведения строительных работ совместно с семьей, а также своей матерью ФИО5.

Данное обстоятельство подтверждено также показаниями свидетеля А., являющейся супругой ответчика, указавшей, что они с семьей принимали участие в строительстве дома, давали денежные средства, приобретали строительные материалы на свои деньги и деньги свекрови. Возражений ФИО5 и супруга против строительства на участке не было. Кроме того, свидетелем указано, что ФИО5 и ФИО1 проживали одним бюджетом.

Таким образом, судом установлено, что истцом было получено фактически согласие собственников имущества на улучшение имущества, а также возведение построек на принадлежащем на момент начала и окончания строительства ФИО5 земельном участке.

Истец полагает, что с ответчика в его пользу подлежит взысканию стоимость неотделимых улучшений в виде рыночной стоимости возведенного жилого дома общей площадью 56,7 кв.м. с надворными постройками - гараж, баня, крытый двор, согласно отчету ИП Б. от 19 августа 2019 года, 2196000 рублей, поскольку именно им единолично были затрачены денежные средства за приобретение материалов.

Между тем, доказательств приобретения истцом материалов и оплаты денежных средств для возведения указанных объектов суду не представлено.

Ответчиком не оспаривается факт строительства истцом указанных в иске объектов, в том числе и за счет его собственных средств, но при этом указано, что и им, ответчиком, а также его матерью ФИО5 приобретены были строительные материалы. 

В ходе рассмотрения дела были допрошены также и другие свидетели.

Так, свидетель З. суду пояснила, что является соседкой сторон. Видела, что истец проживал вместе с ФИО5, вели общее хозяйство, совместный бюджет. Видела строительство дома, бани, крытого двора, дома. Ей известно, что у истца были сбережения, так как он раньше хорошо зарабатывал. На строительстве видела Н.. Архипов Р. приезжал. Видела, как один раз он помогал в строительстве дома.

Свидетель Д. суду пояснил, что является соседом, проживает в 

<

Адрес> с 2004 года. Ему известно, что истец построил гараж, двор; возводил дом один, привозил стройматериалы. Никто ему не помогал. Со слов ФИО1 известно, что строения были построены на его деньги. Сына ФИО6 на участке он не видел; приезжал редко. 

Свидетель Е. суду пояснила, что являлась ранее подругой ФИО5. Ей известно, что истец проживал с ФИО5 совместно, а с 2005 года стали жить в 

<

Адрес>. Истец один построил дом, двор, гараж, баню. ФИО5 была не против данного строительства. Не слышала, чтобы ее сын р. помогал в строительстве. Известно, что ранее истец очень хорошо зарабатывал, а ФИО6 в 50 лет вышла на пенсию.

Свидетель Р. суду пояснил, что является соседом, проживает в 

<

Адрес> с 2004 года. Видел, что ФИО6 и ФИО1 проживали совместно, как супруги, все было общее. Строительством занимался только один истец, начиная с фундамента, никого не привлекал. Один раз он привез истцу на участок стройматериалы.

Свидетель В. суду пояснил, что с 2003 года проживает в 

<

Адрес>. Истец ФИО1 является соседом по городу. Видел, что ФИО1 один вел строительство гаража, дома, построек; никаких других лиц к работам не привлекал. Один раз он привез истцу на участок стройматериалы. Со слов бывшего коллеги ФИО1 известно, что последний ранее работал в артели «Нейва», имел очень хороший заработок.

Судом установлено и не оспаривается, что истец ФИО1 и третье лицо ФИО5 фактически длительное время проживали совместно, вели общий бюджет и совместное хозяйство, в связи с чем у суда имеются основания полагать, что гараж, баня, крытый двор и возведенный новый жилой дом были построены за счет совместных денежных средств – как истца, так и ФИО5, что фактически не оспорено ответчиком ФИО3.

Определением суда от 20.11.2019 года назначена по ходатайству ответчика судебная строительно-техническая экспертиза, в том числе для определения стоимости жилого дома общей площадью 56,7 кв.м., с надворными постройками, которая была поручена эксперту Г. союза «Торгово-промышленная палата город Нижний Тагил».

Согласно заключению эксперта союза «Торгово-промышленная палата города Нижний Тагил» Г. № 118-01/02-00812 от 27.12.2019 рыночная стоимость жилого дома общей площадью (с учетом округления) - 57,0 кв.м. с надворными постройками, расположенными по адресу: 

<

Адрес>, на дату проведения исследования - декабрь 2019 года составляет: без учета стоимости земельного участка под объектами недвижимости 1280000 рублей; а с учетом стоимости земельного участка под объектами недвижимости – 1739000 рублей. Рыночная стоимость земельного участка общей площадью 1500 кв.м. составляет 459000 рублей. 

Из представленного заключения следует, что на земельном участке в настоящее время находится старый жилой бревенчатый дом с кадастровым номером 

<

№>, площадью 28,2 кв.м. и новый жилой дом (строение) из шлакоблока, облицованного сайдингом, общей площадью 1 и 2 этажа, с учетом округления - 57 кв.м.,а также на земельном участке расположены: крытый двор площадью 89,кв.м и гараж площадью 22, 5 кв.м., состоящие из шлакобетонных блоков; бревенчатая баня площадью 9 кв.м.

Также в результате проведенного натурного исследования экспертом установлено, что водоснабжение в исследуемом новом жилом доме (строении) общей площадью 57,0 кв.м. осуществляется от скважины, расположенной в доме с кадастровым номером 

<

№> и проходит через стену дома.

Таким образом, судом установлено, что в настоящее время невозможно произвести отделение новых строений, поскольку, как следует из материалов дела, возведенный новый дом фактически пристроен к дому с кадастровым номером 

<

№>, так как имеет общее водоснабжение, а также имеют общую крышу.

Оснований не доверять названному заключению эксперта у суда не имеется, так как оно выполнено лицом, обладающим специальными знаниями, предупрежденным об уголовной ответственности, является достаточно мотивированным, в связи с чем принимается в качестве допустимого и относимого доказательства.

Из материалов дела не следует, что выполненные работы по возведению нового дома с надворными постройками носили неоправданный, избыточный либо неразумный характер. 

Таким образом, строительство нового дома с надворными постройками, стоимость которых предъявлена к возмещению, было направлено именно на улучшение имущества.

При этом экспертом фактически установлена стоимость нового дома с постройками без определения стоимости старого бревенчатого дома. 

Поскольку в настоящее время ответчиком направлено уведомление истцу о том, что намерен отчуждать принадлежащее ему имущество, то есть в данном случае отношения, возникшие из безвозмездного пользования недвижимым имуществом, подлежат прекращению, в связи с чем к правоотношениям сторон в связи с произведенным истцом за счет собственных средств улучшением принадлежащего ответчику, неотделимым без вреда для имущества, подлежит применению общее установленное нормой пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации правило.

Судом установлено обстоятельство выполнения улучшений по объектам недвижимости, расположенным по адресу: 

<

Адрес>, а также характеристика данных улучшений как неотделимых, а также согласия ответчика и третьего лица ФИО5 на их выполнение на основании оценки предоставленных по делу доказательств в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Со стороны истца злоупотреблений не имелось, согласие на выполнение таких неотделимых улучшений дано ФИО5, как собственником земельного участка, так и ФИО3.

То есть из представленных материалов дела, показаний сторон и допрошенных свидетелей бесспорно следует, что ФИО5 и ФИО3 было известно о производимых улучшениях принадлежащего имущества, предоставленного истцу в безвозмездное пользование.

Довод стороны ответчика о том, что несение истцом расходов на проведение работ и приобретение материалов осуществлялось добровольно и намеренно, без принуждения, при этом воля истца была направлена на приведение объекта недвижимости для использования его в собственных интересах в целях пользования данным помещением для проживания, суд отклоняет, поскольку фактически были возведены на земельном участке новые объекты, а не произведен ремонт в жилом доме.

При этом ответчик одобрял произведение данных улучшений, а в своем письменном уведомлении указал о запрете истцу демонтажа строений, а также о намерении их отчуждения, то есть фактически ответчик имеет возможность воспользоваться спорным имуществом, с учетом выполненных улучшений.

Кроме того, у ответчика имеются законные основания для приобретения права собственности на самовольную постройку, даже при отсутствии надлежащего оформления органами власти разрешительной документации, поскольку не препятствует признанию права собственности на объект капитального строительства, если не нарушено законодательство, действовавшее на момент возведения постройки. Таким образом, за ответчиком может быть признано право собственности на самовольную постройку, возведенную без необходимых разрешений, если им соблюдены иные условия признания права собственности на самовольную постройку

Довод стороны ответчика о том, что более трех лет ответчик не пользуется строениями и земельным участком, не свидетельствует об обратном, не препятствует произвести ответчику оформление надлежащим образом произведенных строений, в том числе в Росреестре и реализовать в дальнейшем имущество с учетом его улучшения. 

Доводы ответчика о том, что не имеется каких-либо обязательств, обуславливающих необходимость проведения истцом собственными силами и за свой счет строительных работ, обязанность по оплате которой возлагалась бы на ответчика, суд отклоняет, поскольку иск основан на положениях ст. 623 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как указано выше, на основании заключения судебной экспертизы, проведенной экспертом Г., судом установлена стоимость неотделимых улучшений в виде нового дома с надворными постройками на сумму 1280000 рублей.

Суд полагает необходимым принять в основу решения указанное заключение, поскольку оно проведено независимым экспертом на основании определения суда о назначении судебной экспертизы; полностью соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, ст. 25 Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", дано в письменной форме, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылку на использованную литературу, конкретные ответы на поставленные судом вопросы. Эксперт имеет соответствующую квалификацию, длительный стаж работы, был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Экспертное заключение не допускает неоднозначного толкования, является последовательным, содержит подробную исследовательскую часть, выводы мотивированы, основания для сомнений в полноте и правильности экспертных выводов отсутствуют.

Доказательств опровергающих выводы экспертного заключения истцом не представлено. Применённый экспертом Г. метод сравнительного подхода оценки достаточно обоснован, при этом мотивирован отказ от метода затратного подхода, использованного оценщиком Б. в представленном истцом заключении.

В ходе рассмотрения дела не нашло своего подтверждения, что истец единолично нес расходы для приобретения строительных материалов, при этом из пояснений истца следует, что им были использованы его накопления – около 500000 рублей. Между тем никаких надлежащих доказательств тому не представлено.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что истец не доказал факт оплаты всех приобретенных строительных материалов и производства работ именно им. Однако из показаний сторон и допрошенных свидетелей следует, что истец и ФИО5 фактически проживали совместно, имели общий бюджет, вели совместное хозяйство, в связи с чем суд полагает, что денежные средства на возведение нового жилого дома с надворными постройками были израсходованы совместные, ФИО1 и ФИО5 в равных долях, в связи с чем суд приходит к выводу, что стоимость неотделимых улучшений, которые были произведены истцом, составляет ? доли от определенной экспертом Г. рыночной стоимости в размере 1280000 рублей, то есть 640000 рублей. 

Довод стороны ответчика о том, что им также были вложены денежные средства для приобретения строительных материалов, ничем не подтвержден, кроме показаний супруги А., однако не указан даже их размер, период внесения, на какие именно материалы, в связи с чем суд полагает невозможным определить указанную долю и размер внесенных непосредственно ответчиком денежных средств для производства неотделимых улучшений. 

Соответственно, ответчик в силу статей 1102, 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации обязан возместить истцу неосновательное обогащение, образовавшееся на стороне ответчика в результате осуществления за счет истца неотделимых улучшений принадлежащей в настоящее время ответчику недвижимости соразмерно его доле вложений.

Также ответчиком заявлено ходатайство о применении срока исковой давности, полагая, что еще в 2015 году истцу было известно о нарушении его права, в связи с чем не имел объективных препятствий для обращения за судебной защитой своего нарушенного права. Таким образом, срок исковой давности истек в данном случае не позднее 2018 года. 

В соответствии со ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Суд полагает, что о нарушении своих прав истцу, который продолжает пользоваться данным жилым помещением, в котором имеет регистрацию, стало известно при получении уведомления ответчика в августе 2019 года (л.д. 47,48), согласно которому указано, что принято решение о продаже земельного участка и недвижимости, что не оспаривается стороной ответчика, а с указанным иском истец обратился 26.08.2019, то есть в течение срока исковой давности, в связи с чем заявление ответчика о применении к сложившимся правоотношениям срока исковой давности не подлежит удовлетворению.

На основании изложенного, исковые требования подлежат удовлетворению частично, в пользу ФИО1 с ФИО3 подлежит взысканию стоимость неотделимых улучшений в размере 640000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований надлежит отказать.

На основании части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом понесены судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 19180 рублей, о чем имеется квитанция. Поскольку требования истца удовлетворены частично, то пропорционально размеру удовлетворенных требований с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате госпошлины в размере 9600 рублей. В удовлетворении остальной части требования о взыскании судебных расходов надлежит отказать.

Определениями судьи от 05 сентября 2019 года и 25 сентября 2019 года приняты меры по обеспечению иска в виде наложения запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области на совершение регистрационных действий в отношении недвижимого имущества – жилого 

<

Адрес> в 

<

Адрес>, и земельного участка, расположенного по указанному адресу. 

В связи с разрешением спора по существу, в связи с тем, что в пользу истца взысканы денежные средства, а судом определена возможность ответчика использовать недвижимое имущество с учетом неотделимых улучшений, в том числе путем оформления надлежащим образом и в дальнейшем, его реализации, что позволит ему исполнить решение суда, в целях защиты прав должника от чрезмерного ограничения, на основании ч. 3 ст. 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по вступлению в законную силу решения суда подлежат отмене меры по обеспечению иска.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании стоимости неотделимых улучшений удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 стоимость неотделимых улучшений в размере 640000 рублей и судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 9600 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований и требования о взыскании судебных расходов в остальной части отказать.

По вступлению в законную силу решения суда отменить меры по обеспечению иска, принятые определениями Дзержинского районного суда города Нижний Тагил Свердловской области от 05 сентября 2019 года и 25 сентября 2019 года в виде наложения запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области на совершение регистрационных действий в отношении недвижимого имущества - жилого 

<

Адрес> в 

<

Адрес> и земельного участка, расположенного по адресу: 

<

Адрес>, принадлежащих на праве собственности ФИО3.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Дзержинский районный суд г. Нижнего Тагила в течение одного месяца со дня изготовления текста решения суда в окончательной форме. 

Судья: подпись Е.Ю. Сорокина

Мотивированное решение изготовлено 31 января 2020 года.

Судья: подпись Е.Ю. Сорокина

Копия верна. Судья: Е.Ю. Сорокина