Дело № 2а-1629/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Вологда 21 февраля 2019 года

Вологодский городской суд Вологодской области в составе

судьи Леоновой И.М., 

с участием административного истца ФИО1, представителя административного истца ФИО2, представитель административного ответчика на основании доверенности ФИО3, 

при секретаре Стариковой Е.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Управлению по вопросам миграции УМВД России по Вологодской области, Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Вологодской области, отделению по вопросам миграции отдела министерства внутренних дел России по Вологодскому району о признании незаконным и недействующим со дня издания решения УМВД России по Вологодской области от 25 декабря 2018 года о неразрешении въезда на территорию Российской Федерации, признании незаконным и недействующим со дня издания решение ОМВД России по Вологодскому району от 10 января 2019 года №2 о сокращении срока временного пребывания в Российской Федерации, 

установил:

административный истец ФИО1 обратился в суд с указанным выше административным исковым заявлением, мотивировав тем, что 10 января 2019 года в отношении него ОВМ ОМВД России по Вологодскому району вынесено решение о сокращении срока временного пребывания в Российской Федерации до 11 января 2019 года, в связи с принятием в отношении него решения УМВД России по Вологодской области от 25 декабря 2018 года о неразрешении въезда в Российскую Федерацию. С указанными решениями не согласен, считает их незаконными, ввиду того, что проживает на территории Российской Федерации длительный период времени, в совершенстве владеет русским языком. Кроме того, в 2014 году закончил МОУ «Среднюю общеобразовательную школу №» города Вологды, имеет свидетельство о постановке физического лица в налоговом органе, страховой полис, патент, трудоустроен, является студентом второго курса юридического факультета Вологодского государственного университета. Указывает, что исполнение решения в виде сокращения срока временного пребывания в Российской Федерации и выезда из Российской Федерации влечет невозможность получения образования, чем будет нарушено его право на образование. Полагает, что оспариваемые решения представляют собой серьезное вмешательство в сферу личной и семейной жизни, право на уважение которой гарантируется ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, создают дисбаланс публичных и частных интересов.

Просит суд признать незаконным и недействующим со дня издания решения УМВД России по Вологодской области от 25 декабря 2018 года о неразрешении въезда на территорию Российской Федерации и признать незаконным и недействующим со дня издания решение ОМВД России по Вологодскому району от 10 января 2019 года №2 о сокращении срока временного пребывания в Российской Федерации. 

Протокольным определением от 06 февраля 2019 года к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечен инспектор ОИК УВМ УМВД России по Вологодской области ФИО4, в качестве административного ответчика УМВД России по Вологодской области. 

В судебное заседание административный истец ФИО1, представитель административного истца ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме, просили удовлетворить. Пояснили, что учится в ВоГУ, проживает на территории Российской Федерации у родственников, в Азербайджане не имеется возможности проживать, мать проживает у родственников, собственного жилья не имеют. В дальнейшем совершать административные правонарушения не намерен, по месту жительства участковым уполномоченным характеризуется положительно. 

В судебном заседании представитель административных ответчиков по доверенности ФИО3 возражала против удовлетворения исковых требований согласно доводам, изложенным в отзыве. Пояснила, что решения вынесены на законных основаниях, поскольку административный истец превысил срок пребывания на территории РФ. 

В судебное заседание заинтересованное лицо - инспектор ОИК УВМ УМВД России по Вологодской области ФИО4, не явилась, извещена надлежащим образом, о причинах неявки суд не информировал. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела и оценив собранные по нему доказательства, суд пришёл к следующему.

Как усматривается из материалов дела, и не оспаривается сторонами, ФИО1 является гражданином Республики Азербайджан.

Постановлением Вологодского городского суда от 22 ноября 2017 года ФИО1 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения по ч.1 ст.18.8 КоАП РФ (нарушил режим пребывания – превысил срок пребывания в Российской Федерации 90 суток суммарно в течении периода в 180 суток) и признан виновным в совершении данного правонарушения. 

25 декабря 2018 года в отношении административного истца принято решение о неразрешении въезда в Российскую Федерацию сроком на 3 года до 23 ноября 2021 года на основании п.п.12 ч.1 ст.27 Федерального закона от 15 августа 1996 года 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» (далее - Федеральный закон от 15.08.1996 № 114-ФЗ).

10 января 2019 года решением ОВМ ОМВД России по Вологодскому району принято решение о сокращении временного пребывания в Российской Федерации до 11 января 2019 года в соответствии с пунктом 3 статьей 5 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ). 

Из статей 218 и 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ) следует, что требование о признании незаконными решений или действий (бездействия) органов, должностных лиц может быть удовлетворено судом при одновременном наличии двух обстоятельств: оспариваемые решение и (действие (бездействие) не соответствует закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушают права и законные интересы заявителя.

Отсутствие указанной совокупности является основанием для отказа в удовлетворении требования.

Частью 4 статьи 4 КАС РФ определено, что иностранные граждане, лица без гражданства, имеют право обращаться в суды за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов в сфере административных и иных публичных правоотношений, основанных на властном подчинении одной стороны другой. Иностранные лица пользуются процессуальными правами и выполняют процессуальные обязанности наравне с российскими гражданами и организациями, за исключением случаев, прямо предусмотренных настоящим Кодексом.

Действительно, положениями пункта 11 статьи 27 Федерального закона от 15.08.1996 № 114-ФЗ установлены нормы правового регулирования, определяющие последствия несоблюдения иностранным гражданином российских законов как одного из основных критериев для определения возможности и желательности его пребывания на адрес.

Так, въезд в Российскую Федерацию иностранному гражданину или лицу без гражданства не разрешается в случае, если иностранный гражданин или лицо без гражданства неоднократно (два и более раза) в течение одного года привлекались к административной ответственности за совершение административного правонарушения, связанного с посягательством на общественный порядок и общественную безопасность либо с нарушением режима пребывания (проживания) иностранных граждан или лиц без гражданства в Российской Федерации или порядка осуществления ими трудовой деятельности на территории Российской Федерации, - в течение пяти лет со дня вступления в силу последнего постановления о привлечении к административной ответственности.

На основании части 3 статьи 5 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ срок временного пребывания иностранного гражданина в Российской Федерации сокращается в случае принятия в отношении его в установленном порядке решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию.

Однако, необходимо учитывать, что в силу пункта 3 статьи 12 Международного пакта о гражданских и политических правах, принятого 16 декабря 1966 года Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН, и пункта 3 статьи 2 Протокола № 4 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод (1963 год) право пребывания на территории суверенного государства может быть ограничено последним в случаях, предусмотренных законом, необходимых для охраны государственной (национальной) безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения либо прав и свобод других лиц.

В пунктах 5, 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 21 «О применении судами общей юрисдикции конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 года и Протоколов к ней» указано: как следует из положений Конвенции и Протоколов к ней в толковании Европейского Суда, под ограничением прав и свобод человека (вмешательством в права и свободы человека) понимаются любые решения, действия (бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, а также иных лиц, вследствие принятия или осуществления (неосуществления) которых в отношении лица, заявляющего о предполагаемом нарушении его прав и свобод, созданы препятствия для реализации его прав и свобод.

При принятии оспариваемого решения должностным лицом государственного органа не учтены положения норм международного права.

В силу части 3 статьи 55 Конституции РФ, положений Конвенции и Протоколов к ней любое ограничение прав и свобод человека должно быть основано на федеральном законе; преследовать социально значимую, законную цель (например, обеспечение общественной безопасности, защиту морали, нравственности, прав и законных интересов других лиц); являться необходимым в демократическом обществе (пропорциональным преследуемой социально значимой, законной цели).

Статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод предусматривает, что каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

При регулировании общественных отношений федеральный законодатель связан конституционным принципом соразмерности и вытекающими из него требованиями адекватности и пропорциональности используемых правовых средств; в тех случаях, когда конституционные нормы позволяют законодателю установить ограничения закрепляемых ими прав, он не может осуществлять такое регулирование, которое посягало бы на само существо того или иного права и приводило бы к утрате его реального содержания; даже имея цель воспрепятствовать злоупотреблению правом, он должен использовать не чрезмерные, а только необходимые и обусловленные конституционно признаваемыми целями таких ограничений меры.

Несоблюдение одного из этих критериев ограничения представляет собой нарушение прав и свобод человека, которые подлежат судебной защите в установленном законом порядке.

Ограничение прав и свобод человека допускается лишь в том случае, если имеются относимые и достаточные основания для такого ограничения, а также, если соблюдается баланс между законными интересами лица, права и свободы которого ограничиваются, и законными интересами иных лиц, государства, общества.

Таким образом, в каждом конкретном случае надлежит, не ограничиваясь установлением лишь формальных оснований применения закона, исследовать и оценивать реальные обстоятельства, чтобы признать соответствующие решения в отношении иностранного гражданина необходимыми и соразмерными. В противном случае это может привести к избыточному ограничению прав и свобод иностранных граждан.

В Определении от 02.03.2006 № 55-О Конституционный Суд Российской Федерации указал на то, что при оценке нарушения тех или иных правил пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации как противоправное деяние, а именно как административный проступок, и, следовательно, требующее применения мер государственного принуждения, в том числе в виде высылки за пределы Российской Федерации, отказа в выдаче разрешения на временное пребывание или аннулирования ранее выданного разрешения, уполномоченные органы исполнительной власти и суды обязаны соблюдать вытекающие из Конституции Российской Федерации требования справедливости и соразмерности, которые, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, предполагают дифференциацию публично-правовой ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО1 длительный период времени проживает на территории Российской Федерации, окончил в 2014 году МОУ «Среднюю общеобразовательную школу №» города Вологды (аттестат об основном общем образовании № от 23 июня 2014 года), имеет патент (серия № от 18 декабря 2018 года), трудоустроен в ЗАО «ВПЗ» (трудовая книжка №), со слов учится на втором курсе ВоГУ на юридическом факультете. Согласно бытовой характеристике начальника ОУУП ОМВД России по Вологодскому району ФИО5 характеризуется удовлетворительно, на учете в ОМВД России по Вологодскому району не состоит, жалоб и заявлений от соседей и лиц, совместно проживающих относительно образа жизни, не имеется. 

Таким образом, оспариваемые решения входят в противоречие с положениями международно-правовых норм, гарантирующих защиту прав и свобод человека, его личной и семейной жизни, по своим правовым последствиям повлечет чрезмерное вмешательство в право административного истца на уважение семейной жизни.

При указанных обстоятельствах и требованиях закона необходимость применения к ФИО1 запрета о неразрешении въезда на территорию Российской Федерации на срок до 23 ноября 2021 года не может быть признана правомерной, поскольку соразмерность запрета в качестве единственно возможного способа достижения баланса публичных и частных интересов в рамках данного дела ничем не обоснована.

Ссылка административного ответчика на то, что статья 27 Федерального закона от 15.08.1996 № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» носит императивный характер, обоснована. 

Однако применение национального права не умаляет необходимости соблюдения принципа уважения личной и семейной жизни административного истца, гарантированного как нормами конституционного права, так и нормами международного законодательства.

Привлечение к административной ответственности за совершение административного правонарушения, связанного с нарушением режима пребывания (проживания) иностранных граждан или лиц без гражданства в Российской Федерации не является безусловным основанием для вынесения УМВД России по Вологодской области решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию, поскольку при разрешении вопроса о временном проживании на территории Российской Федерации данного лица возникает необходимость в проведении тщательной проверки и выявлении всех исключительных, заслуживающих внимания обстоятельств.

Вместе с тем, оспариваемое ФИО1 решение миграционного органа о неразрешении въезда на территорию Российской Федерации помимо ссылки на совершение им административных правонарушений, иных мотивов установления ему запрета на въезд в Российскую Федерацию не содержит, вывод о необходимости применения к последнему такой превентивной меры как запрет на въезд дополнительно ничем не обоснован. 

Сам по себе факт совершения им административных правонарушений не свидетельствует о том, что заявитель нарушает интересы национальной безопасности и общественного порядка, более того, совершенное им нарушение правил миграционного законодательства не влекут обязательного выдворения за пределы РФ, наказание за их совершение было назначено в виде административного штрафа, что позволяет суду сделать вывод о том, что заявитель не представляет общественной опасности.

Учитывая вышесказанное, а также то, что ФИО1 проживает на территории Российской Федерации длительное время, учится и трудоустроен, суд приходит к выводу о том, что оспариваемое решение о запрете въезда в Российскую Федерацию свидетельствует о чрезмерном ограничении права на уважение частной жизни и несоразмерно тяжести совершенного им нарушения миграционного законодательства. 

При таких обстоятельствах, решение уполномоченного органа о неразрешении иностранному гражданину въезда в Российскую Федерацию, не может быть признано пропорциональным преследуемой социально значимой, законной цели и в этой связи, исходя из части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, подлежит отмене.

Поскольку из материалов дела следует, что основанием для вынесения решения о сокращении ФИО1 срока временного пребывания в Российской Федерации, послужило принятие решения о неразрешении иностранному гражданину въезда на территорию Российской Федерации, которое признано судом незаконным, то и оспариваемое решение о сокращении срока временного пребывания в Российской Федерации подлежит отмене.

Руководствуясь ст. ст. 175-180, 227-228 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

административные исковые требования ФИО1 удовлетворить. 

Признать решение УМВД России по Вологодской области от 25 декабря 2018 года о неразрешении въезда на территорию Российской Федерации и решение ОВМ ОМВД России по Вологодскому району от 10 января 2019 года №2 о сокращении срока временного пребывания в Российской Федерации незаконными и отменить.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Вологодский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья И.М. Леонова 

Мотивированное решение изготовлено 22 февраля 2019 года.